Решение № 2-1602/2017 2-1602/2017 ~ М-1443/2017 М-1443/2017 от 3 декабря 2017 г. по делу № 2-1602/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 декабря 2017 года г. Жигулевск

Жигулевского городского суда Самарской области в составе:

председательствующего судьи Неугодникова В.Н.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителей ответчика МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти – ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

помощника прокурора Батяева И.А.,

при секретаре Логиновой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1602/2017 по иску ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Спецкомбинат ритуальных услуг» городского округа Тольятти о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о.Тольятти с указанным выше иском, с учетом последующих уточнений просил:

- признать приказ № л/с от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его;

- восстановить ФИО1 в должности смотрителя кладбища МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти;

- признать незаконными действия директора МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти в части вынесения приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ незаконными;

- взыскать с МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ до даты вынесения решения суда, исходя из среднего заработка, определенного ответчиком;

- взыскать с МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей;

- взыскать с МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти расходы на оплату услуг представителя в размере 80000 рублей.

В обоснование требований истец указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти, занимал должность смотрителя кладбища, что подтверждается трудовой книжкой.

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком издан приказ № л/с об увольнении ФИО1

Истец утверждает, что с приказом об увольнении ознакомлен не был, обстоятельства и причины увольнения не были ему известны до момента получения трудовой книжки. Согласно записи в трудовой книжке ФИО1 уволен на основании п.7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истец считает приказ о его увольнении незаконным и необоснованным.

При обращении в суд истец утверждал, что на момент увольнения размер вреда, обстоятельства и время совершения проступка, вина работника не устанавливались, инвентаризационная комиссия не создавалась, акт инвентаризации и акт о нарушении трудовой дисциплины не составлялись, наличие и размер материального ущерба в результате виновного действия, фактов злостного нарушения работником трудовой дисциплины работодателем не устанавливались, перечень должностей предприятия, обслуживающих денежные или товарные ценности, работодателем не определялся и не утверждался, договор о полной материальной ответственности с истцом не заключался.

Также истец утверждает, что до применения к нему дисциплинарного взыскания работодатель не затребовал от него письменные объяснения по факту неисполнения либо ненадлежащего исполнения им своих должностных обязанностей.

Непредоставление истцу экземпляра приказа об увольнении, отсутствие конкретизации дат совершения каких-либо проступков, сведений об их обнаружении ответчиком, отсутствие объяснений истца, по его мнению, свидетельствует о незаконности и необоснованности увольнения и вынесения соответствующего приказа.

В связи с этим истец считает, что приказ об увольнении подлежит отмене, а он – восстановлению на работе.

Также истец считает, что в его пользу подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула.

Кроме того, истец указывает, что действиями ответчика ему причинен моральный вред, связанный с перенесенными нравственными страданиями, переживаниями, связанными с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, лишением права на защиту трудовых прав. Причиненный ему моральный вред истец оценивает в 15000 рублей.

Ответчик МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти исковые требования не признал, в представленном представителем ответчика отзыве указано, что при принятии истца на работу с ним был заключен трудовой договор, а также несколько дополнительных соглашений. Одновременно истец был ознакомлен с локальными трудовыми актами.

ДД.ММ.ГГГГ на должность директора МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти был назначен Л.П.В.

ДД.ММ.ГГГГ директором был вынесен приказ № о/д о проведении инвентаризации основных средств, числящихся на балансе предприятия. Этим же приказом назначена инвентаризационная комиссия, определена дата проведения инвентаризации – ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ после проведения инвентаризации основных средств и малоценных основных средств были составлены сличительные ведомости результатов инвентаризации и инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей. Кроме того, всем членам комиссии, а также истцу как материально ответственному лицу был предоставлен перечень основных средств, находящихся на балансе предприятия, на основании которых и составлялись сличительные ведомости и инвентаризационные описи. Утверждают, что работник ФИО1 расписывался во всех бухгалтерских документах.

После установления отсутствия вверенных ФИО1 товарно-материальных ценностей, с него в этот же день были затребованы объяснительные по данному факту, а также по фактам производства захоронений на кладбищах, которые закрыты для производства новых захоронений. Уведомление о необходимости предоставления объяснения ФИО1 получил, однако от подписи отказался, о чем составлен акт.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставил служебную записку, в которой дал пояснения относительно незаконных захоронений. Объяснений по поводу продажи вверенных ему товарно-материальных ценностей не предоставил, пояснив заместителю директора, что отсутствие товарно-материальных ценностей объяснить не может.

ДД.ММ.ГГГГ директором предприятия был вынесен приказ № о/д о применении к смотрителю кладбища ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Расписаться об ознакомлении с приказом ФИО1, по словам представителя ответчика, отказался в присутствии специалиста по кадрам О.Р.Х., юристконсульта ФИО4, вел себя грубо, хотел уничтожить данный приказ, а также пояснил заместителю директора О.М.А., что подписывать приказ не будет, так как ему не нравится формулировка, в связи с чем был составлен акт об отказе от подписи.

ДД.ММ.ГГГГ был вынесен приказ № л/с от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора № от 25.11.20147 года с ФИО1

В этот же день ФИО1 по почте было направлено уведомление о прекращении трудового договора и о необходимости забрать трудовую книжку.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 явился на предприятие, ознакомился с приказом о прекращении трудового договора, получил полный расчет и трудовую книжку.

Каких-либо доказательств причинения истцу нравственных страданий и переживаний им, по мнению ответчика, не предоставлено. Все расчеты с истцом были произведены в установленный договором срок.

Также ответчик считает возможным полагать, что истец нашел новую работу в ООО «Альпина», неоднократно был замечен на территории общественных кладбищ совместно с ритуальными агентами данной организации, производящими незаконные захоронения, а также ДД.ММ.ГГГГ появился на территории МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти совместно с представителями ООО «Альпина» для того, чтобы получить, якобы, принадлежащее данной организации имущество. В связи с этим считает, что в любом случае не подлежат удовлетворению требования о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда.

На основании изложенного просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Судом в ходе рассмотрения дела по ходатайству истца была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта АНО «Центр экспертиз» П.В.В. № от ДД.ММ.ГГГГ подписи от имени ФИО1 в следующих документах:

- договоре о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ,

- приказе о проведении инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ (на оборотной стороне),

- инвентаризационной описи № от 07.07.20107 года (на первой и четвертой страницах),

- сличительной ведомости № от 07.07.20107,

- инвентаризационной описи основных средств № от ДД.ММ.ГГГГ (на первой и третьей страницах),

- сличительной ведомости № от ДД.ММ.ГГГГ,

выполнены не ФИО1, а другим лицом.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 на уточненных исковых требованиях настаивали, просили удовлетворить в полном объеме. Утверждали, что договор о полной материальной ответственности с истцом не заключался, имущество ему не передавалось, в связи с чем к нему не могут быть применены основания для увольнения, предусмотренные п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Ранее в ходе рассмотрения дела также ссылались на нарушения, допущенные при проведении инвентаризации. Так, ФИО1 указал, что инвентаризация с участием четырех членов комиссии и с его участием фактически не проводилась, с приказом о проведении инвентаризации истец не был ознакомлен, в инвентаризационных описях и сличительных ведомостях он не расписывался. Утверждает, что наличие товарно-материальных ценностей проверял один работник МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти, имя которого истец точно не помнит. Они проехали по территории кладбища, а затем проверили наличие товарно-материальных ценностей по списку. Не хватало подстаканников и шлангов, с чем истец согласился. Кроме того, указали, в состав инвентаризационной комиссии не было включено материально-ответственное лицо, объяснения у истца по результатам инвентаризации не отбирались. Также истец указывает, что у части товарно-материальных ценностей истек срок службы, часть сломалась, после чего их забрал инженер. Какой-либо акт при этом не составлялся.

В части требований о взыскании утраченного заработка истец, представитель истца согласились с размером среднего дневного заработка, определенного ответчиком в размер 968 рублей 46 копеек, просили взыскать заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исходя указанного заработка.

Представители ответчика МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти – ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, считают, что процедура увольнения истца была соблюдена.

Основанием для увольнения истца явилось совершение виновных действий, дающих основания для утраты доверия к нему, а именно факт выявленной недостачи вверенного ему имущества. Ссылается на то, что с истцом был заключен договор о полной материальной ответственности, товарно-материальные ценности были вверены ему на основании бухгалтерской справки от ДД.ММ.ГГГГ и накладной от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем считает, что истец относится к числу лиц, трудовой договор с которыми может быть расторгнут по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Также представитель ответчика ФИО3 пояснил, что он участвовал в проведении инвентаризации в качестве члена инвентаризационной комиссии. Инвентаризация проводилась ДД.ММ.ГГГГ. Члены комиссии объехали территорию кладбища на автомобиле. ФИО1 при этом не присутствовал, так как находился где-то на территории кладбища. Истцу было предложено объехать территорию кладбища, однако он, по словам представителя ответчика, отказался, согласившись с результатами проверки. Впоследствии в административном здании проводилась сверка наличия товарно-материальных ценностей. При этом истец утверждал, что все товарно-материальные ценности имеются в наличии (кроме шлангов, которые рассохлись), однако пояснить, где они находятся не смог.

С заключением судебной экспертизы представители ответчик не согласились, считают, что она была проведена с многочисленными нарушениями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также методики почерковедческой экспертизы, в связи с чем ходатайствовали о проведении повторной экспертизы.

Помощник прокурора <адрес> Батяев И.А. в заключении указала, что считает увольнение истца незаконным, требования о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула подлежащими удовлетворению. Компенсацию морального вреда с учетом требований разумности полагал возможным взыскать в размере 5000 рублей.

Выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд считает иск обоснованным и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, в том числе в судебном порядке.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде: замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с пунктом 7 части первой статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 45 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

Если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса (п. 47 Постановления).

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 был принят на работу в МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о. Тольятти на должность смотрителя в подразделение Кладбище (ФИО5), что подтверждается карточкой формы Н-1 (л.д. 29-32), а также трудовой книжкой (л.д. 6-8).

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 был заключен трудовой договор № (л.д.21-24).

Приказом № л/с от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 был расторгнут в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим товарные ценности, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (л.д. 49).

Ранее ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был вынесен приказ № о/д о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (л.д. 50).

В качестве основания применения дисциплинарного взыскания указаны: инвентаризационная опись основных средств № от ДД.ММ.ГГГГ, инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей (малоценные ОС) № от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, результаты инвентаризаций, проведенных ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть приняты судом в качестве подтверждения совершения истцом виновных действий, так как инвентаризация была проведена с многочисленными нарушениями.

Основным способом проверки соответствия фактического наличия имущества путем сопоставления с данными бухгалтерского учета признается в силу Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» инвентаризация имущества, порядок проведения которой определен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Методические указания). Согласно заключению Министерства юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № приказ в государственной регистрации не нуждается.

В силу пункта 2.4 Методических указаний до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств.

Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход.

Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п. 2.8).

В силу п. 2.10 Методических указаний описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение.

Инвентаризация была проведена на основании приказа № о/д от ДД.ММ.ГГГГ, которым была создана рабочая инвентаризационная комиссия. Дата проведения инвентаризации определена ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 36).

В нарушение приведенных выше положений доказательств того, что ФИО1 принимал участие в инвентаризации суду не представлено.

Так, отсутствуют достоверные сведения о том, что истец был извещен о проведении инвентаризации. Подпись на обратной стороне приказа от ДД.ММ.ГГГГ согласно заключению судебной экспертизы выполнена не ФИО1, а иным лицом. Иных доказательств извещения истца о проведении инвентаризации суду не представлено.

Как следует из пояснений представителя ответчика, инвентаризация проводилась, в том числе, путем осмотра товарно-материальных ценностей на территории кладбища. Представитель ответчика ФИО3, будучи одним из членов инвентаризационной комиссии, не оспаривал, что ФИО1 при проведении осмотра территории кладбища не присутствовал. Таким образом, наличие либо отсутствие товарно-материальных ценностей в присутствии материально ответственного лица фактически не проверялось.

Представитель ответчика утверждает, что истцу было предложено объехать территорию кладбища, однако он отказался, согласившись с фактами отсутствия товарно-материальных ценностей, установленными комиссией. Одновременно представитель ответчика указал, что ФИО1 при проведении инвентаризации утверждал, что все товарно-материальные ценности кроме шлангов имеются в наличии, что, напротив, свидетельствует о несогласии истца с результатами осмотра.

В ходе рассмотрения настоящего дела ФИО1 с результатами инвентаризации также не согласился.

Согласно заключению судебной экспертизы подписи от имени ФИО1 на последних страницах инвентаризационных описей № и № от ДД.ММ.ГГГГ (в расписке, подтверждающей проверку комиссией имущества в его присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий), а также в сличительных ведомостях № и № от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не ФИО1, а иным лицом, что опровергает доводы ответчика как об участии истца при проведении инвентаризации, так и о его согласии с результатами инвентаризации.

Подписи от имени ФИО1 на первых страницах инвентаризационных описей № и № от ДД.ММ.ГГГГ (в расписке о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход) согласно заключению судебной экспертизы также выполнены не ФИО1, а иным лицом, что также свидетельствует о нарушении процедуры инвентаризации.

Более того, сам по себе факт недостачи товарно-материальных ценностей не может служить единственным основанием для расторжения трудового договора с материально ответственным лицом на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, так как применение увольнения в качестве дисциплинарного взыскания в этом случае возможно только при совершении работником виновных действий. То есть установлению подлежит вопрос о том, какие конкретно виновные действия совершил истец и дают ли эти действия основания для утраты к нему доверия со стороны работодателя.

Частью 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность по проведению проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Вместе с тем, ответчиком не предоставлено сведений о проведении проверки причин образования недостачи, не представлены доказательства вины истца в недостаче основных средств, конкретных виновных действия работника, которые привели к утрате товарно-материальных ценностей.

Суд не может признать обоснованной и позицию ответчика о том, что истец относится к числу работников, расторжение трудового договора с которым возможно на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Ссылка истца на договор о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 не может быть принята во внимание судом.

Так, в соответствии с заключением судебной экспертизы подпись в указанном договоре выполнена не ФИО1, а иным лицом, в связи с чем отсутствуют основания считать данный договор заключенным.

Ссылка представителя ответчика на бухгалтерскую справку № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 63-68), а также накладную на внутреннее перемещение объектов основанных средств (л.д. 62) в подтверждение передачи истцу товарно-материальных ценностей также не может быть признана судом обоснованной.

В соответствии с Методическими указаниями по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов, утвержденными приказ Минфина России от ДД.ММ.ГГГГ №н (зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №), прием на работу и увольнение заведующих складами, кладовщиков и других материально ответственных лиц осуществляются по согласованию с главным бухгалтером организации. Заведующий складом, кладовщик и другие материально ответственные лица могут освобождаться от занимаемых должностей только после сплошной инвентаризации числящихся за ними товарно-материальных запасов и передачи их другому материально ответственному лицу по акту. Акт приема-передачи визируется главным бухгалтером (или уполномоченным им лицом) и утверждается руководителем организации (или уполномоченным им лицом), а по складам (кладовым и другим местам хранения) подразделений - руководителем соответствующего цеха (подразделения) (п. 258 Методических указаний).

Кроме того, в соответствии п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств проведение инвентаризаций обязательно при смене материально ответственных лиц (на день приемки - передачи дел).

В то же время подпись главного бухгалтера предприятия на представленных ответчиком документах отсутствует, доказательств проведения инвентаризации при принятии истца на должность смотрителя и передаче ему товарно-материальных ценностей не представлено.

Таким образом, материалами дела опровергается факт заключения с ФИО1 договора о полной материальной ответственности, а также передаче ему товарно-материальных ценностей в установленном приведенными выше нормативно-правовыми актами порядке, в связи с чем суд приходит к выводу, что истец не относится к числу работников, трудовой договор с которыми может быть прекращен на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Оснований не доверять заключению судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом АНО «Центр экспертиз» П.В.В. у суда не имеется.

Эксперт имеет необходимое образование, квалификацию для производства данного вида экспертиза, что подтверждается представленными свидетельствами. Стаж работы эксперта П.В.В. по специальности эксперта-криминалиста с 1998 года, в том числе, в органах внутренних дел, стаж работы эксперта ТЭД с 2000 года, стаж работы в качестве эксперта-почерковеда с 2004 года.

Доводы представителя ответчика о том, что эксперт не проходил аттестацию каждые пять лет, как предусмотрено ст. 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности», а также использовал устаревшую литературу и источники не могут быть признаны судом обоснованными.

Так, в соответствии со ст. 41 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности» в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона.

Таким образом, требований ст. 13 Федерального закона № 73-ФЗ не распространяется на экспертов, не являющихся сотрудниками государственных судебно-экспертных учреждений.

При этом, ответчик не указал какие-либо конкретные методики, которые эксперт должен был применить но не применил в силу недостаточного уровня квалификации, а также тот факт, что это как-либо повлияло по существу на выводы эксперта.

Представленное ответчиком заключение специалиста ООО «Судэксперт» Б.М.А. также не опровергает достоверность выводов судебной экспертизы, о чем сам специалист указывает в своем заключении.

Так, что касается доводов о несвоевременности предупреждения эксперта П.В.В. об уголовной ответственности (п. 1 заключения специалиста), то в экспертном заключении имеется подписка, из которой следует, что эксперт был предупрежден об уголовной ответственности ДД.ММ.ГГГГ, то есть до начала экспертизы. Будучи допрошенном в судебном заседании, эксперт П.В.В. подтвердил, что до начала экспертизы ознакомился с определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, где разъяснены права и права эксперта и имеется предупреждение эксперта об уголовной ответственности и был предупрежден об уголовной ответственности до начала экспертизы.

Вопреки доводам п. 2 заключения специалиста заключение судебной экспертизы подписано экспертом П.В.В., подпись заверена печатью организации АНО «Центр экспертиз». Требований о заверении печатью подписи на каждой страницы экспертного заключения ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности» не содержит. Экспертное заключение пронумеровано и прошито, скреплено печатью. В судебном заседании эксперт П.В.В. подтвердил подлинность представленного суду экспертного заключения и своих подписей.

Не могут быть признаны обоснованными и доводы специалиста Б.М.А. о том, что в экспертном заключении не описаны материалы, поступившие на исследование (п. 3 заключения), так как в исследовательской части экспертизы содержится подробное описание как исследуемых подписей, так и представленных образцов, которые разбиты на экспериментальные и свободные. Условно-свободных образцов не представлено.

В судебном заседании эксперт П.В.В. пояснил, что при проведении экспертизы им использовались только образцы подписи представленные истцом. Доказательств обратного суду не представлено.

Что касается доводов о примененном экспертом оборудовании (п. 4,5 заключения), то эксперт вправе применять в качестве измерительного прибора штангенциркуль. Кроме того, вопреки доводам эксперта из вводной части экспертного заключения следует, что экспертом применялись, в том числе, оптические приборы, а также сканер с высоким разрешением для выполнения иллюстрированной части, что подтвердил эксперт в судебном заседании. Применения приборов контроля подлинности документов в данном случае не требовалось, так как они необходимы для производства технической экспертизы документов, в то время как вопросы подлинности документа судом не ставились. В судебном заседании эксперт П.В.В. подтвердил, что используемого оборудования ему было достаточно для исследования представленных материалов.

По вопросу применяемой методики (п. 6 заключения) эксперт П.В.В. пояснил, что применял традиционную методику, которая позволяет исследовать все представленные на исследование образцы подписи. Применение метода математического моделировании в данном случае не требовалось.

Относительно использования термина «спорные документы» (п. 8 заключения), эксперт П.В.В. пояснил, что под этим понимаются исследуемые объекты судебно-почерковедческой экспертизы.

Таким образом, доводы специалиста Б.М.А., приведенные в п. 6, 8 заключения фактически сводятся к вопросу применяемой терминологии и не влияют по существу на достоверность выводов эксперта, доказательств обратного суду не представлено.

Относительно доводов о неполном описании представленных на исследование документов (п. 7 заключения), эксперт пояснил, что наименование представленных документов и их содержание полностью соответствовало определению суда, каких-либо повреждений документы не имели, в связи с чем более необходимости в их подробном описании не имелось.

Также вопреки доводам специалиста (п. 9 заключения) в экспертном заключении имеется подробное описание исследуемых документов, которым эксперт присвоил номера, что позволяет их идентифицировать.

Что касается указания специалиста Б.М.А. на недопустимость размещения иллюстраций в исследовательской части (п. 10 заключения), эксперт пояснил, что это было сделано им для наглядности. Доказательств того, что данное обстоятельство каким-либо образом повлияло на достоверность выводов эксперта, суду не представлено. Все иллюстрации пронумерованы, в тексте экспертизы имеются ссылки на номера иллюстраций, что позволяет их идентифицировать.

Доводы об отсутствии анализа нажимных характеристик и признаков, отражающих пространственную ориентацию фрагментов и движений в подписях (п. 11 заключения) также опровергаются пояснениями эксперта П.В.В., который пояснил, что данный анализ сделан им при описании таких признаков как координация, темп, степень выраженности.

Относительно доводов о том, что группируя объекты исследования на основании совпадающих общих и частных признаков он нарушает предусмотренную методикой последовательность исследования и делает промежуточные выводы (п. 12 заключения), эксперт П.В.В. пояснил, что судом был поставлен вопрос об авторстве представленных на исследование подписей, на который был дан ответ в исследовании. Данные подписи исследованы экспертом и сравнены между собой, что позволило ему сгруппировать их оп двум группам. Выводы были размещены в заключении в удобном эксперту порядке. Доказательств, что это как-либо повлияло по существу на достоверность выводов эксперта суду также не представлено.

Повторное приведение в экспертизе перечня представленных свободных образцов подписи (п. 13 заключения) ни коим образом не влияет на существо проведенного исследования.

Что касается доводов о необходимости исследования сравнительных образцов на достоверность и сопоставимость (п. 14 заключения), что эксперт пояснил, что все образцы исследовались в полном соответствии с методикой, в том числе, на достоверность и сопоставимость, о чем указано на странице 12 экспертизы. Более того, при назначении экспертизы подлинность представленных образцов подписи сторонами не оспаривалась, о чем указано в определении о назначении экспертизы.

В части доводов специалиста Б.М.А. о необходимости сопоставимости образцов подписи по транскрипции (п. 15 заключения), в экспертном заключении указано, что часть представленных на исследование подписей имеет буквенную транскрипцию (заглавная условно читаемая буква «П», заглавная буква «В», расчерк), часть – безбуквенную транскрипцию.

Представленные для сравнения образцы также исследовались экспертом по транскрипции, в том числе, определен их качественный и количественный состав.

При изучении представленных на исследование образцов подписи ФИО1 экспертом установлено, что по внешнему виду и срокам исполнения сопоставимы со спорными подписями от имени ФИО1, их количество достаточно для проведения сравнительного исследования.

В заключении судебной экспертизы приведены различия по общим и частным признакам между исследуемыми подписями и представленными для сравнения образцами, подписи которых сторонами не оспаривались. Совокупность выявленных различий по общим и частным признакам позволила эксперту прийти к выводу о том, что тони характерны, неслучайны и достаточны для категорического отрицательного вывода о том, что подписи от имени ФИО1 выполнены не им, а иным лицом.

Выводы экспертов логичны, последовательны и не противоречивы, подробно мотивированы, в связи с чем в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы представителю ответчика было отказано.

С учетом приведенных обстоятельств приказ № л/с от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 не может быть признан законным, так как ответчиком не представлено доказательств наличия основания для расторжения трудового договора с истцом по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, а также того, что истец относится к числу работников, трудовой договор с которыми может быть расторгнут по данному основанию, в связи с чем требования о признании данного приказа незаконным подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за время вынужденного прогула.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда, причиненного ему незаконными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Поскольку суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца, ФИО1 подлежит восстановлению на работе в МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о.Тольятти в прежней должности – смотрителя в подразделение Кладбище (ФИО5).

В силу ст. 394 ТК РФ суд считает требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В соответствии с Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата (пункт 4 Постановления).

Согласно п. 9 указанного Постановления при определении среднего заработка используется средний дневной заработок как для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, так и для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Доводы представителя ответчика о том, что после увольнения истец работал в ООО «Альпина» не могут быть приняты во внимание судом, так как каких-либо доказательств этого ответчиком не представлено, запись в трудовой книжке ФИО1 о работе где-либо после увольнения из МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о.Тольятти отсутствует.

Более того, обязанность работодателя по выплате среднего заработка за время вынужденного прогула не поставлена работодателем в зависимость от наличия иного места работы и иных доходов.

В соответствии со справкой МУП «Спецкомбинат ритуальных услуг» г.о.Тольятти средний дневной заработок ФИО1 за период с июля 2016 года по июнь 2017 года составляет 968 рублей 46 копеек (л.д. 105).

В соответствии с п. 3.1 Трудового договора истцу устанавливается 40 часовая рабочая неделя с двумя выходными днями по графику.

Таким образом, в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исходя из пятидневной рабочей недели (98 рабочих дней) в размере 94 909 рублей 08 копеек (968 рублей 46 копеек * 98 дней).

Сумма заработной платы подлежит взысканию без учета НДФЛ, так как указанный налог удерживается при фактической выплате заработной платы с учетом конкретных обстоятельств, в том числе наличия у работника права на налоговые вычеты. Суд в силу положений ч. 1 ст. 24 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) не является налоговым агентом и не вправе удерживать с работника налог на доходы физических лиц при исчислении заработной платы в судебном порядке.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ №, суд вправе удовлетворить требования работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, о компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств, с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд считает обоснованными требования истца о взыскании компенсации морального вреда и с учетом обстоятельств дела, принимая во внимание, что в результате незаконного увольнение работник был длительное время лишен дохода, находит возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, так как данная сумма соответствует характеру и степени причиненных ему нравственных страданий. Причинение истцу физических страданий в процессе судебного разбирательства установлено не было.

В соответствии со ст. 396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, подлежит немедленному исполнению.

В силу ст. 211 ГК РФ немедленному исполнению подлежит решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев, восстановлении на работе.

Таким образом, решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы за три месяца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (67 рабочих дней) в размере 64886 рублей 82 копейки (968 рублей 46 копеек * 67 дней) подлежит немедленному исполнению.

В соответствии о ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в размере 38000 рублей, оплата которых подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Расходы истца на оплату услуг представителя составили 42000 рублей, что подтверждается представленными квитанциями от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая сложность и продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, суд считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию расходов на оплату услуг представителя в размере 22 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета г.о. Тольятти государства госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден на основании п. 1 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ, исходя из размера удовлетворенной части имущественных исковых требования о взыскании заработной платы в размере 3 047 рублей 27 копеек, а также за удовлетворение неимущественных требований о восстановлении на работе и компенсации морального вреда в размере по 300 рублей за каждое из требований, а всего – 3 647 рублей 27 копеек.

Руководствуясь ст. 56, 98, 100, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать приказ №л/с от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его.

Восстановить ФИО1 на работе в Муниципальном унитарном предприятии «Спецкомбинат ритуальных услуг» городского округа Тольятти в должности смотрителя в подразделение Кладбище (ФИО5).

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Спецкомбинат ритуальных услуг» городского округа Тольятти в пользу ФИО1:

- средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 94 909 рублей 08 копеек,

- компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей,

- судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 22000 рублей,

- судебные расходы по оплате экспертизы в сумме 38000 рублей,

а всего – 159 909 рублей 08 копеек.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Спецкомбинат ритуальных услуг» городского округа Тольятти в доход бюджета городского округа Жигулевска государственную пошлину в размере 3 647 рублей 27 копеек.

Решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 64886 рублей 82 копейки подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Самарский областной суд через Жигулевский городской суд <адрес>.

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья В.Н. Неугодников