Приговор № 2-033/2019 2-33/2019 от 26 августа 2019 г. по делу № 2-033/2019

Дело № 2-033\19


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новосибирск 27 августа 2019 года

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Турченко А.В.

при секретарях Богдановой А.В., Анашкине К.И.

с участием государственного обвинителя Хохрина В.В.

потерпевшего Б.

подсудимого ФИО1

защитника – адвоката Ивановой Ю.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, с образованием 9 классов, холостого, детей не имеющего, неработающего, проживающего по адресу: <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, ранее судимого: 05 марта 2013 года Куйбышевским районным судом Новосибирской области по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, освобожденного 07 июля 2014 года по отбытии наказания, содержащегося под стражей с 27 апреля 2019 года,

в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершил убийство малолетнего *, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии, при следующих обстоятельствах.

26 апреля 2019 года, в период с 19 до 20 часов, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: <адрес>, проснулся от плача и крика *, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, плач и крики которого, а также отсутствие дома сожительницы * разозлили ФИО2, и у него на почве личных неприязненных отношений возник умысел на причинение смерти малолетнему *, заведомо для него находящемуся в беспомощном состоянии.

Реализуя этот умысел, ФИО1, осознавая, что * в силу своего малолетнего возраста не может оказать ему сопротивление, подошел к детской кроватке, где лежал *, взяв за руку, поднял его из кроватки, раздел до гола, бросил в кроватку на спину и нанес * не менее 4-х ударов кулаком по голове и телу, а затем, в этот же период, действуя в продолжение своего умысла на причинение смерти малолетнему, нанес в голову и различные части тела находящемуся на полу * не менее 4-х ударов обутой в обувь ногой, от одного из которых * ударился задней частью головы и тела о деревянную спинку кровати, причинив потерпевшему закрытую тупую черепно-мозговую травму в виде травматического отека головного мозга, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку, множественных кровоподтеков и ссадин на голове, кровоизлияний в мягкие ткани головы, от которой наступила смерть * на месте преступления в период с 22 часов 26 апреля 2019 года до 02 часов 27 апреля 2019 года.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал, от дачи показаний отказался.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд считает, что виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями потерпевшего Б. о том, что он состоит в браке с *, они имеют четверых детей: <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ. С 2016 года он отбывает наказание в виде лишения свободы, дети проживают с матерью в <адрес>. В феврале 2019 года он узнал, что * сожительствует с ФИО3, оба злоупотребляют спиртным. Супруга жаловалась ему, что в состоянии опьянения ФИО3 агрессивен, бьет ее. В конце апреля 2019 года ему стало известно, что ФИО3 убил его сына * у них дома.

Показаниями малолетних свидетелей <данные изъяты> на предварительном следствии, оглашенными и исследованными в суде с согласия сторон.

Из показаний малолетней <данные изъяты> следует, что ДД.ММ.ГГГГ ее мама, *, и ФИО1 ушли в гости к *, вечером ФИО3 пришел домой пьяный, сказал им ложиться спать, ударил кулаком ее и ее сестру <данные изъяты>, после чего сам лег спать, проснулся от плача <данные изъяты>, стал на него кричать, были слышны звуки ударов, после чего она забрала <данные изъяты> к себе на кровать. Когда она пошла в туалет, положила <данные изъяты> на пол, в это время ФИО3 подошел к нему и пнул ногой в живот. Она, а ранее <данные изъяты> и <данные изъяты>, пошли к <данные изъяты> за мамой, сказали ей, что дядя Д. бьет <данные изъяты>, но она осталась там и продолжила пить спиртное, позже туда пришел и дядя Д., они еще пили. ФИО3 в течение вечера периодически уходил, как она думает, домой. Около 23 часов того же дня она, <данные изъяты> и <данные изъяты> пошли домой, на ее кровати они увидели <данные изъяты>, накрытого одеялом, пытались его разбудить, но он не открывал глаза и не шевелился, и они поняли, что он не живой. На голове, лице <данные изъяты> было много синяков, из носа была кровь. Далее они втроем пошли к <данные изъяты> за мамой, где также находился дядя Д., сказали, что <данные изъяты> умер, после чего первым домой пошел ФИО3. Когда она, <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> пришли домой, то увидели, как на ее кровати лежит ФИО3 и обнимает рукой <данные изъяты>. После этого к ним домой пришла <данные изъяты>, ФИО3 не дал ей посмотреть <данные изъяты>, и <данные изъяты> забрала их к себе домой. ФИО3 бил <данные изъяты> из-за того, что тот плакал, также он психовал, что мамы не было дома (№).

Свидетели <данные изъяты> и <данные изъяты> на следствии дали в целом аналогичные показания.

<данные изъяты> уточнила, что ФИО3 вернулся домой один, без мамы, был пьяный и злой. Из-за того, что они не спали, ФИО3 ударил кулаком <данные изъяты>, а затем ударил ее кулаком по спине, когда она лежала в своей кровати, ей было больно, она плакала. Также она слышала, как ФИО3 бьет <данные изъяты>, так как тот плакал и не слушал его, и видела, как ФИО3 подошел к кроватке, где лежал <данные изъяты>, взял его за руку, поднял вверх и бросил в кровать, после чего <данные изъяты> забрала <данные изъяты> к ним в комнату, тогда у <данные изъяты> крови и синяков они не видели. Когда ночью они вернулись домой и пытались разбудить <данные изъяты>, он не просыпался, глазки не открывал, был без одежды, хотя до этого на нем были колготки и майка. На лице и голове <данные изъяты> было много синяков, лицо у него было в крови (№).

<данные изъяты> показал, что плач <данные изъяты> разбудил ФИО3, он услышал звуки ударов, <данные изъяты> заплакал еще сильнее, и он понял, что ФИО3 бьет <данные изъяты> (№).

Показания малолетних свидетелей <данные изъяты> и <данные изъяты>, <данные изъяты> и обстоятельства их получения в ходе предварительного следствия проверены судом путем допроса в судебном заседании их законного представителя – свидетеля <данные изъяты>., свидетеля <данные изъяты>., а также путем исследования материалов дела.

Свидетель <данные изъяты>. в суде показал, что семья <данные изъяты>, которая сожительствовала с ФИО3, состояла на учете в отделе опеки и попечительства <адрес>, как неблагополучная, сотрудниками отдела велась профилактическая работа с семьей. <данные изъяты> и <данные изъяты> учились в обычной школе, <данные изъяты> находился на домашнем воспитании, ДД.ММ.ГГГГ родился <данные изъяты>.

27 апреля 2019 он выезжал на место происшествия с сотрудниками полиции, а затем участвовал при допросах <данные изъяты>, как их законный представитель, на допросах также присутствовали педагог и психолог. Дети рассказали, что 26 апреля 2019 года их мать <данные изъяты> и ее сожитель ФИО3 ушли к <данные изъяты>. Через некоторое время ФИО3 вернулся один в состоянии алкогольного опьянения, ударил <данные изъяты> и <данные изъяты>, сказал, чтобы они ложились спать. В это время проснулся и заплакал <данные изъяты>, ФИО3 стал поднимать его за руку и бросать в кроватку, девочки забрали <данные изъяты>, потом, когда <данные изъяты> полз по коридору, ФИО3 ударил его ногой в область живота. Девочки убежали к <данные изъяты>, звали мать домой, но та не пошла. Позже к <данные изъяты> несколько раз приходил и уходил ФИО3. Когда стемнело, девочки пошли домой проверить, как себя чувствует <данные изъяты>, стали будить его, <данные изъяты> не просыпался, на голове у него была кровь. Они вновь пошли к <данные изъяты> за матерью, когда все вернулись домой, ФИО3 лежал с <данные изъяты> в обнимку на кровати, они вызвали врача.

Уверен в достоверности показаний <данные изъяты> о действиях ФИО3, поскольку склонности к фантазированию дети не выявляют, на допросе самостоятельно отвечали на вопросы, рассказывали все своими словами, показывали об одном и том же, были подавлены произошедшим, переживали смерть брата.

Свидетель <данные изъяты>. в суде показала, что участвовала при допросах малолетних <данные изъяты> в качестве психолога. Дети рассказали, что ходили в гости к <данные изъяты> вместе с мамой, маленький <данные изъяты> оставался дома с ФИО3, который периодически приходил к <данные изъяты> и уходил. В гостях мама и ФИО3 распивали спиртные напитки, дети звали маму домой, но она не пошла. Находясь в своем доме, дети видели, что <данные изъяты> плакал, ФИО3 ударил его, заставлял ложиться спать всех детей. О том, что ФИО3 бьет <данные изъяты> за то, что тот не спит и плачет, дети рассказали маме, но она домой не пошла. Вернувшись домой ночью, дети попытались разбудить <данные изъяты>, он не просыпался и не дышал, на нем была кровь. Об этом рассказали матери, которая вместе с ними пришла домой, послала за врачом, но ФИО3 не дал осмотреть ребенка.

На допросах дети были испуганы и подавлены, но показания давали самостоятельно, подробно отвечая на вопросы следователя. Сомнений в правдивости их показаний, как у психолога, у нее не возникло, дети рассказывали о том, что видели, их пояснения о произошедшем соответствуют их возрасту.

Показания <данные изъяты> о том, что ФИО3 в день совершения преступления наносил им удары, согласуются с заключениями эксперта о наличии у них кровоподтеков, образовавшихся в период, относящийся к преступлению (№).

При оценке показаний малолетних свидетелей <данные изъяты> суд учитывает данные об их личности.

Из показаний свидетеля <данные изъяты> (№) и материалов уголовного дела следует, что с 28.07.2015 семья <данные изъяты> состоит на профилактическом учете в отделе опеки и попечительства администрации <адрес>, как неблагополучная, поскольку <данные изъяты> злоупотребляет спиртными напитками, обязанности по содержанию и воспитанию детей надлежащим образом не исполняет, однако, старшие дети посещают обычную общеобразовательную школу, и направлялись в <адрес> в связи с ухудшением материальной ситуации в семье.

Потерпевший Б. в судебном заседании пояснил, что его дети на учете у психиатра не состоят, ко лжи и фантазированию не склонны.

Свидетели <данные изъяты> в суде охарактеризовали <данные изъяты>, как детей, могущих использовать ложь бытового характера в целях самозащиты, но не склонных к фантазированию. Поясняя о неблагоприятной обстановке в семье, вызванной недостатком внимания взрослых, не отмечали наличие у девочек отставания в психическом развитии.

Согласно сведениям <адрес><данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, и <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, на учете у психиатра и нарколога не состоят, по месту учебы <данные изъяты> характеризуются, в целом, положительно (№).

Свидетели <данные изъяты> и <данные изъяты>, принимавшие участие в их допросах, в суде показали, что дети давали показания свободно и самостоятельно, подробно отвечая на вопросы следователя, сомнений в правдивости их показаний не возникло, дети рассказывали о том, что видели, их пояснения о произошедшем соответствуют их возрасту.

С учетом изложенного, принимая во внимание показания потерпевшего Б., педагогов <данные изъяты> о том, что малолетние <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> склонности к фантазированию не выявляют, психических отклонений не имеют, показания законного представителя <данные изъяты> и психолога <данные изъяты> о том, что в ходе допроса следователем дети самостоятельно и свободно рассказывали о произошедшем в их доме 26.04.2019, о том, что эти показания соответствуют их возрасту, а также данные о личности свидетелей, которые на учете у психиатра и нарколога не состоят, суд приходит к выводу о том, что показания <данные изъяты> о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 бил их младшего брата – годовалого <данные изъяты>, в том числе ногами, после чего тот перестал дышать, на его лице они видели синяки и кровь, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, подтверждаются иными доказательствами по делу, и признает их допустимыми и достоверными доказательствами.

Показания малолетних свидетелей согласуются с показаниями свидетелей <данные изъяты>, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон.

Так, свидетель <данные изъяты> в ходе предварительного следствия показала, что по адресу: <адрес>, она проживает совместно с ФИО1 и малолетними детьми: <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ., <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ и <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3, как и она, злоупотребляет спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения становится агрессивным, свою агрессию выплескивает на нее и членов ее семьи. Днем 26 апреля 2019 года она вместе с ФИО3 распивала спиртные напитки у <данные изъяты>, дети были дома одни. Опьянев, она легла спать, ФИО3 периодически приходил и уходил домой, звал ее с собой, но она отказывалась уходить. Спустя какое-то время, ее разбудили дети <данные изъяты>, они были сильно напуганы, сказали, что ФИО3 избил <данные изъяты>, после чего она побежала домой, где в детской комнате на кровати увидела обнаженного <данные изъяты>, под носом и около рта у него была засохшая кровь, на лице имелись ссадины, он не подавал признаков жизни. Рядом с <данные изъяты> лежал ФИО3, она его разбудила, спросила, зачем он убил <данные изъяты>, на что ФИО3 ничего не ответил, так как был сильно пьян. После этого она побежала к фельдшеру <данные изъяты>, та пришла к ней домой вместе со своим супругом, констатировала смерть <данные изъяты> и вызвала полицию (№).

Из оглашенных показаний свидетелей <данные изъяты> следует, что в дневное время 26 апреля 2019 года к ним в гости пришли <данные изъяты> и ФИО1, они совместно распивали спиртные напитки, ФИО3 при этом периодически уходил домой. Дети <данные изъяты>, за исключением <данные изъяты> и <данные изъяты>, после 20 часов находились у них дома, ФИО3 в этот период времени у них не было. Около 23 часов того же дня дети пошли домой, а примерно через час <данные изъяты> вернулись и сказали, что у <данные изъяты> на носу кровь и он не дышит. О смерти <данные изъяты> узнали на следующий день от сотрудников полиции (№).

Свидетель <данные изъяты> на предварительном следствии показала, что около 02 часов 27 апреля 2019 года к ней домой пришли <данные изъяты> и сказали, что ее зовет их мама, <данные изъяты>. Следом за детьми пришла сама <данные изъяты>, находящаяся в состоянии алкогольного опьянения, и сообщила, что ФИО3 убил ее сына <данные изъяты>. Она вместе с мужем <данные изъяты>, а также детьми и <данные изъяты>, пошли домой к <данные изъяты>, в детской комнате она увидела лежащего на кровати ФИО3, он обнимал <данные изъяты>. Она потрогала <данные изъяты> за голову и лицо, поняла, что он умер, после чего пошла к себе домой и вызвала полицию. Вернувшись к дому <данные изъяты> за детьми, она увидела сидящего у ограды ФИО3, который был пьян. Осмотрев <данные изъяты>, она обнаружила множественные гематомы и ссадины на лице, голове и в области паха, возле носа и рта была сукровица (№).

Свидетель <данные изъяты>. в стадии предварительного расследования дал в целом аналогичные показания, добавив, что видел ФИО3 26 апреля 2018 года около 17 часов, он отходил от дома <данные изъяты> в сторону своего дома. Также в этот день около 20 часов он видел детей <данные изъяты> – <данные изъяты>, идущих в сторону дома <данные изъяты>. Больше в этот день никто в дом <данные изъяты> не приходил. После того, как его жена убедилась, что <данные изъяты> мертв, она вызвала скорую помощь и полицию (№).

Свидетель <данные изъяты> показала на следствии, что в 02 часа 10 минут 27 апреля 2019 года от фельдшера <данные изъяты> поступил вызов о том, что по адресу: <адрес>, находится труп <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения. Приехав по данному адресу, на кровати она обнаружила труп ребенка, лежащего на спине. По результатам осмотра была констатирована биологическая смерть. На теле ребенка были множественные повреждения: обширная гематома лица, акроцианоз носогубного треугольника, кровь во рту и носовых ходах, гематомы обоих ушных раковин, заушной области, множественные гематомы височной, лобной, теменной областях, гематома надбровной дуги справа, обширная гематома в области шеи, ссадины справа на затылочной области, ссадины в паховой области слева (№).

Показания свидетелей о месте, времени и конкретных обстоятельствах совершения ФИО1 преступления в отношении малолетнего <данные изъяты> подтверждаются исследованными в суде материалами дела.

Из карты вызова скорой медицинской помощи усматривается, что сообщение об обнаружении трупа малолетнего <данные изъяты> было принято фельдшером <данные изъяты> в 2 часа 10 минут 27 апреля 2019 года. На момент прибытия в 2 часа 50 минут при осмотре трупа <данные изъяты> было зафиксировано наличие телесных повреждений и крови на лице и теле, в области мошонки, установлен факт биологической смерти ребенка до прибытия скорой медицинской помощи (№).

Об обнаружении 27 апреля 2019 года после 02 часов по адресу: <адрес>, тела <данные изъяты> без признаков жизни и о наступлении его биологической смерти <данные изъяты> и <данные изъяты> сообщили в отдел полиции <адрес> (№).

В ходе осмотра места преступления - дома по адресу: <адрес>, в комнате № 3 в дальнем правом углу на кровати в положении лежа на спине обнаружен труп <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, без одежды, с обширными гематомами и ссадинами на лице с обеих сторон (справа и слева), на внутренней поверхности правого бедра, в области мошонки (протокол осмотра места происшествия от 27.04.2019,№).

На изъятых с места преступления: простыне из детской кроватки, простыне и вырезе пододеяльника с кровати, на которой обнаружен труп малолетнего, на изъятых у ФИО1 куртке-ветровке и спортивных брюках (протокол выемки от 27.04.2019, №) обнаружена кровь, происхождение которой не исключается за счет малолетнего <данные изъяты> (экспертиза вещественных доказательств № от 29.04.2019, №).

При исследовании трупа <данные изъяты> в 10 часов 27 апреля 2019 года (заключение эксперта № от 27.04.2019,№) экспертом были обнаружены следующие повреждения: обширный кровоподтек в лобно-височной области слева с переходом на левую щеку, веки левого глаза и левую ушную раковину на фоне которого 5 точечных ссадин в области левой щеки; обширный кровоподтек на правой половине лица и головы с захватом лобно-теменно-височной области, области правой щеки, век правого глаза и нижней челюсти справа, на фоне которого 3 ссадины в правой лобной области и правой височной области, две ссадины в правой теменно-затылочной области; полосовидный кровоподтек в затылочной области; поверхностная ссадина в теменно-височной области слева; кровоизлияния в мягкие ткани черепа соответственно наружным повреждениям, субарахноидальное кровоизлияние по всей поверхности головного мозга.

Все эти повреждения составляют закрытую тупую черепно-мозговую травму, могли образоваться от воздействий тупого твердого предмета (предметов), в срок незадолго до наступления смерти, в быстрой последовательности одно за другим, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни человека, поэтому оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. После их получения потерпевший мог совершать активные действия непродолжительный период времени.

Кроме того, на трупе <данные изъяты> имелись две ссадины в левой паховой области, полосовидный кровоподтек в области тыльной поверхности запястья левой руки, обширный кровоподтек на внутренней поверхности правого бедра в верхней трети, которые могли образоваться в тот же срок от воздействий тупых твердых предметов, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Все обнаруженные повреждения причинены прижизненно и образовались от не менее восьми травматических воздействий, их нанесение собственной рукой и или получение при падении с высоты собственного роста исключается.

Согласно выводам эксперта, смерть ребенка <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от закрытой тупой черепно-мозговой травмы в виде травматического отека головного мозга, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку, множественных кровоподтеков и ссадин на голове, кровоизлияний в мягкие ткани головы соответственно в срок около 8-12 часов до исследования трупа, что соответствует времени совершения ФИО3 преступления.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании, ссылаясь на запамятование некоторых обстоятельств совершенного преступления, не оспаривал показания малолетних свидетелей <данные изъяты>, а также показания других свидетелей, пояснив, что оснований для его оговора свидетели не имеют, а дети не лгут.

В связи с отказом подсудимого в соответствии со ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний в судебном заседании, судом исследованы показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия.

Допрошенный 27 апреля 2019 года в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что с сентября 2018 года он проживает по адресу: <адрес>, совместно с сожительницей <данные изъяты> и ее малолетними детьми: <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ), <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ), <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ) и <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ). С 22 апреля 2019 он и <данные изъяты> каждый день употребляли спиртное в гостях у <данные изъяты>, дети оставались дома одни. 26 апреля 2019 они вновь пили у <данные изъяты>, около 18 часов между ним и <данные изъяты> произошел конфликт на почве ревности, он предложил ей пойти домой, но она отказалась, на что он разозлился и пошел домой один. Дома <данные изъяты> смотрели мультики, <данные изъяты> спал в зале в своей кроватке, он лег спать в зале на диване. Около 19 часов он проснулся от плача <данные изъяты>, который лежал в кроватке, описался, к нему никто из детей не подходил. Он был зол на <данные изъяты> за то, что тот разбудил его своим плачем и не успокаивался, одной рукой поднял его за руку из кроватки, второй рукой снял с него мокрую одежду, раздев до гола, бросил <данные изъяты> в кроватку и, чтобы тот успокоился и перестал плакать, нанес ему не менее 4-х ударов кулаком правой руки в область головы и лица. <данные изъяты> не успокаивался, а только еще больше начал плакать. После чего <данные изъяты> забрала <данные изъяты> из кроватки, унесла его к себе в комнату, а он лег спать. Через несколько минут, в период времени с 19 часов до 20 часов, <данные изъяты> положила <данные изъяты> на пол и пошла в туалет, <данные изъяты> заплакал и пополз за ней. Он снова проснулся, зашел в комнату детей и, чтобы <данные изъяты> перестал плакать, пнул его не менее 4-х раз ногой обутой в калоши в область живота и лица, не исключает, что при этом попадал ногой по рукам, ногам и паху. От одного из его ударов <данные изъяты> отскочил и ударился о кровать головой либо телом. От его ударов ногой <данные изъяты> захрипел и застонал. Дети увидев, что он бьет <данные изъяты>, испугались, и убежали из дома. Он подошел к <данные изъяты>, поднял его и положил в кровать на спину, накрыв одеялом. <данные изъяты> дышал, хрипел и стонал. Около 20 часов он пошел к <данные изъяты>, чтобы позвать <данные изъяты> домой, но та спала пьяная, дети были у <данные изъяты>. Он еще выпил и вернулся домой, <данные изъяты> лежал на кровати на левом боку лицом к стене, он лег вместе с ним на кровать и уснул. Проснувшись около 22 часов, он снова пошел к <данные изъяты> за <данные изъяты>, <данные изъяты> так же лежал на кровати на левом боку лицом к стенке, он не обратил внимание, был ли <данные изъяты> жив, его не трогал, так как думал, что он спит. В доме <данные изъяты> он еще выпивал спиртное. После 23 часов дети <данные изъяты> пошли домой, через некоторое время вернулись, разбудили <данные изъяты>, сказали ей, что <данные изъяты> не дышит и у него из носа идет кровь. Он первый прибежал домой, увидел, что <данные изъяты> лежит в таком же положении, как и раньше. Он лег к <данные изъяты>, обнял, почувствовал, что он холодный и не дышит, в области носа у него была кровь, он сразу понял, что <данные изъяты> умер от того, что он его избил руками и ногами (№).

Эти показания ФИО1 подтвердил при допросах в качестве обвиняемого 28.04.2019, 18.06.2019 (№) и в настоящем судебном заседании, пояснив, что не помнит, как и по какой причине наносил удары <данные изъяты>, так как находился в сильной степени алкогольного опьянения.

Также ФИО1 подтвердил свою явку с повинной (№), где изложил обстоятельства, при которых наносил удары <данные изъяты> Данное сообщение о преступлении получено в соответствии с требованиями ч. 1.1 ст.144 УПК РФ, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что написал явку собственноручно, без какого-либо давления на него со стороны сотрудников полиции. Добровольность и самостоятельность сообщения ФИО1 о совершенном им преступлении подтверждаются видеозаписью данного процессуального действия, просмотренной в судебном заседании.

Давая оценку показаниям ФИО1 на предварительном следствии, суд признает их допустимыми доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника, подтверждены подсудимым в судебном заседании, сведений о применении к ФИО1 недозволенных методов расследования при получении этих показаний в материалах дела не имеется и в судебном заседании не получено.

В материалах дела имеются сведения о наличии у ФИО1 повреждения в виде кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти, которое могло образоваться от воздействия твердого тупого предмета либо при ударе о таковой в срок до 1-х суток до момента осмотра 27.04.2019 (заключение эксперта № от 27.04.2019, №), однако, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, ФИО1 пояснял, что данное повреждение не связано с раскрытием и расследованием уголовного дела.

Показания ФИО1 согласуются с показаниями свидетелей <данные изъяты>, заключением эксперта о характере имевшихся у <данные изъяты> повреждений, их локализации и механизме образования.

Вместе с тем, утверждение ФИО1 о том, что часть произошедших событий он восстановил в памяти с подсказки следователя, из показаний детей и выводов эксперта, суд находит неубедительным, поскольку явка с повинной и показания в качестве подозреваемого даны ФИО1 до допросов малолетних свидетелей и окончания экспертизы по трупу <данные изъяты> Кроме того, из показаний малолетних <данные изъяты> следует, они не видели, как ФИО3 наносил удары <данные изъяты>, лежащему в детской кроватке, только слышали звуки ударов, об их количестве и локализации дети не поясняли, <данные изъяты> на следствии показала, что ФИО3 нанес <данные изъяты> одни удар ногой в область живота.

Между тем, показания ФИО1 в этой части являются последовательными, содержат подробное описание всех его действий в отношении потерпевшего с приведением мотивов их совершения, из них следует, что ФИО3 нанес малолетнему <данные изъяты> 4 удара кулаком и 4 удара обутой в обувь ногой по голове и телу, от его ударов потерпевший застонал и захрипел, после чего находился в одном и том же положении до момента, когда он почувствовал, что <данные изъяты> холодный и не дышит, что полностью согласуется с выводами эксперта о характере, локализации, механизме образования имевшихся на трупе повреждений, количестве травматических воздействий, о возможности потерпевшего совершать активные действия после полученных повреждений и времени наступления его смерти.

В этой связи, доводы ФИО1 о запамятовании момента нанесения ударов потерпевшему суд расценивает как способ защиты и желание смягчить свою ответственность за совершение особо тяжкого преступления в отношении малолетнего ребенка.

Учитывая показания ФИО3 о том, что после его ударов <данные изъяты> захрипел и застонал, активных действий не совершал, а через несколько часов перестал подавать признаки жизни, в совокупности с заключением эксперта о причине и времени наступления смерти <данные изъяты> суд приходит к выводу о том, что смерть потерпевшего наступила от действий подсудимого.

Согласно свидетельству о рождении №, <данные изъяты> родился ДД.ММ.ГГГГ года (№), то есть, на момент совершения в отношении него преступления <данные изъяты> исполнился один год, и ФИО1 осознавал, что в силу своего возраста потерпевший не способен оказать ему сопротивление, то есть, находится в беспомощном состоянии.

Приведенные доказательства, полученные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласующиеся между собой, суд признает допустимыми и достоверными, а их совокупность достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Принимая во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства, при которых ФИО1 нанес годовалому ребенку множественные удары руками и ногами, обутыми в обувь, в том числе в жизненно-важный орган - голову, из личной неприязни, с целью заставить плачущего ребенка замолчать, суд приходит к выводу, что ФИО1 действовал с умыслом на лишение малолетнего <данные изъяты> жизни.

С учетом установленных судом обстоятельств действия ФИО1, который 26 апреля 2019 года, в период с 19 до 20 часов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя из личной неприязни, с целью лишения жизни <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, поднял его за руку из кроватки, бросил в кроватку на спину и умышленно нанес не менее 4-х ударов кулаком, а затем нанес ему на полу не менее 4-х ударов ногой, обутой в обувь, по телу и голове, причинив телесные повреждения, от которых наступила смерть потерпевшего, суд квалифицирует по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное в отношении малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Психическое состояние ФИО1 в момент и после совершения противоправного деяния подробно и с учетом всех обстоятельств, а также данных о личности подсудимого, исследовалось экспертами, которые пришли к следующим выводам.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов №, ФИО1 страдал ранее и обнаруживает в настоящее время психическое расстройство в форме органического расстройства личности и синдрома зависимости от алкоголя. Однако указанное психическое расстройство выражено не столь значительно и не лишало его возможности в момент совершения преступления в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период совершения противоправных действий ФИО1 не обнаруживал признаков временного болезненного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствует факт употребления алкоголя непосредственно перед правонарушением, его правильная ориентировка в окружающей обстановке, адекватный речевой контакт с окружающими, его действия носили целенаправленный характер и не обуславливались бредом, галлюцинациями или иными психическими расстройствами. ФИО1 в момент совершения преступления мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Запамятование некоторых эпизодов правонарушения, в данном случае, не является признаком какого-либо психического расстройства, а укладывается в структуру простого алкогольного опьянения (№).

Учитывая стаж работы и достаточно высокую квалификацию в области психологии и психиатрии независимых и компетентных экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суд не находит оснований сомневаться в его выводах.

С учетом всех обстоятельств, при которых совершено преступление подсудимым, данных о том, что ФИО1 на диспансерном учете у психиатра не состоит (ДД.ММ.ГГГГ), приведенного заключения комиссионной судебно-психиатрической экспертизы, а также с учетом его поведения в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, который по месту жительства характеризуется удовлетворительно, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает его состояние здоровья, явку с повинной, признание вины, раскаяние в содеянном.

Согласно материалам дела (№) ФИО1 был осужден приговором Куйбышевского районного суда Новосибирской области от 05 марта 2013 года по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев и отбывал наказание в исправительной колонии строгого режима, откуда был освобожден по отбытии его срока 31 октября 2014 года (№).

В соответствии с ч.4 ст.15 УК РФ, преступление, за которое ФИО1 был осужден 05.03.2013г., относится к категории тяжких, судимость за которые погашается по истечении восьми лет после отбытия наказания (п. «г» ч.3 ст.86 УК РФ) либо может быть снята до истечения срока ее погашения в порядке, предусмотренном ч.5 ст.86 УК РФ.

Таким образом, на момент совершения 26 апреля 2019 года особо тяжкого преступления в отношении малолетнего <данные изъяты> судимость ФИО1 не была погашена или снята в установленном законом порядке, и в его действиях, в соответствии со ст.18 УК РФ, имеется опасный рецидив преступлений, что суд признает обстоятельством, отягчающим наказание.

В суде из показаний самого подсудимого ФИО1, свидетелей <данные изъяты> об употреблении ФИО1 алкоголя в течение длительного периода до совершения преступления и непосредственно перед его совершением, установлено, что 26 апреля 2019 года в период с 19 часов до 20 часов ФИО1 находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Наличие в материалах дела акта освидетельствования ФИО1, в соответствии с которым состояние опьянения у подсудимого не констатировано (№), не влияет на установленные судом обстоятельства совершения им преступления 26 апреля 2019 года в период с 19 до 20 часов в алкогольном опьянении, поскольку ФИО1 был осмотрен медицинским работником лишь 27 апреля 2019 года в 11 часов 38 минут, при этом, технические средства во время осмотра не применялись, химико-токсикологческие исследования не проводились, а сам ФИО1 факт употребления им алкоголя в период совершения преступления не отрицал.

И это состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, суд признает отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством.

При этом, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимого и влияние состояния опьянения на его поведение при совершении преступления.

А именно, согласно показаниям потерпевшего Б., свидетеля <данные изъяты>, ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения вел себя агрессивно, применял насилие к ФИО4, которая его боялась.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, к индивидуально-психологическим особенностям ФИО1 относятся недостаточность самоконтроля, саморегуляции при склонности к самовзвинчиванию и самопопустительству, выраженная эгоцентричность и эгоистичность, повышенная раздражительность, особенно в состоянии простого алкогольного опьянения, огрубление личностных реакций (по алкогольному типу), склонность к агрессивным действиям по отношению к более слабым и беззащитным. Состояние алкогольного опьянения у ФИО1 в момент совершения преступления спровоцировало проявление непосредственности чувств и поведенческих реакций, поскольку в состоянии простого алкогольного опьянения происходит генерализация агрессии и снижение самоконтроля (№).

Принимая во внимание эти выводы экспертов, данные о личности подсудимого, его показания о том, что в трезвом состоянии он бы этого преступления не совершил, суд приходит к выводу, что, при отсутствии у ФИО1 в момент совершения преступления каких-либо болезненных расстройств психической деятельности либо иной психопатологической симптоматики, именно состояние опьянения, в которое подсудимый сам себя привел, распивая алкогольные напитки длительный период до совершения преступления и непосредственно перед его совершением, сняло внутренний контроль за его поведением и при наличии незначительного повода (внешнего раздражителя в виде плача ребенка) привело к совершению им умышленного особо тяжкого преступления против личности.

Суд также учитывает конкретные обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, и, принимая во внимание тяжесть совершенного ФИО1 преступления, данные о его личности, полагает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, которое, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, существенно уменьшающих степень его общественной опасности и позволяющих назначить ФИО1 наказание по правилам ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

При исчислении срока наказания и принятии решения о зачете времени содержания ФИО1 под стражей, суд учитывает положения п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В судебном заседании потерпевший Б. заявил требование о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Рассматривая эти требования, суд, в соответствии со ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, учитывает характер и объем нравственных страданий, причиненных потерпевшему действиями подсудимого, лишившего жизни его сына, материальное положение и трудоспособность ФИО1, а также требования разумности и справедливости и считает их подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле, как не представляющие ценности и не истребованные сторонами, подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 19 (девятнадцать) лет с ограничением свободы на срок 2 (два) года.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения свободы: после отбытия основного назначенного наказания не выезжать в течение установленного ему срока за пределы муниципального образования, на территории которого осужденный будет проживать, не изменять место жительства и пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным данного наказания, возложив на него обязанность являться в указанный государственный орган для регистрации 1 (один) раз в месяц.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы отбывать в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания содержание ФИО1 под стражей с 27 апреля 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения и содержать его в <адрес> до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования Б. удовлетворить. Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: вещество бурого цвета; фрагмент материи; одежду <данные изъяты>: майку, штаны, кофту, пару носков, шапку; простыню и пеленку из детской кроватки; простыню с кровати; колготки из детской кроватки; вырез с пододеяльника; образцы крови и желчи <данные изъяты>; срезы ногтевых пластин с рук, образцы крови и слюны ФИО1; одежду ФИО1: футболку, спортивные брюки, куртку-ветровку, пару калош, хранящиеся при уголовном деле, - уничтожить.

На приговор могут быть поданы апелляционные жалобы участниками судебного разбирательства и представление прокурором в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1 – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с указанием такого ходатайства в жалобе и поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Председательствующий (подпись)

Копия верна:

Председательствующий