Апелляционное определение № 33-11/2026 33-512/2025 от 27 января 2026 г.

Председательствующий – ФИО дело №

номер дела в суде первой инстанции №

УИД 02RS0003-01-2024-002418-39

номер строки в статистическом отчете <данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года г. Горно-Алтайск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – Черткова С.Н.,

судей – Пустогачевой С.Н., Плотниковой М.В.,

при секретаре – Чабаковой О.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО2 ФИО3 на решение Майминского районного суда Республики Алтай от <дата>, которым

отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2.

Удовлетворены частично исковые требования ФИО4

Взысканы с ФИО5 задолженность по договору займа в сумме <данные изъяты> рублей, проценты за пользование денежными средствами за период с <дата> по <дата> в сумме <данные изъяты> рубля <данные изъяты>, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме <данные изъяты> рублей.

Обращено взыскание на заложенное имущество:

жилой дом, кадастровый номер № и земельный участок, кадастровый номер №, расположенные по адресу: <адрес>, путем реализации с публичных торгов.

Установлена начальная продажная стоимость жилого дома в сумме <данные изъяты> рублей, земельного участка в сумме <данные изъяты> рублей.

Отказано в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4.

Заслушав доклад судьи Плотниковой М.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО4 о признании недействительным договора залога (ипотеки) от <дата> земельного участка площадью 612 кв.м с кадастровым номером № и жилого дома общей площадью 258,1 кв.м. с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного между ответчиками, применении последствий недействительности сделки и прекращении обременения в виде залога (ипотеки). Иск мотивирован тем, что ФИО2 и ФИО5 состоят в браке, в период брака ответчик ФИО5 на основании договора дарения оформил спорный земельный участок. На указанном земельном участке супруги снесли старое жилое помещение и построили новый дом общей площадью 258,1 кв.м с кадастровым номером №. В августе 2024 году истцу стало известно, что жилой дом передан в залог по договору займа и залога, заключенному между ФИО5 и ФИО4, при этом истец не давала своего письменного согласия на совершение сделок с совместно нажитым имуществом. Ответчикам направлены претензии, которые оставлены без ответа.

ФИО4 обратился в суд с встречным иском к ФИО5 о взыскании долга по договору займа от <дата> в сумме <данные изъяты> рублей, процентов за пользование чужими денежным средствами в сумме <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копейки, обращении взыскания на заложенное имущество жилой дом общей площадью 258,1 кв.м с кадастровым номером № и земельный участок площадью 612 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, <адрес>, уплаченной государственной пошлины в сумме <данные изъяты> рублей. В обоснование иска указано, что <дата> между сторонами заключен договор займа под залог недвижимого имущества, по которому истец передал ответчику денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. Согласно договору срок погашения долга <дата>, однако в указанный срок обязательство по возврату суммы долга ответчиком не исполнено. В обеспечение исполнения обязательств между истцом и ответчиком заключен договор залога (ипотеки) от <дата> недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка площадью 612 кв.м с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>. В последующем ФИО4 уточнил заявленные требования, просил взыскать с ФИО5 долг по договору займа от <дата> в сумме <данные изъяты> рублей, проценты за пользование чужими денежным средствами в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты>, обратить взыскание на заложенное имущество: жилой дом общей площадью 258,1 кв.м с кадастровым номером №, и земельный участок площадью 612 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, взыскать уплаченную государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.

Протокольным определением суда от <дата> указанные дела объединены в одно производство, делу присвоен №.

Суд вынес вышеизложенное решение, с которым в апелляционной жалобе выражает несогласие представитель ФИО2 - ФИО3, указывая, что решение в части отказа в признании недействительным договора залога на жилой дом общей площадью 258,1 кв. м с кадастровым номером № и погашении записи о залоге является незаконным. Дело рассмотрено формально, не представлено подтверждений финансовой возможности наличия денежных средств на предоставление по договору займа. Исходя из материалов дела, а также пояснений представителя ФИО4 о том, что при регистрации договоров займа и залога денежные средства не передавались, следует, что основной договор на сумму <данные изъяты> рублей безденежный и не имеет юридической силы, поскольку не заключен (п. 3 ст. 812 ГК РФ). Истцу в августе 2024 стало известно о том, что жилой дом, построенный совместными усилиям супругов в период брака, передан в залог по договору займа и залога. ФИО2 не давала своего письменного согласия на совершение сделок с совместно нажитым имуществом. В материалах дела отсутствует такое письменное нотариальное согласие ФИО2 в связи с чем, договор залога является недействительным в силу закона (п. 3 ст. 253 ГК РФ).

В судебном заседании ФИО2, ее представитель ФИО6 поддержали доводы апелляционной жалобы, ответчик ФИО5 не возражал удовлетворению апелляционной жалобы, представитель ФИО4 – ФИО7 полагал решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явились, об отложении рассмотрения жалобы не просили, а также не заявили ходатайства об участии в судебном заседании путем организации видеоконференц-связи.

Судебная коллегия, руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 состоит в браке с ФИО5 с <дата>.

<дата> зарегистрировано право собственности ФИО5 на земельный участок с кадастровым номером № на основании договора дарения жилого дома и земельного участка от <дата>, заключенного между ФИО1 (даритель) и ФИО5 (одаряемый).

Из пояснений истца ФИО2 и ответчика ФИО5 установлено, что на данном земельном участке в период брака ими построен жилой дом, площадью 258,1 кв.м.

<дата> зарегистрировано право собственности ФИО5 на жилой дом, общей площадью 258,1 кв. м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

<дата> между ФИО4 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) заключен договор займа денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, в обеспечение которого в этот же день между ФИО4 и ФИО5 заключен договор залога (ипотеки) недвижимого имущества, согласно которому ФИО5 передал в залог принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество: жилой дом, площадью 258,1 кв.м, кадастровый номер № и земельный участок с кадастровым номером № площадью 612 кв.м,. расположенные по адресу: <адрес>.

<дата> между ФИО4 и ФИО5 заключено соглашение о внесении изменений в договор займа от <дата>, согласно которому внесены изменения в п. 1.1 договора, указано, что займодавец передает заемщику денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, в п. 1.2 указано, что заем предоставляется сроком до <дата>.

Также <дата> заключено соглашение о внесении изменений в договор залога (ипотеки) от <дата>, п. 1.3 изложен в редакции «1.3. Общая стоимость предмета залога, указанного в п. 1.2 договора, составляет <данные изъяты> рублей, из которых залоговая стоимость жилого дома составляет <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей, а залоговая стоимость земельного участка составляет <данные изъяты> рублей».

Договор залога зарегистрирован в Управлении Росреестра по Республике Алтай <дата>.

Заявляя требование о признании недействительными договора займа и договора залога (ипотеки) недвижимого имущества, заключенных между ФИО4 и ФИО5, истец указала, что в августе 2024 года ей стало известно о действиях ФИО5, который не поставив ее в известность, заключил договор залога (ипотеки) от <дата> в отношении объектов недвижимости - земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, являющихся совместно нажитым имуществом. Поскольку ФИО5 допустил отчуждение совместно нажитого имущества без предварительного согласия другого супруга, договор залога от <дата> является недействительным.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2, суд первой инстанции исходил из того, что земельный участок

подарен ответчику ФИО5 по договору дарения и является его личной собственностью, стороной истца не представлено доказательств, объективно подтверждающих ее несогласие на распоряжение спорным имуществом путем заключения оспариваемой сделки, и то, что спорное имущество выбыло из владения ФИО2 помимо ее воли.

Оценивая требования ФИО4 к ФИО5 о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, обращении взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции, установив факт заключения ФИО4 и ФИО5 договора займа и договора залога (ипотеки) от <дата>, руководствуясь ст. ст. 309, 334-336, 348, 395, 807-811 ГК РФ, пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований, с учетом суммы частичного погашения по договору займа.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Конституцией Российской Федерации гарантируются право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (ст. 35, ч. 1 и 2). Каждый имеет право на жилище; никто не может быть произвольно лишен жилища (ст. 40, ч. 1, Конституции Российской Федерации).

По смыслу ст. 35 (ч. 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. 45 и 46 права владения, пользования и распоряжения имуществом гарантируются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей, когда при возмездном приобретении жилого помещения такой приобретатель полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал свое право собственности на него. Такая защита должна предоставляться добросовестным участникам гражданского оборота, если они возмездно приобрели право собственности на жилое помещение, одна из предыдущих сделок с которым была оспоримой, и от них на основании ст. 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации истребуется имущество после признания судом этой сделки недействительной по иску бывшего супруга как совершенной без его согласия.

Действующее законодательство исходит из принципа защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность. В связи с этим, конкретизируя изложенные в названном Постановлении правовые позиции применительно к правоотношениям по поводу купли-продажи жилого помещения, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что положение статьи 35 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, согласно которому право частной собственности охраняется законом, не может быть интерпретировано как позволяющее игнорировать законные интересы приобретателя жилого помещения (Постановление от 24.03.2015 г. № 5-П). На взаимосвязь надлежащей заботливости и разумной осмотрительности участников гражданского оборота с их же добросовестностью обращается внимание и в ряде других решений Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 27.10.2015 г. № 28-П, от 22.06.2017 г. №16-П и др.).

Абзац первый пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и ч. 5 ст. 1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» допускают оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество в судебном порядке.

В то же время по смыслу гражданского законодательства добросовестность участника гражданского оборота, полагающегося при приобретении недвижимого имущества на данные Единого государственного реестра недвижимости, предполагается (абз. 3 п. 6 ст. 8.1 и п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Правила ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации к владению, пользованию и распоряжению имуществом, находящимся в совместной собственности, применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности данным Кодексом или другими законами не установлено иное (ч. 4). Что касается совместной собственности супругов, то такие правила закреплены в Семейном кодексе Российской Федерации. Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга; супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статья 35 Семейного кодекса Российской Федерации - по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, - регулирует владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов только в период брака.

Согласно ст. 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников; совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3).

В соответствии с ч. 3 ст. 42 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права общей совместной собственности на недвижимое имущество осуществляется на основании заявления одного из участников совместной собственности, если законодательством Российской Федерации либо соглашением между участниками совместной собственности не предусмотрено иное.

Вместе с тем в силу п. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество признается совместной собственностью супругов независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. Фактически запись о праве собственности в Едином государственном реестре недвижимости может не содержать указания на то, что имущество находится в общей совместной собственности супругов.

Таким образом, сам факт внесения в этот реестр записи о государственной регистрации права собственности одного из супругов не отменяет законного режима имущества супругов, если он не был изменен в установленном порядке. Соответственно, в этом случае оба супруга являются собственниками имущества, собственником которого в Едином государственном реестре недвижимости указан один из них.

Часть 7 статьи 62 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» предусматривает, какие сведения должны быть представлены в выписке, содержащей общедоступные сведения Единого государственного реестра недвижимости. Разумное и осмотрительное поведение добросовестного участника гражданского оборота, полагающегося на сведения данного реестра, не предполагает выяснения им, находилось ли имущество до его приобретения отчуждателем в общей совместной собственности бывших супругов и не было ли оно по какой-либо из предыдущих сделок отчуждено без согласия одного из них. Иное возлагало бы на приобретателей недвижимости все риски, связанные с признанием недействительными сделок, совершенных третьими лицами, и тем самым подрывало бы доверие граждан к государственной регистрации недвижимости.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.07.2021 г. № 35-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО8», бывший супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в Едином государственном реестре недвижимости, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за ним и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на своевременный раздел данного имущества. По крайней мере, он вправе предпринять действия, направленные на внесение указания о нем как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества.

Гражданин, приобретший жилое помещение у третьего лица, во всяком случае обладает меньшими возможностями по оценке соответствующих рисков, чем бывший супруг - участник общей совместной собственности. При этом права такого бывшего супруга могут быть защищены путем предъявления требований к другому бывшему супругу, совершившему отчуждение общего имущества без его согласия.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, п. 3 ст. 35 СК РФ).

Согласно п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласие супруги рассматривается как согласие третьего лица на совершение сделки.

По смыслу п. 3 ст. 433 ГК РФ в отношении третьих лиц договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. В отсутствие государственной регистрации такой договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

При признании сделки недействительной на основании п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент оспариваемой сделки) закон возлагает именно на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказать факт того, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Отсутствие согласия супруги при заключении договора займа и залога не может повлечь за собой признание сделки незаконной. Как верно указано судом, бремя доказывания того, что другая сторона в сделке не знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки по смыслу п.3 ст. 35 СК РФ возложено на сторону, заявившую требование о признании сделки недействительной, вместе с тем, истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих, что ответчик знал и или должен был знать об отсутствии согласия супруги на совершение оспариваемой сделки.

Как указано ранее, спорное имущество было передано ФИО5 <дата>, <дата> в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО5 на земельный участок с кадастровым номером №, <дата> зарегистрировано право собственности ФИО5 на жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>. Сорные договоры заключены <дата>, <дата> между ФИО4 (займодавец) и ФИО5 заключено дополнительное соглашение о внесении изменений в договор займа и залога. То есть все сделки заключались и регистрировались в период, когда ФИО5 и ФИО2 находились в зарегистрированном браке. Доказательств тому, что о заключении супругом оспариваемых сделок истцу стало известно в августе 2024 г., что ФИО5 не поставил супругу в известность о заключаемых сделках, что она выражала тому несогласие, материалы дела не содержат.

На основании изложенных норма права, а также правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации довод жалобы о незаконности распоряжения ФИО5 спорным жилым домом, внимания не заслуживает. Истец, находясь в браке с ФИО5, при должной степени заботливости и осмотрительности могла реализовать свое право собственности на спорный жилой дом путем принятия своевременных мер по надлежащему оформлению права собственности на это имущество.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В судебном заседании установлено, что ФИО5 обратился в суд к ФИО4 о признании незаключенным договора займа под залог недвижимого имущества от <дата> и признании недействительным договора залога (ипотеки) от <дата>, указав в обоснование исковых требований, в том числе, на безденежность заключенного договора займа.

Решением Майминского районного суда Республики Алтай от <дата>, оставленным без изменения Апелляционным определением Верховного Суда Республики Алтай от <дата>, отказано в удовлетворении заявленных исковых требований.

Судебная коллегия, проверяя доводы апеллянта о безденежности договора займа, установила факт подписания договоров займа, залога, соглашений о внесении в них изменений и, учитывая, что по условиям договора займа он вступает в силу с момента передачи займодавцем заемщику суммы займа, пришла к выводу о получении ФИО5 от ФИО4 займа в сумме <данные изъяты> рублей, с учетом получения <данные изъяты> рублей, что подтверждается распиской ФИО5 от <дата>, не найдя оснований для признания оспариваемых договоров незаключенными и недействительными.

Ссылки апеллянта на судебную практику по иным делам, не связанным с настоящим спором, судебной коллегией не принимаются во внимание, поскольку обстоятельства, установленные приведенными судебными актами по иным делам, не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора, приняты в отношении иных лиц и по иным фактическим обстоятельствам дела. Судебные акты по каждому делу принимаются с учетом конкретных доводов и доказательств, представленных сторонами.

Доводы апелляционной жалобы не подтверждают нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела.

Нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену судебного решения допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Майминского районного суда Республики Алтай от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 - ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья С.Н. Чертков

Судьи С.Н. Пустогачева

М.В. Плотникова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>.