Приговор № 1-27/2023 1-398/2022 от 2 октября 2023 г. по делу № 1-27/2023

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



дело №1-27/2023
3 октября 2023 года
г. Казань
Советский районный суд города Казани в составе председательствующего - судьи Шайхутдиновой А.И.

при секретарях Габдрахмановой А.А., Файзрахмановой А.М., Кирилловой Ю.В.,

с участием:

государственных обвинителей – помощников прокурора Советского района города Казани Абзалилова Р.А., ФИО1,

подсудимого ФИО2

его защитников – адвокатов Даишева К.Р., Митина А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО2, <дата изъята> года рождения, <адрес изъят>, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего в РТ, <адрес изъят>, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием в особо крупном размере при следующих обстоятельствах.

<дата изъята> в СЧ ГСУ МВД по Республике Татарстан в отношении <данные изъяты> и неустановленных лиц возбуждено уголовное дело <номер изъят> по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159.5, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ.

В одном производстве с уголовным делом <номер изъят> соединены уголовные дела, возбужденные по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159.5, ч. 2 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159.5, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306 УК РФ.

<дата изъята> в 17 часов 20 минут по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.5 УК РФ, в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ задержан <данные изъяты>

<дата изъята> Приволжским районным судом г. Казани <данные изъяты> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

На основании соглашения об оказании юридической помощи и ордера <номер изъят> от <дата изъята> защиту <данные изъяты> на предварительном следствии по уголовному делу <номер изъят> осуществлял адвокат Адвокатской палаты Республики Татарстан ФИО2, <дата изъята> г.р., зарегистрированный <дата изъята> в реестре адвокатов Республики Татарстан за <номер изъят>, предъявивший удостоверение <номер изъят>, выданное <дата изъята> Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республики Татарстан.

Далее, после избрании в отношении <данные изъяты> меры пресечения в виде заключения под стражу в период времени с <дата изъята> по <дата изъята>, точные дата и время не установлены, ФИО2, действуя из корыстных побуждений, решил путем обмана и злоупотребления доверием похитить чужое имущество – денежные средства в особо крупном размере в сумме 2 000 000 рублей, принадлежащие <данные изъяты> и его родственникам и распорядиться ими в дальнейшем по своему усмотрению.

С этой целью в период с <дата изъята> по <дата изъята>, точные дата и время не установлены, ФИО2, находясь на территории ФКУ СИЗО-2 УФСИН РФ по <адрес изъят> по адресу: <адрес изъят>, сообщил <данные изъяты>, что за денежное вознаграждение в сумме 2 000 000 рублей, предназначенное для передачи через ФИО2 должностным лицам судебной системы Республики Татарстан, он может решить вопрос с изменением <данные изъяты> меры пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста.

При этом ФИО2 не намеревался передавать должностным лицам судебной системы Республики Татарстан взятку в виде денежных средств в особо крупном размере на сумму 2 000 000 рублей в интересах <данные изъяты>, а планировал похитить принадлежащее <данные изъяты> и его родственникам имущество – денежные средства в особо крупном размере в сумме 2 000 000 рублей и распорядиться ими вдальнейшем по своему усмотрению.

<данные изъяты>, получив указанную выше информацию, введённый в заблуждение и обманутый ФИО2, доверяя ему, в том числе в силу статуса адвоката и представления последним его интересов в качестве защитника, на предложение ФИО2 ответил согласием.

Далее, в период времени с <дата изъята> по <дата изъята>, точные дата и время не установлены, <данные изъяты> выполняя требование ФИО2, передал через ФИО2 письмо своей матери <данные изъяты>, с просьбой передать ФИО2 денежные средства в размере 2 000 000 рублей для их последующей передачи в качестве взятки должностным лицам судебной системы Республики Татарстана за оказание содействия в изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста.

После чего, в марте 2016 года, но не позднее <дата изъята>, точные дата и время не установлены, <данные изъяты>, выполняя требование ФИО2, находясь в офисе последнего по адресу: <адрес изъят>, доверяя последнему, в том числе в силу статуса адвоката, передала ФИО2 денежные средства в размере 2 000 000 рублей, предназначенные со слов ФИО2 для передачи должностным лицам судебной системы Республики Татарстан за оказание содействия в изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста <данные изъяты> по уголовному делу <номер изъят>.

Получив от <данные изъяты> денежные средства в размере 2 000 000 рублей, ФИО2 никому не передал и не намеревался передавать, а умышленно из корыстных побуждений похитил их, и распорядился ими в дальнейшем по своему усмотрению, причинив <данные изъяты> и <данные изъяты> имущественный вред в особо крупном размере на указанную сумму.

Преступными действиями ФИО2 <данные изъяты> и <данные изъяты> причинен имущественный вред в особо крупном размере на сумму 2 000 000 рублей.

Совершая вышеуказанные действия, ФИО2 действовал с прямым умыслом из корыстных побуждений, осознавал общественную опасность и противоправность своих действий, предвидел возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину в совершении преступления не признал и пояснил, что у <данные изъяты> имеется личная неприязнь к нему, что якобы он его «сдал» сотрудникам ОБЭП, когда он находился в розыске. <дата изъята> к нему в офис приехали <данные изъяты> и <данные изъяты>, в отношении которых имеется материал по фактам мошеннических действий в сфере автострахования. <данные изъяты> пояснил, что они хотели бы заключить сразу соглашение на защиту <данные изъяты> т.к. есть вероятность того, что их задержат, что он сам уже заключил соглашение с адвокатом <данные изъяты><данные изъяты> при беседе пояснил, что его задача заключается своевременно реагировать на действия правоохранительных органов, подавать на их действия и вынесенные ими постановления жалобы, участвовать в следственных действиях с участием <данные изъяты> Условия соглашения сводились на защиту во время предварительного следствия, сумма по договору составила 50 000 рублей в месяц. Соглашение заключал сам <данные изъяты>, он же подписывал приходно-кассовый ордер от <дата изъята> (приложение <номер изъят> к показаниям). После заключения соглашения <данные изъяты> пропал, чуть позже в ходе предварительного следствия он узнал, что он подался в бега и его объявили в розыск. <дата изъята> он пошел в ГСУ МВД РТ ордер о том, что он является защитником <данные изъяты> (т.1 л.д. 241 материалов дела). По его ходатайству ему выдали копию протокола обыска проведенного <дата изъята> по месту проживания <данные изъяты> Показания <данные изъяты> о том, что он появился у него в качестве защитника после его задержания <дата изъята> и то, что соглашение на защиту заключала его покойная мать <данные изъяты>, опровергаются письменными материалами дела. Кроме того, <данные изъяты> сам в своих показаниях сообщал, что именно он сообщил сотрудникам БЭП МВД РТ о его местонахождении в период розыска, благодаря чему он и был задержан. Данные показания свидетельствуют о их знакомстве ещё до его задержания и о его неприязненном отношении к нему, а значит и о наличии причины оговора. С момента заключения соглашения, т.е. с <дата изъята> с <данные изъяты> до <дата изъята> он не виделся и не общался, т.к. он находился в розыске и с ним на связь не выходил. <дата изъята> следователь обратилась в Приволжский районный суд <адрес изъят> с ходатайством об избрании меры пресечения в виде ареста, его арестовали. Он решения суда обжаловал. В период нахождения <данные изъяты> в следственном изоляторе с <дата изъята> по <дата изъята> он его не посещал, в виду чего обсуждать, как <данные изъяты> сообщает суду, об изменении ему меры пресечения на домашний арест за взятку, он не мог, а тем более передавать записки от него его матери. В указанный период: с момента задержания <данные изъяты> - 25.02.2016г. до отмены Верховным судом РТ решения Приволжского районного суда об аресте <данные изъяты> – 11.03.2016г., ни он, ни к нему с предложением за взятку изменить меру пресечения <данные изъяты> не обращались. Подобных разговоров не было. Ему ни кто деньги для взятки не передавал. Хотя как следует из показаний <данные изъяты> и <данные изъяты> - отмена решения об аресте <данные изъяты> 11.03.2016г. была именно в результате того, что ему были переданы деньги и он передал их в качестве взятки, о чем им же сам и сообщил, сказав, что эта отмена ареста <данные изъяты> именно результат передачи взятки. В то время как из показаний <данные изъяты> следует, что в указанный период у нее денежных средств не было и ей пришлось снимать их с банковских счетов. Из показаний <данные изъяты> следует, что он ему сделал предложение о взятке, передал от него записку <данные изъяты> после его ареста, но до отмены 11.03.2016г, а после этого заверил его, что данная отмена решения об аресте это результат взятки. Однако, как установлено из исследованных счетов <данные изъяты>, денежные средства она сняла в период с 14.03.2016г по 24.03.2016г, т.е. она не могла ему передать данные денежные средства в период с 27.02.2016г по 11.03.2016г., поскольку на этот период она не располагала данными денежными средствами. При этом <данные изъяты> не называет конкретные даты передачи денежных средств, а привязывает их передачу к конкретным событиям – после ареста -27.02.2016г., но до отмены решения об аресте <данные изъяты> Верховным судом РТ - 11.03.2016г. (Это следует из ее показаний в суде и из протокола проверки показаний на месте (т.2 л.д.101-109), где она конкретно говорит: «В конце марта 2016 года состоялось судебное заседание в Верховном суде РТ, в ходе которого решение Приволжского районного суда <адрес изъят> было отменено и направлено на новое рассмотрение. Далее в Приволжском районном суде <адрес изъят> прошло судебное заседание по пересмотру решения об аресте <данные изъяты>, но оно оставлено без изменения, т.е. <данные изъяты> остался под арестом») аналогичные показания даны <данные изъяты> и в судебном заседании. Показания <данные изъяты> являются ложными, не соответствующими действительности и иным доказательствам. Иных отмен решений по аресту или продления ареста в отношении <данные изъяты> не было, о чем он сам показал в ходе судебного заседания. Считает, что <данные изъяты> и <данные изъяты> используют процессуальную ситуацию для подтверждения своих ложных показаний и его оговора, связывая отмену решения об аресте <данные изъяты> и в подтверждение этого съем денежных средств, но при этом путают последовательность событий, что является взаимоисключающими обстоятельствами, т.к. не возможно передать деньги, которых у <данные изъяты> не было. Иных причин и событий-поводов передачи денежных средств в качестве взятки они не указывают. Деньги, исходя из исследованных письменных материалов, <данные изъяты> снимала или на стройку или на освобождение <данные изъяты> Это следует из переписки <данные изъяты>, изъятой при задержании <данные изъяты> и документов, которые суд отказался даже приобщать – регистрация дома <дата изъята> на имя <данные изъяты>, истребованные защитником Митиным А.В. из Росреестра РТ. <дата изъята> Приволжский районный суд <адрес изъят> рассмотрел вновь ходатайство следователя о заключении <данные изъяты> под стражу. По итогам рассмотрения ходатайства постановлено заключить <данные изъяты> под стражу. В ходе рассмотрения <дата изъята> в Приволжском районном суде <адрес изъят> ходатайства следователя о заключении <данные изъяты> под стражу, следователем приобщены письменные материалы изъятые в ходе обыска у последнего <дата изъята>. Записки составлены <данные изъяты> и адресованы <данные изъяты> В записках <данные изъяты> сообщает <данные изъяты> о том, что его кинули на 2 000 000 рублей мать некой ФИО5, а также о соседе, который получил 7 000 000 рублей за решение вопроса об изменении <данные изъяты> меры пресечения на домашний арест. После повторонго заключения <данные изъяты> под стражу <дата изъята>, он тоже его обжаловал. <дата изъята> ему на сотовый телефон позвонил помощник судьи Верховного суда Республики Татарстан Ганиева, Колчин и сообщил, что <дата изъята> состоится рассмотрении апелляционной жалобы на постановление Приволжского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята>. Также <дата изъята> ему позвонила следователь ГСУ МВД РТ <данные изъяты> и сообщила, что <дата изъята> состоится продление меры пресечения <данные изъяты><дата изъята> на рассмотрение апелляционной жалобы он явиться не смог, в виду участия в другом процессе, а на продлении меры пресечения в Приволжский районный суд <адрес изъят> он смог, где заявил ходатайство о прекращении производства по делу т.к. мера пресечения в отношении <данные изъяты> апелляционной инстанцией не рассмотрена. <дата изъята> он узнал об отложении судебного заседания по апелляционной жалобе на <дата изъята> 5.04.2016г Приволжский районный суд <адрес изъят> также отложил судебное заседание на <дата изъята> по причине того, что Верховным судом РТ не рассмотрена апелляционная жалоба на арест <данные изъяты> 5 или <дата изъята> к нему в офис по адресу <адрес изъят> вместе со своим сожителем <данные изъяты> пришла <данные изъяты>, с которой у него состоялась беседа относительно как он планирует защиту <данные изъяты><данные изъяты> Он сообщил, что на данный момент следователь до рассмотрения его апелляционной жалобы на меру пресечения <данные изъяты> не может продлить данную меру пресечения и необходимо попробовать воспользоваться процессуальной ситуацией и разделить рассмотрение апелляционной жалобы на меру пресечения от процесса, связанного с его продлением. На тот момент судебной практики по аналогичным обстоятельствам, когда апелляция не рассмотрела арест и следователь уже обращалась за его продлением не было, поэтому он полагал, что без рассмотрения апелляционной инстанцией продление ареста рассматривать не могут. О том, что данный разговор с <данные изъяты> мог произойти в период с 5.04.2016г по 08.04.2016г находит своё подтверждение протоколами судебных заседаний в приложении <номер изъят> к показаниям, т.к. о переносе судебных заседаний с <дата изъята> на <дата изъята> как Приволжского районного суда, так и Верховного суда, стало известно только <дата изъята>. Данные показания подтверждаются и аудиозаписью представленной <данные изъяты> следствию, в которой <данные изъяты>, спрашивает когда состоится судебное заседание, он отвечает- 08 апреля, на что <данные изъяты> кидает реплику «-О, это же на моё день рождение!». В ходе беседы <данные изъяты> сообщала, что <данные изъяты> передавала третьим лицам 2 000 000 рублей взятку за решение вопроса об изменении меры пресечения в отношении <данные изъяты>, однако вопрос не был до решен до конца, т.<адрес изъят>.03.2016г <данные изъяты> решением Приволжского районного суда <адрес изъят> мера пресечения была изменена и его на один день выпустили из следственного изолятора под домашний арест, но 1.04.2016г решением Верховного суда РТ данное решение было отменено и его вновь водворили в следственный изолятор. Возгласы <данные изъяты> в представленном диалоге «Два миллиона, да за такую сумму террористов освобождают» не является их диалогом, а искусственно вмонтирован в него, но и в любом случае указанную аудиозапись он не подтверждает, считает ее фальсифицированной, перемонтированной с вырванными из контекста фразами и словами, в каких-то случаях нет его присутствия. Это же следует, и из того, что в представленных обвинением доказательствах содержится 2 <данные изъяты> одного разговора с участием <данные изъяты>, при этом одна <данные изъяты> короче другой по хронометражу, они разного формата и т.д. Данное обстоятельство подтвердил допрошенный в судебном заседании специалист Конопля, который пояснил, что данная аудиозапись на представленном носителе была создана 28.02.2021г и что до этого она была изменена. Если исходить из логики стороны обвинения, то данная <данные изъяты> в любом случае не является относимой к инкриминируемому ему периоду, поскольку как следует из показаний свидетеля <данные изъяты> – единственного свидетеля-очевидца передачи денежных средств, то передача денежных средств состоялась после получения «гарантий», т.е. <данные изъяты> разговора с обещаниями о содействие в передаче взятки. Монтаж аудио-<данные изъяты> монтирован самим <данные изъяты> его вымогательства. <дата изъята> Верховный суд РТ апелляционное рассмотрение его жалобы на постановление Приволжского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята> отложил на <дата изъята>, а Приволжский районный суд <адрес изъят> ходатайство следователя о продлении меры пресечения удовлетворил. В судебных заседаниях <дата изъята> как Верховном суде РТ, так и в Приволжском районном суде <адрес изъят> он участия не принимал, т.к. <дата изъята> он заболел о чем судам представил больничный лист. Верховный суд Республики Татарстан <дата изъята> известил его о переносе рассмотрения апелляционной жалобы на <дата изъята>, в котором он уже участвовал сам. По итогам судебного заседания апелляционную жалобу оставили без удовлетворения, постановление Приволжского районного суда <адрес изъят> без изменения, а в отношении него за срыв судебного заседания <дата изъята> вынесено частное постановление и направлено в Адвокатскую палату Республики Татарстан. Данные показания подтверждаются протоколом судебного заседания от <дата изъята> (приложение <номер изъят>). Это в том числе нашло свое отражение в предъявляемой в качестве доказательств аудиозаписи с разговором с участием <данные изъяты>. Данную <данные изъяты> он также не подтверждает, она фальсифицирована, перемонтирована для использования в подтверждение ложных показаний <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты>. Однако, в этой <данные изъяты> упоминается, что в отношении него было вынесено частное представление, а значит подобный разговор мог состоятся только после 12.04.2016г, т.е. эта <данные изъяты> вновь является не относимой к предъявленному ему обвинению. <дата изъята> ему в мессенджере «ВатсАпп» написала <данные изъяты> о том когда и где она может получить указанные медицинские документы, переданные ему. В данной части имелись ввиду именно те поддельные медицинские документы, которые ему передала <данные изъяты>, речь вовсе не шла о каких-либо деньгах как утверждает <данные изъяты> своё подтверждение это находит в переписке от <дата изъята> (т.1 л.д.61). Также данные показания подтверждаются и перепиской представленной адвокатом <данные изъяты> согласно которой <данные изъяты><дата изъята> просит её, чтобы он вернул ей эти документы. Из показаний <данные изъяты> следует, что речь в данной переписке с <данные изъяты> именно о медицинских документах, а не о каких-либо деньгах. В середине апреля 2016 года <данные изъяты> заключил соглашение с другим адвокатом <данные изъяты>, в мае 2016 года заключил соглашение с адвокатом <данные изъяты> и от его услуг отказался. После отказа от его услуг он <данные изъяты> не защищал, с ним и его родственниками не встречался. В конце декабря 2016 года ему позвонила адвокат <данные изъяты> и попросила от имени <данные изъяты>, чтобы он снова возобновил с ними соглашение на защиту <данные изъяты> и приступил к защите. Он ответил согласием, но только в том случае, если <данные изъяты> произведет полный расчет по предыдущему соглашению. <дата изъята> предварительно списавшись в мессенджере Ватс Апп с <данные изъяты> они встретились с последней в ТЦ «ХЛ» где она доплатилаему остатки гонорара за защиту за период апрель 2016 года, а также оплатила гонорар за предстоящую защиту с января 2017 года. Данные показания подтверждаются перепиской Ватс Апп (т.1 л.д.62). <дата изъята><данные изъяты> перестала оплачивать ему по соглашению, о чем он ей написал в Ватс Апп (т.1 л.д. 70). <дата изъята> ему написала <данные изъяты> о том, что <данные изъяты> привлек другого адвоката к его защите (т.1 л.д.73). <дата изъята> он снова напомнил про задолженность по оплате его услуг, на что <данные изъяты> написала, что у неё пока финансовые трудности. После этого никакого общения у него с <данные изъяты>, <данные изъяты> и другими родственниками не было. Никаких разговоров о передаче взятки кому либо, для изменения меры пресечения <данные изъяты> и <данные изъяты> он не вел, все что в отношении его наговорили последние является ложью, для спасения <данные изъяты> от привлечения к уголовной ответственности по факту вымогательства. <дата изъята> при его допросе свидетелем в отношении <данные изъяты> сотрудник -ФИО3, сказал, что он близко знаком с адвокатом <данные изъяты> и должен рассказать обо всех её делах, на что он ответил, что с <данные изъяты> он тесно общался в ходе производства защиты по уголовным делам и не более того и знать о её других делах не может. <дата изъята> к нему в офис в 20.00 часов пришел <данные изъяты>, стал говорить о том, что он вернул 500 000 рублей, а остатки 1 500 000 рублей не вернул. <данные изъяты> оставил ему флеш-накопитель, в котором находилось его заявление в ФСБ, СУ СКР, Адвокатскую палату РТ о том, что он якобы получил от его матери <данные изъяты> денежные средства 2 000 000 рублей. Кроме заявления <данные изъяты> на флеш накопителе находились частичная переписка его с <данные изъяты>, аудио- <данные изъяты> диалога с покойной <данные изъяты>, <данные изъяты> Просмотрев флеш накопитель, он решил обратиться в ОП «Азино-2» с заявлением о вымогательстве, что собственно и сделал на следующий день <дата изъята>. В июне 2016 года ему позвонила следователь второго отдела СЧ СКР РТ <данные изъяты>, которая сообщила, что в отношении его поступила жалоба от <данные изъяты> и попросила дать по этому поводу объяснения. Он считает, что действия <данные изъяты> поддерживала и она и <данные изъяты>, который его конвоировал после задержания.

Несмотря на непризнание вины подсудимым, его вину подтверждают совокупность собранных и исследованных в судебном заседании доказательств:

заявление <данные изъяты>, согласно которому его мать <данные изъяты> в 2016 году передала адвокату ФИО2 денежные средства в размере 2 000 000 рублей за оказание содействия в изменении меры пресечения <данные изъяты> в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста; (т. 1 л.д. 16-18)

заявление <данные изъяты> от <дата изъята>, согласно которому его мать <данные изъяты> в 2016 году передала адвокату ФИО2 денежные средства в размере 2 000 000 рублей за оказание содействия в изменении меры пресечения <данные изъяты> в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста; (т. 1 л.д. 30-32)

постановление о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от <дата изъята>, согласно которому в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по <адрес изъят> представлены материалы, отражающие результаты оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО2; (т. 1 л.д. 79-80)

протокол добровольной выдачи предметов и документов от <дата изъята> с фототаблицей к нему, согласно которому оперуполномоченным УФСБ России по <адрес изъят><данные изъяты> у <данные изъяты> получен флеш-накопитель с имеющимися на нем 2-мя аудиозаписями; (т. 1 л.д. 84-85)

В судебном заседании свидетель <данные изъяты> пояснил, что в 2019 году он был осужден по части 4 статьи 159 УК РФ к лишению свободы, освобожден <дата изъята>. ФИО2, являлся его адвокатом по следствию, его наняла ФИО2 его мама. Он был защитником с <дата изъята> по март-апрель. <данные изъяты> бывшая супруга его брата <данные изъяты> Как освободился из мест лишения свободы он пришел к ФИО2 летом 2021 года в офис по <адрес изъят>, <адрес изъят>, с просьбой вернуть денежные средства в размере 2.000.000 рублей, которые были ему переданы за разрешение вопроса об изменении меры пресечения, так как ФИО2 сказал ему когда он был под стражей, что может решить этот вопрос через Верховный суд при встрече с ним и после чего он написал записку и передал ее через ФИО2 маме. Затем ФИО2 вновь пришел к нему и сообщил, что 2000000 рублей он получил. Он говорил, что апелляционная инстанция отменит решение Приволжского суда и ему будет изменена мера пресечения стражи- на домашний арест. В апреле 2016 года состоялось судебное заседание в Верховном суде, в ходе которого решение Приволжского суда было отменено, но меру пресечения не отменили. ФИО2 говорил, что отмены он добился. Но на вопрос, почему не изменили меру пресечения в Верховном суде, он пояснил, чтобы не испортить статистику судьи Привожского суда. Но Приволжский суд также не изменил меру пресечения. Через некоторое время после того как его не освободили, к нему пришел адвокат <данные изъяты> и принес письмо от мамы, что в связи с тем, что его не освободили, она несколько раз ходила к ФИО2 М,Ф. и просила вернуть деньги, однако они не возвращены. Фамилии, через кого он мог решить вопрос об изменении ему меры пресечения ФИО2 не называл. Через несколько дней после его визита к ФИО2 в июне 2021 года, к нему домой пришли сотрудники полиции и пояснили, что он задержан за вымогательство 1500000 рублей, по заявлению ФИО2 На следующий день, он направил заявление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в ФСБ и следственный комитет России. Он представил им <данные изъяты>, сделанную мамой разговора с ФИО2 при передаче денег. Они сделали копию. Он никаких изменений в <данные изъяты> не вносил, только копировал. В декабре 2015 года или в январе 2016 года, до его задержания он передал денежные средства в размере 3.000.000 рублей наличными <данные изъяты> и ФИО2 в квартире <данные изъяты>, расположенной по адресу: <адрес изъят> за изменение меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест в отношении его брата. Изменить меру пресечения не получилось, денежные средства были возвращены в полном объеме. При встрече с ним по вопросу возврата денег, ФИО2 отрицал получение денежных средств, но не отрицал, что был знаком с мамой. <данные изъяты> и ФИО2 говорили, что все вопросы во время следствия проще решать если человек не под стражей. Он не помнит, просил ли его брат <данные изъяты> сам лично решить вопрос о его освобождении, но припоминает, что какие то письма, направленные братом из изолятора у него изымались. <данные изъяты> при продлении стражи один раз освободили, но Верховный суд отменил решение Приволжского суда и затем вновь был под стражей. Свои оглашеные показания, данные им на предварительном следствии <данные изъяты> (т. 2 л.д. 76-81) подтверждает. По поводу мамы поясняет, что она заболела и в течение недели умерла. Договор на его защиту с адвокатом ФИО2 в первый заключила его мама, кто в дальнейшем – не знает, а кто расторгал- не знает. С адвокатом Агаповым договор заключала его мама, оплачивала его услуги она. Он подписал документы необходимые для того, чтобы пройти к нему в изолятор. Договор на услуги <данные изъяты> расторгнут был по его инициативе, он не хотел с ним работать. <данные изъяты> принес ему записку от матери, что ФИО2 не выполнил свои обязательства, <данные изъяты> является его адвокатом. Дату составления договора с адвокатом <данные изъяты> он не помнит. Ему также неизвестно, что в период с декабря 2015 года по апрель 2016 года, передавались денежные средства за изменение меры пресечения в отношении <данные изъяты> Марата какому-то третьему лицу, помимо ФИО2, <данные изъяты>. Он не помнит, где находился <дата изъята>, <дата изъята>. До встречи с ФИО2 у него никаких намерений писать на него заявление не было. На представленном на обозрение ему ордера об оплате услуг адвоката от <дата изъята> на сумму 50.000 рублей в его защиту, подпись не его.

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании пояснила, что подсудимого знает с 2016 года в качестве адвоката, он представлял интересы <данные изъяты> -братишки ее бывшего мужа. <данные изъяты> со словами, что она получила письмо от <данные изъяты> через ФИО2, в котором он сообщает, что адвокат предложил ему вариант об изменении меры пресечения из заключения под стражу на более мягкую за денежные средства. С ее слов требовалось 2 миллиона рублей, которые должны были быть направлены в суд. Но она точно не знает куда, была сложная двухступенчатая система, речь шла о Верховном и районном судах. <данные изъяты> просила одолжить ей поэтому 2 миллиона рублей. После чего она начала готовить ей денежные средства, ушло на это пару дней, поскольку в банке был определенный лимит для снятия денег. Снимала она свои деньги с «Альфа Банк», это были ее личные счета. После снятия денег а снимала не сразу 2000000 рублей, так как при снятии крупной суммы банк забирает крупную сумму комиссии, сообщила <данные изъяты>, что все готово, на что она попросила с ней съездить к ФИО2 и передать денежные средства в размере 2.000.000 рублей. На следующий день она поехала к <данные изъяты> отдавать данные денежные средства к ней домой на ул.<адрес изъят>., после они вдвоем направились к офису ФИО2 Денежные средства находились в маленьком пакете, похож на пакетик из магазина «Летуаль». Деньги <данные изъяты> она передала в своей машине, белый «Range Rover». <данные изъяты> положила деньги в свою сумку. Это было в конце марта 2016 года. Офис подсудимого находился по <адрес изъят>, <адрес изъят>, через дорогу расположен ТЦ «Южный». Многоэтажный дом, вывеска «Адвокат», на 1 этаже, крайний левый вход. После чего, они зашли в кабинет, ФИО2 был один, играла музыка, <данные изъяты> попросила ее выключить, чтобы записать разговор на диктофон, на что он пояснил жестами, что его могут прослушивать. Далее она передала ему денежные средства в размере 2.000.000 рублей, ФИО2 положил его под стол.У них состоял разговор о договоренности и дальнейших действиях, на что ФИО2 сказал, все идет своим чередом. Речь шла о том, что за данную сумму денег <данные изъяты> будет изменена мера пресечения. Это говорил подсудимый. Никаких фамилий, кому будут передаваться деньги не озвучивались. Находились в кабинете у подсудимого примерно 10-15 минут. После передачи денег она предложила <данные изъяты> в целях получения гарантии выполнения обязательств подсудимым пойти к подсудимому и выяснить как он гарантирует изменение меры пресечения <данные изъяты> Ей известно, что <данные изъяты> ходили к нему с <данные изъяты> и записали разговор на телефон. У <данные изъяты> неоднократно проходили судебные заседания по продлению меры пресечения под стражей, ничего не менялось. На что ФИО2 каждый раз сообщал, что получится в следующий раз. Как-то был случай, что Верховный суд отменил решение Приволжского суда, после чего было заседание снова в Приволжском суде. Но участвовал ли ФИО2 на этих судебных заседаниях при продлении меры пресечения под стражей <данные изъяты> она не знает. Она помнит, что приблизительно 8 апреля, ФИО2 сообщил, что не пойдет на продление, в связи с чем процесс отложат, а сроки содержания <данные изъяты> выйдут, его отпустят, но заседание провели, тогда уже <данные изъяты> поняла, что ничего не выйдет и обратилась к ФИО2 о возврате денежных средств в размере 2.000.000 рублей, так как вопрос не решался. Также она ему пояснила, что если он не вернет деньги, она напишет заявление в полицию. На эти слова ФИО2 отреагировал агрессивно, начал угрожать тем, что устроит «сладкую» жизнь <данные изъяты> в изоляторе, звучали такие угрозы, что в «петушатник» его загонит. Она знает об этом со слов <данные изъяты> Она сама тоже писала ФИО2 насчет возврата денежных средств, на что он ответил, что не понимает о чем идет речь. В переписке с ним была конспирация, денежные средства –назывались документами. Она с ним лично по данному поводу не встречалась. ФИО2 деньги не возвратил, их постепенно возвращает <данные изъяты> Она прослушала <данные изъяты>, которая сделала <данные изъяты>, вторая <данные изъяты>, при их визите к ФИО2 при передаче денег, не получилась, поскольку не было ничего слышно. После чего <данные изъяты> ее удалила при ней. Она прослушивала <данные изъяты>, где участвуют <данные изъяты>, <данные изъяты>, ФИО2 По просьбе <данные изъяты> она сохраняла скриншоты о разговорах подсудимого и <данные изъяты>, которые после предоставила. После расторжения с ФИО2 договора, в последующем он еще был в качестве адвоката по данному уголовному делу. Был случай, когда следствие отвело защитников <данные изъяты> и <данные изъяты> по надуманным основаниям, по рекомендации одного из отведенных защитников, они привлекли <данные изъяты> в качестве защитника, она пригласила ФИО2. Это было исключительно на одно заседание. Кто принял решение о приглашении ФИО2, ей неизвестно. При личном общении с ФИО2 ход расследования уголовного дела в отношении ее супруга, его брата- <данные изъяты> они не обсуждали. При личном общении с подсудимым она никогда не вела разговоры о способствовании изменению меры пресечения. Каким телефоном пользовалась <данные изъяты>, на который записывала <данные изъяты> с ФИО2 она также не знает. Вторую неудавшуюся <данные изъяты><данные изъяты> удалили при ней, телефон был прямоугольный, плоский, модель не знает.В переписке с ФИО2 она дословно не писала о возврате 2.000.000 рублей, так как со слов <данные изъяты> было явное указание, что ФИО2 необходима конспирация. Ее лично об этом ФИО2 не просил. В обозреваемом скриншоте переписки между нею и ФИО2 (т.1. л.д. 92) она просит вернуть денежные средства – указывая «Верни то, что должен». Она ранее указывала, что ФИО2 на ее вопрос о возврате денег говорил, что не понимает о чем идет речь? Но это не единственная их переписка, имеются и другие, возможно их не предоставили. Ее супруг 3 дня был под домашним арестом. До 1 апреля, 1 апреля повторно арестовали.За взятку она освободить супруга из под стражи не пыталась. Денежные средства в апреле 2016 года и в мае 2017 года снимала или нет и в какой сумме, она непомнит,но если выписки в деле есть, значит снимала. В 2016 году у нее сбережения были так как она занималась бизнесом - строительством частных домов, также помогал ей папа. Она приобретали земельные участки, но в апреле мае 2016 года снятие денег не было связано с приобретением земельных участков. Для чегоона снимала денежные средства в размере почти 5 миллионов рублей – не помнит. После передачи денег ФИО2 была отмена судебного решения об избрании меры пресечения заключения под стражу в отношении <данные изъяты> В отношении ее мужа она также были попытки разрешить вопрос об изменении меры пресечения за деньги, но ничего не получилось, деньги вернули. В период с января 2016 года по май 2016 года производились ли какие-либо строительные работы на объектах недвижимости, принадлежащих ей, <данные изъяты>, <данные изъяты> – она не помнит, но в указанный период объекты недвижимости ею не приобретались.

Из показаний свидетеля <данные изъяты> в суде следует, что подсудимого знает.

В 2016 году он был адвокатом сына его сожительницы <данные изъяты> – <данные изъяты>. Когда он познакомился с подсудимым <данные изъяты> был под стражей. Офис <данные изъяты> находился по адресу: <адрес изъят>. Как-то <данные изъяты> сказала, что приходил <данные изъяты> и принес записку <данные изъяты>, в котором указывалась сумма, которую требовалось отдать для того, чтобы его выпустили под подписку, освободили его из под стражи. На имя матери <данные изъяты> написал, чтобы она нашла 2.000.000 рублей, за эту сумму изменить меру пресечения <данные изъяты>. Данные денежные средства нужно было передать адвокату <данные изъяты>, чтобы он все решил. Как решить этот вопрос это уже дело адвоката <данные изъяты>, он сказал, что он сам решит, со слов <данные изъяты>. У них на тот момент таких денег не было, <данные изъяты> обратилась к невестке – <данные изъяты> (жена старшего сына). На что <данные изъяты> согласилась дать денежные средства в размере 2 000 000 рублей. Они вместе вдвоем передали деньги, ему известно со слов <данные изъяты>. Куда ездили неизвестно, наверное, к нему в офис. От <данные изъяты> он слышал, что она тоже участвовала при передаче денежных средств. После того как <данные изъяты> и <данные изъяты> сходили к подсудимому, они сказали, денежные средства передали, вопрос будет решен, мера пресечения будет изменена на освобождение из под стражи. <данные изъяты> из под стражи не освободили. После передачи денег они приехали в офис на <адрес изъят>, <данные изъяты> решила записать разговор на диктофон телефона. Это было в 2016году. В офис поднималиль по высокой ступеньке. В офисе были втроем - он, <данные изъяты>, адвокат <данные изъяты>. Разговаривали примерно полчаса. <данные изъяты> получилась, ее прослушали. Однако с изменением меры пресечения ничего не получилось. <данные изъяты>, <данные изъяты> требовали у адвоката <данные изъяты>, чтобы вернул 2.000.000 рублей. Известно с их слов, для этого созванивались, но подсудимый говорил, что он тут не причем, он пытался сделать, не виноват, что так получилось. <данные изъяты> скончалась в 2021 году. <данные изъяты> в это время освободился из мест лишения свободы. <данные изъяты> знал, что за изменение меры пресечения передали подсудимому денежные средства, знал от матери. Они перед тем как зайти в офис подсудимого – включили телефон, затем когда вышли – выключили. Он говорит, что вопрос будет решен. <данные изъяты> говорил, что все получится, сумму 2000000 рублей озвучивала <данные изъяты>, <данные изъяты> говорил «да,да», что постарается решить этот вопрос. <данные изъяты> передала <данные изъяты> после встречи в течение пары дней. При разговоре <данные изъяты>, упомянается 8 число, у <данные изъяты> день рождение, хотя у нее день рождения по паспорту 1 мая. Он не помнит, чтобы <данные изъяты> денежные средства переводил в 2016-2017 годах. Его банковская карта в распоряжении <данные изъяты>, <данные изъяты> никогда не была. Отвечая на вопрос государственного обвинителя, свидетель сказал, что разговор об условиях изменения меры пресечения состоялся после передачи денег, он напутал, что был до передачи денег.

Свидетель <данные изъяты>- адвокат в суде пояснил, что подсудимого не знает, ему знакомы <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> он не знает. Он дает показания, поскольку <данные изъяты> выразил согласие для его допроса. В апреле 2016 года у него заключилось соглашение на защиту <данные изъяты>, при финансовой оплате услуг <данные изъяты>. <дата изъята> он посетил первый раз <данные изъяты> в следственном изоляторе по просьбе <данные изъяты>, которая является женой его родного брата – <данные изъяты> Далее по приезду в следственный изолятор, он спросил желание, согласие <данные изъяты>, на что он дал согласие, и они заключили в изоляторе соглашение по его защите по уголовному делу ( за номером 000043 от 2016 года). <данные изъяты> осуществляла финансирование по данному соглашению, 1 или 2 месяца, как ему помнится на 2 месяце они расторгли соглашение, поскольку он не стал выполнять их определенные поручения по поводу писем, передачек и т д. Он <данные изъяты>, находясь в следственном изоляторе, от <данные изъяты> или <данные изъяты>, их слова, записки, что адвокат ФИО2 не выполнил обещание по поводу передачи взятки с целью способствования изменения меры пресечения <данные изъяты> не передавал. Они с <данные изъяты> обсуждали стратегию, тактику его защиты и передаче каких-либо бытовых вещей, они производились устно. По его мнению <данные изъяты>- молодой человек с завышенно не обоснованной самооценкой.

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании пояснила, что с ФИО2 знакома с лета 2002 года. С <данные изъяты> она знакома, познакомилась в феврале 2016 года. Проходил по делу, где она осуществляла защиту его брата <данные изъяты> Марата. Познакомилась <данные изъяты> в начале декабря 2015 года. Ему ее в качестве адвоката рекомендовал ее коллега <данные изъяты>, который являлся адвокатом центрального филиала коллегии адвокатов РТ, также как и она на тот момент. <данные изъяты> знакома, как мама <данные изъяты> и <данные изъяты> Марата. Она ее видела лишь один раз после 1 апреля, но до 8 апреля. После того, как <данные изъяты> изменили меру пресечения с домашнего ареста на содержание под стражей. <данные изъяты> ей знакома, как супруга <данные изъяты> Марата. С ней она познакомилась <дата изъята>. <данные изъяты> знаком - сожитель <данные изъяты>. Она видела его один раз, в начале апреля 2016. Они приезжали вместе. ФИО2 в рамках данного уголовного дела защищал <данные изъяты>. <данные изъяты> на момент заключения с ней соглашения о его защите находился на свободе, это был декабрь 2015 года. Марат был задержан в ночь с 28 на <дата изъята>. Мера пресечения в отношении него была избрана Приволжским районным судом <адрес изъят><дата изъята>. <данные изъяты> она посещала в следственном изоляторе, никаких записок она никому не передавала, общались только в рамках уголовного дела и по материалам уголовного дела. В апелляционном порядке постановление суда о заключении <данные изъяты> под стражу обжаловались. Рассмотрение было <дата изъята> в Верховном суде и постановление Приволжского районного суда оставили без изменений. Она не предлагала лично либо с адвокатом ФИО2, <данные изъяты>, <данные изъяты> за денежные средства в размере 3 млн рублей изменить меру пресечения <данные изъяты> через представителя ВС РТ. <данные изъяты> в первый раз она увидела <дата изъята> при избрании меры пресечения в отношении <данные изъяты>. В последующем разговор об этом не шел. С учетом того, что после задержания <данные изъяты> Марата, <данные изъяты> был объявлен в розыск и скрывался от органов следствия, то соответственно у нее с конца января по середину февраля не было данных о том, где он и связи также не было. <данные изъяты> и <данные изъяты> знали ее место жительства, к ней приезжала <данные изъяты>Согласно исследованному постановлению, вынесенного Приволжским районным судом от <дата изъята> ( т.1. л.д. 224-226) она участвовали при продлении меры пресечения <данные изъяты>. В тот момент она дополнительно представляла - распечатки детализации телефонных переговоров. А также органам следствия было предоставлено заключение экспертизы (по запискам) и в связи с тем, что в записках <данные изъяты> писал указания <данные изъяты>, чтобы тот решил вопрос с Вахитовским судом об изменении ему меры пресечения, она поняла, что следственный орган намеренно обратился в Приволжский районный суд. Также в этих записках писалось про соседа, чтобы ему не доверять, не доверять адвокатам (ей, ФИО2), потому что они от соседа. Писалось про некую Ильмиру или Эльвиру, насколько свидетель поняла потом, что это была свидетель по делу, вернее отсылка шла на ее мать, которая тоже может решить вопрос, как она понимала, с мерой пресечения и <данные изъяты> давались указания, чтобы он с ней встретился и определился по этому поводу. И различные бытовые вопросы, где достать денежные средства, кому заплатить. Там упоминались по поводу соседа 7 млн. рублей. Но было ли это в записках или нет, она не помнит. Также звучала сумма 2 млн, но это сумму в первый раз услышала от <данные изъяты> в начале апреля. По поводу данных записок она беседовал с <данные изъяты>, она только объяснила кто такой сосед. <данные изъяты>, о котором она ранее говорила. Со слов <данные изъяты> она узнала, что он занимался решением вопроса в отношении <данные изъяты>, чтобы его не привлекли к уголовной ответственности за 7 млн рублей. Потому что в конце декабря 2015 года <данные изъяты>к ней пришел и сказал, что его ГСУ привлекать к уголовной ответственности не будет. Относительно 2 млн рублей она ничего не помнит. И они были указаны в записках или нет, но помнит, что до начала апреля 2016 года она ни маму <данные изъяты>, <данные изъяты>, ни ее сожителя не видела и не общалась с ними. <данные изъяты> попросила ее, что <данные изъяты> хочет с ней поговорить и они приехали к ней в офис, на <адрес изъят> в начале апреля вместе с <данные изъяты>. Разговор был по поводу сына, по поводу перспектив уголовного дела, а также в ходе этого разговора <данные изъяты> сказала, что они кому-то заплатили 2 млн. рублей за изменение меры пресечения <данные изъяты>, в результате не получилось. <данные изъяты> переживала, вернут эти денежные средства или нет. Но разговора про подсудимого вообще не было, насколько она помнит, разговор вообще шел про маму Ильвиры или Ильмиры, якобы через нее это было. До <дата изъята> с <данные изъяты> лично по поводу продления не общалась. И после не общалась на тему об изменении меры пресечения <данные изъяты> за денежные средства. Ей об этом сообщила его мама. В ходе беседы это было из области того, что она очень переживала, вернут или не вернут деньги. ФИО2 сам был с данными записками ознакомлен. Насколько она помнит, эти записки были представлены в заключении на избрание меры пресечения в отношении <данные изъяты>. Они с ФИО2 разговаривали в ракурсе того, что им не доверяют. Фактически из-за этого в том числе, а также из-за того, что у них расходились мнения в тактике стратегии защиты, было в апреле месяце расторгнуто соглашение на его защиту. С <данные изъяты> про эти 2млн рублей они не разговаривали. <данные изъяты> интересовался где-то во второй половине февраля и марта 2016 года : « как там продвигается дело?». Она поняла, что они каким-то образом общаются, хотя <данные изъяты> не представлял его интересы. По поводу того, что <данные изъяты> и <данные изъяты> передали ФИО2 денежные средства в размере 2 млн. рублей в качестве взятки для незаконного решения об изменении меры пресечения <данные изъяты> на домашний арест в период февраля по конец марта 2016 года через представителя Верховного суда она ничего не знала. По состоянию на 2021 год ей стало об этом известно от следователя <данные изъяты>. И то, по-другому, когда она допрашивалась в рамках данного уголовного дела в качестве свидетеля следователем <данные изъяты> Она не знает, в материалах дела имеется ее допрос или нет, но при этом про 2 000 000 рублей, вообще разговор не шел, упоминалось 3 млн. рублей. <данные изъяты> сообщила, что по показаниям <данные изъяты>, <данные изъяты>, якобы в марте 2016 года, <данные изъяты> передала ФИО2 2 млн. рублей за решение вопроса для дачи взятки должностным лицам суда для изменения меры пресечения в отношении <данные изъяты>. Она отправляла <данные изъяты> сообщение по поводу хода осуществления защиты посредством социальной сети «Ватсап, Телеграмм». Они у нее сохранились. В телефоне она у нее записана «Неля», жена <данные изъяты> Марата. На тот момент, по состоянию на 2016 год, она пользовалась абонентским номером <***>. В мессенджере Телеграмм у них переписка начинается в <дата изъята>. Это как раз является датой задержания <данные изъяты>, насколько она помнит. В мессенджере Ватсап, где она у нее записана точно также, у нее с ней переписка начинается с <дата изъята>. (Сообщение: Неля: 16:41 - куда мне ехать, подскажите, пожалуйста, это было после избрания меры пресечения, чтобы передать вещи) 4 февраля проводились следственные действия с участием <данные изъяты> в ГСУ ( следователи тогда находились по адресу Фукса 3а, второе здание МВД), в 15:25 на ее вопрос « долго ли еще?», она ответила, что « сейчас спущусь, подходи, телефон для связи с Б возьми с собой». Это означало номер телефона, на что она ей скинула номер, на конце которого 888 - <данные изъяты>. Переписка в Телеграмм от <дата изъята> в той части, где <данные изъяты> написала ей «Все здесь, на что Вы отвечаете: 5 минут».(13:31) -Это означает, что <данные изъяты>, то есть она подьезжает к Приволжскому районному суду. Как состоялось решение об изменении меры пресечения она скидывала эти записки <данные изъяты> Относительно 2 млн рублей, на тот момент ничего не обсуждали. Переписка «Здесь же в 17:19 от нее Вам слова «с соседом переговорила, дашь ответ, последний день обжалования» указывает, что это сосед - <данные изъяты>. Не помнит о чем с ним говорила, наверное,обжаловать нужно было. Это как раз тот момент, когда К. и <данные изъяты> говорили одно то же, в связи с чем, она сделала вывод, что они общаются, каким-то образом помимо ее, то есть <данные изъяты><дата изъята><данные изъяты> просила скинуть записки из заключения экспертизы, которые <данные изъяты> передавал <данные изъяты>. Когда <данные изъяты> находился на свободе, а <данные изъяты> в СИЗО. Далее от нее поступило сообщение «Наташ, ты зачем рассказываешь людям о нашем вчерашнем разговоре, я же тебя просила, ты вообще понимаешь, какие могут быть последствия», на что она отвечает «я никому ничего не говорила и не разговаривала на эту тему ни с кем». Она точно не помнит о чем разговор, но если вопрос о том, рассказывал ли ей <дата изъята><данные изъяты>, что решают вопрос, то есть путём дачи взятки за изменение <данные изъяты> Марату меры пресечения в виде заключения под стражей на иную другую, она никому не рассказывала.

По переписке с <данные изъяты> «В 12:57 <данные изъяты> у нее спрашивала « есть ли у нее связь с ФИО2, он почему то игнорит, не отдает документы», <данные изъяты> коментирует, что до этого она у нее спрашивала про квитанцию. То есть оплату ее услуг. На что ФИО4 н.В. ответила« ФИО2 болеет, сегодня с ним не разговаривала». <данные изъяты>: « Наташа, он мне доки уже две пятницы обещает. И очень странно, что не отвечает на смс. Мне срочно надо, документов не мало». <данные изъяты> пояснила « Я сейчас ничем помочь не могу, я не в городе», что в даенном случае разговор вели о медицинских документах в отношении <данные изъяты>. У нее также имелись медицинские документы, но на <данные изъяты>. После расторжения соглашения с <данные изъяты> и <данные изъяты> с ФИО2 в декабре 2016 года возникла необходимость заново их участия, в том числе и в Советском районном суде, участвовали по 125. Она в отношении <данные изъяты>, ФИО2 в отношении <данные изъяты>, причём ее прямо очень просили уговорить ФИО2, чтобы он повторно согласился взяться за защиту, поскольку он не хотел этого делать. За все услуги ей оплатили, Б.М.ФБ. не до конца. <данные изъяты> никогда не обращалась к ней с жалобой, что ФИО2 не возвращает денежные средства, переданные ему в качестве взятки. Никакой конспирации при переписках не было, деньги назывались деньгами, документы –документами. Когда стали происходить события в 2021 году в отношении ФИО2, а именно <дата изъята> впервые от него поступил звонок в 23:00 с разговором о том, что пришёл <данные изъяты>, принёс некую флешку с заявлением и аудиозаписью. Она подняла переписку с <данные изъяты>и поняла, что некоторые сообщения ею удаляются, после чего она её просто заблокировала в программе Telegram, то есть в ватсапе невозможно удалить спустя столь длительное время сообщения, а в телеграмме их можно удалить и у себя и у собеседника. Поскольку она знала, что если история получит продолжение, то это может пригодиться в защиту ФИО2.

Специалист <данные изъяты> в суде пояснил, что он закончил Казанский государственный университет - математик, системный программист. После прослушивания аудиофайла 0000007 (1), и обозревания флеш-накопителя без наименования, черного цвета, на котором содержится 1 файл, дата- 28.02.2021г, время- 18.59ч. специалист пояснил, что для того, чтобы просмотреть дату создания и дату изменения файла, необходимо зайти в свойства файла. Дата создания файла 16.06.2021г в 23ч12мин 29 сек, изменен- 28.02.2021г в 18 ч 59 м 22 сек. Дата создания- это дата, когда файл был помещен на данный носитель в данную папку. Дата изменения- это дата и время, когда файл был изменен при помощи каких- либо средств и помещен в то же самое место, т.е. перезаписан. В данном случае нет сведений, что файл создан в 2016году. Формат <данные изъяты> - это тип файла МР-3, 2,85 Мегабайт объем (это не десятичная система. В данном случае файл в последний раз был изменен 28.02.2021г, а после этого 16.06.2021г был перемещен в новое место, на этот флеш- носитель. Определить где был изменен файл нельзя. Если бы файл был бы изменен в этом же каталоге, то дата изменения стояла бы другая. Файл на данный флеш - накопитель был помещен 16.06.2021г. Нет сведений, что файл не был создан в 2016 году. На вопрос: «разговор со слов свидетелей был записан на телефон, который был перемещен на флеш-носитель. Как определить когда был записан разговор?», специалист ответил, что когда с телефона переносится на новой место, меняется только дата создания. А дата изменения всегда (если файл не изменять) остается прежней. Дата создания и изменения совпадает, когда файл создается первоначально и записывается на носитель, т.е. в момент <данные изъяты>. При переносе файла на флеш- карту, время создания на флеш- карте и изменения совпадать не будет, время изменения сохраниться. Если бы файл копировался на другие носители, время не изменяется. А если бы были внесены изменения, то время меняется. В данному случае изменение файла произошло именно в эту дату, но какое изменение установить невозможно. Это только копия файла. Если найти звукозаписывающее устройство, то время создания и изменения будет совпадать (если это был 2016г, то будет 2016г). Копирование файла, то это создание, а не изменение. В данном случае, файл сначала был изменен, а потом скопирован на флеш- накопитель. Может быть изменен размер или формат <данные изъяты>, изменение громкости. В цифровом формате <данные изъяты> отцифровывается, формат- кодировка звуковой дорожки. МР-3 – это самый распространенный формат. При копировании дата изменения не меняется.Если <данные изъяты> на МР-3 и если без всяких изменений перенести на флеш- накопитель, то формат не меняется. Меняется, если только были какие- либо изменения. Могут быть разные изменения, изменение громкости тоже влияет на дату изменения. Изменение громкости- это увеличение амплитуды, увеличение показателя громкости внутри файла, само по себе это не происходит, меняется содержимое файла. Данный файл создан и изменен в 2021г, изменен в феврале 2021г. Файл изменен 28.02.2021г, а потом 16.07.2021г его перенесли на этот флеш- носитель. <данные изъяты> была создана до 28.02.2021г.Если бы файл с 2016г не изменялся, то в графе изменения должэен был указан 2016 год. Если необходимо перенести часть разговора, то файл возможно обрезать при помощи специального программного средства и тогда при сохранении нового файла поменяется дата изменения.

Специалистом суда вскрывается конверт с флеш- накопителем, на котором содержаться два аудиофайла. Флеш- накопитель черного цвета Epeiser с файлами REC_0000007 и REC_0000009. По мненипю специалиста файл 0000007 создан 28.06.2021г в 21 ч 47 мин 29сек, дата изменения- 28.02.2021г в 18 ч 39 мин 56 сек, размер файла 3,53 Мегабайт, продолжительность <данные изъяты> 15 мин 14 сек, формат. Wav. На вопрос защитника : - «<данные изъяты> 0000007 (1) и 0000007 по содержанию это один и тот же разговор, только продолжительность разговора разная. У свидетеля <данные изъяты> спрашивали почему длительность разговора не совпадает, он пояснил, что это произошло при копировании файла. Возможно ли изменение при копировании?» Специалист ответил, что не может и при изменении формата тоже нет. Сведений, что файл создан в 2016г не имеется. Относительно времени создания и изменения здесь то же самое, что и первому файлу. По свойствам файла невозможно определить когда был создан файл, но создан он до 28.02.2021г. 2-й файл 0000009 создан 28.06.2021г в 21ч 39 мин 51 сек, изменен 28.02.2021г в 19 ч 05 мин 46 сек, размер файла 2,02 Мегабайт, формат МР-3, продолжительность <данные изъяты> 4 мин 25 сек. По времени создания и изменения все то же самое. Почему флеш- носитель один, а форматы разные, специалист не знает. При изменении в любом месте звуковой дорожки аудиофайла будет меняться время изменения файла.

постановление Приволжского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята>, согласно которому <дата изъята> Приволжским районным судом <адрес изъят><данные изъяты> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; (т. 1 л.д. 123-124)

заверенные копии материалов уголовного дела <номер изъят> по обвинению <данные изъяты> и других лиц, полученные путем фотографирования в Вахитовском районном суде <адрес изъят>, которые хранятся в материалах уголовного дела <номер изъят>; (т. 1 л.д. 131-250, т. 2 л.д. 1-36, 40)

протокол осмотра предметов (документов) от <дата изъята> с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрены заверенные копии материалов уголовного дела <номер изъят> по обвинению <данные изъяты> и других лиц, полученные путем фотографирования в Вахитовском районном суде <адрес изъят>. В ходе осмотра установлено, что <дата изъята> в СЧ ГСУ МВД по <адрес изъят> в отношении <данные изъяты> и неустановленных лиц возбуждено уголовное дело <номер изъят> по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159.5, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ. В одном производстве с уголовным делом <номер изъят> соединены уголовные дела, возбужденные по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159.5, ч. 2 ст. 159.5, ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 159.5, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306, ч. 1 ст. 306 УК РФ. <дата изъята> по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159.5 УК РФ в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, задержан <данные изъяты>

Защиту <данные изъяты> на предварительном следствии по уголовному делу <номер изъят> осуществлял адвокат Адвокатской палаты Республики Татарстан ФИО2, <дата изъята> г.р., зарегистрированный <дата изъята> в реестре адвокатов Республики Татарстан за <номер изъят>, предъявивший удостоверение <номер изъят>, выданное <дата изъята> Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республики Татарстан и ордер <номер изъят> от <дата изъята>.

<дата изъята> Приволжским районным судом <адрес изъят><данные изъяты> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

<дата изъята> Приволжским районным судом <адрес изъят><данные изъяты> продлен срок содержания под стражей.

<дата изъята> Приволжским районным судом <адрес изъят><данные изъяты> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; (т. 2 л.д. 37-39)

протокол осмотра предметов (документов) от <дата изъята> с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрен CD-R-диск, предоставленный АО «Альфа-Банк» с информацией о движение денежных средств по банковским счетам <данные изъяты> В ходе осмотра файла под названием «011121105254_GR-625244__40817810908480032240_0» установлено, что на счет 40<номер изъят>, открытый на <данные изъяты>, в период времени с <дата изъята> по <дата изъята> поступили денежные средства на общую сумму в размере 2 090 000 рублей; (том 2 л.д. 50-53)

CD-R-диск, предоставленный АО «Альфа-Банк» с информацией о движение денежных средств по банковским счетам <данные изъяты>, который хранится в материалах уголовного дела <номер изъят>; (т. 2 л.д. 54, 55)

протокол осмотра и прослушивания фонограммы (аудио-видео <данные изъяты>) от <дата изъята>, составленный следователем по ОВД следственного отдела по <адрес изъят> СУ СК РФ по РТ <данные изъяты>, согласно которому осмотрен флеш-накопитель с аудиофайлом с названием: «REC_0000007 (1)». При воспроизведении данного файла обнаружена <данные изъяты> разговора между мужчинами и женщиной, как стало известно между подсудимым, <данные изъяты> и ее супругом, диалог по поводу передачи денег в сумме 2000000 рублей за изменение меры пресечения в виде заключения под стражу, подсудимый поясняет, что, если не изменят меру пресечения, то деньги будут возвращены обратно. Супруг <данные изъяты> требует гарантии, что выпустят <данные изъяты>, боится что они передадут деньги, а их кинут. Подсудимый поясняет, что он работает не с теми людьми, совершенно, и не по той схеме, по какой работали по освобождению Марата. Соглашается, что «кинули» по вопросу Марата. Что он ждал, что <данные изъяты> при рассмотрении данного вопроса будет говорить: «<данные изъяты> а у тебя какие гарантии?» При этом супруг <данные изъяты> вставил, что это логично. Подсудимый добавил, что «он этого разговора ждал, молодцы, что пришли, что у меня не так, поэтому тут понимаете все под одну гребенку не надо равнять»; (т. 1 л.д. 19-22)

протокол осмотра предметов (документов) от <дата изъята>, составленный следователем СУ СК РФ по РТ <данные изъяты> и который является более подробным описанием, чем составленный следователем <данные изъяты> (т. 1 л.д. 19-22), согласно которому осмотрены флеш-накопитель с аудиофайлами с названием: «REC_0000007 (1)» и флеш-накопитель с 2-мя аудиофайлами с названиями: «REC_0000007» и «REC_0000009». При воспроизведении аудиофайла «REC_0000007» установлено, что на <данные изъяты> зафиксирован разговор двух мужчин и женщины на татарском и русском языках. Общая длительность <данные изъяты> составляет 15 минут 14 секунд, объем 3,53 МБ. В ходе предварительного следствия установлено, что это разговор между ФИО2, <данные изъяты> и <данные изъяты>, согласно которому обсуждается вопрос об изменении меры пресечения <данные изъяты>, подсудимый разъясняет порядок рассмотрения материала в отношении <данные изъяты> в суде первой инстанции и апелляционной инстанции, супруг <данные изъяты> требует гарантии, что выпустят <данные изъяты>, боится что они передадут деньги, а их кинут, при этом <данные изъяты> указывают, что за 2000000 рублей можно выпустить террористов и убийц, на это ФИО2 говорит, что не смотря на то, что нет 100% гарантии в том, что <данные изъяты> изменят меру пресечения, он действует по иной схеме, а не по схеме рассмотрения вопроса по <данные изъяты> Марату, когда последнему изменить меру пресечения не смогли, он говорит, что это было «кидалово», на утверждение <данные изъяты> о том, что в ином случае 2000000 рублей должны быть возвращены, ФИО2 отвечает согласием, при этом на это сообщает и справшивает, что «просто взяли и все чтоли, ничего не сделают», с данным высказываеним <данные изъяты> соглашается, тогда подсудимый отрицает и отвечает, что «нет, нет, нет», <данные изъяты> говорит, что все хотят обоготится, на что ФИО2 отвечает, «согласен, но я просто не..», во время диалога ФИО2 пытается успокоить <данные изъяты>, говорит о том, что <данные изъяты> еще не под стражей, описывает изменчивость ситуации, <данные изъяты> говорит о том, что «за 2000000 рублей она горы свернет». Данные разговоры указывают об использовании 2000000 рублей для разрешения вопроса об изменении меры пресечения. При воспроизведении аудиофайла «REC_0000007 (1)» установлено, что на <данные изъяты> зафиксирован разговор двух мужчин и женщины на татарском и русском языках. Общая длительность <данные изъяты> составляет 6 минут 14 секунд, объем 2,86 МБ. В ходе предварительного следствия установлено, что это разговор между ФИО2, <данные изъяты> и <данные изъяты>, согласно которому обсуждается вопрос об изменении меры пресечения <данные изъяты>, подсудимый разъясняет порядок рассмотрения материала в отношении <данные изъяты> в суде первой инстанции и апелляционной инстанции, при этом <данные изъяты> и <данные изъяты> указывают, что за 2000000 рублей можно выпустить террористов и убийц; (т. 2 л.д. 60-72)

свидетельство о смерти IV- КБ <номер изъят>, согласно которому <дата изъята> умерла <данные изъяты>; (т. 2 л.д. 82)

протокол проверки показаний на месте от <дата изъята> с фототаблицей к нему, согласно которому свидетель <данные изъяты> добровольно, без какого-либо давления со стороны следователя дала показания аналогичные показаниям данные ею <дата изъята>, а также показала места передачи денежных средств. (т. 2 л.д. 103-109).

Таким образом, суд считает вину ФИО2 доказанной.

Суд считает, что обвинение ошибочно квалифицировало действия подсудимого по признаку - использование своего служебного положения, так как подсудимый не является должностным лицом, наделенный полномочиями, осуществляющими функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, поэтому исключает из обвинения данный квалифицирующий признак.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по части 4 статьи 159 УК РФ - мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества. Подсудимый, войдя в доверие <данные изъяты>, введя в заблуждение, что поможет за денежные средства изменить меру пресечения в виде содержания под стражей на иную, получил от последней денежные средства в размере 2000000 рублей, хотя исполнить обещание не мог и не хотел, денежные средства в особо крупном размере присвоил, то есть обманул.

Доводы подсудимого и защитников о том, что ФИО2 не виновен, что <данные изъяты> его оболгал, а его близкое окружение - <данные изъяты>, <данные изъяты> действуют в его же интересах, неубедительны и даны в целях освобождения ФИО2 от уголовной ответственности.

Суд не может принять во внимание как оправдание подсудимого его пояснения, что <данные изъяты> дает ложные показания, начиная с того, что с ним договор о защите составила его мама –<данные изъяты>, что никаких записок последний матери <данные изъяты> о необходимости передачи 2000000 рублей за изменение ему меры пресечения с ареста на домашний арест он не передавал, что <данные изъяты> адвокат <данные изъяты> также никакой информации о том, что отдали за изменение меры пресечения 2000000 рублей, а он(подсудимый) помочь не смог- не передавал, что <данные изъяты> не имела в период с февраля 2016 года по <дата изъята> денежные средства 2000000 рублей, чтобы передать <данные изъяты>, поэтому не передала, что полученные из банка деньги <данные изъяты> отправляла на стройки, о чем свидетельствуют записки, найденные в ходе обыска <дата изъята> у <данные изъяты> и более того <данные изъяты> в данных записках сообщает, что его (<данные изъяты>) кинули на 2 млн- мать ФИО5 (то есть его не освободили из-под стражи), что по мнению подсудимого свидетельствует что эти деньги были переданы кому-то (для освобождения <данные изъяты>) и ему никаких 2000000 рублей не передавались. На аудиозаписи их разговора с <данные изъяты> и <данные изъяты> никто не говорит : «мы тебе передадим», «ты нам должен» или «мы тебе передали». <данные изъяты> и ее супруг приходили к нему 5-<дата изъята>, а не во время указанное в обвинении с февраля по <дата изъята>, и что уже в это время <данные изъяты> указывает, что кому то передали 2млн. и никакой речи о передачи ему денег не ведется, что <данные изъяты> смонтированы <данные изъяты>, что когда <дата изъята> в переписке по Вацап <данные изъяты> просит вернуть документы, это просьба вернуть фальшивые медицинские документы, которые ему представили на продление ареста, а не денег, что следователь <данные изъяты> и сотрудник полиции <данные изъяты> возбудили уголовное дело лишь потому, что он не послушал их и не оговорил адвоката <данные изъяты> Специалист <данные изъяты> пояснил, что файлы были изменены, поэтому они разные по времени, что не найден был телефон, на который произведена <данные изъяты> их разговора с <данные изъяты> и ее мужем <данные изъяты>, поэтому <данные изъяты> подделаны. Что показаниям свидетелей верить нельзя, так как они сами привлекались к уголовной ответственности –<данные изъяты> и привлекается к уголовной ответственности в настоящее время <данные изъяты>

Данные доводы подсудимого полностью опровергаются исследованными доказательствами.

Так показания свидетеля <данные изъяты>, который как на предварительном следствии и суде пояснял, что подсудимый был его защитником с февраля 2016 года по март-апрель. ФИО2 сказал ему когда он был под стражей, что может решить этот вопрос об изменении меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест через Верховный суд за 2000000 рублей и после чего он написал записку и передал ее через ФИО2 маме. Затем ФИО2 вновь пришел у нему и сообщил, что 2000000 рублей он получил. Он говорил, что апелляционная инстанция отменит решение Приволжского суда и ему будет изменена мера пресечения стражи- на домашний арест. Но этого не произошло. Через некоторое время после того как его не освободили, к нему пришел адвокат <данные изъяты> и принес письмо от мамы, что в связи с тем, что его не освободили, она несколько раз ходила к ФИО2 и просила вернуть деньги, однако они не возвращены. После своего освобождения он затребовал деньги обратно, и через несколько дней после его визита к ФИО2 в июне 2021 года, к нему домой пришли сотрудники полиции и пояснили, что он задержан за вымогательство 1500000 рублей, по заявлению ФИО2 На следующий день, он направил заявление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в ФСБ и следственный комитет России. Он представил им <данные изъяты>, сделанную мамой разговора с ФИО2 после передачи денег. Они сделали копию, ничего в <данные изъяты> он не сокращал и не добавлял.

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании пояснила, что <данные изъяты> сказала, что получила письмо от <данные изъяты> через ФИО2, в котором он сообщает, что адвокат предложил ему вариант об изменении меры пресечения из заключения под стражу на более мягкую за денежные средства. С ее слов требовалось 2 миллиона рублей, которые должны были быть направлены в суд. <данные изъяты> просила одолжить ей поэтому 2 миллиона рублей. После снятия денег со счета, а снимала не сразу 2000000 рублей, так как при снятии крупной суммы банк забирает крупную сумму комиссии, сообщила <данные изъяты>, что все готово, на что она попросила с ней съездить к ФИО2 и передать денежные средства в размере 2.000.000 рублей. На следующий день они поехали с <данные изъяты> к ФИО2 Денежные средства находились в маленьком пакете, похож на пакетик из магазина «Летуаль». Деньги <данные изъяты> она передала в своей машине, белый «Range Rover». <данные изъяты> положила деньги в свою сумку. Они зашли в кабинет, ФИО2 был один, играла музыка, <данные изъяты> попросила ее выключить, чтобы записать разговор на диктофон, на что он пояснил жестами, что его могут прослушивать. Далее она передала ему денежные средства в размере 2.000.000 рублей, ФИО2 положил его под стол.У них состоял разговор о договоренности и дальнейших действиях, на что ФИО2 сказал, все идет своим чередом. Она в качестве подтверждения передачи 2000000 рублей за освобождение <данные изъяты> поинтересовалась у <данные изъяты>, есть ли гарантии того, что выпустят <данные изъяты>, она посоветовала ей записать разговор с ФИО2 на диктофон.Со слов <данные изъяты> ей известно, что они с <данные изъяты> ходили в офис и она записала разговор о гарантиях на телефон. <данные изъяты> после того, как сына не освободили она обратилась к подсудимому вернуть денежных средств в размере 2.000.000 рублей. Но ФИО2 отреагировал агрессивно, начал угрожать тем, что устроит «сладкую» жизнь <данные изъяты> в изоляторе, звучали такие угрозы, что в «петушатник» его загонит. Она сама тоже писала ФИО2 насчет возврата денежных средств, на что он ответил, что не понимает о чем идет речь. В переписке с ним была конспирация, денежные средства –назывались документами. Она прослушала <данные изъяты>, которая сделала <данные изъяты>, вторая <данные изъяты>, при их визите к ФИО2 при передаче денег, не получилась, поскольку не было ничего слышно. После чего <данные изъяты> ее удалила при ней. Она прослушивала <данные изъяты>, где участвуют <данные изъяты>, <данные изъяты>, ФИО2 Она прослушала где-то в середине марта. По просьбе <данные изъяты> она сохраняла скриншоты о разговорах подсудимого и <данные изъяты>, которые после предоставила. Денежные средства, переданные <данные изъяты> – 2000000 рублей, она получила из банка.

Показания данного свидетеля дополняют показания <данные изъяты> в виновности подсудимого и убеждают суд, что у свидетеля были денежные средства для передачи свекрови в долг, так как по обьяснению самого же подсудимого она была бизнесменом, занималась крупной стройкой, когда ее мужа заключили под стражу, распоряжалась деньгами, кроме того имеются выписки из банковских счетов о снятии денежных средств, что указывает на правдивость показаний свидетеля.

Из показаний свидетеля <данные изъяты> в суде следует, что <данные изъяты> ее сожительница и она ему сказала, что приходил <данные изъяты> и принес записку <данные изъяты>, в котором указывалась сумма, которую требовалось отдать для того, чтобы ему выпустили освободили его из под стражи на домашний арест. На имя матери <данные изъяты> написал, чтобы она нашла 2.000.000 рублей, за эту сумму изменить меру пресечения <данные изъяты>. Данные денежные средства нужно было передать адвокату <данные изъяты>, чтобы он все решил. Они одолжили деньги у невестки <данные изъяты> и <данные изъяты> с <данные изъяты> деньги передавали вместе. <данные изъяты> в целях получения гарантии освобождения после передачи денег предложила Люцие сьездить и записать разговор об этом на диктофон. Они приехали в офис на <адрес изъят>, <данные изъяты> решила записать разговор на диктофон телефона. Это было в 2016году. В офисе были втроем - он, <данные изъяты>, адвокат <данные изъяты>. Разговаривали примерно полчаса. <данные изъяты> получилась, ее прослушали. Он узнал голоса - его, подсудимого и <данные изъяты>. Показания, данные в ходе предварительного следствия полностью подтверждает и он перепутал вначале, что деньги были переданы после их разговора.

Суд считает, что данные показания согласуются и подтверждают показания свидетеля <данные изъяты> и <данные изъяты> и указывают, что после передачи денег был разговор о гарантиях изменения меры пресечения между <данные изъяты>, слова 2000000 рублей, высказанные <данные изъяты> свидетельствуют о их передаче, разговор происходил в присутствии <данные изъяты>, и факт встречи их не отрицает и сам подсудимый.

Кроме того, проверка показаний на месте, произведенные с участием <данные изъяты>, которая пояснила когда и как они передавали деньги, что записать на телефон не могли, так как была громкая музыка, которую так громко включил подсудимый, чтобы их разговор не был услышан.

Показания вышеуказанных свидетелей согласуются с аудиозаписью (т.1 л.д.19-22, т. 2 л.д. 60-72), согласно которой в разговоре подсудимого и свидетелей <данные изъяты>, <данные изъяты>, (после прослушивания аудиозаписи свидетель <данные изъяты> подтвердил наличие именно их голосов) указывается <данные изъяты> - что в данном случае будет как у Марата? Спустят в Приволжский, Приволжский выпустит на 2 дня, а Верховный потом (подразумевая, что вновь закроют), ФИО2 поясняет – нет, нет, У Марата…... Данное обстоятельство указывает по мнению суда, что диалог вели именно по поводу освобождения <данные изъяты>, а не <данные изъяты> По мнению суда пояснение ФИО2 : «вот объясню,у него еще не состоялось избрание меры пресечения, у него нет меры пресечения до сих пор» тоже указывает что диалог состоялся до <дата изъята>, что убеждает в обоснованности обвинения периода совершения преступления и опровергает пояснения подсудимого, что встреча с матерью <данные изъяты> происходила лишь 5-<дата изъята>. Более того подсудимый поясняет, что у него не получится так как произошло с ранее, это не его тема, что там опрокидос вышел, и что он знал, что <данные изъяты> будет спрашивать про гарантии в данном случае, но всех под одну гребенку не надо равнять. Данный разговор также указывает о действиях в отношении <данные изъяты> и о передаче 2000000 рублей за изменение меры пресечения.

В то же время показания подсудимого и свидетеля <данные изъяты>, о том, что при диалогах и переписках с родственниками <данные изъяты> никакой конспирации не было и необходимость возврата документов так и понималась, что <данные изъяты> просила ее, чтобы подсудимый вернул ей документы, которые были нужны <данные изъяты>, опровергаются показаниями <данные изъяты>, что она когда просила вернуть документы у подсудимого, подразумевала денежные средства, так как они были свекрови переданы ею и ФИО2 не возвращал.

Пояснения в суде адвоката <данные изъяты>, что он никаких записок <данные изъяты> от матери последнего не передавал, также не указывают о том, что подсудимому не передавались денежные средства для изменения меры пресечения, так как они опровергаются совокупностью вышеизложенных доказательств.

Пояснения <данные изъяты> о том, что ей и ФИО2 <данные изъяты>, которого она защищала, не доверяет и об этом указывалось в изъятых записках <данные изъяты>, что ни о каких денежных средствах переданных ФИО2 за изменение меры пресечения <данные изъяты>, <данные изъяты> ей не говорили, чего не могло и быть, так как они им не доверяли, не указывают также о невиновности подсудимого.

Указание подсудимого и его защитников на то, что представленные материалами уголовного дела аудиофайлы имеют признаки монтажа <данные изъяты>, а именно изменения содержания разговора в целях ухудшения положения ФИО2, несостоятельны и расцениваются судом как способ уклонения от уголовной ответственности. У суда нет сомнений в подлинности представленных аудиозаписей, так как они изъяты в соответствии с требованиями УПК РФ. Оснований считать, что они были изменены <данные изъяты>, у суда нет. Разговор на аудизаписи полностью согласуется со всеми иными исследованными доказательствами. Назначение экспертиз по данным <данные изъяты> нецелесообразно при наличии достаточных данных о сути диалога, а пояснения специалиста <данные изъяты> о том, что внесенные изменения по свойствам файлов невозможно определить, когда они действительно были созданы, дата создания файлов до <дата изъята> указывает лишь то, что было изменение, но <данные изъяты> не представлено данных того, что были изменены тексты данных <данные изъяты>. Более того, <данные изъяты> изъята в рамках ОРМ.

У суда нет оснований считать, что уголовное дело было возбуждено по инициативе правоохранительных органов, более того в этом были заинтересованы <данные изъяты> и <данные изъяты> за то, что подсудимый не оговорил свою коллегу, так как дело возбуждено по заявлению <данные изъяты>, никаких данных о заинтересованности сотрудников правоохранительных органов не имеется. Пояснение подсудимого о том, что <данные изъяты> в настоящее время привлекается к уголовной ответственности по статье 238 УК РФ и ей нельзя верить, что она давала показания в пользу <данные изъяты>, чтобы выгородить своего родственника от негативных последствий привлечения к уголовной ответственности за вымогательство у подсудимого денежных средств, не убедительны, так как <данные изъяты> давала объективные и последовательные показания и привлечение ее к уголовной ответственности в настоящее время не влияет на действия подсудимого.

Совокупность исследованных судом доказательств и их оценка с точки зрения достоверности, допустимости и достаточности, позволяют суду сделать вывод, что вина подсудимого в содеянном является установленной.

Определяя вид и меру наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым оконченного преступления, направленного против собственности.

Оснований для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности, а также для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания не имеется.

Судом также не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, в связи с чем суд не находит оснований для применения статьи 64 УК РФ и не может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрено данной статьей.

Суд также принимает во внимание личность подсудимого, характеризующегося исключительно положительно, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Учитывая фактические обстоятельства совершения преступления, направленного против собственности, способ совершения преступления, влияющие на степень его общественной опасности, и личность подсудимого, оснований для изменения категории преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ суд не находит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание суд в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 УК РФ признает – наличие на иждивении малолетних детей; в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ – наличие наград и поощрений по работе за добросовестный труд, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со статьей 299 УПК РФ.

Гражданский иск не заявлен.

Процеесуальные издержки не заявлены.

Учитывая личность подсудимого, совершившего преступление будучи лицом, осведомленным за последствия совершенного, суд считает необходимым назначить наказание в лишь в виде реального лишения свободы и невозможным назначить наказание с применением статьи 73 УК РФ, но с наличием на иждивении малолетних детей назначить лишение свободы не на длительный срок и нецелесообразным назначить дополнительные наказания, предусмотренные санкцией данной статьи

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу, взяв под стражу в зале суда.

Исчислять срок наказания со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок наказания в соответствии с пунктом «б» части 3-1 статьи 72 УК РФ время содержания под стражей с <дата изъята> до <дата изъята> и с <дата изъята> до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; в соответствии с частью 3-4 статьи 72 УК РФ – время нахождения под домашним арестом с <дата изъята> до <дата изъята> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Гражданский иск не заявлен.

Вещественные доказательства по уголовному делу: заверенные копии материалов уголовного дела <номер изъят> по обвинению <данные изъяты> и других лиц, полученных путем фотографирования в Вахитовском районном суде <адрес изъят>; CD-R-диск, предоставленный АО «Альфа-Банк» с информацией о движение денежных средств по банковским счетам <данные изъяты>; оптический диск с аудиофайлом с названием: «REC_0000007 (1)», оптический диск с 2-мя аудиофайлами с названиями: «REC_0000007» и «REC_0000009», которые хранятся в материалах уголовного дела <номер изъят>. Флеш накопитель с аудиофайлом с названием: «REC_0000007 (1)», и флеш-накопитель с 2-мя аудиофайлами с названиями: «REC_0000007» и «REC_0000009», хранящиеся при уголовном деле, по вступлении приговора в законную силу, хранить там же.

Процессуальные издержки не заявлены.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение 15 суток со дня провозглашения, осужденным, находящимся под стражей в тот же срок со дня вручения копии приговора, с правом ходатайствовать об участии при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий А.И. Шайхутдинова