Решение № 2-188/2018 2-188/2018~М-189/2018 М-189/2018 от 11 ноября 2018 г. по делу № 2-188/2018

№2-188/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 ноября 2018 года п. Ровеньки

Ровеньский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Горбачевой И.М.,

при секретаре Конопля Ю.А.,

с участием истицы ФИО3, представителей ответчика (ГУ) Управления пенсионного фонда в Ровеньском районе ФИО1 (по доверенности от 29.05.2018г. №951), ФИО2 (по доверенности от 08.11.2018г. №1735)

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Управлению пенсионного фонда РФ (Государственное учреждение) в Ровеньском районе об обязании произвести перерасчет пенсии за нестраховые периоды, сумм валоризации,

установил:

С 13 октября 2000 года ФИО3 является получателем пенсии по старости, и ежемесячных выплат за проживание в зоне с льготным социально-экономическим статусом в соответствии с Законом РФ от 15.05.1991г. №1244-1 «О социальной защите граждан, повергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на ЧАЭС».

В период с 1964г. по 01.04.1968г. ФИО3 обучалась Ногайском совхозе-техникуме г. Приморска.

На заявление по вопросу перерасчета размера страховой пенсии по старости с учетом периода обучения, 10 мая 2018г. пенсионным органом ФИО3 разъяснено об отсутствии оснований для такого перерасчета.

По заявлению истицы от 21.07.2017г. (ГУ) Управлением пенсионного фонда в Ровеньском районе ей произведен перерасчет страховой пенсии с учетом нестраховых периодов ухода за детьми, родившимися ДД.ММ.ГГГГ года, 06.02.1971 года и 31.10.1976 года в связи с чем с 01 августа 2017 года размер пенсии истицы был увеличен.

ФИО3 обратилась в суд с иском, в котором, неоднократно уточняя требования, окончательно просила обязать (ГУ) Управление пенсионного фонда в Ровеньском районе:

- произвести перерасчет страховой части ее пенсии за нестраховые периоды с 01.01.2015 года, а не с 01.08.2017г. как это сделано ответчиком;

- пересчитать сумму валоризации за период ее учебы в техникуме с 01.06.2018 года.

В обоснование заявленный требований сослалась на то, что с введением в действие Федерального закона от 28.12.2013г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Федерального закона №400-ФЗ) с 01.01.2015г. пенсионный орган был обязан произвести перерасчет пенсии с учетом нестраховых периодов ухода ею за детьми, однако сделал это с 01.08.2017г., что считает незаконным; полагает, что денежные средства за нестраховые периоды ей не доплачиваются, так как она получала 359,27 руб. вместо положенных 843,96 руб.; считает, что с учетом предоставления ею в мае 2018г. в пенсионный фонд диплома в подтверждение периоды учебы в техникуме, с 01.06.2018г. за этот период подлежат начислению суммы валоризации; приводит контррасчеты в опровержение расчетов ответчика.

Представители ответчика ГУ Управление Пенсионного Фонда РФ в Ровеньском районе по доверенностям ФИО1 и ФИО2 требования ФИО3 не признали, просили в иске отказать, поскольку варианты расчета пенсии и сумм валоризации, предложенные истицей, законодательством не предусмотрены; при оценке ее пенсионных прав перерасчет ей произведен по наиболее выгодному для нее варианту в соответствии с п.3 ст. 30 ФЗ от 17.12.2001г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», которым включение периодов учебы и ухода за детьми не предусмотрено; перерасчет сумм за нестраховые периоды произведен с 01.08.2017г. на основании заявления истицы, которая ранее за перерасчетом не обращалась, сведений о наличии у нее детей в пенсионный фонд не представляла.

Выслушав стороны, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд не находит оснований к удовлетворению иска.

Из материалов пенсионного дела ФИО3 следует, что с 13 октября 2000 года в возрасте 52 лет ей была назначена трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 10 Закона РФ от 20.11.1990г. №340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» с учетом ст. 34 Закона РФ от 15.05.1991г. №1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся радиации вследствие катастрофы на ЧАЭС» как проживающей на территории с льготным социально-экономическим статусом в соответствии (т. 1 л.д. 83, 71-74).

Согласно записям в трудовой книжке, на момент назначения пенсии истица продолжала работу и замещала должность государственной гражданской службы ИФНС России по Ровеньскому району, уволившись с государственной службы 21 ноября 2001 года в связи с выходом на пенсию (т.1 л.д. 40).

С 28.11.2001г. ФИО3 производились доплаты к пенсии за стаж государственной гражданской службы (л.д. 98), и ежемесячно выплачиваются суммы за проживание в зоне с льготным социально-экономическим статусом.

Согласно материалам пенсионного дела, 21 июля 2017 года ФИО3, обратилась в заявлением в ГУ УПФ в Ровеньском районе о перерасчете страховой пенсии по старости с учетом иных зачитываемых в страховой стаж периодов, указанных в ч.12 ст. 15 Федеральном законе от 28.12.2013г. года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» - периодов ухода за тремя детьми, родившимися ДД.ММ.ГГГГ года, 06.02.1971 года и 31.10.1976 года, в подтверждение чего представила свидетельства о рождении (т. 1 л. <...>, -169, 170-176).

Распоряжением пенсионного органа от 27.07.2017г. истице был произведен перерасчет размера пенсии с учетом указанных периодов, за счет чего размер пенсии увеличен с 01.08.2017 года, что ею не оспаривается (т. 1 л. <...>).

Требования ФИО3 об обязании ответчика произвести перерасчет сумм за нестраховые периоды с 01.01.2015г. в соответствии с ФЗ №400-ФЗ «О страховых пенсиях», со ссылкой на ненадлежащее ведение пенсионным органом разъяснительной работы и указывая на правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в п. 29 Постановления Пленума от 11.12.2012 г. №30, не обоснованы.

Пунктом 3 ст. 36 Федерального закона №400-ФЗ предусмотрено, что со дня вступления в силу настоящего Федерального закона Федеральный закон от 17.12.2001г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

В соответствии со ст. 18 Федерального закона №400-ФЗ, размер страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) определяется на основании соответствующих данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, по состоянию на день, в который этим органом выносится решение об установлении страховой пенсии, установлении и о перерасчете размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с нормативными правовыми актами, действующими на этот день.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 23 названного Федерального закона, перерасчет размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 указанной статьи, производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону увеличения.

Заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии принимается при условии одновременного представления им необходимых для такого перерасчета документов, подлежащих представлению заявителем с учетом положений ч. 7 ст. 21 настоящего Федерального закона.

Таким образом, согласно приведенным положениям пенсионного законодательства, предоставляя гражданам право на обеспечение повышения уровня страховой пенсии в виде перерасчета ее размера, законодатель связывает возможность его реализации с субъективным правом пенсионера по собственному волеизъявлению обратиться с соответствующим заявлением. Таким образом, перерасчет размера пенсии в сторону увеличения носит заявительный характер.

Как установлено судом из пенсионного дела, что с заявлением о перерасчете страховой пенсии с учетом нестраховых периодов ФИО3 обратилась в пенсионный фонд в июле 2017 года, приложив свидетельства о рождении детей, на основании чего с 01.08.2018г. ей произведен перерасчет пенсии.

Таким образом, при отсутствии до июля 2017 года у ответчика обращения пенсионера о перерасчете пенсии с учетом нестраховых периодов, оснований для возложения на пенсионный орган обязанности произвести такой перерасчет с 01 января 2015 года, не имеется.

Сами по себе доводы истицы о наличии у нее права на увеличение пенсии с 01.01.2015г., о незаконности действий ответчика не свидетельствуют, поскольку случаи, когда перерасчет пенсии производится без заявления пенсионера, прямо перечислены в Федеральном законе от 28.12.2013г. №400 «О страховых пенсиях». При этом обязанность перерасчета нестраховых периодов без соответствующего заявления, законом не предусмотрена.

Доводы истицы об ошибочности рассчета сумм за периоды по уходу за детьми, суд считает также необоснованными.

Согласно представленному пенсионным органом расчету, сумма возмещения нестраховых периодов рассчитана по формуле для определения размера страховой пенсии в соответствии с ч.1 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с учетом значений коэффициентов, указанных в п. 12 названной статьи и составила 843 руб. 95 коп.

Эта сумма рассчитана как произведение ИПК (индивидуального пенсионного коэффициента) в размере 10,74 (с учетом продолжительности периодов ухода истицы за детьми: за первым ребенком – 0 лет 8 мес. 24 дня коэффициент 1,32; за вторым – 0 лет 5 мес. 9 дней коэффициент 1,59; за третьим – 1 год 5 мес. 12 дней коэффициент 7,83) и СПК (стоимость одного пенсионного коэффициента на дату назначения пенсии) составлявшего 78,58 (согласно Федеральному закону от 19.12.2016г. №416-ФЗ действовавшему на дату обращения за перерасчетом) (т.2 л. д. 11).

Утверждения истицы о неправильности определения ответчиком произведения коэффициентов ИПК в размере 10,74 вместо 10,78, предусмотренных ч. 12 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ по уходу за каждым ребенком, ошибочны.

В пунктах 1 - 3 ч. 12 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ определены значения коэффициентов за полный календарный год каждого нестрахового периода (НП), предусмотренного п. 3 ч. 1 ст. 12 данного Закона, как периода ухода родителя за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

В соответствии с данными пунктами коэффициент за полный календарный год такого периода (НП) составляет: 1) 1,8 - в отношении периода ухода одного из родителей за первым ребенком до достижения им возраста полутора лет; 2) 3,6 - в отношении периода ухода одного из родителей за вторым ребенком до достижения им возраста полутора лет; 3) 5,4 - в отношении периода ухода одного из родителей за третьим или четвертым ребенком до достижения каждым из них возраста полутора лет.

Таким образом, в ч. 12 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ говорится о значениях коэффициентов засчитываемых в страховой стаж периодов (НП) за каждый полный календарный год.

В то же время ч. 14 той же статьи предусматривает правила определения коэффициента в случае, если продолжительность иного периода (НП) в соответствующем календарном году составляет менее полного года; тогда коэффициент определяется исходя из фактической продолжительности соответствующего иного периода. При этом один месяц иного периода составляет 1/12 часть коэффициента за полный календарный год, а один день - 1/360 часть коэффициента за полный календарный год.

Продолжительность периодов ухода истицы за первым и вторым ребенком, указанные в расчете и в пенсионном деле, ею не оспаривается, и составляет каждый в отдельности менее полного календарного года.

Поэтому пенсионным органом правильно рассчитаны коэффициенты по уходу за первым и вторым ребенком, предусмотренные ч.12 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ с учетом норм ч. 14 ст. 15 данного закона, в результате чего при математическом расчете коэффициенты 1,8 и 3,6 уменьшаются соответственно до 1,32 и 1,59; в то же время обоснованно увеличен коэффициент по уходу за третьим ребенком в размере 7,83 за счет того, что данный период составлял более года.

Таким образом оснований полагать, что расчет ответчиком нестраховых периодов, неверен, не имеется, и в этой части утверждения ФИО3 ошибочны.

Доводы истицы о том, что после перерасчета с 01.08.2017г. ей не в полном объеме выплачиваются суммы за иные периоды в размере 843 руб. 95 коп., и ежемесячно она получает лишь 359 руб. 27 коп. (т. 1 л.д. 228, 231), также основаны на неправильном понимании закона и расчетов ответчика.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 12 Федерального закона №400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного Федерального закона, засчитываются иные (нестраховые) периоды, в том числе, периоды ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

В соответствии с ч. 3 ст.13 Федерального закона №400-ФЗ исчисление страхового стажа производится в календарном порядке. В случае совпадения по времени периодов, предусмотренных статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, при исчислении страхового стажа учитывается один из таких периодов по выбору лица, обратившегося за установлением страховой пенсии.

Из приведенных положений следует, что при замене периодов работы иными нестраховыми периодами при расчете общего размера пенсии с учетом фиксированной ее части, суммы в результате перерасчета иной деятельности входят в состав страховой части пенсии.

То, что в результате перерасчета с 01.08.2017г. стоимость нестраховых периодов в размере 843,95 руб. была включена в страховую пенсию истицы, рассчитанную в размере 8658 руб. 73 коп. и выплачивалась ФИО3 в полном объеме с учетом фиксированной части в размере 4805,11 руб., а всего в сумме 13463,84 руб., подтверждается результатами расчета ГУ УПФР в Ровеньском районе в материалах пенсионного дела от 27.07.2018г., а также расчетом, приведенным в письме ГУ отделением Пенсионного Фонда РФ по Белгородской области от 31.05.2018г., направленном в адрес истицы (т. 1 л. <...>).

Таким образом, суд признает обоснованными доводы представителей ответчика о том, что произведенная 01.08.2017 года единовременная доплата к пенсии в размере 359,27 руб., на что ссылается истица, являлась не стоимостью баллов за нестраховые периоды, а разницей, на которую произошло увеличение пенсии в результате перерасчета в соответствии с п. 12 ст. 15 Федерального закона №400-ФЗ (13104,57 руб. (пенсия до 01.08.2017г.) – 13463,84 руб. (пенсия с 01.08.20017г.) = 359 руб. 27 коп. (т. 1 л.д. 231).

В связи с этим доводы ФИО3 о недоплате ей сумм за нестраховые периоды после перерасчета нельзя признать обоснованными.

Требования о возложении на ГУ УПФР в Ровеньском районе обязанности произвести расчет суммы валоризации за период обучения истицы в техникуме с 01.06.2018 года удовлетворению также не подлежат исходя из следующего.

Копия диплома об образовании, подтверждает, что в период с 1964г. по 01.04.1968г. ФИО3 обучалась в Ногайском совхозе-техникуме г. Приморска (т. 1 л.д. 9).

Из ответа ГУ УПФР в Ровеньском районе от 10.05.2018г. следует, ее обращение по вопросу перерасчета пенсии с учетом периода обучения в техникуме оставлено без удовлетворения, поскольку пенсия рассчитана по наиболее выгодному для истицы варианту, и основания к ее перерасчету отсутствуют (т. 1 л.д. 27).

Доводы ФИО3 в обоснование требований данных требований сводятся к тому, что период учебы подлежит включению в ее общий страховой стаж в соответствии с подпунктом «и» п. 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 03.08.1972г. №590, ст. 91 Закона РСФСР от 20.11.1990г. №340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 29 Постановления Пленума №30 от 11.12.2012г., и полагает, что на этот период подлежит начислению валоризация.

Однако суд не может согласиться с вышеуказанными доводами истицы по следующим основаниям.

Как уже отмечено судом, понятия страховой и общий трудовой стаж различны.

Федеральный закон от 17.12.2001г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», вступивший в силу с 01.01.2002, устанавливает основания возникновения и порядок реализации прав граждан Российской Федерации на трудовые пенсии.

В соответствии со ст. 31 указанного Федерального закона, со дня вступления его в силу утрачивают силу Закон Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и Федеральный закон «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий», а другие федеральные законы, принятые до дня вступления в силу данного Федерального закона и предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей Федеральному закону «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно ст. 10 Федерального закона от 17.12.2001г. №173-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации, при условии, что за эти периоды уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Статьей 11 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» предусмотрены иные периоды, которые засчитываются в страховой стаж. Перечень этих периодов является исчерпывающим.

Согласно данной правовой норме период обучения в учебном заведении в этот стаж не засчитывается.

В вышеуказанном Федеральном законе наряду с понятием «страховой стаж» для определения порядка исчисления расчетного размера трудовой пенсии, величины расчетного пенсионного капитала и стажевого коэффициента, влияющего на расчетный размер трудовой пенсии, применяется и понятие «общий трудовой стаж».

Так, в силу п. 2 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», в редакции, действующей с 01.01.2017г., расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи.

Из пояснений представителей ответчика в судебном заседании, а также расчетов ГУ УПФ по Ровеньскому району от 17 сентября, от 20 сентября 2018г. №35 и ГУ Отделения ПФР по Белгородской области от 31.05.2018г. следует, что расчетный размер трудовой пенсии ФИО3 был исчислен по наиболее выгодному для нее варианту – в порядке пункта 3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ, в соответствии с которым в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц в соответствии с указанным пунктом под общим трудовым стажем понимается суммарная продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности до 01.01.2002г., в которую включаются:

- периоды работы в качестве рабочего, служащего (в том числе работа по найму за пределами территории Российской Федерации), члена колхоза или другой кооперативной организации; периоды иной работы, на которой работник, не будучи рабочим или служащим, подлежал обязательному пенсионному страхованию; периоды работы (службы) в военизированной охране, органах специальной связи или в горноспасательной части независимо от ее характера; периоды индивидуальной трудовой деятельности, в том числе в сельском хозяйстве;

- периоды творческой деятельности членов творческих союзов-писателей, художников, композиторов, кинематографистов, театральных деятелей, а также литераторов и художников, не являющихся членами соответствующих творческих союзов;

- служба в Вооруженных Силах Российской Федерации и иных созданных в соответствии с законодательством Российской Федерации воинских формированиях, Объединенных Вооруженных Силах Содружества Независимых Государств, Вооруженных Силах бывшего СССР, органах внутренних дел Российской Федерации, органах внешней разведки, органах федеральной службы безопасности, федеральных органах исполнительной власти и федеральных государственных органах, в которых предусмотрена военная служба, бывших органах государственной безопасности Российской Федерации, а также в органах государственной безопасности и органах внутренних дел бывшего СССР (в том числе в периоды, когда эти органы именовались по-другому), пребывание в партизанских отрядах в период гражданской войны и Великой Отечественной войны;

- периоды временной нетрудоспособности, начавшейся в период работы, и период пребывания на инвалидности I и II группы, полученной вследствие увечья, связанного с производством, или профессионального заболевания;

- период пребывания в местах заключения сверх срока, назначенного при пересмотре дела;

- периоды получения пособия по безработице, участия в оплачиваемых общественных работах, переезда по направлению службы занятости в другую местность и трудоустройства.

При этом в данный перечень период обучения в учебном заведении не включен.

Таким образом, правовая норма, содержащаяся в пункте 3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», при оценке пенсионных прав застрахованных лиц путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал не позволяет учитывать в общем трудовом стаже некоторые периоды общественно полезной деятельности, включавшиеся в него ранее действовавшим законодательством.

Законодателем закреплена возможность осуществления оценки пенсионных прав не только по варианту, предусмотренному п. 3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», при котором в общий трудовой стаж не включается период обучения в учебном заведении, но и по варианту, предусмотренному п. 4 ст. 30 названного Федерального закона, когда период обучения может быть включен в общий трудовой стаж.

Однако, как следует из пояснений представителей ответчика и их возражений с приведенным расчетом, вариант перерасчета пенсии с учетом положений п. 4 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» для истицы неприемлем, поскольку в результате уменьшается расчетный размер ее пенсии (т.1 л.д. 25).

То, что представленные ответчиком расчеты пенсии ФИО3 выполнены по формуле с наиболее выгодным для нее вариантом, истицей в судебном заседании не оспаривается; стажевой коэффициент ей был установлен верно - в размере 0,66 за 31 полных года стажа без учета периода учебы в порядке, предусмотренном Закона РФ от 20.11.1990г. №340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и п. 3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В то же время, производя в заявлении об уточнении исковых требований от 07.11.2018г. расчет по тому же алгоритму, при расчете стажевого коэффициента ФИО3 включает период обучения, рассчитывая стажевой коэффициент как 0,68 и дополнительную сумму валоризации с 01.06.2018г.

Между тем, одновременное применение порядка исчисления пенсии, установленного пунктами 3 и 4 ст. 30 Федерального закона от 17.12.2001г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» действующим законодательством не предусмотрено.

Поскольку расчет пенсии ФИО3 произведен пенсионным фондом по варианту п. 3 ст. 30 названного Федерального закона, как по наиболее выгодному для нее варианту, то не включение в страховой стаж периода учебы о нарушении пенсионных прав ФИО3, приобретенных до вступления в силу ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», не свидетельствует. При этом суд также отмечает, что заявлений о перерасчете пенсии по правилам п. 4 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ, истица в адрес ответчика не подавала, и с такими требованиями в суд не обращалась.

Положениями ч.1 ст. 30.1 Федерального закона №173-ФЗ предусмотрено, что величина расчетного пенсионного капитала застрахованного лица, исчисленного в соответствии со ст. 30 настоящего Федерального закона, подлежит валоризации (повышению).

Сумма валоризации составляет 10 процентов величины расчетного пенсионного капитала, исчисленного в соответствии со ст. 30 настоящего Федерального закона, и, сверх того, 1 процент величины расчетного пенсионного капитала за каждый полный год общего трудового стажа, приобретенного до 01.01.1991 года, определенного в соответствии с пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Частью 2 ст. 30.1 Федерального закона №173-ФЗ установлено, что в общий трудовой стаж в целях валоризации величины расчетного пенсионного капитала включаются периоды трудовой и иной общественно полезной деятельности, которые были включены в указанный стаж при осуществлении оценки пенсионных прав в соответствии со ст. 30 настоящего Федерального закона. Включение соответствующих периодов трудовой и иной общественно полезной деятельности в общий трудовой стаж производится в том же порядке, который был применен при определении расчетного размера трудовой пенсии. При этом продолжительность общего трудового стажа, учитываемого в целях валоризации величины расчетного пенсионного капитала, ограничению не подлежит.

Учитывая, что истице рассчитана пенсия с учетом положений п. 3 ст. 30 Федерального закона №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», при котором включение периода учебы не предусмотрено, то оснований для перерасчета ей пенсии по старости в целях начисления валоризации с учетом данного периода, также не имеется.

Доводы ФИО3 о неправильности расчетов ответчика в части не начисления сумм валоризации за нестраховые периоды ухода ею за детьми, суд также признает несостоятельными.

Из расчета пенсионного органа следует, что в соответствии со ст. 30.1 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ» с 01.01.2010г. по 01.08.2017г. ежемесячно ФИО3 начислялись и выплачивались суммы валоризации на величину расчетного пенсионного капитала, а с 01.08.2017г. часть стажа продолжительностью 2 года 7 месяцев 11 дней заменена выплатой, рассчитанной в соответствии с п. 12 ст. 15 ФЗ №400 «О страховых пенсиях» (т. 2 л.д. 9-11). Данное обстоятельство истицей не опровергается.

Таким образом, судом установлено, что до обращения с заявлением о перерасчете пенсии, суммы валоризации на величину расчетного пенсионного капитала (с учетом периодов ухода за детьми, учтенных ответчиком как периоды трудовой деятельности), были выплачены в полном объеме, поэтому права ФИО3 в этой части не нарушены.

Частью 1 ст. 13 Федерального закона от 28.12.2013г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» установлено, что исчисление страхового стажа производится в календарном порядке. В случае совпадения по времени периодов работы при исчислении страхового стажа учитывается один из таких периодов по выбору лица, обратившегося за установлением страховой пенсии. Аналогичное положение было закреплено в ч.1 ст. 12 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ» №173-ФЗ.

Как установлено судом, с 01.08.2018г. уже истице произведен перерасчет и выплачиваются баллы в денежном выражении за нестраховые периоды ухода за детьми на основании п. 12 ст. 15 ФЗ №400 «О страховых пенсиях». Поэтому повторный учет этих же периодов в целях начисления на них же еще и сумм валоризации, законодательством не предусмотрено.

Доводы ФИО3 о том, что в середине 2000-х годов ею направлялись обращения Пенсионный фонд РФ и поступали ответы о нарушении ее прав ответчиком при расчете пенсии, голословны, и никакими доказательствами не подтверждены. Истицей эти письма суду не представлены, а согласно ответу от 04.10.2018г., факты поступления обращений от ФИО3 в периоды 2007-2010г.г. Управлением Пенсионного Фонда РФ не подтверждены.

Таким образом, нарушений пенсионных прав ФИО3 при расчете заявленных ею периодов не установлено, и оснований для удовлетворения ее исковых требований суд не находит.

Руководствуясь ст. 191-199 ГПК РФ, суд

Р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Управлению пенсионного фонда РФ (Государственное учреждение) в Ровеньском районе об обязании произвести перерасчет пенсии за нестраховые периоды, сумм валоризации, - отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ровеньский районный суд.

Судья: И.М. Горбачева