Решение № 2-1157/2017 2-1157/2017(2-7633/2016;)~М-7228/2016 2-7633/2016 М-7228/2016 от 7 ноября 2017 г. по делу № 2-1157/2017

Дело № 2-1157/2017 08 ноября 2017 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой Н.А.,

при секретаре Ковалевой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Карат» о признании договора смешанным, взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ООО «Карат», в котором, уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит признать заключенный между сторонами предварительный договор купли-продажи квартиры <№> от 03.07.2008, смешанным договором, содержащим как условия предварительного договора купли-продажи квартиры, так и условия основного договора купли-продажи с условием о предварительное оплате; взыскать с ответчика в пользу истца неустойку по ст. 23.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в размере 100% предварительно уплаченной за товар суммы, т.е. в размере 5 167 500 рублей за просрочку передачи предварительно оплаченной квартиры за период с 01.01.2015 по 20.07.2015 (более 200 календарных дней), также истец просит взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 21 203 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 03.07.2008 между ФИО1 и ООО «Карат» был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры <№>, расположенной в 9-16 этажном строящемся доме по адресу: <адрес> Стоимость квартиры в размере 5 167 500 рублей была оплачена полностью двумя платежами от 06.08.2008, что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам. Срок заключения основного договора купли-продажи был определен сторонами с учетом дополнительного соглашения не позднее 01.01.2012, фактически передача квартиры состоялась 10.02.2016, когда сторонами был подписан договор купли-продажи, акт приема-передачи квартиры, акт взаимозачета средств по договору купли-продажи. Обращаясь в суд с иском, истец первоначально указывал, что сложившиеся между сторонами отношения есть договор купли-продажи с условием о предварительной оплате товара, в связи с чем, учитывая несвоевременную передачу товара, истец вправе требования взыскания в свою пользу неустойки в соответствии со ст. 23.1. Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Уточнив требования, истец указал, что состоявшийся между сторонами договор является предварительным договором купли-продажи, вместе с тем, поскольку он содержит условия, выходящие за рамки предварительного договора, а именно: условие об оплате цены квартиры в полном объеме до заключения основного договора, он подлежит признанию смешанным договором, содержащим как условия предварительного договора, так и условия основного договора купли-продажи с условием о предварительной оплате товара. Основываясь на изложенном, истец просит взыскать в свою пользу неустойку в размере 100% предварительно уплаченной суммы в размере 5 167 500 рублей, а также судебные расходы.

Оспаривая обоснованность требований истца, ответчик в своих возражениях относительного искового заявления указывает, что на отношения сторон действие Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» не распространяется, поскольку предварительный договор закрепляет обязательство сторон о заключении в будущем основного договора, и не предполагает обязательства о передаче товара, на нарушение которого ссылается истец, ставя вопрос о взыскании неустойки по ст. 23.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». При этом, ответчик указывает, что во всяком случае заявленная истцом ко взысканию неустойка несоразмерна последствиям нарушения обязательства и подлежит снижению в соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также ответчик полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку обязательства сторон, предусмотренные предварительным договором, истекли 03.07.2009, в виду того, что основной договор не был заключен в течение года с момента заключения предварительного договора, из чего следует, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из предварительного договора купли-продажи, начал течь с 04.07.2009 и к моменту обращения истца в суд с настоящим иском 17.10.2016 истек. Действие предварительного договора прекратилось в силу закона 03.07.2009 и не может быть возобновлено волей сторон.

Истец в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, направил в суд своего представителя, который в судебном заседании заявленные требования в уточненном варианте поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика против удовлетворения иска возражал как по праву, так и по размеру, просил иск оставить без удовлетворения.

Заслушав доводы сторон, изучив материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что 03.07.2008 между ООО «Карат» в лице ООО «Квант» и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи, по условиям которого стороны обязались в будущем заключить в простой письменной форме договор купли-продажи квартиры общей площадью 79,50 кв.м., условный номер <№> расположенной в 9-16 этажном доме со встроенными помещениями по строительному адресу <адрес>

В соответствии с п. 1.4 договора стороны договорились о том, что заключение основного договора произойдет в течение 6 месяцев с момента ввода объекта в эксплуатацию при условии выполнения сторонами всех обязательств, предусмотренных договором.

В соответствии с п. 2.1. договора продавец обязался в течение 5 месяцев с момента ввода объекта в эксплуатацию получить на свое имя свидетельство о праве собственности на квартиру и подготовить все необходимые документы для заключения основного договора купли-продажи.

В соответствии с п. 2.6. договора продавец обязался обеспечить сдачу объекта в эксплуатацию в IV квартале 2008 года.

В соответствии с п. 2.7 и положениями главы 3 договора покупатель обязался оплатить цену квартиры в размере 5 167 500 рублей в срок до 06.08.2008 путем внесения денежных средств на расчетный счет ООО «Квант» (л.д. 14-18).

31.12.2008 между сторонами было подписано дополнительное соглашение, по условиям которого продавец обязался обеспечить сдачу объекта в эксплуатацию во II квартале 2011 года (л.д. 19).

03.06.2013 ООО «Карат» было выдано разрешение на строительство <№>, в соответствии с которым ООО «Карат» разрешено строительство многоквартирного дома со встроенными учреждениями обслуживания и встроенной автостоянкой по адресу: <адрес> (л.д. 107).

19.09.2014 ООО «Карат» выдано разрешение на ввод в эксплуатацию объекта по адресу: <адрес> (л.д. 108-110).

10.02.2016 между ООО «Карат» и ФИО1 был подписан договор купли-продажи квартиры <адрес> (л.д. 11-12).

10.02.2016 между ООО «Карат», ООО «Квант» и ФИО1 подписан акт взаимозачета денежных средств по договору купли-продажи, из содержания которого усматривается, что ООО «Квант» перечислило ООО «Карат» денежные средства, полученные во исполнение условий предварительного договора купли-продажи, в связи с чем, стороны финансовых претензий друг к другу не имеют (л.д. 9-10).

10.02.2016 между ООО «Карат» и ФИО1 подписан акт приема-передачи квартиры (л.д. 13).

29.02.2016 ФИО1 выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: <адрес> (л.д. 73).

Из совокупности представленных по делу доказательств усматривается, что между ООО «Карат» и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры в строящемся доме по адресу: <адрес>, стоимость указанной квартиры была оплачена ФИО1 в полном объеме до заключения основного договора, что сторонами не оспаривается. Стороны договорились о том, что основной договор купли-продажи будет заключен с учетом положений дополнительного соглашения от 31.12.2008 не позднее 31.12.2011, вместе с тем, основной договор купли-продажи был заключен между сторонами 10.02.2016, акт приема-передачи квартиры подписан сторонами 10.02.2016.

В силу части 1 статьи 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 года №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости») настоящий Федеральный закон регулирует отношения, связанные с привлечением денежных средств граждан и юридических лиц для долевого строительства многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости (далее - участники долевого строительства) и возникновением у участников долевого строительства права собственности на объекты долевого строительства и права общей долевой собственности на общее имущество в многоквартирном доме и (или) ином объекте недвижимости, а также устанавливает гарантии защиты прав, законных интересов и имущества участников долевого строительства.

В соответствии с ч. 2 ст.1 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» привлечение денежных средств граждан, связанное с возникающим у граждан правом собственности на жилые помещения в многоквартирных домах, которые на момент привлечения таких денежных средств граждан не введены в эксплуатацию в порядке, установленном законодательством о градостроительной деятельности (далее - привлечение денежных средств граждан для строительства), допускается только:

1) на основании договора участия в долевом строительстве;

2) путем выпуска эмитентом, имеющим в собственности или на праве аренды, праве субаренды земельный участок и получившим в установленном порядке разрешение на строительство на этом земельном участке многоквартирного дома, облигаций особого вида - жилищных сертификатов, закрепляющих право их владельцев на получение от эмитента жилых помещений в соответствии с законодательством Российской Федерации о ценных бумагах;

3) жилищно-строительными и жилищными накопительными кооперативами в соответствии с федеральными законами, регулирующими деятельность таких кооперативов.

Согласно ч. 2 ст. 27 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» действие настоящего Федерального закона распространяется на отношения, связанные с привлечением денежных средств участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, разрешения на строительство которых получены после вступления в силу настоящего Федерального закона.

Исходя из совокупности приведенных выше положений Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», данный федеральный закон регулирует основанные на договоре участия в долевом строительстве отношения, связанные с привлечением денежных средств, в частности, граждан для долевого строительства многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, разрешения на строительство которых получены после его вступления в силу - начиная с 1 апреля 2005 года

Действие Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» распространяется также на отношения, возникшие при совершении, начиная с указанной выше даты, сделок по привлечению денежных средств граждан иными способами (заключении предварительных договоров купли-продажи жилых помещений в объекте строительства, договоров об инвестировании строительства многоквартирного жилого дома или иного объекта недвижимости, договоров займа, обязательства по которому в части возврата займа прекращаются с передачей жилого помещения в многоквартирном доме или ином объекте недвижимости после завершения его строительства в собственность, договоров о совместной деятельности в целях осуществления строительства многоквартирного жилого дома или иного объекта недвижимости и т.д.) в случаях, если судом с учетом существа фактически сложившихся отношений установлено, что сторонами действительно имелся в виду договор участия в долевом строительстве.

Таким образом, если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже недвижимого имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену недвижимого имущества или существенную ее часть, суды должны квалифицировать его как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате.

Судом установлено, что правоотношения между истцом и ответчиком возникли в результате заключения предварительного договора купли-продажи квартиры, расположенной в момент его заключения в строящемся многоквартирном жилом доме, при этом истцом по предварительному договору купли-продажи были внесены денежные средства в размере стоимости квартиры.

Как усматривается из материалов дела, ООО «Карат» было выдано разрешение на строительстве и разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, в связи с чем, суд полагает, что ООО «Карат» обладает признаками застройщика применительно к положениям ч. 1 ст. 2 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», предусматривающей, что застройщиком является юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы, имеющее в собственности или на праве аренды, на праве субаренды либо в предусмотренных Федеральным законом «О содействии развитию жилищного строительства» случаях на праве безвозмездного срочного пользования земельный участок и привлекающее денежные средства участников долевого строительства в соответствии с данным Федеральным законом для строительства (создания) на этом земельном участке многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, за исключением объектов производственного назначения, на основании полученного разрешения на строительство.

Принимая во внимание, что заключенная между сторонами сделка, поименованная как предварительный договор купли-продажи квартиры, с учетом сложившихся отношений фактически представляет собой договор участия в долевом строительстве и его заключение состоялось после 1 апреля 2005 г., суд, оценивая юридическую природу сложившихся между сторонами правоотношений, полагает возможным признать, что на отношения между ООО «Карат» и ФИО1 распространяются положения Закона об участии в долевом строительстве, в силу ч. 2 ст. 6 которого в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки, а если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

Суд находит подлежащими отклонению доводы ответчика о том, что фактически ООО «Карат» не является застройщиком, поскольку из существа сложившихся между сторонами отношений следует, что ООО «Карат» привлекало денежные средства граждан для строительства многоквартирного дома по адресу: <адрес> при этом, как усматривается из выписки из ЕГРЮЛ (л.д. 64-72), основным видом деятельности ООО «Карат» является строительство жилых и нежилых зданий, к дополнительным видам деятельности относятся: подготовка строительной площадки, производство строительных отделочных работ, кровельных работ и иные виды строительных работ.

То обстоятельство, что на момент заключения предварительного договора ответчик не обладал признаками застройщика, по мнению суда, не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, суд учитывает, что ООО «Карат» получено разрешение на строительство объекта по адресу: <адрес> и разрешение на ввод указанного объекта в эксплуатацию, и именно ООО «Карат», как следует из пояснений его представителя, осуществляло достройку объекта, в котором истцу была передана квартира.

С учетом изложенных установленных судом фактических обстоятельств, суд, как указывалось выше, полагает возможным признать, что на правоотношения сторон распространяются положения Закона об участии в долевом строительстве.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 основывал свои требования на положениях ст. 23.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», полагая, что вправе требовать взыскания неустойки, поскольку ответчиком нарушено обязательство, вытекающее из договора купли-продажи, по передаче вещи.

Признавая за истцом право на взыскание неустойки, суд, вместе с тем, отклоняет приведенное истцом правовое обоснование данного требования, руководствуясь разъяснениями, приведенными в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», согласно которым при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

В ходе рассмотрения дела суд неоднократно уточнял у представителя истца, рассматривает ли представитель истца ООО «Карат» в качестве застройщика, принимая во внимание наличие у ответчика разрешения на строительство и разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, вместе с тем, представитель истца настаивал на том, что правоотношения сторон вытекают из смешанного договора, содержащего условия как предварительного так и основного договора купли-продажи.

Полагая возможным отклонить правовое обоснование требований, заявленных представителем истца, суд исходит из того, неправильное видение представителем истца правовой природы правоотношений сторон не может умалять право истца на защиту нарушенных прав и лишать гарантий, установленных законом, в связи с нарушением сроков передачи объекта долевого строительства.

Из приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснений следует, что в соответствии со статьей 148 ГПК Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора (абзац второй). По смыслу части 1 статьи 196 ГПК Российской Федерации только суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Принимая во внимание наличие в предварительном договоре купли-продажи, условий, обязательных для включения в договор участия в долевом строительстве согласно части 4 статьи 4 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», и в случае соответствия лица, привлекшего денежные средства для строительства, требованиям, предъявляемым к застройщикам статьями 2 (пункт 1) и 3 (части 1 и 2) названного Закона, предварительный договор признается договором участия в долевом строительстве, суд признает за истцом право требовать взыскания с ответчика неустойки в соответствии с положениями Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости».

Оценивая возражения ответчика в части пропуска истцом срока исковой давности, суд находит указанные доводы подлежащими отклонению, поскольку фактическая передача истцу квартиры по акту приема-передачи состоялась 10.02.2016, и именно с указанного времени, у истца возникла возможность определить однозначно период просрочки и право требовать взыскания неустойки.

В соответствии с достигнутой сторонами договоренностью, квартира должна была быть передана истцу не позднее 31.12.2011, в то время как фактическая передача квартиры состоялась 10.02.2016, таким образом, истец вправе ставить вопрос о взыскании неустойки за период с 01.01.2012 по 10.02.2016 в соответствии со ст. 6 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости».

Вместе с тем, оценивая требования истца по праву, принимая во внимание заявленные ответчиком возражения на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым снизить заявленный истцом размер неустойки, исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

С учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 2 определения № 263-О от 21 декабря 2000 года, положения п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства должником и не должна служить средством обогащения кредитора, но при этом направлена на восстановление прав кредитора, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а потому должна соответствовать последствиям нарушения. Следовательно, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной. По смыслу названной нормы закона, уменьшение неустойки является правом суда. Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Принимая во внимание разъяснения данные в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указывающим на то, что при разрешении вопроса об уменьшении неустойки необходимо иметь в виду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Суд считает, что при определении суммы неустойки с учетом положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации должны быть учтены все существенные обстоятельства дела, в том числе, степень выполнения обязательств должником, длительность допущенной ответчиком просрочки нарушения обязательства, последствия нарушения обязательства, размер неустойки, а также компенсационная природа неустойки.

Согласно п. 26 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04 декабря 2013 года, суд вправе уменьшить размер неустойки за нарушение предусмотренного договором участия в долевом строительстве многоквартирного дома срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства, установив, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Неустойка подлежит уменьшению в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым, в зависимости от степени выполнения ответчиком своих обязательств, действительного размера ущерба, причиненного в результате указанного нарушения, и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Изучив материалы дела, учитывая конкретные обстоятельства дела, соотношение суммы неустойки и уплаченной истцом суммы по договору, отсутствие сведений о действительном ущербе, длительность неисполнения обязательства, возможные финансовые последствия для каждой из сторон, необходимость соблюдения баланса интересов сторон, суд с учетом заявленного ответчиком ходатайства признает заявленную истцом ко взысканию сумму неустойки в размере 5 167 500 рублей чрезмерной и полагает необходимым уменьшить размер неустойки до 1 800 000 рублей. Указанный размер неустойки, по мнению суда, соответствует принципу разумности и справедливости, компенсационной природе неустойки, не менее размера неустойки, рассчитанного исходя из однократной учетной ставки Банка России, направлен на восстановление баланса интересов сторон, не служит предметом обогащения истца, а направлен на восстановление его нарушенного права с учетом допущенной ответчиком просрочки исполнения обязательства.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как усматривается из материалов дела, 31.08.2016 ФИО1 направил в адрес ООО «Карат» претензию с требованием о выплате неустойки, однако, указанная претензия была оставлена без удовлетворения.

Поскольку установлено, что ответчик в добровольном порядке не удовлетворил требования потребителя, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50 % от взысканной суммы, то есть в размере 900 000 рублей.

При обращении в суд с настоящим иском истцом была уплачена государственная пошлина в размере 21 203 рубля.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

С учетом частичного удовлетворения требований истца, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 17 200 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Карат» в пользу ФИО1 неустойку в размере 1 800 000 рублей, штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 900 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 200 рублей, а всего 2 717 200 рублей.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья подпись

Мотивированное решение изготовлено 13 ноября 2017 года