Апелляционное постановление № 22-600/2025 от 23 апреля 2025 г. по делу № 1-354/2025

Судья Малахевич Е.В. Дело № 22-600/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 24 апреля 2025 г.

Курганский областной суд в составе

председательствующего Кузнецовой Е.В.,

при секретаре Евграфовой Ю.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Горбушина Е.С. на постановление Курганского городского суда Курганской области от 26 февраля 2025 г., которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся <...>,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, возвращено прокурору Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав прокурора Воропаеву Е.Г., поддержавшую доводы апелляционного представления об отмене постановления, мнение подсудимой ФИО1 и защитника Леушина В.Ю. об оставлении постановления без изменения, суд

у с т а н о в и л:

обжалуемым постановлением суда уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору Курганской области для устранения нарушений уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, препятствующих постановлению приговора или вынесению иного решения на основе данного заключения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Горбушин просит постановление отменить, так как обвинительное заключение не содержит существенных нарушений уголовно-процессуального закона, препятствующих рассмотрению дела судом, в нем указаны все предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе место работы и адрес возглавляемой ФИО1 организации, от лица которой ею было совершено покушение на мошенничество, а также адреса изготовления и хранения продукции в <...>, структурных подразделений <...>», куда произведенный спред поступил. В то же время установить данные о точном местонахождении ФИО1 в момент возникновения у нее умысла на хищение денег, а также во время заключения государственных контрактов, отправки и поступления продукции заказчику, обнаружения контролирующим органом несоответствия качества поставленной продукции, на стадии расследования дела не представилось возможным, что не препятствует рассмотрению дела судом, как не лишает суд возможности рассмотреть вопрос о территориальной подсудности уголовного дела. Считает, что оснований для проведения финансово-хозяйственной судебной экспертизы для установления материального ущерба не имеется, поскольку ФИО1 покушалась на хищение денежных средств, которые ей должны были поступить в качестве оплаты по государственным контрактам, при этом понесенные ею затраты на поставку продукции, в которой заказчик не нуждался, на размер ущерба не влияют, а для установления этой разницы не требуется специальных познаний. Необоснованное возвращение дела прокурору повлечет нарушение принципа разумного срока уголовного судопроизводства.

В возражениях на апелляционное представление подсудимая ФИО1 и защитник Толстоногова Н.Ф. просят постановление оставить без изменения, считая его законным, обоснованным и мотивированным.

Проверив доводы апелляционного представления, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд возвращает уголовное дело прокурору, если обвинительное заключение составлено с нарушением уголовно-процессуального закона, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, которое путем лишения или ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем может повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В обоснование решения о возвращении уголовного дела прокурору суд указал, что в нарушение положений ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении не указано точное место совершения инкриминируемого ФИО1 преступления - действий, направленных на обман и незаконное изъятие денежных средств у собственника, а также отсутствует ссылка на заключение эксперта, имеющее значение для дела. Находит неверной позицию органа следствия при установлении материального ущерба исходя из стоимости продукции по двум государственным контрактам, заключенным подсудимой с <...>», поскольку не учтены ее затраты на приобретение спреда, поставленного заказчику, разница между этими суммами органом следствия не выяснена, для этого требуется проведение финансово-экономической судебной экспертизы, выводы которой могут повлиять на правовую оценку действий подсудимой. Суд лишен возможности назначить экспертизу, так как в обвинении не приведены сведения о стоимости 1 кг масла сливочного, массовой долей жира 82,5%.

Однако выводы суда о нарушениях уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, исключающих постановление судом приговора или вынесение иного решения по уголовному делу на основе данного заключения, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и изложенному в обвинительном заключении.

Как следует из постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения, ФИО1, являясь директором <...>», которое в результате конкурсных процедур в сети «Интернет» на электронной площадке <...>» получило право заключить государственный контракт с <...>» на поставку масла коровьего сливочного высшего сорта, массовой долей жира 82,5% ГОСТ 32261-2013 в количестве 3600 кг на общую сумму <...> руб., совершила умышленные действия, направленные на обман заказчика с целью хищения денежных средств - поставку под видом указанного в контрактах масла другого товара, более дешевого и худшего качества - спреда, массовой долей жира 74,5 %. С этой целью ФИО1 заключила с <...>» договор на поставку для <...>» спреда, массовой долей жира 74,5% в количестве 3600 кг из расчета стоимости <...> рублей за 1 кг, тогда как по состоянию на март 2017 г. среднерыночная стоимость масла коровьего сливочного, массовой долей жира 82,5%, составляла <...> руб. за 1 кг, и попросила менеджера поставщика промаркировать спред этикетками с наименованием товара как масло, соответствующее условиям государственных контрактов. Получив данный спред, понимая, что его стоимость ниже стоимости масла сливочного, ФИО1 посредством сети «Интернет» заключила два государственных контракта с <...> на поставку масла коровьего сливочного, высшего сорта «Традиционное», массовой долей жира 82,5% ГОСТ 32261-2013 в количестве 3600 кг на общую сумму <...> руб., не имея намерений исполнять условия государственных контрактов. Далее ФИО1 посредством услуг лица, занимающегося грузоперевозками, создав видимость исполнения государственных контрактов, организовала доставку спреда со склада <...> в структурные подразделения <...>». В результате проведенных по инициативе заказчика исследований было выявлено несоответствие качества поставленной <...> продукции и ее маркировки условиям государственных контрактов, в связи с чем оплата не произведена. В случае доведения преступления до конца и оплаты продукции по контрактам <...> был бы причинен материальный ущерб в сумме <...> руб. - в особо крупном размере.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике о мошенничестве, присвоении и растрате», местом совершения мошенничества, состоящего в хищении безналичных денежных средств, исходя из особенностей предмета и способа данного преступления, является, как правило, место совершения лицом действий, связанных с обманом и злоупотреблением доверием и направленных на незаконное изъятие денежных средств.

Согласно предъявленному обвинению ФИО1, совершая вышеприведенные умышленные действия, направленные на хищение безналичных денежных средств <...>, действовала от имени <...>», являясь его единственным учредителем и директором, юридический адрес которого в обвинительном заключении указан: <...>. Это же место указано при совершении ФИО1 действий, направленных на незаконное изъятие денежных средств – организацию заключения договора на поставку спреда с целью поставки его по государственным контрактам вместо масла.

Тем самым в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, исходя из особенностей предмета и способа данного преступления, указано место совершения ФИО1 в <...> действий, связанных с обманом и направленных на незаконное изъятие денежных средств.

В то же время отсутствие в предъявленном обвинении указания на место возникновения у ФИО1 умысла на хищение денег, заключения государственных контрактов в сети «Интернет», отправки заказчику и поступления к нему продукции, а также обнаружения контролирующим органом несоответствия качества поставленной продукции, ввиду невозможности установить данное обстоятельство, не ставит под сомнение совершение ФИО1 преступления в <...> и, соответственно, подсудность уголовного дела суду, в районе деятельности которого закончено предварительное следствие.

Суд в постановлении не указал, на какое заключение эксперта отсутствует ссылка в обвинительном заключении, тогда как в нем в числе других доказательств приведено содержание заключения фоноскопической судебной экспертизы (т. 1 л.д. 160).

Вопреки выводу суда заслуживает внимания и довод апелляционного представления о том, что органом следствия установлен размер ущерба, который был бы причинен <...> в случае доведения преступления до конца, исходя из общей суммы денежных средств, подлежащих оплате заказчиком за поставленную продукцию по условиям государственных контрактов, что соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

При этом вопросы о затратах ФИО1 для приобретения спреда в целях создания видимости исполнения государственных контрактов, как и о разнице между суммами, указанными в государственных контрактах и затратами ФИО1 в результате замены продукции на менее ценную, которая не была нужна заказчику, а также о проведении судебной экспертизы, не являются основаниями для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

При этом среднерыночная стоимость масла коровьего в период инкриминируемого подсудимой преступления в обвинительном заключении указана (т. 11 л.д. 113).

Таким образом, в обвинительном заключении изложены существо обвинения и другие обстоятельства, имеющие значение для данного дела, а также формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за данное преступление. Нарушений уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, не допущено.

При таких обстоятельствах обжалуемое судебное постановление не может считаться законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, поэтому подлежит отмене, а уголовное дело передаче в тот же суд на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Курганского городского суда Курганской области от 26 февраля 2025 г. о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе.

Председательствующий