Решение № 2-К188/2025 2-К188/2025~М-К103/2025 М-К103/2025 от 10 сентября 2025 г. по делу № 2-К188/2025

УИД 36RS0020-02-2025-000140-44

Дело № 2- К 188/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п.г.т. Каменка 11 сентября 2025 года

Лискинский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего – судьи Шпак В.А., единолично,

с участием

прокурора - помощника прокурора Каменского района Воронежской области Тишенина В.Ю.,

истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Адвокатской палаты Воронежской области Поднебесникова Д.В., представившего удостоверение №3937, выданное Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Воронежской области 17.01.2025 года, и ордер №41971 от 23.07.2025 года,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика – адвоката Шпилева Е.И., представившего удостоверение №2327, выданное Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Воронежской области 09.07.2012 года, и ордер №9 от 12.08.2025 года

при секретаре судебного заседания Степановой И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд исковым заявлением к ФИО2 о компенсации морального вреда, обосновывая свои требования следующим.

09.07.2023 года в вечернее время он находился на территории своего домовладения, расположенного по адресу: <адрес> у ворот гаража, когда туда пришел проживающий по-соседству ФИО2, с которым у него сложились длительные неприязненные отношения, держа столовую вилку в левой руке. Он, в свою очередь, в целях самозащиты взял в правую руку металлический шестигранный прут и потребовал от ФИО2, чтобы он ушел от ворот его гаража. Однако последний попытался ударить его вилкой в нижнюю область живота, чему он воспрепятствовал. Тогда ФИО2 схватил его рукой в области левой ключицы и толкнул, в результате чего он упал на землю, почувствовав сильную и резкую боль в области правого бедра. Затем ФИО2 вырвал из его руки металлический шестигранный прут и нанес им не менее трех ударов по голове, левому предплечью и в районе груди с правой стороны.

В результате противоправных действий ответчика ему причинены телесные повреждения в виде закрытого перелома шейки правой бедренной кости, раны в теменной области и в верхней трети левого предплечья, ссадины в верхней трети левого предплечья, что подтверждается заключением эксперта от 17.11.2023 года №228.23.

Постановлениями УУП ОУУП и ПДН отделения МВД по Каменскому району Воронежской области в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 неоднократно было отказано.

Вместе с тем, как следует из материалов проверки, ФИО2 признал свою вину в причинении ему телесных повреждений.

Своими действиями ответчик причинил ему моральный вред, поскольку он испытывал и продолжает испытывать до настоящего времени физическую боль, передвигается с помощью трости, что причиняет ему неудобства.

Отсутствие у ответчика умысла на причинение перелома шейки бедра не является основанием для освобождения его от обязанности возместить ему моральный вред, поскольку именно от его активных действий (толчка) он потерял равновесие и упал.

Ссылаясь на положения статей 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель – адвокат Поднебесников Д.В., действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

В дополнение к изложенным в исковом заявлении доводам истец пояснил следующее.

Когда ФИО2 отказался выполнить его требование отойти от его гаража, он, держа металлический шестигранный прут в руке, приблизился к ФИО2, стоящему на некоторой возвышенности по отношению к нему, вытянул свою левую руку и положил ее последнему на правое бедро, таким образом, пытаясь отстраниться от него на расстояние вытянутой руки и обезопасить себя от нанесения удара вилкой. При этом металлический шестигранный прут он держал в горизонтальном положении параллельно своему животу, одет в этот момент он был в плащ. Ответчик, в свою очередь, автоматически положил свою руку ему на плечо и оттолкнул его от себя. Так как грунт под ногами был скользким из-за прошедшего дождя, то его ноги поплыли, и, не удержав равновесие, он упал на землю плашмя на живот, мгновенно почувствовав острую боль в области тазобедренного сустава. Тогда ФИО2 стал рядом с ним на колени и стал выкручивать из его руки металлический прут. Когда последний оказался в руках у ФИО2, то он стал им наносить удары по нему. Первый удар пришелся ему в область головы, второй удар - в область правой руки, третий - в область груди, четвертый скользящий удар – в область левого предплечья. После этого ФИО2 поднялся и ушел.

Ему удалось добраться в дом, где он позвонил своей дочери и сообщил о случившемся.

Когда он был доставлен в медицинское учреждение, у него был диагностирован передом шейки правой бедренной кости, по поводу которого он был прооперирован, находился на лечении.

ФИО2 ему также были причинены телесные повреждения в виде раны в теменной области, раны в верхней трети левого предплечья, гематомы и ссадины в области головы, левого и правого предплечий.

В результате действий ФИО2 ему были причинены телесные повреждения, по поводу которых он до настоящего времени испытывает физическую боль, не может вести привычный образ жизни.

Просил удовлетворить его исковые требования в полном объеме.

Представитель истца – адвокат Поднебесников Д.В. полагает, что причинение вреда здоровью истца находится в прямой причинной связи с действиями ответчика ФИО2, что следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ответчика, заключения эксперта и других материалов проведенной процессуальной проверки по факту причинения телесных повреждений истцу, в связи с чем ответчик обязан нести ответственность за причиненный вред, в том числе и в виде выплаты истцу компенсации морального вреда, размер которой заявлен в разумных пределах, соотносимых с тяжестью причиненных истцу телесных повреждений.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал.

Согласно доводам его возражений, он проживает по адресу: <адрес> проживает истец, с которым у него происходит давний конфликт.

09.07.2023 года ФИО1 положил мешок с мусором под забор его домовладения, и он, увидев, что ворота гаража ФИО1 открыты, решил пойти к нему, чтобы разобраться по данному поводу. Это происходило примерно в 20 часов 30 минут. Подойдя к гаражу, он постучал в ворота. ФИО1 вышел к нему навстречу с арматурой в руке, и со словами: «Уходи!» стал ею на него замахиваться, а затем нанес один удар по руке. Они схватились, после чего поскользнулись на мокрой земле и вместе упали. ФИО1 оказался на нем сверху. Он вывернулся из-под ФИО1, встал на ноги, после чего выхватил из рук ФИО1 арматуру, отбросил ее в сторону и ушел к себе домой. Никаких иных действий он в отношении ФИО1 не предпринимал, утверждения последнего о том, что он пришел к нему с вилкой в руке, надуманны и не соответствуют действительности.

В этот же день к нему домой приехали сотрудники полиции, которым он дал объяснение по поводу произошедшего.

Действиями ФИО1 ему были причинены телесные повреждения в виде ссадины в области левого уха, левой кисти.

Просил в иске ФИО1 отказать.

Представитель ответчика – адвокат Шпилев Е.И., действующий на основании ордера, полагает, что исковые требования ФИО1 являются необоснованными, поскольку доказательств, с достоверностью свидетельствующих о том, что он получил повреждение в виде перелома шейки бедренной кости и иных телесных повреждений в результате действий ответчика не имеется. В ходе проведенной отделением МВД России по Каменскому району Воронежской области процессуальной проверки оснований для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с причинением телесных повреждений ФИО1 не установлено. Более того, ответчик не предпринимал никаких активных действий в отношении ФИО1, в то время как последний с металлическим предметом в руке стал надвигаться на ответчика, допустив провоцирующее противоправное поведение.

Просил оставить исковые требования ФИО1 без удовлетворения.

Прокурор Тишенин В.Ю. в своем заключении пришел к выводу о недоказанности прямой причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями для истца в виде перелома шейки бедренной кости, который квалифицирован экспертом как телесное повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести, в то время как иные выявленные у истца телесные повреждения – раны и гематомы, произошли от действий ответчика. В связи с этим считает, что у истца возникло право на компенсацию морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда просил учитывать требования разумности и справедливости.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Право каждого человека на жизнь и здоровье закреплено в Конституции Российской Федерации (статья 41), международных актах, в том числе во Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года (статья 3), в Международном пакте о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года (статья 6), Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года (статья 2).

Учитывая, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а так же вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года №33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" компенсация морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско – правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из анализа указанных норм следует, что гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет нарушение негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего.

Следовательно, для возмещения морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические и нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствие его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Как следует из пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 09.07.2023 года в отделение МВД России по Каменскому району Воронежской области поступило сообщение дежурного врача БУЗ ВО «Каменская районная больница» ФИО11 о том, что 09.07.2025 года в приемное отделение больницы с телесными повреждениями поступил ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающий по адресу: <адрес>.

В этот же день в отделение МВД России по Каменскому району Воронежской области с устным заявлением о привлечении к ответственности ФИО2, нанесшего ему один удар по голове металлическим шестигранником, обратился ФИО1 ( л.д. 45).

Согласно рапорту от 10.07.2023 года ст.УУП ОУУП и ПДН отделения МВД России по Воронежской области в Каменском районе ФИО12, установлено, что 09.07.2023 года в 20 часов 30 минут гражданин ФИО2, проживающий по адресу: <адрес> возле помещения гаража нанес ФИО1 один удар металлическим шестигранником в область головы, причинив телесные повреждения и физическую боль (л.д. 50).

В рамках проведения процессуальной проверки по факту причинения телесных повреждений ФИО1 правоохранительными органами назначалась судебная медицинские экспертиза, проведение которой было поручено БУЗ ВО «Воронежское областное бюро судебно – медицинской экспертизы».

Согласно заключению эксперта (судебно-медицинской экспертизы) от 17.11.2023 года №228.23, в ходе представленной в распоряжение эксперта медицинской документации на имя ФИО1, у последнего установлены следующие повреждения:

«А»

зарытый перелом шейки правой бедренной кости;

«Б»

рана в теменной области;

рана в верхней трети левого предплечья;

«В»

гематома в области черепа;

гематома в области правого предплечья;

ссадина в верхней трети левого предплечья.

Имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения квалифицируются следующим образом:

повреждение, указанное в подпункте «А», как причинившее вред здоровью средней тяжести по критериям временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (п.п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью»);

повреждения, перечисленные в подпункте «В», как в совокупности, так и каждое по отдельности, как не причинившие вреда здоровью, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности (п.п.9, 11.12.13 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью»);

Учитывая то, что в представленной медицинской документации не отмечены полные размеры (глубина) ран, перечисленных в подпункте «Б» настоящих «Выводов», отсутствуют сведения о проведении первичной хирургической обработки с наложением швов, а в установочной части постановления указано, что ФИО1 от присутствия в межрайонном отделении Воронежского областного бюро СМЭ г. Острогожск при проведении экспертизы отказался, определить степень тяжести вреда здоровью не представляется возможным, так как не ясен исход вреда здоровью, не опасного для жизни человека (п. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью») (л.д. 61-71).

В ходе проверки 03.05.2024 года ФИО1 дал объяснение об обстоятельствах получения телесных повреждений 09.07.2023 года, которое по своему содержанию, аналогично его объяснению в суде ( л.д. 114-115).

Кроме того, в этот же день с участием ФИО1 был проведен осмотр места происшествия, в ходе которого ФИО1 продемонстрировал свои действия и действия ФИО2, предпринятые каждым в ходе конфликта ( л.д.116-124).

На основании данных материалов была назначена дополнительная судебно–медицинская экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос: «могло ли повреждение в виде закрытого перелома шейки правой бедренной кости, указанное в заключении эксперта № 228.23 от 17.11.2023 года, быть причинено по механизму, указанному ФИО1 в ходе дачи объяснения от 03.05.2023 года и протокола осмотра места происшествия от 03.05.2023 года?».

Согласно заключению эксперта (дополнительной судебно–медицинской экспертизы по материалам дела) № 114.24 от 14.05.2024 года, учитывая пожилой возраст ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на момент травмы, отсутствие сведений о наличии травматических воздействий, направленных в область правого тазобедренного сустава, а также каких-либо иных воздействий, направленных в область правой нижней конечности при фиксации тела потерпевшего или наоборот, а также наличие сведений о падении, нельзя исключить возможности причинения повреждения в виде перелома шейки правой бедренной кости по механизму, изложенному ФИО1 в ходе его объяснений и в протоколе осмотра места происшествия от 03.05.2023 года. Данный вывод подробно изложен в пункте 5 «Оценка результатов исследований».

При этом в пункте 5 «Оценка результатов исследований» экспертом отражено следующее: «В ходе судебно-медицинской экспертизы по представленной медицинской документации у ФИО1 обнаружено повреждение в виде перелома шейки правой бедренной кости. Подобные повреждения характерны для лиц пожилого возраста при падении и перенапряжении костной ткани в месте перелома в силу возрастного нарушения структурного состава костной ткани. В объяснении ФИО1 и в протоколе осмотра места происшествия от 03.05.2023 года сведения о механизме причинения перелома соответствуют друг другу и содержат в себе следующий механизм: ФИО1 в ходе борьбы с ФИО2 потерял равновесие, и при этом ноги потерпевшего соскользнули в сторону кзади от туловища, при том, что само туловище было зафиксировано на месте при помощи хвата, произведенного ФИО1 и ФИО2, взявшими друг друга за руки. Каких-либо иных сведений о причинении травматических воздействий в представленных материалах не имеется» ( л.д. 101-113).

Поскольку в ходе проведенной проверки не представилось возможным сделать однозначный вывод о наличии прямой причинной связи между действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде образования у ФИО1 перелома шейки правой бедренной кости, постановлением участкового уполномоченного полиции ОУУП и ПДН отделения МВД России по Каменскому району Воронежской области ФИО13 от 09 октября 2024 года в возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 112, частью 2 статьи 115, частью 1 статьи 116, частью 2 статьи 116.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО2 было отказано по основаниям пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, за отсутствием в его действиях состава преступления (л.д. 5-6).

08.02.2024 года в отношении ФИО2 был составлен протокол № 380627/000035 об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.1.1.Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния) ( л.д. 44)

Как отражено в протоколе при описании события правонарушения, 09.07.2023 года в 20 часов 30 минут около гаража, расположенного по адресу: <адрес>, ФИО2 в ходе происходящего конфликта нанес один удар металлическим прутом в область головы ФИО1, причинив ему телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта № 228.23 от 17.11.2023 года квалифицируются как не причинившие вреда здоровью, и физическую боль.

ФИО2, давая объяснения к данному протоколу, указал, что не оспаривает факт причинения указанных телесных повреждений ФИО3, вину свою признает ( л.д. 81).

Данный протокол неоднократно направлялся на рассмотрение мировому судье судебного участка №6 в Лискинском судебном районе Воронежской области, определениями которого возвращался административному органу для устранения недостатков при составлении протокола.

Постановлением начальника отделения МВД России по Каменскому району Воронежской области ФИО14 от 10.07.2025 года № производство по делу об административном правонарушении № от 08.02.2024 года в отношении ФИО2 по ст.6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях на основании части 6 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности ( л.д. 137).

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами по представлению доказательств и участию в их исследовании.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 Постановления от 31 октября 1995 года № 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", в силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации) суд по каждому делу обеспечивает равенство прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств. При рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств. Вместе с тем суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства.

В силу положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности виновности ответчика в причинении истцу таких телесных повреждений как раны в теменной области; раны в верхней трети левого предплечья; гематомы в области черепа; гематомы в области правого предплечья; ссадины в верхней трети левого предплечья – телесных повреждений, которые в соответствии с заключением эксперта не повлекли наступление вреда для здоровья, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности, в то время как доказательства, с бесспорностью свидетельствующие о том, что образование у истца более тяжкого повреждения - закрытого перелома шейки правой бедренной кости явилось следствием именно действий ответчика, отсутствуют.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абз. 2 пункта 15 данного Постановления Пленума Верховного Суда Российской привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Исходя из данной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, не привлечение ответчика к уголовной или административной ответственности само по себе не исключает привлечение ответчика к гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу вред здоровью, поскольку в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации такие документы не имеют преюдициального значения для рассмотрения гражданского дела и подлежат оценке по правилам, предусмотренным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В исследованной судебными экспертами в ходе судебно-медицинских экспертиз медицинской документации, а также в обозревавшейся судом в судебном заседании медицинской карточке ФИО1, представленной БУЗ ВО «Каменская РБ», отсутствует подробное описание ран и гематом, имеющихся у ФИО1 при его поступлении в медицинское учреждение, их размеры, глубина, сведения о проведении первичной хирургической обработки с наложением швов и о проведении дальнейшего лечения, его продолжительности.

Вместе с тем, их наличие и нахождение в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика судом установлено. с достаточной степенью достоверности.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" содержатся разъяснения о том, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего. По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 18, 19).

То обстоятельство, что полученные ФИО1 повреждения в виде раны в теменной области; раны в верхней трети левого предплечья; гематомы в области черепа; гематомы в области правого предплечья; ссадины в верхней трети левого предплечья не повлекли кратковременного расстройства здоровья либо незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, а также отсутствие сведений о прохождении ФИО1 лечения по поводу данных повреждений, не могут яляться основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку тяжесть телесных повреждений может влиять лишь на размер компенсации морального вреда, а отсутствие тяжких последствий само по себе не может является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В связи с указанными телесными повреждениями истец не мог не ощущать физическую боль, а, следовательно, испытывал физические страдания, связанные с болевыми ощущениями, и нравственные страдания, которые выразились в чувствах унижения, стыда, что следует из объяснений истца.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований и условий для компенсации истцу морального вреда. Оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу вред не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь вышеприведенными нормами законодательства и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд учитывает характер и степень нравственных страданий истца ФИО1, степень вины ответчика ФИО2 в совершении правонарушения в отношении истца, которому причинена физическая боль, наличие между сторонами личных неприязненных отношений, поведение каждой из сторон конфликта как непосредственно перед причинением, так и в момент причинения телесных повреждений, а также их имущественное положение сторон, индивидуальные особенности, состояние здоровья.

Так как истец, так и ответчик являются нетрудоспособными в силу возраста, получают пенсию по старости; истец также является инвалидом 3 группы в силу общего заболевания.

Основываясь на изложенном, соблюдая баланс интересов сторон, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, компенсацию морального вреда, подлежащего возмещению истцу ответчиком в денежном выражении, суд определяет в сумме 40 000 рублей.

При этом суд исходит из того, что определенный ко взысканию в пользу истца размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Других заслуживающих внимание обстоятельств, влекущих снижение либо увеличение размера вреда, подлежащего возмещению ответчиком, судом не установлено.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Перечень судебных издержек, в свою очередь, предусмотрен статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В состав указанного перечня входят, в том числе: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Несение истцом расходов по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей подтверждено соответствующими материалами дела (л.д. 3).

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца, ответчиком подлежат возмещению понесенные им расходы по оплате государственной пошлины в указанной сумме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, <данные изъяты> в пользу ФИО1, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба и принесено апелляционное представление в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий

судья В.А. Шпак

Мотивированное решение составлено 19 сентября 2025 года.