Решение № 2-512/2018 2-512/2018~М-465/2018 М-465/2018 от 23 сентября 2018 г. по делу № 2-512/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 сентября 2018 года Губкинский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего, судьи Гондельевой Т. С.,

при секретаре судебного заседания Жуковой Н. В.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2

рассмотрев в порядке предварительного судебного заседания гражданское дело № 2- 512/2018 по иску Некоммерческая организация «Фонд «Окружной инновационно- технологический центр «Старт (Промышленный парк)» к ФИО2 ФИО6 о взыскании материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей,

УСТАНОВИЛ:

Некоммерческая организация «Фонд «Окружной инновационно- технологический центр «Старт (Промышленный парк)» (далее по тексту Фонд «Старт») обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба в сумме 29 840 рублей 36 копеек с уплатой процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 000 рублей 84 копейки.

В обоснование заявленного требования истец ссылался на то, что стороны состояли в трудовых отношениях. ФИО2 работал с 13 декабря 2012 года <данные изъяты>, условиями трудового договора предусматривалась полная материальная ответственность за причиненный работодателю материальный ущерб. 1 июля 2013 года с ответчиком был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности за обеспечение сохранности вверенных ему организацией материальных ценностей. 24 июля 2015 года ФИО2 переведен на должность <данные изъяты>. По результатам инвентаризации по состоянию на 14 марта 2017 года была выявлена недостача вверенных ФИО2 материальных ценностей на сумму 86 840 рублей 36 копеек. Ответчик с результатами инвентаризации согласился, в соответствии с частью 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации обратился к руководству Фонда «Старт» с просьбой о рассрочке возмещения причиненного ущерба. 27 марта 2017 года между истцом и ответчиком было заключено соглашение о возмещении материального ущерба, выявленного по результатам инвентаризации, согласно которого в соответствии с приложением №1 к соглашению, ответчик обязался возместить ущерб до 7 января 2018 года путем ежемесячных внесений денежных средств в кассу организации согласно графика платежей. Ответчик периодически вносил платежи с нарушением сроков внесения и возместил сумму 57 000 рублей. Оставшуюся сумму в установленный срок отказался возвращать, в связи с чем, направлен настоящий иск. В связи с неправомерным удержанием денежных средств, ответчик обязан вернуть их с процентами, предусмотренными пунктом 1 статьи 395 ГК РФ.

В предварительном судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержала исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Просила взыскать с ответчика в пользу Фонда «Старт» с ФИО2 материальный ущерб, причиненный работодателю в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей в размере, указанном в иске.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал. В своих возражениях указывал на то, что договор о полной материальной ответственности прекратил свое действие после перевода его на должность главного инженера. Кроме того при проведении инвентаризации все недостающие материальные ценности, которые на нем безосновательно числились, были в наличии, однако работники бухгалтерии не учли их, поскольку по бухгалтерскому учету они значились под другой маркировкой. Он вынужден был согласиться с результатами инвентаризации, поскольку со стороны руководителя следовали угрозы увольнением. В конечном счете, он был уволен по сокращению штата, в связи с чем, оставшись без заработной платы, не мог вносить платежи. Является инвалидом, передвижения его ограничены, в связи с чем, не может трудоустроиться. В ходе судебного разбирательства заявил просьбу о применении последствий пропуска истцом годичного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, установленного частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, обосновав ее тем, что работодателю стало известно о недостаче 14 марта 2017 года, а с иском обратился 6 сентября 2018 года.

Возражая против удовлетворения данного ходатайства, представитель истца ФИО1 указывала на то, что окончательный размер ущерба был установлен по результатам инвентаризации 14 марта 2017 года. Вместе с тем, поскольку ФИО2 было дано письменное обязательство о погашении недостачи в рассрочку, а в случае увольнения – до дня увольнения, годичный срок для обращения в суд должен исчисляться с момента, когда истец был уволен, т.е. с 1 сентября 2017 года. Данный срок был соблюден истцом, поскольку первоначально иск им был направлен в адрес мирового судьи в августе 2018 года, но возвращен определением мирового судьи в связи с неподсудностью спора 30 августа 2018 года. Затем 6 сентября 2018 года настоящий иск был заявлен в Губкинский районный суд.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 работал с 13 декабря 2012 года <данные изъяты> по условиям трудового договора предусматривалась его полная материальная ответственность за причиненный работодателю материальный ущерб, в связи с чем, в силу части второй статьи 243 ТК РФ с ним 1 июля 2013 года работодателем был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности за обеспечение сохранности вверенных ему организацией материальных ценностей.

Также из материалов дела следует, что 24 июля 2015 года ФИО2 был переведен на должность <данные изъяты>.

По результатам инвентаризации по состоянию на 14 марта 2017 года была выявлена недостача вверенных ФИО2 материальных ценностей.

27 марта 2017 года между истцом и ответчиком было заключено соглашение о возмещении материального ущерба, выявленного по результатам инвентаризации, согласно которого ФИО2 обязался погасить материальный ущерб в срок до 7 января 2018 года, выплачивая ежемесячно по 10 000 рублей. В соответствии с дополнительным соглашением от 31 августа 2018 года сумма ежемесячного платежа увеличена до 11 368 рублей 07 копеек(л.д.58-62).

Пунктом 5 соглашения о возмещении материального ущерба от 27 марта 2017 года предусмотрено, что работник в случае увольнения до срока возмещения материального ущерба, обязуется возместить материальный ущерб досрочно до дня увольнения. Пунктом 6 соглашения предусматривалось, что все споры стороны решают путем мирных переговоров, при невозможности решения мирным путем спор передается на рассмотрение в суд.

Таким образом, стороны предусмотрели соглашением, что в случае увольнения, материальный ущерб возмещается работником досрочно до дня увольнения.

В соответствии с приказом №08 от 31 августа 2017 года действие трудового договора №26 от 13 декабря 2012 года прекращено 1 сентября 2017 года, в связи с чем, ФИО2 – <данные изъяты> уволен по основанию, предусмотренному п.2 части 1 статьи 81 ТК РФ (л.д.69).

В соответствии с частью 2 статьи 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Таким образом, по спорам о возмещении ущерба, причиненного работником, установленный в статье 392 ТК РФ годичный срок начинает течь со дня, когда факт ущерба выявлен (обнаружен) и об этом стало известно работодателю. При этом в силу статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Поскольку факт ущерба был выявлен работодателем окончательно 14 марта 2017 года, то именно с этого дня началось бы течение срока, установленного в статье 392 ТК РФ, если бы стороны трудового договора не заключили между собой соглашение о добровольном возмещении ущерба работником с рассрочкой платежей.

Согласно части 4 статьи 248 ТК РФ работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Согласно указанной норме продолжительность соглашения о рассрочке законом не ограничена. Следовательно, соглашение между работодателем и работником о добровольном возмещении ущерба с рассрочкой платежей может быть заключено на срок и более одного года. При этом законодатель предоставил работодателю право на обращение в суд в случае отказа работника от возмещения ущерба.

Поэтому возможность обращения в суд с иском к работнику возникает у работодателя не с момента первоначального обнаружения ущерба, а с момента обнаружения работодателем нарушения своего права на возмещение ущерба.

Таким образом, поскольку стороны предусмотрели соглашением, что в случае увольнения, материальный ущерб возмещается работником досрочно до дня увольнения, то в данном случае именно со дня увольнения (1 сентября 2017 года) необходимо исчислять срок для обращения в суд за возмещением причиненного ущерба.

Как следует из материалов дела, истец обратился в Губкинский районный суд с исковыми требованиями к ответчику о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей 6 сентября 2018 года(л.д.4).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцом пропущен установленный трудовым законодательством срок обращения в суд, в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетворению, как первоначальные, так и производные.

Доводы представителя истца о том, что срок не является пропущенным, поскольку изначально истцом настоящие требования были направлены мировому судье и возвращены в связи с неподсудностью, не могут быть приняты судом, по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 следует, если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть третья статьи 392 ТК РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Неверное определение подсудности спора для работодателя, имеющего в штате квалифицированных юристов, не может в данной ситуации являться объективной причиной пропуска срока обращения в суд.

Принимая во внимание изложенное выше, суд считает необходимым принять решение об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку истцом, не представлены сведения об уважительных причинах пропуска срока обращения в суд, а неверное толкование норм процессуального законодательства не относится к таковым, суд находит необходимым по требованию ответчика применить последствия пропуска срока обращения в суд с иском и отказать истицу в удовлетворении всех исковых требований.

Руководствуясь ст.ст.12, 24, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Некоммерческой организация «Фонд «Окружной инновационно- технологический центр «Старт(Промышленный парк)» к ФИО2 ФИО6 о взыскании материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ямало – Ненецкого автономного округа в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи жалобы в Губкинский районный суд.

Председательствующий Гондельева Т. С.

Решение в окончательной форме изготовлено 29 сентября 2018 года.