Апелляционное определение № 33-402/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Исраилова Л.И. дело № 33-402/2026

№ 2-3268/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Элиста 22 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего Басангова И.В.

судей Гонеевой Б.П.

Сидоренко Н.А.

при секретаре Басхаеве А.Э.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего

по апелляционной жалобе представителя Министерства обороны Российской Федерации - Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации ФИО3 О.Ю. на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 19 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Сидоренко Н.А. об обстоятельствах дела, выслушав объяснения заинтересованного лица ФИО10, представителя Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Республики Калмыкия» ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения ФИО1, возражавшей относительно доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора ФИО5, полагавшим решение суда подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с заявлением о признании фактическим воспитателем военнослужащего.

В обоснование заявления указала, что на основании распоряжения Администрации г. Элисты она являлась опекуном ФИО4 до совершеннолетия последнего.

Мать ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ, его отец был лишен родительских прав на основании решения суда.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 заключил контракт с Министерством обороны Российской Федерации для прохождения военной службы.

В октябре 2025 года от войсковой части ей поступили документы о смерти ФИО4, наступившей при исполнении им воинского долга в ходе специальной военной операции.

Она осуществляла воспитание и содержание ФИО4 до его совершеннолетия, по достижении им совершеннолетия и в период прохождения военной службы семейная связь между ними не была утрачена. ФИО4 и она были зарегистрированы и проживали по одному адресу, вели общее хозяйство.

Установление фактического воспитания и содержания погибшего военнослужащего необходимо для реализации права на получение мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего.

В силу изложенного просила признать ее фактическим воспитателем военнослужащего ФИО4, погибшего ДД.ММ.ГГГГ в ходе специальной военной операции.

В судебном заседании суда первой инстанции заявитель ФИО1 заявление поддержала в полном объеме, просила его удовлетворить, пояснив, что ФИО4 являлся сыном ее родной сестры, после смерти которой она фактически воспитывала его как своего родного, а в последующем было оформлено опекунство.

Заинтересованное лицо ФИО10 не возражала относительно удовлетворения настоящего заявления.

Представители заинтересованных лиц Министерства обороны Российской Федерации, войсковой части №, Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Республики Калмыкия», отдела опеки и попечительства Управления образования Администрации г. Элисты, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия, акционерного общества «СОГАЗ», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились.

От представителя Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Республики Калмыкия» ФИО2 поступил письменный отзыв на заявление, согласно которому разрешение заявление она оставила на усмотрение суда.

Прокурор ФИО6 в своем заключении указала на обоснованность заявления ФИО1

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 19 декабря 2025 года заявление ФИО1 удовлетворено.

Установлен юридический факт признания ФИО1 фактическим воспитателем, то есть лицом, признанным фактически воспитывавшим и содержавшим гражданина ФИО4 в течение не менее пяти лет до достижения совершеннолетия, погибшего ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения специальной военной операции на территории Луганской Народной Республики, Донецкой Народной Республики и Украины.

В апелляционной жалобе представитель Министерства обороны Российской Федерации - Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации ФИО3 О.Ю. просит решение суда отменить, в удовлетворении заявления отказать. Указывает, что фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком. При этом опекуны имеют право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой. Таким образом, истец, являвшаяся опекуном погибшего военнослужащего, в силу закона не может быть признана фактическим воспитателем.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители Министерства обороны Российской Федерации - Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации ФИО3, войсковой части №, отдела опеки и попечительства Управления образования Администрации г. Элисты, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия, акционерного общества «СОГАЗ», извещенные в надлежащей форме, не явились.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 является тетей (сестра матери) ФИО4, принимавшего участие в ходе проведения специальной военной операции на территории Луганской Народной Республики, Донецкой Народной Республики.

Из представленных Отделом ЗАГС г. Элисты Управления ЗАГС Республики Калмыкия сведений следует, что ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ в г. Элисте Калмыцкой АССР, его родителями являются ФИО7 и ФИО8

ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о смерти серии I-ДУ №).

Решением Целинного районного суда Республики Калмыкия от 27 апреля 2000 года ФИО7 лишен родительских прав в отношении сына ФИО4

Распоряжением Администрации г. Элисты от 02 февраля 1993 года №, с учетом изменений внесенных постановлением Администрации г. Элисты от 24 октября 2025 года №, опекуном над несовершеннолетним ФИО4 назначена ФИО1

ФИО1 и ФИО4 зарегистрированы по адресу: <адрес>

Из свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9, являвшейся завучем, а после директором Верхнеяшкульской школы, где обучался ФИО4, последний вел активный образ жизни, был хорошо воспитан. Заявитель ФИО1 заботилась о ребенке, создала ему все условия для хорошей жизни и учебы, посещала родительские собрания.

Удовлетворяя заявление ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 264, 265, 267 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 95, 145 Семейного кодекса Российской Федерации, статей 32, 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 17 июля 2014 года № 22-П и от 19 июля 2016 года № 16-П, с учетом разъяснений в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», исходил из того, что ФИО1, будучи близким родственником – тетей ФИО4, в том числе наделенная функциями опекуна, являлась фактическим воспитателем, воспитывавшим и содержавшим ФИО4 в период с 1993 года по день его совершеннолетия, то есть в течение не менее пяти лет. Суд указал, что указанные обстоятельства подтверждаются представленными в дело доказательствами, в числе которых показания свидетеля ФИО9, оснований не доверять которым не имеется.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не может согласиться по следующим основаниям.

Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» Военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39, 41, 45, 59 и 71, - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (Постановления от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П и др.).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 52-ФЗ)) и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее также – Федеральный закон № 306-ФЗ), а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее – Указ Президента России № 98).

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Положениями пункта 3 статьи 2 Федерального закона № 52-ФЗ определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, - в том числе лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Согласно пункту 4 части 11 статьи 3 Федерального закона № 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 настоящей статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 настоящей статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считается, в том числе, лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом.

Указом Президента России № 98 установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

Подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента России № 98 предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. Категории членов семей определяются, в том числе в соответствии с частью 11 статьи 3 Федерального закона № 306-ФЗ.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная денежная выплата, единовременное пособие, ежемесячная денежная компенсация.

Система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, в том числе обусловленных утратой членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего возможности получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Правом на получение мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации для членов семьи погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащих, наделены, в частности, лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а в случае возникновения спора о праве этого лица на меры социальной поддержки, предусмотренные для членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, такой иск подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1, обращаясь в суд, просила признать ее лицом, являющимся фактическим воспитателем ФИО4, имеющим право на получение гарантий и компенсаций, полагающихся ей как члену семьи погибшего военнослужащего.

При разрешении указанных требований судом установлено, что ФИО1 являлась опекуном несовершеннолетнего ФИО4 со ДД.ММ.ГГГГ до достижения ее подопечным совершеннолетия.

Защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из воспитательных учреждений, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений, а также в других случаях отсутствия родительского попечения возлагается на органы опеки и попечительства (пункт 1 статьи 121 Семейного кодекса Российской Федерации; здесь и далее нормы названного кодекса приведены в редакции на период осуществления ФИО1 опекунства в отношении несовершеннолетнего ФИО4 – ДД.ММ.ГГГГ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 123 Семейного кодекса Российской Федерации дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче на воспитание в семью (на усыновление (удочерение), под опеку (попечительство) или в приемную семью), а при отсутствии такой возможности в учреждения для детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (воспитательные учреждения, в том числе детские дома семейного типа, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты населения и другие аналогичные учреждения).

Пунктом 1 статьи 145 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что опека или попечительство устанавливаются над детьми, оставшимися без попечения родителей (пункт 1 статьи 121 данного кодекса), в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов.

Федеральным законом от 24 апреля 2008 года № 49-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об опеке и попечительстве» статья 145 Семейного кодекса Российской Федерации дополнена пунктом 6, в соответствии с которым устройство ребенка под опеку или попечительство допускается в соответствии с Федеральным законом «Об опеке и попечительстве» по договору об осуществлении опеки или попечительства, в том числе по договору о приемной семье, либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, по договору о патронатной семье (патронате, патронатном воспитании), а также дополнена пунктом 7, предусматривающим, что при устройстве ребенка под опеку или попечительство по договору об осуществлении опеки или попечительства требуется принятие акта органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя, исполняющего свои обязанности возмездно.

Дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право на воспитание в семье опекуна (попечителя), заботу со стороны опекуна (попечителя), совместное с ним проживание, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 36 Гражданского кодекса Российской Федерации; обеспечение им условий для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития и уважение их человеческого достоинства; причитающиеся им алименты, пенсии, пособия и другие социальные выплаты (абзацы 2, 3, 4 пункта 1 статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации).

Обязанности по опеке и попечительству в отношении ребенка, находящегося под опекой (попечительством), исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. На содержание ребенка опекуну (попечителю) ежемесячно выплачиваются денежные средства в порядке и размере, установленных Правительством Российской Федерации (пункт 5 статьи 150 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что в целях защиты прав несовершеннолетних детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, связанной с утратой попечения родителей, нормами Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены различные формы их устройства. Право ребенка на воспитание в семье в случае утраты родительского попечения обеспечивается органом опеки и попечительства, который при выборе форм устройства такого ребенка отдает предпочтение семейным формам воспитания, одной из которых является передача ребенка под опеку (попечительство). По общему правилу обязанности по опеке и попечительству исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. При этом государство устанавливает и гарантирует конкретные формы материального обеспечения детей, оставшихся без попечения родителей, в целях создания необходимых условий для их содержания опекунами (попечителями).

Так, Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее - Федеральный закон № 159-ФЗ) урегулированы отношения, возникающие в связи с предоставлением и обеспечением органами государственной власти дополнительных гарантий по социальной защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Статьей 1 Федерального закона № 159-ФЗ (здесь и далее нормы названного федерального закона приведены в редакции на период осуществления ФИО1 опекунства в отношении несовершеннолетнего ФИО4) установлено, что дети, оставшиеся без попечения родителей, - это в том числе лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного или обоих родителей в связи с отсутствием родителей или лишением их родительских прав.

Опека и попечительство - это форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов; опека устанавливается над детьми, не достигшими возраста 14 лет; попечительство устанавливается над детьми в возрасте от 14 до 18 лет (абзац 6 статьи 1 Федерального закона № 159-ФЗ).

Положениями статьи 1 Федерального закона № 159-ФЗ также дано понятие полного государственного обеспечения детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно которому таким обеспечением является предоставление им за время пребывания в соответствующем государственном или муниципальном учреждении, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости; обучающиеся в учреждениях среднего и высшего профессионального образования из числа детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в возрасте восемнадцати лет и старше, но не более чем до двадцати трех лет имеют право на полное государственное обеспечение и дополнительные социальные гарантии до окончания профессионального обучения в очных образовательных учреждениях.

Статьей 5 Федерального закона № 159-ФЗ предусмотрено, что расходы на реализацию мер по обеспечению дополнительных гарантий по социальной защите детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, производятся за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, за счет государственных внебюджетных фондов и других не запрещенных законом источников. Порядок возмещения расходов на выплату ежемесячных пособий опекунам на питание, одежду, обувь, мягкий инвентарь на одно физическое лицо, осуществления денежных выплат на детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, при трудоустройстве и поступлении в образовательные учреждения в соответствии с нормами обеспечения воспитанников детских домов утверждается Правительством Российской Федерации и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 1992 года № 409 «О неотложных мерах по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», действовавшим на дату назначения ФИО1 опекуном несовершеннолетнего ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ), были установлены нормы питания, обеспечения одеждой, обувью, мягким инвентарем и необходимым оборудованием детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно приложениям № 1, 2, 3; суммы расходов на культурно-массовую работу, приобретение хозяйственного инвентаря, предметов личной гигиены, игр, игрушек, книг на каждого воспитанника из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в размере не менее 4 процентов расчетной стоимости содержания воспитанника в этих учреждениях (подпункты «а», «б» пункта 2). Эти нормы в соответствии с пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации распространены на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, переданных под опеку (попечительство) в семьи граждан. Министерству образования Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации, Министерством социальной защиты населения Российской Федерации, Министерством финансов Российской Федерации было поручено разработать в месячный срок положение о порядке выплаты средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством) (пункт 3).

Во исполнение пункта 3 названного постановления Правительства Российской Федерации приказом Министерства образования Российской Федерации от 16 февраля 1993 года № 50 утверждено Положение о порядке выплаты денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством) (далее – Положение № 50).

Согласно пунктам 1, 5 Положения № 50 местные органы управления образованием выплачивают опекунам (попечителям) денежные средства на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря подопечным, исходя из установленных натуральных норм, по фактическим ценам данного региона. Вопрос о назначении денежных средств на подопечного рассматривается, как правило, одновременно с установлением опеки или попечительства. Выплата денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством), осуществляется в соответствии с действующим законодательством на основании постановления или распоряжения местной администрации, органами управления образованием.

В пункте 9 Положения № 50 закреплено, что денежные средства на детей, находящихся под опекой (попечительством), назначаются и выплачиваются опекунам (попечителям) до достижения подопечным 16-летнего (учащимся образовательных учреждений - до 18-летнего) возраста, включая месяц рождения, за исключением случаев, которые могут повлечь за собой прекращение выплаты этих денежных средств.

Федеральным законом от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», вступившим в силу с 01 сентября 2008 года (далее – Федеральный закон № 48-ФЗ), определено, что обязанности по опеке и попечительству исполняются безвозмездно, за исключением случаев, установленных данной статьей, а также Семейным кодексом Российской Федерации. Орган опеки и попечительства, исходя из интересов подопечного, вправе заключить с опекуном или попечителем договор об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях. Вознаграждение опекуну или попечителю может выплачиваться за счет доходов от имущества подопечного, средств третьих лиц, а также средств бюджета субъекта Российской Федерации (части 1 и 2 статьи 16 Федерального закона № 48-ФЗ).

Подопечные, а также опекуны или попечители имеют право на установленные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации виды государственной поддержки. Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для проживания, питания и обеспечения других нужд подопечного, принадлежат самому подопечному и расходуются в соответствии с положениями, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и данным федеральным законом. Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для обеспечения нужд опекуна или попечителя, принадлежат опекуну или попечителю и расходуются ими по своему усмотрению. Законодательством субъекта Российской Федерации могут быть установлены дополнительные формы государственной поддержки опеки и попечительства, не предусмотренные законодательством Российской Федерации (статья 31 Федерального закона № 48-ФЗ).

Из приведенных норм права в их системной взаимосвязи следует, что подопечные, опекуны (попечители) имеют право на предусмотренные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации меры социальной поддержки, направленные на материальное обеспечение и содержание детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе в виде выплат опекунам (попечителям) денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря, ежемесячных денежных выплат (пособия) на содержание подопечных детей, установленные законами субъекта Российской Федерации, и др. Для указанной категории детей законом предусмотрено полное государственное обеспечение (предоставление детям, оставшимся без попечения родителей, на время пребывания в семье опекуна, попечителя бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости).

В соответствии с пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов).

Обязанности, предусмотренные пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации, не возлагаются на лиц, находившихся под опекой (попечительством), или на лиц, находившихся на воспитании в приемных семьях (пункт 3 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

В определенных жизненных ситуациях как родственниками несовершеннолетнего ребенка, так и лицами, не состоящими с ребенком в родстве, не назначенными в установленном законом порядке его опекунами (попечителями), могло осуществляться фактическое воспитание и содержание этого ребенка. В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.

Таким образом, опекуны (попечители) законом не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Основанием возникновения указанной обязанности воспитанников в отношении фактических воспитателей является юридический факт - воспитание и содержание ребенка лицом без оформления опеки (попечительства) или не в связи с заключением органами опеки и попечительства с опекуном или попечителем договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях.

Приведенное правовое регулирование отношений, возникающих в связи с установлением опеки и попечительства над детьми, оставшимися без попечения родителей, и отношений, связанных с осуществлением фактического воспитания ребенка, во взаимосвязи с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанции не применено.

Судом первой инстанции не было учтено, что при рассмотрении настоящих требований, юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счет своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание ребенка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).

Применительно к возникшим правоотношениям под полным содержанием несовершеннолетнего ФИО4 следует понимать действия ФИО1, направленные на обеспечение ребенка всем необходимым за счет собственных средств при отсутствии материальной поддержки со стороны государственных органов, то есть собственные доходы заявителя как фактического воспитателя и (или) ее имущество должны являться единственным источником средств существования ее воспитанника.

Следовательно, по указанной категории дел юридически значимыми и подлежащими определению и установлению являются следующие обстоятельства: осуществление ФИО1 содержания несовершеннолетнего ФИО4 исключительно за счет собственных средств в период действия распоряжения Администрации г. Элисты от ДД.ММ.ГГГГ № «Об оформлении опекунства над несовершеннолетним ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения»; являлись ли меры социальной поддержки, установленные для детей, оставшихся без попечения родителей, достаточными для полного содержания ребенка.

Указанные обстоятельства в соответствии с правилами распределения бремени доказывания, предусмотренными статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежали доказыванию заявителем ФИО1

В судебном заседании суда первой инстанции заявитель ФИО1 пояснила, что ФИО4 является ее родным племянником – сыном сестры ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ. С 1991 года ребенок проживал с ней, учился в Верхнеяшкульской школе. ФИО4 она растила как собственного сына, расходы на его содержание она несла за свой счет, посещала родительские собрания, отправляла в летние лагеря, обеспечивала ему возможность поступления в учебные заведения, однако тот их не окончил. После установления опеки какие-либо средства на содержание ребенка она не получала, за исключением одного случая, когда из отдела опеки ей были переданы денежные средства в размере 300 руб.

Как видно из дела, судом первой инстанции направлялись запросы о предоставлении сведений, касающихся установления опеки над несовершеннолетним ФИО4, в том числе, учетного дела ФИО4

По результатам указанных запросов суду были представлены следующие документы:

- распоряжение Администрации г. Элисты от 02 февраля 1993 года №, постановление Администрации г. Элисты от 24 октября 2025 года №, ответ руководителя Аппарата Администрации г. Элисты от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ФИО1 была назначена опекуном над несовершеннолетним ФИО4 в связи с тем, что мать несовершеннолетнего умерла ДД.ММ.ГГГГ, отец ребенка проживает в другой местности, имеет другую семью, судьбой ребенка не интересовался, материальную помощь не оказывал, а также находится в уголовном розыске.

- решение Целинного районного суда Республики Калмыкия от 27 апреля 2000 года о лишении ФИО7 (отец ФИО4) родительских прав в отношении сына;

- ответ Заместителя Главы Администрации – начальника Управления образования Администрации Целинного районного муниципального образования Республики Калмыкия от 19 декабря 2025 года, из которого следует, что предоставление учетного дела ФИО4 не представляется возможным в связи с его отсутствием.

По мнению судебной коллегии, суд, приходя к выводу об удовлетворении заявления ФИО1, фактически исходил из объяснений последней, данных в судебном заседании.

Вместе с тем, иных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 не являлась получателем мер социальной поддержки на содержание подопечного, осуществляла содержание ФИО4 в период опекунства над ним исключительно за счет собственных средств, и как следствие последний находился на ее полном содержании, материалы дела не содержат.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что в силу норм материального права, устанавливающих основания и порядок государственного обеспечения детей, оставшихся без попечения родителей, имевших место в период установления опеки над несовершеннолетним ФИО4, предоставление мер социальной поддержки со стороны государства осуществлялось одновременно с принятием органом местного самоуправления решения об установлении опеки над ребенком.

Следовательно, утверждения ФИО1 о том, что со стороны государства содержание на подопечного ФИО4 не предоставлялось, при отсутствии доказательств этому, являются несостоятельными.

Из показаний свидетеля ФИО9 указанные обстоятельства не следуют, поскольку данный свидетель пояснила суду только о том, что ФИО1 посещала родительские собрания в школе, где обучался ФИО4, как его законный представитель.

Сам по себе факт совместного проживания ФИО1 и ФИО4 в одном жилом помещении и ведения ими общего хозяйства, осуществление со стороны заявителя воспитания не свидетельствует о наличии предусмотренных специальным законом оснований для признания ее фактическим воспитателем военнослужащего ФИО4

Приходя к такому выводу, судебная коллегия учитывает, что в силу положений статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей на период осуществления опекунства, дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право на воспитание в семье опекуна (попечителя), заботу со стороны опекуна (попечителя), совместное с ним проживание; обеспечение им условий для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития и уважение их человеческого достоинства.

С учетом изложенного вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания ФИО1 лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего ФИО4, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, не основан на фактических обстоятельствах дела с учетом приведенных норм материального права, в связи с чем решение суда подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявления ФИО1

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

определила:

решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 19 декабря 2025 года об удовлетворении заявления ФИО1 о признании ее фактическим воспитателем погибшего военнослужащего отменить.

В удовлетворении заявления ФИО1 о признании ее фактическим воспитателем погибшего военнослужащего отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 мая 2026 года.

Председательствующий И.В. Басангов

Судьи Б.П. Гонеева

Н.А. Сидоренко