Апелляционное определение № 33-14031/2025 от 30 ноября 2025 г.

УИД 16RS0042-03-2024-010187-17

№2-1010/2025

№ 33-14031/2025

Учет № 186г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

01.12.2025 город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан в составе председательствующего Валишина Л.А., судей Камаловой Ю.Ф., Марданова Р.Д. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мусиной Р.И. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО17 на решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 07 мая 2025 года, которым постановлено: в удовлетворении исковых требований ФИО17 к ФИО18, ФИО19 о признании имущества совместно нажитым, исключении имущества из наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования отказать.

Заслушав пояснения представителя истца в поддержку доводов апелляционной жалобы, пояснения ФИО20, ФИО21, возражавших против удовлетворения жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО17 обратилась в суд с иском к ФИО18, ФИО19 о признании имущества совместно нажитым, исключении имущества из наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования, в обоснование своих требований указав на то, что 21.10.1978 между наследодатель и ФИО17 зарегистрирован брак, в период которого наследодатель был приобретен земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером ...., расположенный по адресу: <...><адрес>. На данном земельном участке в период брака построен жилой дом площадью 338,50 кв.м., год завершения строительства - 1999. Право собственности за наследодатель зарегистрировано 26.10.2001. На основании постановления Исполнительного комитета города Набережные Челны №3167 от 31.08.2007 изменен номер жилого дома и земельного участка на №34.

На основании решения мирового судьи судебного участка №16 по судебному району г. Набережные Челны от 09.11.2001 брак между наследодатель и ФИО17 расторгнут, однако супруги продолжали проживать в спорном жилом помещении совместно, истец владеет и пользуется данным имуществом, зарегистрирована в доме по месту жительства. Раздел имущества между супругами после прекращения брака произведен не был.

наследодатель умер 18.09.2021, после его смерти с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились дочери наследодателя: ФИО18, ФИО19 Сын наследодателя сын заявил об отказе от наследства в пользу ФИО18 В состав наследственного имущества после смерти наследодателя входит спорные земельный участок и жилой дом. ФИО18 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанное имущество от 21.03.2022, ее право собственности зарегистрировано в ЕГРН 17.10.2023. ФИО22 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/3 долю в праве общей долевой собственности от 26.07.2022, ее право собственности зарегистрировано в ЕГРН 23.01.2024.

С учетом вышеизложенного истец просила признать общим имуществом супругов Г-вых наследодатель и Ф.А. спорные земельный участок с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>; исключить вышеуказанное имущество из наследственной массы после смерти наследодатель; признать недействительными свидетельства о праве на наследство по закону от 21.03.2022, выданные ФИО18, и свидетельства о праве на наследство по закону от 26.07.2024, выданные ФИО19 нотариусом Набережночелнинского нотариального округа ФИО23 Признать право собственности за ФИО17 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности в спорном земельном участке и 1/2 долю в праве общей долевой собственности в спорном жилом доме. Признать право собственности за ФИО18 на 1/3 долю в праве общей долевой собственности и признать право собственности за ФИО22 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности в вышеуказанном спорном имуществе в порядке наследования после смерти наследодатель

ФИО19 иск не признала, заявила о пропуске срока исковой давности.

ФИО17 указала, что срок исковой давности не пропущен, поскольку исчисляется не с момента расторжении брака, а с момента смерти наследодатель на имя которого было зарегистрировано спорное имущество. наследодатель вел с ФИО17 общее хозяйство и после расторжения брака, свидетели подтвердили, что видели наследодатель с семьей. Жилой дом поставлен на кадастровый учет в 2001 году, однако его строительство было завершено в 1999 году. В этот период семья уже проживала в спорном жилом доме как семья.

ФИО19 в суде первой инстанции требования иск не признала, указав следующее.

наследодатель до 1995 года был зарегистрирован по месту жительства по ул. Набережные Челны, пр. Мира <адрес>, но фактически не проживал в г.Набережные Челны совместно с истцом с 1994 года, поскольку проживал с ФИО21 в жилом помещении, распложенном по адресу: г.Елабуга, <адрес>, а затем с января 1999 года - по адресу: г.Елабуга, <адрес>.

Истица после расторжения брака с наследодатель не подавала в суд иск о разделе совместно нажитого имущества. наследодатель был зарегистрирован по месту жительства в спорном доме, расположенном по адресу: г.Набережные Челны, <адрес>, с 08.08.2020, по данному адресу также зарегистрирована по месту жительства ФИО17 с 14.12.2017. С данного момента истец не могла не знать о существовании спорного имущества, и не была лишена права подать иск о его разделе.

Ответчик полагает, что срок исковой давности следует исчислять со дня регистрации истца в спорном доме по месту жительства с 14.12.2017.

У наследодатель было открыто индивидуальное предпринимательство, банковский расчетный счет открыт 31.05.1999 в Елабужском филиале Камского Коммерческого банка, расположенного по адресу: <...> д 69, а не в г.Набережные Челны.

Родители ответчика наследодатель и ФИО21 не только проживали вместе, но и вели совместное хозяйство, наследодатель и ФИО17 не проживали вместе, о чем свидетельствуют доказательства:

детская фотография ФИО18 (февраль 1995 года), переданная наследодатель на память от дочки, в которых она указывает, что скучает по отцу;

многочисленные фотографии из домашнего архива - совместные фотографии с места отдыха в г. Сочи в 2000 году, совместные фотографии с общими друзьями, открытки с поздравлениями и пожеланиями от ФИО24 - матери наследодатель

наследодатель помогал первой семье, решал все их проблемы, участвовал в жизни своих детей и матери.

Строительство спорного жилого дома было начато в 1994 году с участием ФИО21 После расторжения брака с ФИО21 в 2013 наследодатель уехал жить в спорный дом в г.Набережные Челны, <адрес>, где проживал до смерти. ФИО21 в процессе семейной жизни с ФИО25 неоднократно выводила его из запоя, привозила домой врачей, которые оказывали ему медицинскую помощь, участвовала в лечении по методу Довженко (кодировка) в 1996 году.

Ответчик ФИО18 исковые требования признала, пояснив, что ее родители наследодатель и ФИО17 как в период брака, так и после его расторжения продолжали проживать совместно, вести общее хозяйство. наследодатель всегда материально обеспечивал семью, в том числе ФИО17 После того, как спорный жилой дом был достроен, они стали проживать в нем. ФИО17 принимала активное участие в строительстве дома, совместно с отцом ездила покупать строительные материалы, обустраивала дом и земельный участок. С момента окончания строительства дома и до настоящего времени ФИО17 проживает в спорном жилом доме, владеет и пользуется им. Заявление о расторжении брака подал наследодатель о просьбе ФИО17 после того, как ФИО17 узнала о ФИО26 летом в 2001 г. и их общем ребенке. Жилой дом и земельный участок наследодатель намерен был подарить ФИО17, однако в связи с внезапной болезнью не успел оформить договор дарения. В случае, если данное имущество не являлось совместно нажитым имуществом, отец не разрешил бы пользоваться жилым домом и земельным участком на протяжении 22 лет ФИО17 наследодатель на протяжении 20 лет не обращался с требованиями о признании спорного имущества его личной собственностью, либо выселении ФИО17 из спорного дома.

Третье лицо ФИО21 в судебном заседании исковые требования ФИО17 полагала не подлежащими удовлетворению, поддержала доводы ответчика ФИО19, пояснив, что с наследодатель проживала с 1994 по 2013 годы. В данный период (1997 г.) родилась дочь Камалова (в браке сменила фамилию на ФИО20) Р.И., в 2011 году она с наследодатель зарегистрировали брак. С 1995 года наследодатель проживал в г.Елабуга, не проживал с ФИО17 Иногда наследодатель бывал в г.Набережные Челны, навещал свою мать, возможно общался с детьми, затем стал стоить спорный жилой дом.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО17 просит об отмене решения суда по мотивам, изложенным в исковом заявлении.

Судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене по следующим мотивам.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с частью 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

В соответствии со статьей 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе, доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

Установлено, что 21 октября 1978 году между наследодатель и ФИО17 был зарегистрирован брак. На основании решения мирового судьи судебного участка №16 по судебному району г. Набережные Челны от 09.11.2001 брак между наследодатель и ФИО17 расторгнут.

Земельный участок площадью 1200 кв.м., с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенный по адресу: <...> ул. <адрес>, предоставлен наследодатель на основании постановления Администрации г.Набережные Челны №213/1 от 30.01.2001г.

На данном земельном участке построен жилой дом с кадастровым номером №<данные изъяты>. Дата постановки на кадастровый учет 20.01.2011, общая площадь дома 338,5 кв.м. Акт приемки в эксплуатацию законченного строительством жилого дома №30 в 26 мкр. «Замелекесье» утвержден постановлением Администрации г.Наб.Челны 14.02.2000. Право собственности на дом за наследодатель зарегистрировано 26.10.2001.

На основании постановления Исполнительного комитета г.Набережные Челны №3167 от 31.08.2007 изменен номер жилого дома и земельного участка с №30 на №34.

ФИО17 зарегистрирована в спорном жилом доме по месту жительства с 14.12.2017. наследодатель с 25.01.1995 был зарегистрирован по месту жительства по адресу: Елабуга, <адрес>. С 08.08.2020 года наследодатель зарегистрирован по месту жительства в спорном доме по адресу: РТ, г.Набережные Челны, <адрес>.

наследодатель умер 18.09.2021, после его смерти нотариусом Набережночелнинского нотариального округа ФИО23 заведено наследственное дело №16/2022. С заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились дочери наследодателя: ФИО18, ФИО19 Сын наследодателя сын заявил об отказе от наследства в пользу ФИО18 Спорные жилой дом и земельный участок вошли в состав наследственного имущества.

ФИО18 21.03.2022 нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанное имущество, право собственности зарегистрировано в ЕГРН 17.10.2023.

ФИО26 (в браке сменила фамилию на ФИО20) 26.07.2022 нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на спорное имущество, право собственности зарегистрировано в ЕГРН 23.01.2024.

Обосновывая свои доводы о совместном проживании наследодатель с ФИО17, истица ссылалась на показания свидетелей ФИО1, ФИО2., ФИО3, допрошенных судом первой инстанции.

Из показаний свидетеля ФИО1 следует, что наследодатель всегда провожал ее, когда она приезжала к своей подруге ФИО17 домой в г.Набережные Челны. При этом, свидетель не оспаривала факт, что наследодатель не живет в г.Набережные Челны.

Свидетель ФИО2 видела, как наследодатель приезжал к истице домой, выходил из дома, ходил в наглаженной белой рубашке и штанах по квартире по ул. Набережные Челны, ул. Проспект Мира <адрес>

Свидетель ФИО3 также до 2001 года видела наследодатель каждый день, что он ходит в домашней пижаме по квартире истицы по адресу Мира <адрес>, утверждала, что наследодатель. оставался ночевать в данной квартире.

Ответчица указывала на то, что, несмотря на наличие зарегистрированного брака истца с наследодатель., фактически брачные отношения указанных лиц прекращены с 1994 года, и с этого времени наследодатель стал проживать одной семьей с ФИО21 и ФИО15 (сын ФИО21 от первого брака), затем в 1997 году родилась ФИО26 (ответчик).

Рассмотрев заявление ответчика ФИО19 о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции указал следующее.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел при расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исковая давность по разделу имущества супругов наступает с момента нарушения прав супруга на совместно нажитое имущество и будет исчисляться со времени, когда супруг узнал о чинимых другим супругом препятствиях в пользовании.

Если после расторжения брака бывшие супруги продолжают пользоваться общим имуществом, то срок исковой давности начинает течь с того дня, когда одним из них будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.

Срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

В данном случае, истец ссылается на то, что о нарушении своего права узнала с момента вступления наследников в права наследства после смети наследодатель., умершего 18.09.2021. С настоящим иском в суд ФИО17 обратилась 29.08.2024, следовательно, срок исковой давности не пропущен.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, который основан на правильном применении норм статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 года N 15.

В обоснование доводов о совместном проживании наследодатель с ФИО21 ответчица привела показания свидетелей ФИО4., ФИО5., ФИО6., ФИО7, ФИО8, ФИО9, которые суд первой инстанции принял во внимание, как достоверные.

Свидетель ФИО4 пояснила, что знала наследодатель с 1999 года, часто видела его по адресу: <...><адрес> в квартире, где проживала ФИО21 Сын свидетеля каждый день отгонял автомашину наследодатель вечером на охраняемую стоянку.

Свидетель ФИО5 суду поясняла, что видела наследодатель по месту жительства ФИО21 в г.Елабуга в утренние и вечерние часы, иногда вместе ехали в лифте.

Свидетель ФИО6 подтвердила, что с 1997 видела наследодатель., знала, что он проживает с ФИО21, видела его личные вещи в квартире на ул. Марджани, <адрес>, г.Елабуга.

Свидетель ФИО7 показал, что, приезжая в гости к ФИО21, часто видела наследодатель дома с периодичностью 2 раза в неделю.

Свидетель ФИО8 пояснила, что видела наследодатель на празднике «Сабантуй» в 1995 году, где наследодатель общался с ее отцом ФИО10 и главой Администрации г.Елабуги и Елабужского района ФИО11

Свидетель ФИО9 суду пояснил, что в 1990 году работал заместителем главного врача в г.Елабуга. наследодатель поступал в больницу 2 раза, он жил в Елабуге. При этом ФИО9 переехал по новому месту жительства по адресу: <...><адрес>, наследодатель, и ФИО21 так же переехали в данный дом, жили в соседнем подъезде. ФИО9 воспринимал их как семью с 1996-2013, часто общался с ними, у наследодатель примерно метрах в трехстах от дома был гараж. ФИО9 часто с данной семьей проводили семейные праздники (новый год), наследодатель говорил, что строит дом в Челнах.

Помимо указанного, ответчиком в подтверждение совместного проживания наследодатель и ФИО21 в материалы дела представлены видеозаписи совместных мероприятий, на которых присутствовал наследодатель (сабантуй в 1995 году; в день 01.09.1995 ФИО27 отводят в 1 класс; Новый год 31.12.1995; совместный обед в 2000 году; юбилей ФИО12 в 2000 году и другие).

При этом свидетели ФИО13, ФИО7 ФИО4 зафиксированы на одном и том же мероприятии, где был и наследодатель

В качестве доказательства совместного проживания наследодатель и ФИО21 ответчиком также представлен договор №210 о централизованной охране подразделением вневедомственной охраны при органах внутренних дел жилого помещения по адресу: <...><адрес>. В приложении к договору в графе о доверенных лицах вписан муж наследодатель., брат-ФИО14 и сын ФИО15, что также подтверждает факт совместного проживания наследодатель и ФИО21

На основании приведенных доказательств и установленных в судебном заседании обстоятельств, показаний свидетелей суд первой инстанции пришел к выводу о фактическом прекращении брачных отношений ФИО17 и наследодатель не позднее 1995 года.

С указанного времени, по мнению суда, ввиду проживания наследодатель с ФИО21, у наследодателя не имелось общего хозяйства и совместного проживания с ФИО17, которая не доказала наличие семейных отношений и совместного бюджета в момент строительства спорного жилого дома.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО17 и наследодатель с 1994 по 2001 год финансово помогали друг другу как супруги, дарили подарки, имели какие-либо «семейные» контакты (совместные праздники, отдых и т.д.), отмечали какие-то праздничные дни вместе. Материальная помощь, оказываемая детям от первого брака, однозначно не свидетельствует о сохранении семейных отношений в спорный период.

В свою очередь ФИО19 представлено множество доказательств, которые указывают на то, что наследодатель проживал и вел совместное хозяйство с ФИО21 в период с 1994 по 2013 годы.

Проживание наследодатель с 1994 года в новой семье подтверждается показаниями сожителя ФИО21 (третье лицо) и свидетелями ФИО4, ФИО16, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 что в совокупности указывает на фактическое прекращение брака между ФИО17 и наследодатель в период 1994-1995, то есть, ранее приобретения права собственности на спорное имущество.

По мнению суда первой инстанции, ФИО17 не представлены достаточные доказательства того, что в период строительства спорного жилого дома (1994-1999) супруги совместно приобретали строительный материал, использовали совместные средства супругов или истец принимала личное участие в строительстве спорного объекта (отсутствуют совместные фотографии, показания свидетелей, документы и т.д.).

По указанным мотивам суд первой инстанции не нашел оснований для включения спорного жилого дома и земельного участка в состав общего имущества супругов ФИО17 и наследодатель, придя к выводу о том, что указанное имущество приобретено после фактического прекращения брачных отношений с ФИО17, в связи с чем не подлежит разделу как стоместно нажитое. Все производные от указанного основного требования также не подлежат удовлетворению.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом первой инстанции не были исследованы и надлежащим образом оценены все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, а отдельным обстоятельствам дана неправильная оценка, в связи с чем решение суда не может быть признано обоснованным по следующим мотивам.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.11.2013 № 1768-О разъяснено, что в силу пункта 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов, собственностью каждого из них при одновременном наличии двух условий: такое имущество нажито в период раздельного проживания супругов и при прекращении между ними семейных отношений.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, отражена следующая правовая позиция.

Семейным законодательством (статьи 33, 34 СК РФ) установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество независимо от того, на чье имя оно оформлено. Обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью.

В силу пункта 4 статьи 38 СК РФ суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО19 доказан факт раздельного проживания ФИО17 и наследодатель в период с 1994 по 2013 годы вышеуказанными доказательствами, не опровергнутыми ответчиками какими-либо иными достаточными и допустимыми доказательствами.

При этом судебная коллегия полагает, что материалами дела не подтверждается безусловным и исчерпывающим образом факт прекращения семейных отношений между ФИО17 и наследодатель по следующим мотивам.

Прекращение отношений, в том числе семейных, не предполагает их какого-либо возобновления в последующем.

Понятие семейных отношений законодательно не закреплено, однако по смыслу и содержанию Семейного кодекса Российской Федерации включает в себя, в том числе, неимущественные и имущественные отношения между членами семьи - супругами, родителями и детьми (статья 2 Кодекса).

При этом Семейный кодекс Российской Федерации закрепляет, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (статья 35 Кодекса), общее имущество супругов может быть разделено как в период брака, так и после его расторжения (статья 38 Кодекса), родители обязаны обеспечить получение детьми общего образования и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (статья 80 Кодекса).

Спорный дом был введен в эксплуатацию как законченный строительством по акту приемки, утвержденному постановлением Администрации г.Наб.Челны 14.02.2000 – в период брака наследодатель и ФИО17 Право собственности на дом за наследодатель зарегистрировано 26.10.2001.

Третье лицо ФИО21, ответчик ФИО19 в данном доме не проживали, в дом не вселялась. В связи с этим судебная коллегия принимает во внимание не опровергнутые пояснения ФИО17 и ФИО18 о вселении ФИО17 в дом и постоянном проживании в нем, которое имело место в период брака и, по мнению судебной коллегии, не позднее ввода дома в эксплуатацию 14.02.2000.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что супругами ФИО17 и наследодатель по обоюдному согласию вышеуказанным образом были определены семейные имущественные отношения по владению и пользованию ФИО17 спорными объектами недвижимости.

При этом в материалах дела не имеется сведений о том, что воля наследодатель была направлена на приобретение личного (раздельного) права собственности на дом. Напротив, наследодатель не предпринимал меры к выселению ФИО17 из дома, а также разделу совместно нажитого имущества путем признания дома его раздельной собственностью.

Более того, после расторжения Г-выми брака ФИО17 была зарегистрирована в спорном жилом доме по месту жительства с 14.12.2017. Данная регистрация не могла быть осуществлена без согласия титульного собственника дома ( наследодатель.). Данное обстоятельство свидетельствует о том, что наследодатель признавал факт проживания ФИО17 в доме, был согласен с этим, подтвердив наличие и осуществление ФИО17 имущественных прав на объект недвижимости, нажитый в период брака.

Помимо указанного, судебная коллегия принимает во внимание, что ответчик ФИО19 в первоначальных возражениях на исковое заявление (т.1 л.д.156-188) указывала, что после развода в 2013 с ФИО21 наследодатель уехал жить в спорный дом в г.Набережные Челны, <адрес>, где проживал до смерти, однако в последующем изменила свою позицию по данному вопросу.

Также в своем отзыве ФИО19 признавала, что наследодатель помогал первой семье, решал все их проблемы, участвовал в жизни своих детей и матери, устраивал их в образовательные учреждения, оплачивал их обучение. Данные обстоятельства, подтвержденные истцом ФИО17, предполагают факт исполнения наследодатель своих семейных родительских обязанностей по содержанию и воспитанию детей.

При таких обстоятельствах, учитывая установленную законом презумпцию возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество независимо от того, на чье имя оно оформлено, а также доказанность факта поддержания наследодатель семейных отношений с ФИО17 и недоказанность его воли на обращение в личную собственность спорного имущества, нажитую в период раздельного проживания, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО17 приобрела право совместной с наследодатель собственности на спорное имущество, и ее доля в данном праве составляет ? в силу статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, свидетельства о праве на наследство, выданные ФИО19 и ФИО18 без учета права истца на указанную долю, подлежат признанию недействительными с признанием за ФИО17 права собственности на ? долю, за ФИО18 – на 1/3 долю, за ФИО19 – на 1/6 долю в спорном имуществе.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО19 в пользу ФИО17 подлежит взысканию возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в размере 9 365 848,20 руб.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком.

С учетом указанных разъяснений Постановления Пленума с ответчика ФИО18 данные судебные расходы взысканию не подлежат, поскольку она была согласная с исковыми требованиями, признав иск в полном объеме (т.3 л.д.190), и обращение ФИО17 в суд не было вызвано ее противоправными действиями.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 07 мая 2025 года по данному делу отменить и вынести по делу новое решение.

Признать общим имуществом супругов наследодатель и ФИО17 земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>.

Исключить из наследственной массы после смерти наследодатель, умершего 18 сентября 2021, ? долю в праве общей долевой собственности в земельном участке площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилом доме общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенных по адресу: <...><адрес>.

Признать недействительными свидетельства о праве на наследство по закону от 21.03.2022, выданные ФИО18 на 2/3 доли в праве собственности на земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>.

Признать недействительными свидетельства о праве на наследство по закону от 26.07.2024, выданные ФИО19 на 1/3 доли в праве собственности на земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>.

Признать право собственности за ФИО17 на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>.

Признать право собственности за ФИО18 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>.

Признать право собственности за ФИО19 на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты> и жилой дом общей площадью 338,50 кв.м. с кадастровым номером №<данные изъяты>, расположенные по адресу: <...><адрес>, в порядке наследования после смерти наследодатель, умершего 18 сентября 2021.

Взыскать с ФИО19 в пользу ФИО17 возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в размере 9 365 848,20 руб.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05.12.2025.

Председательствующий

Судьи