Решение № 2-80/2020 2-80/2020~М-8/2020 М-8/2020 от 17 сентября 2020 г. по делу № 2-80/2020

Дело №2-80/2020

УИД 22RS0033-01-2020-000011-62


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2020г. с. Мамонтово

Мамонтовский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Жежера О.В.,

при секретаре Лесничевой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску администрации Топчихинского района Алтайского края к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

Администрация Топчихинского района Алтайского края обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП), имевшего место 05.07.2019 в 14.10 час. на 178 км автодороги Барнаул - Павловск - Ребриха - Мамонтово - Романово - Родино - Кулунда - граница республики Казахстан с участием автомобиля ГАЗ-3102 (далее Волга), регзнак <данные изъяты>, принадлежащего истцу на праве собственности, под управлением водителя ФИО13 и автомобиля Тойота-Корона (далее Тойота), регзнак А 547 ТК 22, принадлежащего ответчику и под его управлением. В результате ДТП автомобилю Волга причинены повреждения, материальный ущерб составил по экспертному заключению ООО «Оценка Консалтинг Бизнес-ЭталонЪ» 74100 руб. В причинении материального ущерба истец считает виновным водителя автомобиля Тойота, чья ответственность не была застрахована в порядке Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в связи с чем просит взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба 74100 руб., услуги оценщика 4000 руб., а всего 78100 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил иск, просил взыскать с ответчика материальный ущерб исходя из стоимости восстановительного ремонта автомобиля Волга без учета износа в размере 92600 руб., установленном заключением эксперта, а также расходы на проведение оценки ущерба 4000 руб. Представитель истца ФИО5 считает виновным в ДТП водителя ФИО2, который, двигаясь на автомобиле Тойота в попутном с водителем автомобиля Волга направлении, выбрал не надлежащую скорость движения без соблюдения дистанции до впереди идущего автомобиля, что не позволило избежать столкновения автомобилей. Полагает, что в действиях водителя ФИО13 не имелось нарушения Правил дорожного движения (далее ПДД), т.к. он начал совершать маневр поворота налево в пределах своей полосы, с указание поворота налево, по окончании сплошной разделительной полосы, убедившись в безопасности маневра. Довод ответчика о введении его в заблуждение непоследовательными действиями водителя ФИО13 (включение то правого поворота, то левого перед совершением поворота налево) безоснователен, т.к. водителем ФИО2 нарушены вышеуказанные ПДД. Представитель истца просил взыскать с ответчика в пользу эксперта возложенные на истца расходы на проведение судебной экспертизы, оплату которой истец не произвел.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 возражали против иска. ФИО2 виновным в ДТП себя не считает, т.к. водитель ФИО13, двигаясь впереди него в попутном направлении, ввел его в заблуждение, показав на перекрестке сначала правый поворот, и, выехав на правую обочину, резко сменил направление, повернув влево и включив поворот налево, при этом он (ФИО14) применил торможение, отчего автомобиль Тойота вынесло на встречную полосу, где столкнулся с автомобилем Волга под управлением ФИО13 По приезде сотрудников ГИБДД ФИО13 признавал себя виновным в ДТП, не отрицая, что включал правый, затем левый поворот, но в объяснениях указал иное. Свои объяснения, данные при составлении протокола об административном правонарушении, ФИО2 подтвердил, при этом не согласился со схемой ДТП, где неверно указано место ДТП, не все имеющиеся на момент ДТП знаки отражены.

Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явился, уведомлен о времени и месте рассмотрения дела, суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие с учетом мнения сторон. Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 суду пояснил, что для осуществления разворота на перекрестке для проезда на заправку, расположенную на противоположной относительно его полосы движения стороне, включил левый поворот, стал снижать скорость, по окончании сплошной линии разметки начал маневр влево, увидев в зеркало заднего вида следующий за ним автомобиль Тойота, при этом на правую обочину не выезжал, а придерживался крайне левого положения в пределах своей полосы, что было видно на видеозаписи, которую просматривали после ДТП в ГИБДД, после чего на встречной полосе движения автомобиль ответчика въехал в левую водительскую дверь, где он находился.

ФИО6 ФИО7, инспектор ГИБДД, составляющий административный материал, в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что выезжал на место ДТП, производил замеры тормозного пути, составлял схему ДТП, с которой водители ознакомились, замечаний не имели, при этом ФИО13 первоначально давал пояснения, что он намеревался повернуть вправо, принял вправо, но передумал и повернул налево, о чем в письменных объяснениях не указал. Для объективного разбирательства, он в присутствии других сотрудников и ФИО13 просмотрели видео с АЗС «Техно», которое другой сотрудник скопировал себе на телефон, где был зафиксирован момент ДТП, о судьбе видео в настоящее время ему неизвестно. На видеозаписи видно, как водитель Волги в пределах своей полосы осуществил маневр влево на прерывистой линии разметки, в связи с чем сделан вывод о невиновности водителя ФИО13. Относительно того, видно ли было на видеозаписи как ФИО13 показывал правый/левый поворот, он не помнит. Личной заинтересованности в благоприятном для ФИО2 исходе дела не имеется, несмотря на его работу ранее в Росгвардии.

ФИО6 ФИО8, пассажир автомобиля Волга, пояснил, что сидел справа от водителя ФИО13, который намеревался поехать на заправку, в связи с чем включил левый поворот, дождался прерывистой полосы разметки и повернул налево, без выезда на правую обочину, после чего произошло столкновение с позади идущим автомобилем. Разногласий по схеме ДТП в его присутствии не было, только по поводу виновника происшествия.

ФИО6 ФИО9, пассажир автомобиля Тойота, пояснил, что сидел слева от водителя, автомобиль которого праворукий, ФИО2 намеревался ехать в <адрес> и поворачивать влево. Видел как впередиидущий автомобиль Волга включил правый поворот, ушел на обочину, практически остановившись, после чего ФИО2 включил поворот в налево, но водитель Волги тоже включил левый поворот и резко повернул налево, после чего ФИО2 стал тормозить, выехав влево на встречную полосу, где произошло столкновение.

ФИО6 ФИО10, пассажир автомобиля Тойота, дала аналогичные данным ФИО9 пояснения, подтвердив, что автомобиль Тойота выехал на встречную полосу при торможения.

Выслушав стороны, представителей, третье лицо, свидетелей, эксперта и специалиста, исследовав материалы гражданского дела и административный материал по факту ДТП, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно части 2 статьи 15 данного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, размер ущерба, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими последствиями, тогда как на ответчика возложено бремя опровержения вышеуказанных фактов, а также доказывания отсутствия вины.

В соответствии с положениями п.3 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу п.2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как установлено судом, 05.07.2019 года в 14 час. 10 мин. в районе АЗС «Техно» 178 км. автодороги Барнаул-Павловск-Ребриха-Мамонтово-Романово-Родино-Кулунда-граница Республики Казахстан на территории Мамонтовского района Алтайского края произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ГАЗ-3102 (Волга), государственный регистрационный знак №, принадлежащего истцу и под ее управлением ФИО13, а также автомобиля Тойота-Корона (Тойота), государственный регистрационный знак А 547ТК22, принадлежащего ответчику ФИО2 и под его управлением. В результате ДТП автомобили получили механические повреждения.

Постановлением врио начальника ОГИБДД МО МВД России «Мамонтовский» ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Между тем наличие указанного определения должностного лица не освобождает суд от возложенной ч.2 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанности установить юридически значимые обстоятельства при разрешении гражданского спора.

В силу приведенных выше положений ст. 1064 ГК РФ, для разрешения настоящего дела юридически значимым является установление наличия или отсутствия виновности ответчика ФИО2 в причинении имущественного вреда истцу. В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В связи с противоположенными позициями сторон относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, несогласия ответчика с его виновностью в ДТП и с заявленным размером стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, в целях установления механизма развития ДТП и стоимости ущерба в ходе рассмотрения дела ИП ФИО4 проведена судебная комплексная автотехническая (транспортно-трасологическая) и автотовароведческая экспертиза.

Согласно заключению судебной экспертизы № 57 от 18.06.2020 действия водителя автомобиля ГАЗ-3102 (Волга), с технической точки зрения, не соответствовали требованиям пункта 1.3 Правил дорожного движения (в заключении допущена описка), так как поворот налево (или разворот) был начат сразу после окончания сплошной осевой линии разметки 1.1, где ширина перекрёстка не позволяла развернуться без пересечения сплошной линии разметки 1.1, обозначающей края проезжей части. С технической точки зрения действия водителя автомобиля Тойота-Корона не соответствовали требованиям пунктов 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения водителю автомобиля Тойота-Корона обеспечивалась возможность избежать происшествия путём контроля дистанции, выбора скорости и торможением в пределах правой полосы без выезда на встречную. Среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля ГАЗ-3102 на день ДТП от 05.07.2019г. составляла без учёта износа 92600 руб., т.е. не превысила действительную рыночную стоимость транспортного средства в неповреждённом состоянии на день происшествия (134000 руб.), таким образом, не наступила полная гибель автомобиля и отсутствуют условия для расчёта стоимости годных остатков.

Выводы эксперта являются мотивированными, последовательными, обоснованными, согласуются между собой. В заключении имеется подробное описание проведенного исследования, выводы эксперта основаны на тщательном исследовании материалов дела, результатов, полученных при осмотре автомобилей, что подробно изложено в исследовательской части заключения.

В судебном заседании эксперт ФИО6 №1 подтвердил выводы, изложенные в заключении, указав, что водителем автомобиля Волга мог быть нарушен п.1.3 ПДД (в заключении допущена описка п.1.2) в случае осуществления им маневра разворота, к которому он успел приступить, повернув налево, но произошло столкновение, при этом действия водителя Волги не состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде столкновения. Водитель автомобиля Тойота мог избежать столкновения без выезда на встречную полосу, т.к. в автомобиль Волга освободил правую полосу, осуществив поворот. Непоследовательное по мнению ответчика поведение водителя автомобиля Волга для водителя автомобиля Тойота являлось основанием к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, но, поскольку он выбрал неверную скорость и дистанцию, допустил выезд на встречную полосу, то его действия состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде столкновения.

Так, на основании совокупности исследованных доказательства, судом установлен механизм дорожно-транспортного происшествия: оба транспортных средства двигались по автодороге в направлении с. Мамонтово со стороны с. Буканское, при этом автомобиль Волга находился впереди и в пути следования водитель данного автомобиля снизил скорость, а затем, после окончания сплошной осевой линии разметки, приступил к повороту налево с пересечением прерывистой линии разметки. В процессе сближения водитель автомобиля Тойота предпринял экстренное торможение, после чего пересёк сплошную осевую линию разметки и выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение. К моменту столкновения автомобиль Волга почти полностью освободил правую полосу проезжей части.

Суд приходит к выводу, что действия водителя автомобиля Тойота не соответствовали требованиям пунктов 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения, т.е. он должен был контролировать дорожную ситуацию в направлении движения, выбирать скорость и дистанцию в зависимости от изменения скорости впереди идущего автомобиля Волга, а при возникновении опасности для движения - применить экстренное торможение без манёвра влево и без выезда на полосу встречного движения с пересечением сплошной осевой линии разметки 1.1. С технической точки зрения водителю автомобиля Тойота обеспечивалась возможность избежать происшествия путём контроля дистанции, выбора скорости и торможением в пределах правой полосы без выезда на встречную.

Доводы ответчика об отсутствии его вины не подтверждены. Так, его утверждения о нарушении водителем Волги пункта 1.3 Правил дорожного движения, так как поворот налево (или разворот) был начат сразу после окончания сплошной осевой линии разметки 1.1, где ширина перекрёстка не позволила бы развернуться без пересечения сплошной линии разметки 1.1, обозначающей края проезжей части, что свидетельствует о его виновности в ДТП, суд находит несостоятельными, т.к. водитель Волги мог нарушить данный пункт правил, осуществив разворот на перекрестке, к которому он лишь приступил и для водителя Тойоты был очевидным маневр поворота налево, а потому предполагаемое нарушение ПДД водителем Волги в случае разворота (пересечение сплошной линии разметки 1.1, обозначающей края проезжей части встречной полосы) не находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, что подтверждено в суде экспертом.

В судебном заседании установлено, что водитель автомобиля Тойота ФИО2 предпринял торможение во избежание столкновения с впереди идущим автомобилем Волга, в связи с чем принял влево, выехав на встречную полосу, о чем свидетельствуют следы торможения, зафиксированные на схеме ДТП и приобщенных к делу фотоснимках. В объяснениях от 05.07.2019 при оформлении административного материала и в ходе судебного заседания ФИО2 последовательно указывал, что оказался на встречной полосе в результате предпринятого торможения, в связи с чем суд приходит к выводу, что он не начинал осуществлять маневр обгона с выездом на встречную полосу движения, а потому у водителя ФИО13 не имелось помех для поворота налево или разворота, т.к. его маневр был для него безопасен, в чем он убедился перед его осуществлением, указав об этом в объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ и в суде.

Доводы ответчика относительно введения его в заблуждение непоследовательным поведением водителя Волги путем включения правого поворота и начала движения вправо с выездом на обочину, затем резкого включения левого поворота и осуществления поворота налево, суд находит безосновательными, поскольку как указывалось выше, такое поведение являлось основанием для снижения скорости сзади идущего автомобиля и торможения во избежание столкновения. Инспектор ФИО7 сообщил, что просматривал видеозапись момента ДТП, предоставленную АЗС «Техно» и утверждал, что водитель Волги за пределы своей полосы не выезжал при осуществлении маневра, что согласуется с показаниями ФИО13 и свидетеля ФИО8 Как следует из ответов ООО «Сатурн» (АЗС «Техно») и МО МВД России «Мамонтовский», указанная видеозапись не сохранилась (л.д.121,122). К пояснениям пассажиров Тойоты ФИО9 и ФИО10 суд относится критически, т.к. они не согласуются с представленными доказательствами, кроме того, свидетели являются родственниками ответчика, следовательно, заинтересованными в благоприятном для него исходе дела.

Утверждения стороны ответчика о несоответствии фактическому расположению знаков на схеме ДТП, места АЗС «Техно», дорожной разметки, неверном указании места расположения автомобилей в момент ДТП и следов торможения бездоказательны, замечаний к схеме ДТП у участников не имелось при ее составлении, что подтверждено ими в суде, имеющие значение дорожные знаки и разметка отражены на схеме верно и полно, на что также указано экспертом, выезжающим на место ДТП в ходе проведения исследования. Каких-либо существенных противоречий отраженных на схеме данных с фактической дорожной ситуацией не установлено. Наличие дорожных знаков на момент ДТП подтверждено опрошенным в суде специалистом - руководителем филиала «Мамонтовский» ГУП ФИО1 К.Н., предоставившим линейный график участка дороги. Действие знака 4.1.1 «движение прямо», расположенного до АЗС «Техно», указанной на схеме ДТП, прекращается на перекрестке, на котором произошло ДТП.

Наличие вины водителя ФИО13 в ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, не установлено.

Таким образом, с учетом обстоятельств дела и исследованных доказательств, схемы ДТП, данных участниками ДТП объяснений при производстве по делу об административном правонарушении и в судебном заседании, заключения судебной экспертизы суд находит, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились виновные действия водителя ФИО2, нарушившего требования п.п. 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации при управлении транспортным средством.

Обязательства вследствие причинения вреда регулируются положениями статей 15 и 1064 ГК РФ, согласно которым лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В силу ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось стороной ответчика в ходе рассмотрения дела, на момент дорожно-транспортного происшествия договор обязательного страхования гражданской ответственности ФИО2, как владельца транспортного средства, заключен не был.

Поскольку автогражданская ответственность ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была, то в данном случае к обязательству, возникшему вследствие причинения вреда, подлежат применению положения статей 15 и 1064 ГК РФ.

В силу п. 6 ч. 4 Федерального закона от 25.04.2002г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

В результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащий автомобиль истца получил механические повреждения. Проведенным в рамках гражданского дела судебно-экспертным исследованием установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля ГАЗ-3102 (Волга) в связи с повреждениями, полученными в дорожно-транспортном происшествии 05.07.2019, без учета износа составляет 92600 руб. Расчеты произведены в соответствии с нормативными и методическими документами, указанными в заключении.

Принимая во внимание обстоятельства по делу, установленную вину ответчика ФИО2 в причинении ущерба истцу, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании с ФИО2 в пользу истца материального ущерба в размере 92600 руб. исходя из стоимости деталей без учета износа.

В ходе судебного разбирательства ответчиком, в нарушение положений статей 12 и 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств иного способа восстановления автомобиля истца, равно как и то, что в результате установки новых деталей произойдет существенное и явно несправедливое увеличение стоимости автомобиля истца, не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Разрешая требования о взыскании с ответчика расходов по определению размера ущерба в сумме 4000 руб., суд приходит к выводу об их обоснованности, поскольку данные расходы подтверждены документально, являются необходимыми для реализации права на обращение в суд, судебную защиту нарушенного права, относятся к судебным издержкам и подлежат возмещению по правилам ч. 1 ст. 98 ГПК РФ.

С учетом требований, указанных положений гражданского процессуального закона, с ФИО2 подлежат также взысканию в пользу ИП ФИО4 расходы за производство судебной комплексной автотехнической (транспортно-трасологической) и автотовароведческой экспертизы в размере 28000,00 руб., не оплаченные истцом, на которого возложены определением суда о назначении экспертизы от 17.03.2020.

Согласно ст.103 Гражданского кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2978 руб., от уплаты которой истец освобожден в силу закона.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования администрации Топчихинского района Алтайского края удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу администрации Топчихинского района Алтайского края в счет возмещения ущерба 92600 руб., судебные расходы по оплате услуг эксперта в размере 4000 руб., а всего 96600 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО6 №1 расходы за производство судебной экспертизы в размере 28000 руб.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход муниципального образования Мамонтовский район Алтайского края в размере 2978 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Мамонтовский районный суд в течение месяца со дня вынесения в мотивированном виде.

Судья О.В. Жежера

Мотивированное решение изготовлено 23.09.2020