Апелляционное определение № 33-5719/2026 от 23 марта 2026 г.

УИД: 66RS0043-01-2025-000291-97

Дело № 33-5719/2026 (2-574/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 24.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Калимуллиной Е.Р., судей Подгорной С.Ю., Пожарской Т.Р. при ведении протокола помощником судьи Зуевой Е.В., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» о взыскании страхового возмещения, убытков, штрафа, компенсации морального вреда,

по встречному исковому заявлению акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным в части,

по апелляционной жалобе ответчика АО ГСК «Югория» на решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 21.10.2025.

Заслушав доклад судьи Калимуллиной Е.Р., объяснения представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

установила:

ФИО1 обратилась с иском к АО «ГСК «Югория» о взыскании страхового возмещения, убытков, штрафа, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что 27.11.2015 при заключении кредитного договора между ПАО «АК Барс» и ФИО1 (заемщик), сторонами согласовано условие о страховании заемщиком за свой счет имущественных интересов, связанных с причинением вреда жизни и здоровью в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания).

Между АО ГСК «Югория» (страховщик) и ФИО1 (страхователь) заключен договор страхования от несчастных случаев и болезни (полис <№> от 12.04.2021) к страховым случаям (рискам) отнесены: смерть, инвалидность, страховая сумма определяется в размере остатка денежного обязательства перед банком (выгодоприобретателем 1).

Полис действует до 30.11.2035, срок страхования делится на периоды страхования, даты начала и окончания очередного периода указываются в счете на оплату.

За период страхования с 13.04.2022 по 12.04.2023 ответчик выставил истице счет на оплату, согласно которому страховая сумма на этот период страхования составила 1 643457 руб. 52 коп., страховая премия за очередной период страхования в сумме 8332 руб. 33 коп, истцом оплачена.

Актом освидетельствования в Бюро медико-социальной экспертизы № 31 (смешанного профиля) ФКУ «ГБ МСЭ ФМБА России» <№> от 28.03.2023 ФИО1 впервые установлена <...> по причине <...> на срок до 01.04.2025, что подтверждается справкой серии <№> от 05.04.2023.

07.04.2023 направлено в адрес страховщика заявление о выплате в установленном порядке страховой суммы в рамках страхового полиса <№> от 12.04.2021.

В удовлетворении заявления о выплате страхового возмещения отказано, с указанием на то, что до заключения договора страхования у ФИО1 имелись заболевания, которые стали причиной возникновения у истца <...>, повлекшей утрату трудоспособности и установления <...> в 2023 году.

С учетом условий договора страховая выплата по полису <№> от 12.04.2021 должна была быть произведена не позднее 07.05.2023.

В результате неисполнения обязательств по страховой выплате истец понесла убытки, в виде внесенных выплат по кредитному договору <№> от 27.11.2015 за период с 01.04.2023 по 01.02.2025 сумме 440 092 руб.

Кроме того, неправомерными действиями ответчика, истцу причинен моральный вред, который она оценивает в 300 000 руб.

ФИО1 обратилась с вышеприведенным иском, с учетом последующего уточнения требований, просила взыскать с АО «ГСК «Югория» в пользу АКБ «АК Барс» страховую выплату по полису <№> от 12.04.2021 в размере 1307700 руб. 88 коп.; в свою пользу взыскать убытки в размере 601 380 руб., компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя.

Ответчик АО «ГСК «Югория» с иском не согласился, обратился со встречным иском о признании договора страхования в части страхования от несчастных случаем и болезни, недействительным, указывая, что сделка заключена под влиянием обмана, при заключении договора страхователем не было сообщено о наличии заболевания - <...>., которая могла повлечь за собой развитие <...>

ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2, поддержал исковые требования ФИО1, возражал против удовлетворения встречного иска, указал, что заболевание, повлекшее наступление страхового события возникло после заключения договора добровольного личного страхования, ранее имевшиеся у ФИО1 заболевания не находятся в причинно-следственной связи с <...> явившейся причиной <...> ФИО1 истца по первоначальному иску, также указал на пропуск срока исковой давности по встречному требованию о признании сделки недействительной, просил его применить, отказать в удовлетворении встречных требований.

Представитель АО «ГСК «Югория» – ФИО4, возражала против исковых требований ФИО1, поддержала встречные требования. Полагает, что заявленное страховое событие не является страховым случаем, на дату заключения договора страхования у ФИО1 имелась <...> повлекшая за собой заболевание, послужившее причиной <...> истца. О наличии <...> истец при заключении договора страхования не сообщала. Полагает сумму, заявленного штрафа несоразмерной последствиям нарушения обязательства, просила о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении штрафа, также указала на отсутствие доказательств причинения морального вреда, полагает, что вина страховщика и причинно-следственная связь в заявленных убытках отсутствует.

Представитель третьего лица - АКБ «АК БАРС» (ПАО), в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен.

Судом постановлено решение об удовлетворении исковых требований частично. С АО ГСК «Югория» в счет погашения задолженности по кредитному договору <№> от 27.11.2015 заключенному между ФИО1 и АКБ «БАРС» (ПАО) взыскано страховое возмещение в сумме 1307700 руб. 88 коп., в пользу ФИО1 взыскана сумма в размере 601380 руб., компенсация морального вреда в сумме 100 000 руб., штраф в сумме 500000 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 8051 руб. 92 коп.

С АО «Группа страховых компаний «Югория» взыскана государственная пошлина в доход бюджета в размере 28 000 руб.

Встречные исковые требования АО «Группа страховых компаний «Югория» о признании договора страхования недействительным оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ответчик АО Югория указывает на незаконность и необоснованность решения, полагает, что судом необоснованно отказано в назначении дополнительной экспертизы, поскольку в экспертном заключении не содержатся сведения о наличии всех заболеваний, которые перечислены в медицинской документации, ответ на вопрос 2.2. является неполным не учтена <...> до заключения договора страхования, учитывая, что <...>, нельзя исключать причинно-следственную связь <...>, диагностированного в 2020 году с <...>. Полагает, что необоснованно взысканы убытки, возникшие у истца по кредитному договору, данные обязательства, являются обязательствами заемщика, в которых страховщик не является стороной по договору (л.д. 147-148 т.2).

В заседании суда апелляционной инстанции представитель АО ГСК «Югория» ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель истца ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1,, представитель третьего лица – АКБ «АК БАРС» (ПАО) не явились, как следует из материалов дела о дате, времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены путем направления извещения почтой. Кроме того, в соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте Свердловского областного суда. С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения участников процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, судебная коллегия находит возможным, рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, заслушав обяъснения, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

В статье 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определено, что страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления (пункт 1).

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (п. 2).

Судом установлено, что 27.11.2015 между АКБ «АК БАРС» (ПАО) и ФИО1 (заемщик) был заключен кредитный договор <№> по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в сумме 1725000 руб. со сроком возврата 30.11.2035 (л.д. 10-18 т.1).

На основании заявления по ипотечному страхованию, между АО ГСК «Югория» (страховщик) и ФИО1 (страхователь) 12.04.2021 заключен договор страхования от несчастных случаев или болезней, в подтверждение заключения договора выдан полис <№> (л.д.19-20).

Согласно полису застрахованными рисками является в том числе инвалидность (в соответствии с п. 2.4.1.2 Правил). При этом события являются страховыми при условии, что они произошли не в следствие обстоятельств, перечисленных в пункте 2.4.1.5 Правил.

Согласно п. 2.4. – 2.4.1.2 Правил страховым случаем может являться установление застрахованному лицу I или II группы инвалидности (в течение срока действия договора или не позднее чем через 180 дней после его окончания) в результате несчастного случая, произошедшего в период действия договора страхования, или болезни, впервые диагностированной у застрахованного лица в период действия договора страхования или имевшейся до заключения договора страхования, о которой застрахованное лицо сообщило в заявлении на страхование с учетом положений пунктов 8.4.1.2., пп. «а» п. 3.2.1 настоящих правил.

В соответствии с п.2.4.1.5 Правил события предусмотренные п.2.4.1 настоящих правил, являются страховыми при условии что они произошли не вследствие заболеваний диагностированных до момента заключения договора страхования (л.д. 151-155 т.1).

Судом установлено, что в период действия договора страхования - 28.03.2023 ( / / )1 а впервые установлена <...><...> по причине <...> (л.д. 23).

В материалы дела представлен эпикриз выписной от 21.07.2022, согласно которому установлен основной диагноз: <...> (л.д. 43 т.1).

Согласно акту медико-социальной экспертизы гражданина <№> от 05.04.2023 принято решение о признании ФИО1 <...>, сформирована справка об <...> (л.д. 39-40 т.1).

Проверяя доводы ответчика о том, что к возникновению заболевания, явившегося причиной установления <...>, привели имевшиеся у ФИО1 заболевания о которых она не уведомила страховщика, суд удовлетворил ходатайство ответчика о назначении экспертизы (л.д.168-170 т.1).

Согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы от 05.06.2025 № 53-СО (том 1 л.д.169-180), составленном экспертной комиссией ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», имевшие место у ФИО1 до заключения договора страхования от 12.04.2021 заболевания в виде <...> не могли привести к развитию <...>, при этом указано, что <...> болезнь <...> могла повлечь за собой развитие <...> (л.д. 200-211 т.1).

В материалах дела также имеется заключение эксперта Росздавнадзора ( / / )7 от 10.01.2025 согласно которому первичной и основной причиной тяжести <...> ФИО1 послужили <...>

Не согласившись с заключением судебно-медицинской экспертизы, АО «ГСК «Югория» представила врачебно-экспертное заключение по медицинским документам ( / / )8 (л.д. 243 т.1).

В котором даны комментарии к заключению экспертной комиссией ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», данный специалист частично соглашается с ответами на вопросы экспертной комиссии, полагая, что не все заболевания, имеющиеся у ФИО1 были приняты экспертами во внимание.

На запрос суда, экспертами ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» даны объяснения, из которых следует, что <...> у ФИО1 причинами <...> не являются.

Представленным доказательствам судом дана оценка с учетом требований ст.ст. 59, 60, 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установив, что представленное экспертами экспертной комиссией ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», заключение является полным содержит ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, основано на исследованных медицинских документах в сопоставлении с данными специальной медицинской литературы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК Российской Федерации, экспертам разъяснены положения статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, данное заключение не противоречит также выводам, изложенным в заключении эксперта Росздавнадзора ( / / )7 от 10.01.2025.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно принял в качестве доказательства отвечающего требованиям ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 05.06.2025 № 53-СО.

Представленное стороной ответчика заключение ( / / )9, обоснованно отклонено, поскольку каких-либо выводов относительно фактических обстоятельств относительно возникновения заболевания не содержит, специалистом даны комментарии относительно возможного возникновения заболевания, при этом как указано судом, из пояснений представителя ответчика следует, что ( / / )8 является работником страховой компании.

Доводы заявителя жалобы о необоснованном отказе в назначении дополнительной судебной медицинской экспертизы подлежит отклонению, так само по себе заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не влечет безусловную обязанность суда ее назначить.

В данном случае наличия предусмотренных статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для проведения дополнительной или повторной экспертизы судом не установлено, в связи с чем мотивированно отказано в удовлетворении соответствующего ходатайства ответчика.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в части отказа в удовлетворении встречных требований о признании недействительным договора страхования в части страхования от несчастных случаев и болезней.

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 данного кодекса. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали (пункт 3).

При этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) является именно наличие умысла страхователя.

АО ГСК «Югория» обращаясь с вышеприведенным иском о признании договора недействительным указал, что страхователем при заключении договора были предоставлены недостоверные сведения о состоянии здоровья.

При этом, как следует из заключения комиссии экспертов ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 05.06.2025 № 53-СО причиной установления ФИО1 <...> диагностированные до заключения договора страхования 12.04.2021 <...> не являются, и привести к развитию такого заболевания как <...> не могли; доказательств, свидетельствующих о том, что иные перенесенные ранее ФИО1 заболевания находятся в причинно-следственной связи с диагностированным диагнозом, явившимся основанием для установления <...>, в материалы дела не представлены; обстоятельств, свидетельствующих о сообщении ФИО1 страховщику заведомо ложных сведений, которые имеют существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), судом не установлено, а ответчиком доказательств не представлено.

Согласно п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Вместе с тем, наличие у ФИО1 умысла в несообщении страховщику о наличии заболеваний <...>) при заключении договора страхования судом не установлено, наличие данного заболевания не поставлено в зависимость от наступления спорного страхового события.

Согласно п. 2 ст. 4 Закона РФ «Об организации страхового дела» объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни (страхование от несчастных случаев и болезней).

Согласно п. 2 ст. 6 названного Закона страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого, проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (ст. 9 Закона РФ «Об организации страхового дела»).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 июня 2019 года, сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация, либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьями 495, 732, 804, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в силу закона страховщик наделен правом истребования информации в отношении застрахованного лица при заключении договора его страхования с целью установления степени возможного риска (статья 945 Гражданского кодекса Российской Федерации) и, осуществляя профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и являясь более сведущим в определении факторов риска, имел законные способы выяснения указанных страхователем в заявлении обстоятельств, влияющих на степень риска.

В данном случае страховщик не воспользовался предоставленным ему правом проверить состояние здоровья застрахованного лица, достаточность представленных страхователем сведений, в связи с чем страховщик сознательно принял на себя риск отсутствия указанной информации.

При этом доказательств тому, что страховщиком решение о заключении договора страхования принято вследствие сведений страхователя об отсутствии у него вышеуказанных заболеваний, и при наличии у страхователя данного заболевания в заключении договора страхования было бы отказано либо договор страхования был бы заключен на иных (не выгодных для страхователя) условиях, о чем страхователь знал, суду в ходе рассмотрения дела не предоставлены.

Доказательств того, что причина инвалидности находится в прямой причинно-следственной связи с имевшимися на момент заключения договора страхования заболеваниями, не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 179 и пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что страхователь при заключении договора страхования умышленно сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая. Более того, в представленных доказательствах отсутствуют сведения о том, насколько существенно спорные обстоятельства повлияли на возможность возникновения в будущем страхового случая.

Истец, заключив с ответчиком договор страхования, получив страховую премию по нему, обратился с иском о признания его недействительным после наступления предполагаемого страхового случая. Доказательств того, что у ответчика как страховщика отсутствовала возможность проверить необходимые сведения ранее, суду не представлено.

Из совокупности обстоятельств, установленных судом, следует, что, наличие указанных заболеваний не повлияло на возникновение страхового события и обязанность ответчика по выплате страхового возмещения.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно удовлетворил требования истца ФИО1 о взыскании страхового возмещения в размере остатка задолженности по кредитному договору.

Доводы АО «ГСК «Югория» о неправомерности взыскания убытков в виде уплаченных истцом процентов по кредитному договору за период просрочки выплаты страхового возмещения, подлежат отклонению.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения у ответчика обязанности выплатить страховое возмещение) предусмотрено, что если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

Учитывая изложенное, является верным вывод суда о том, что несвоевременное осуществление выплаты страхового возмещения, которым обеспечивалось исполнение кредитного обязательства <№> от 27.11.2015, повлекло причинение заемщику ФИО1 убытков в виде уплаченных по кредитному договору сумм за период с 07.05.2023 по 21.10.2025 в размере 601380 руб.

Установив факт нарушения прав истца, как потребителя, суд правильно руководствуясь положениями ст. 15 Закона о защите прав потребителей, разъяснений изложенных п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», обоснованно взыскал компенсацию морального вреда, размер которого определен с учетом фактических обстоятельств по делу, ст. 151, ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, фактических обстоятельств по делу, личности истца, требований разумности и справедливости.

Поскольку в добровольном порядке ответчик АО ГСК «Югория» требования истца не удовлетворил, на основании п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, с учетом разъяснений, содержащихся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», с АО «ГСК «Югория» за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителей, взыскан штраф, размер которого определен с учетом заявления ответчика о несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства, с применением положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, оснований для дополнительного снижения штрафа, судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает.

Таким образом, решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба не содержит доводов влекущих его отмену.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 327.1, ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 21.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 07.04.2026.

Председательствующий: Калимуллина Е.Р.

Судьи Подгорная С.Ю.

Пожарская Т.Р.