Апелляционное определение № 33-408/2026 33-4361/2025 от 9 февраля 2026 г.

УИД 58RS0027-01-2022-007207-40

Судья Тюрина Е.Г. № 33-408/2026 (33-4361/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 февраля 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе

председательствующего Жуковой Е.Г.,

судей Зинченко Н.К., Мисюра Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Воронцовой Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело № 2-161/2025 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным, признании недостойным наследником, взыскании денежных средств по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО6 на решение Октябрьского районного суда г. Пензы от 24 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Мисюра Е.В., объяснения представителя истца ФИО6 (доверенность от 20 сентября 2025 г.), ответчика ФИО3, представителя третьего лица нотариуса г. Пензы ФИО7 – К.М.И. (доверенность от 18 сентября 2023 г.), судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании завещания недействительным, взыскании денежных средств.

В обоснование иска указал, что завещанием, удостоверенным 18 июня 2018 г. нотариусом нотариального округа г. Пензы ФИО7, П.Н.Д., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, завещала все свое имущество, включая квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, своей дочери ФИО3 и внуку ФИО1

28 июля 2021 г. П.Н.Д. умерла, после ее смерти нотариусом открыто наследственное дело. С текстом завещания П.Н.Д. наследника ФИО1 нотариус не ознакомила.

1 февраля 2022 г. и 16 февраля 2022 г. ФИО1 и ФИО3 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию по ? доли каждому в квартире по адресу: <адрес>, на основании которых произведена регистрация прав собственности наследников.

19 сентября 2022 г. по договору купли-продажи ФИО3 и ФИО1 продали квартиру Г.Д.А. за 2 600 000 руб., денежные средства в размере по 1 300 000 руб. каждому перечислены на их счета.

13 октября 2022 г. при ознакомлении с наследственным делом умершей П.Н.Д. было установлено, что при удостоверении завещания 18 июня 2018 г. нотариусом допущены нарушения порядка составления и оформления завещания и иные нарушения, искажающие волю завещателя и являющиеся основанием для признания завещания недействительным.

В частности, нарушена тайна завещания. В момент составления и удостоверения завещания 18 июня 2018 г. в квартире по адресу: <адрес>, вместе с завещателем П.Н.Д. и нотариусом присутствовала ФИО3 – лицо, в пользу которого составлено завещание, текст завещания, записанный нотариусом со слов П.Н.Д., был оглашен в ее присутствии, ФИО3 собственноручно внесла в текст завещания после собственноручной подписи П.Н.Д. рукописный текст, указав фамилию, имя, отчество завещателя. В момент совершения 18 июня 2018 г. завещания П.Н.Д. в силу своего преклонного возраста, имеющихся у нее заболеваний и принимаемых для их лечения психотропных и других лекарственных средств была не способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно завещанию, удостоверенному нотариусом 9 декабря 2008 г., которое отменено завещанием от 18 июня 2018 г., все свое имущество, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, П.Н.Д. завещала своему внуку ФИО1

Завещание П.Н.Д. от 18 июня 2018 г. совершено с нарушением требований закона и нарушает его права и законные интересы.

С учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 ГПК РФ просил признать недействительным завещание П.Н.Д.., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, удостоверенное 18 августа 2018 г. нотариусом нотариального округа г. Пенза ФИО7; взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 1 300 000 руб., полученные в качестве неосновательного обогащения в результате реализации ? доли имущества, полученного в качестве наследства П.Н.Д., проценты за неправомерное удержание денежных средств за период с 20 сентября 2022 г. по 19 сентября 2023 г. в размере 104 124,66 руб., судебные расходы в размере 32 600 руб.

Определением Октябрьского районного суда г. Пензы от 19 декабря 2022 г. дело передано по подсудности в Ленинский районный суд г. Пензы.

Апелляционным определением Пензенского областного суда от 12 апреля 2023 г. указанное определение суда отменено, гражданское дело направлено в Октябрьский районный суд г. Пензы для рассмотрения по существу.

Решением Октябрьского районного суда г. Пензы от 24 сентября 2025 г. в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным, признании недостойным наследником, взыскании денежных средств отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, ФИО1 подал на него апелляционную жалобу, в которой просил решение Октябрьского районного суда г. Пензы от 24 сентября 2025 г. отменить, принять по делу новое решение, которым иск удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы указал, что факт подделки рукописной записи «П.Н.Д.» и подписи наследодателя П.Н.Д. в тексте завещания подтвержден всеми подготовленными по делу экспертными заключениями – заключением эксперта <данные изъяты> от 6 сентября 2023 г. №, заключением <данные изъяты> от 30 августа 2024 г. №, заключением <данные изъяты> от 9 июля 2025 г.

Не приняв в качестве доказательства заключения судебных почерковедческих экспертиз, установивших поддельность подписей от имени П.Н.Д., суд сослался на неясность мотивов у ФИО3 для совершения указанных действий, отсутствие у истца убедительных доводов относительно того, в чем заключается нарушение его прав и свобод, в связи с чем пришел к выводу о том, что указанные обстоятельства в своей совокупности подтверждают факт совершения завещания лично П.Н.Д.

При этом суд не учел, что вопрос установления подлинности выполненной наследодателем подписи на завещании не мог быть преодолен посредством выяснения наличия либо отсутствия у ответчика и нотариуса мотивов, а требовал специальных познаний, которыми суд не обладает, и мог быть разрешен на основании выводов проведенных по делу судебных экспертиз, путем их оценки в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Исходя из установленных при разбирательстве дела обстоятельств, в том числе взаимоотношений истца, ответчика и наследодателя, обстоятельств составления завещания, документально подтвержденного состояния здоровья наследодателя и других исследованных судом доказательств в их совокупности и взаимосвязи, в том числе с заключением экспертов <данные изъяты> о том, что подпись П.Н.Д. в завещании, вероятно, подделана, выводы экспертов <данные изъяты> Б.Ю.Н. и <данные изъяты> К.В.В. о том, что подпись наследодателя П.Н.Д. была подделана ФИО3, являются обоснованными и достаточными для установления данного обстоятельства, свидетельствующего об отсутствии волеизъявления наследодателя по распоряжению имуществом на случай смерти.

Установленные судом факты свидетельствуют о том, что 18 июня 2018 г. при составлении завещания ФИО3 совершены умышленные противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя П.Н.Д. и ее наследника ФИО1 и являются основанием к утрате ею права наследования как по закону, так и по завещанию, независимо от мотивов и целей совершения ею указанных действий.

Согласно завещанию, удостоверенному нотариусом 9 декабря 2008 г., которое отменено завещанием от 18 июня 2018 г., все свое имущество, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось, П.Н.Д. завещала своему внуку ФИО1

Таким образом, завещание П.Н.Д. от 18 июня 2018 г. совершено с нарушениями требований закона и нарушает права и законные интересы наследника ФИО4

Принимая во внимание то, что имущество, в результате реализации которого ФИО3 19 сентября 2022 г. получила денежные средства от продажи квартиры, полученной в наследство от П.Н.Д. приобретено ею без установленных законом оснований, так как она является недостойным наследником П.Н.Д. как по закону, так и по завещанию, за счет ФИО1, она обязана возвратить ему неосновательно приобретенное имущество (неосновательное обогащение) в размере 1 300 000 руб.

В связи с неправомерным удержанием ФИО3 с 19 сентября 2022 г. указанных денежных средств, ею подлежат уплате проценты на сумму долга, размер которых определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Выводы суда об отсутствии у ФИО3 мотивов для совершения указанных действий не основаны на положениях закона, поскольку данный вопрос не входит в предмет доказывания по делу о признании завещания ничтожной сделкой.

Ответчик ФИО3, третье лицо нотариус г. Пензы ФИО7 подали письменные возражения на апелляционную жалобу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца по доверенности ФИО6 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Ответчик ФИО3, представитель третьего лица нотариуса г. Пензы ФИО7 по доверенности К.М.И. возражали против апелляционной жалобы по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в связи с чем судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в порядке статьи 167 ГПК РФ при данной явке.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ответчик ФИО3 приходится дочерью, а истец ФИО1 – внуком наследодателя П.Н.Д., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения.

22 марта 2005 г. П.Н.Д. составила завещание, которым все свое имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы такое не заключалось и где бы оно не находилось, в том числе приватизированную квартиру по адресу: <адрес>, завещала внуку ФИО1

9 декабря 2008 г. П.Н.Д. составила новое завещание, согласно которому из принадлежащего ей имущества квартиру по адресу: <адрес>, завещала внуку ФИО4

18 июня 2018 г. П.Н.Д. составила новое завещание №, которым из принадлежащего ей имущества квартиру по адресу: <адрес>, завещала дочери ФИО5 и внуку ФИО4 в равных долях.

Таким образом, ввиду противоречия распоряжений, данных в завещаниях от 22 марта 2005 г., 9 декабря 2008 г. и от 18 июня 2018 г., первое и второе завещания считаются отмененными в полном объеме.

Материалы дела не содержат сведений об отмене или изменении последнего завещания, информация о составлении наследодателем более поздних завещаний также отсутствует.

Текст оспариваемого завещания в нотариальной форме, кроме указания персональных данных завещателя, наследников и самого завещательного распоряжения, содержит следующие сведения: завещание удостоверено 18 июня 2018 г. нотариусом г. Пензы ФИО7, зарегистрировано в реестре №; завещателю разъяснено содержание статьи 1149 ГК РФ; текст завещания записан нотариусом со слов П.Н.Д. (завещателя) и до его подписания завещание полностью оглашено ей нотариусом в связи с тем, что не могло быть прочитано ею лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно подписалась; содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя; завещание записано со слов завещателя; личность завещателя установлена, дееспособность его проверена; завещание подписано завещателем собственноручно в присутствии нотариуса.

Завещание не содержит исправлений и каких-либо оговорок.

28 июля 2021 г. П.Н.Д. умерла, что подтверждается свидетельством о смерти № от 29 июля 2021 г.

С заявлением о принятии наследства обратились: ответчик ФИО3 7 октября 2021 г., истец ФИО1 25 октября 2021 г.

7 октября 2021 г. нотариусом г. Пензы ФИО7 заведено наследственное дело № к имуществу умершей ДД.ММ.ГГГГ П.Н.Д. которое в копии приобщено к материалам настоящего дела, исследовано в судебном заседании.

1 и 16 февраля 2022 г. нотариусом г. Пензы ФИО7 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию в отношении наследственного имущества.

Обращаясь в суд с исковым заявлением о признании завещания недействительным, сторона истца заявляла о том, что завещание было подписано наследодателем в состоянии, не позволявшем отдавать отчет своим действиям, а также о том, что подписи в завещании выполнены не наследодателем, а иным лицом (ФИО3).

По ходатайству стороны истца определением суда от 1 июня 2023 г. по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> от 6 сентября 2023 г. № подпись от имени П.Н.Д. и рукописная запись «П.Н.Д.», расположенные в завещании № от 18 июня 2018 г. в строке «Текст завещания …, в чем ниже собственноручно подписываюсь:», выполнены не самой П.Н.Д., а ФИО3

По ходатайству стороны ответчика и третьего лица нотариуса г. Пензы ФИО7 определением суда от 2 ноября 2023 г. по делу назначена дополнительная судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты> (далее <данные изъяты>).

Основанием назначения указанной экспертизы послужило то, что при производстве первичной экспертизы не исследовался второй экземпляр оспариваемого завещания, хранящийся в архиве нотариуса.

Согласно выводам заключения эксперта <данные изъяты> от 12 марта 2024 г. № установить, кем, П.Н.Д. или другим лицом, выполнены: удостоверительная запись «П.Н.Д.» и подпись от имени П.Н.Д., расположенные на оборотной стороне завещания от 18 июня 2018 г. от имени П.Н.Д. на имя ФИО3, выполненного на бланке № удостоверенного нотариусов г. Пензы ФИО7, зарегистрированного в реестре за №, на строке под словами «… прочитано мною лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно расписываюсь:»; удостоверительная запись «ФИО2» и подпись от имени ФИО2, расположенные на оборотной стороне завещания от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО2 на имя ФИО5, выполненного на белом листе, удостоверенное нотариусом г. Пензы ФИО7, зарегистрированного в реестре за №, на строке под словами «… прочитано мною лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно расписываюсь:» не представилось возможным. Удостоверительные записи и подписи выполнены под влиянием на процесс письма каких-то «сбивающих» факторов.

Установить, кем, ФИО3 или другим лицом, выполнены: удостоверительная запись «П.Н.Д.» и подпись от имени П.Н.Д., расположенные на оборотной стороне завещания от 18 июня 2018 г. от имени П.Н.Д. на имя ФИО3, выполненного на бланке №, удостоверенного нотариусов г. Пензы ФИО7, зарегистрированного в реестре за №, на строке под словами «… прочитано мною лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно расписываюсь:»; удостоверительная запись «П.Н.Д.» и подпись от имени П.Н.Д., расположенные на оборотной стороне завещания от 18 июня 2018 г. от имени П.Н.Д. на имя ФИО3, выполненного на белом листе, удостоверенное нотариусом г. Пензы ФИО7, зарегистрированного в реестре за №, на строке под словами «… прочитано мною лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно расписываюсь:» не представилось возможным. в тексте завещания от 18 июня 2018 г., не представляется возможным. Указано, что удостоверительные записи и подписи выполнены под влиянием на процесс письма каких-то «сбивающих» факторов.

В качестве сравнительного материала экспертами не использовались записи и подписи от имени П.Н.Д. расположенные: в заявлении от 15 мая 2017 г., в заявлении от 28 февраля 2020 г., в заявлении от 3 марта 2020 г., в копиях информационного добровольного согласия на виды медицинских вмешательств без указания даты, согласии на обработку персональных данных от имени П.Н.Д. без указания даты, так как при сравнении с образцами почерка и подписи П.Н.Д. они вызвали сомнение в подлинности.

При оценке результатов сравнительного исследования установлено, что ни совпадающие, ни различающиеся признаки не образуют совокупности, достаточной для какого-либо определенного (положительного или отрицательного) вывода.

По ходатайству стороны ответчика и третьего лица нотариуса г. Пензы ФИО7 определением суда от 23 мая 2024 г. по делу назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты>, поскольку в материалах дела имеются экспертные заключения, выводы которых противоречат друг другу.

Согласно выводам заключения эксперта <данные изъяты> от 30 августа 2024 г. № подписи от имени П.Н.Д. и рукописные тексты «П.Н.Д.» в двух экземплярах завещания от 18 июня 2018 г. выполнены не П.Н.Д. а другим лицом с подражанием ее почерку и лицам старческого возраста, имеющим заболевания, связанные со снижением уровня письменно-двигательного навыка (координации, темпа движений).

Подписи от имени П.Н.Д. и рукописные тексты «П.Н.Д.» в двух экземплярах завещания от 18 июня 2018 г. выполнены ФИО3 с подражанием почерку П.Н.Д. и лицам старческого возраста, имеющим заболевания, связанные со снижением уровня письменно-двигательного навыка (координации, темпа движений).

Результаты проведенных первичной (заключение от 6 сентября 2023 г. №) и данной второй повторной экспертиз в основной части совпадают как по проведенным этапам исследования, так и по сделанным выводам.

Результаты первой повторной (заключение от 12 марта 2024 г. №) и данной второй повторной экспертиз в основной части не совпадают как по проведенным этапам исследования, так и по сделанным выводам.

Экспертом указано, что в заключении первичной экспертизы <данные изъяты> от 6 сентября 2023 г. № выводы аргументированы и не вызываю сомнений в правильности решения вопроса. Эксперт Б.Ю.Н. не указывает и не обосновывает причины возникновения признаков необычного исполнения в исследуемых рукописных записях и подписях и каким образом они влияют на сделанный вывод.

В заключении <данные изъяты> от 12 марта 2024 г. № выводы экспертов Г.Е.Л. и С.Ь.В. о невозможности решения поставленных вопросов по существу не обоснованы по следующим причинам: неправильно оценена совокупность совпадающих частных признаков почерка (как по количеству, так и по значимости); указанные в заключении частные признаки, как различающиеся (буквы «а», «Н») являются диагностическими (признаки снижения уровня координации 1 и 2 группы) и они не могут использоваться как различающиеся частные признаки почерка при сравнительном исследовании.

По ходатайству стороны ответчика и третьего лица нотариуса г. Пензы ФИО7 определением суда от 27 ноября 2024 г. по делу назначена повторная судебная комиссионная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты> (далее <данные изъяты>).

Заключением эксперта <данные изъяты> от 9 июля 2025 г. № сделаны выводы, что запись «П.Н.Д.», расположенная на оборотной стороне бланка (листа) в месте расположения строки ниже слов «… прочитано мной лично по причине полного отсутствия зрения, в чем ниже собственноручно подписываюсь:» в обоих экземплярах завещания на бланке № и на листе бумаги, составленного от имени П.Н.Д. на имя ФИО3, датированного 18 июня 2018 г., зарегистрированного в реестре за №, – выполнена, вероятно, не П.Н.Д., а другим лицом с подражанием исполнителя почерку П.Н.Д. с признаками возрастных изменений.

Установить, кем – ФИО3 или другим лицом выполнены записи «П.Н.Д.» в имеющихся двух экземплярах завещания, не представилось возможным.

Причиной расхождения с выводами предыдущих экспертиз является разная оценка выявленных признаков.

Решить вопросы в категорической форме не удалось в связи с отсутствием образцов почерка П.Н.Д., близких по времени исполнения к исследуемому документу (образцы почерка П.Н.Д. ограничиваются лишь 2012 г.), что не позволяет достаточно полно оценить значимость выявленных различий, проследить их устойчивость во времени, а также затрудняет дать однозначную оценку выявленным диагностическим признакам, свидетельствующим о воздействии на процесс письма каких-то «сбивающих» факторов, особенностью ее исполнения (разрыва и дорисовки), наличием в месте расположения исследуемой подписи штрихов, не относящиеся к ней.

Перечисленные совпадения на сделанный вероятный отрицательный вывод не влияют в связи с тем, что относятся к наиболее броским и в совокупности с диагностическими признаками могут быть объяснены подражанием исполнителя почерку П.Н.Д. с признаками возрастных изменений.

В связи с тем, что исследуемые подписи содержат все буквы фамилии, то они являются подписным почерком, поэтому сравнение проводилось как с образцами подписей, так и с образцами почерка.

Заключение <данные изъяты> от 9 июля 2025 г. № признано судом надлежащим доказательством по делу, поскольку при производстве принимала участие комиссия экспертов в составе трех человек, предупрежденных об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, имеющих достаточный уровень квалификации, ими были изучены материалы гражданского дела, заявлено ходатайство об истребовании дополнительных образцов почерка П.Н.Д.

Разрешая заявленные требования, оценив собранные по делу доказательства, исходя из положений статей 166, 167, 177, 395, 1102, 1103, 1111, 1117, 1118, 1119, 1123, 1124, 1125, 1131, 1149 ГК РФ, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований о признании завещания недействительным, признании ФИО3 недостойным наследником, взыскании денежных средств.

Проверяя состоявшееся по делу решение, судебная коллегия соглашается с выводами суда и их правовым обоснованием.

Согласно статье 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации право наследования гарантируется.

Это право включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников на его получение.

В соответствии со статьей 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону (статья 1111 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора (пункт 1).

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (пункт 2).

Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания и заключение наследственного договора через представителя не допускаются (пункт 3).

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (пункт 5).

В соответствии со статьей 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (пункт 1).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (пункт 2).

Недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания (пункт 5).

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

Согласно статье 1125 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент составления оспариваемого завещания) предусмотрено, что нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие) (пункт 1).

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание (пункт 2).

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина (пункт 3).

При удостоверении завещания нотариус обязан разъяснить завещателю содержание статьи 1149 настоящего Кодекса и сделать об этом на завещании соответствующую надпись (пункт 6).

Как следует из объяснений нотариуса г. Пензы ФИО7 в отзыве на иск, оспариваемое завещание удостоверено ею с соблюдением норм статьи 1125 ГК РФ, содержание заявления соответствует волеизъявлению завещателя, завещание записано со слов завещателя, текст завещания оглашен нотариусом для завещателя, личность завещателя установлена, дееспособность его проверена, завещание подписано собственноручно завещателем в присутствии нотариуса.

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> от 9 июля 2025 г. № эксперты пришли к выводу, что утвердительно ответить, что подпись, изображенная в завещании от 18 июня 2018 г., выполненная от имени П.Н.Д., принадлежит П.Н.Д. или другому лицу с подражанием исполнителя ее почерку, не представляется возможным, поскольку отсутствуют образцы почерка П.Н.Д., близких по времени исполнения к исследуемому документу (образцы почерка П.Н.Д. ограничиваются лишь 2012 г.), что не позволяет достаточно полно оценить значимость выявленных различий, проследить их устойчивость во времени, а также затрудняет дать однозначную оценку выявленным диагностическим признакам, свидетельствующим о воздействии на процесс письма каких-то «сбивающих» факторов, особенностью ее исполнения (разрыва и дорисовки), наличием в месте расположения исследуемой подписи штрихов, не относящиеся к ней.

В связи с изложенным, судебная коллегия полагает, что судом сделан обоснованный вывод, что данное заключение эксперта не позволяет сделать вывод, что подпись в завещании, составленном 18 июня 2018 г., наследодателю не принадлежит. То обстоятельство, что подпись в завещании выполнена, вероятно, не наследодателем П.Н.Д., не свидетельствует о том, что подпись подделала ФИО3

Оснований усомниться в законности и обоснованности заключения эксперта <данные изъяты> от 9 июля 2025 г. № у судебной коллегии не имеется.

Ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы от лиц, участвующих в деле, в суде апелляционной инстанции не поступило.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом дана надлежащая оценка доводам о нарушении процедуры составления и оформления завещания, а также о нарушении тайны завещания.

Сам по себе факт нахождения ФИО3 в момент составления П.Н.Д. завещания в одной с ней квартире, состоящей из двух комнат, не свидетельствует с достоверностью о нарушении тайны завещания.

Стороной истца доказательств того, что ФИО3 присутствовала при составлении, подписании и удостоверении завещания от 18 июня 2018 г. вместе с завещателем П.Н.Д. и нотариусом г. Пензы ФИО7 и нарушении нотариусом порядка составления и оформления завещания от имени П.Н.Д. не представлено, материалы дела таких доказательств также не содержат.

Проанализировав текст завещания, судебная коллегия приходит к выводу, что оно не содержит исправлений и каких-либо оговорок, имеет однозначный и понятный смысл, из содержания завещания суд правомерно пришел к выводу о его оглашении нотариусом завещателю в полном объеме до его подписания.

Разрешая требование о признании завещания недействительным, дав оценку всем представленным доказательствам в их совокупности, в том числе дав оценку экспертному заключению, выполненному <данные изъяты> 9 июля 2025 г. №, которое не содержит утвердительного ответа относительно того, что подпись в оспариваемом завещании выполнена не наследодателем П.Н.Д.., а иным лицом, дав оценку представленным от нотариуса сведениям, согласно которым завещание от 18 июня 2018 г. было собственноручно подписано ФИО2 в присутствии нотариуса и удостоверено в установленном законом порядке, личность П.Н.Д. была установлена и ее дееспособность проверена, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии у суда оснований для удовлетворения заявленного требования, поскольку достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемое завещание П.Н.Д. не подписывалось, со стороны истца, на которого возложено бремя доказывания данных обстоятельств, не представлено.

Основания для признания гражданина недостойным наследником и отстранения от наследования содержатся в статье 1117 ГК РФ.

Согласно статье 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество (пункт 1).

Лицо, не имеющее права наследовать или отстраненное от наследования на основании настоящей статьи (недостойный наследник), обязано возвратить в соответствии с правилами главы 60 настоящего Кодекса все имущество, неосновательно полученное им из состава наследства (пункт 3).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке – приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Каких-либо доказательств, которые бы свидетельствовали о совершении ответчиком действий, указанных в пункте 1 статьи 1117 ГК РФ, при рассмотрении настоящего дела не получено, в связи с чем оснований для признания ответчика недостойным наследником, взыскании с него неосновательного обогащения в виде денежных средств, полученных от продажи наследственного имущества, и процентов за пользование чужими денежными средствами не имелось.

Таким образом, доводы истца, приведенные в апелляционной жалобе, выводы суда не опровергают, являлись предметом исследования и оценки суда, направлены на переоценку доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом в полном соответствии с правилами статей 12, 56 и 67 ГПК РФ, а поэтому не могут служить поводом к отмене законного и обоснованного решения.

Существенных нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии со статьей 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Пензы от 24 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО6 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 25 февраля 2026 г.