Апелляционное определение № 33-1329/2026 от 8 февраля 2026 г.

Судья Ободоева О.М. УИД 38RS0031-01-2025-005209-65 Судья-докладчик Герман М.А. № 33-1329/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Егоровой О.В. и Шашкиной Е.Н.,

при секретаре Королевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4075/2025 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО2

на решение Иркутского районного суда Иркутской области от 30 октября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском, указав в обоснование требований, что он являлся главой Уриковского муниципального образования Иркутского района и 20.02.2023 Следственным отделом по Иркутскому району СУ СК России по Иркутской области в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного (данные изъяты)

В связи с предъявленным обвинением в совершении преступления, предусмотренного (данные изъяты) в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок до 19.04.2023 включительно, которая в последующем продлена по 19.05.2023 включительно, в дальнейшем мера пресечения изменена на домашний арест, а потом на запрет определенных действий, на подписку о невыезде и надлежащем поведении. Так, с 20.02.2023 по 28.04.2023 он содержался под стражей, что в общей сумме составляет 83 дня. Мера пресечения в виде домашнего ареста в общей сумме составила 83 дня. Общая продолжительность меры пресечения в виде запрета определенных действий составила 32 дня. В общей сумме срок действия подписки о невыезде и надлежащем поведении составил 134 дня.

Все избранные меры пресечения негативно сказались на его психоэмоциональном состоянии и здоровье. Предъявленное обвинение, еще и в особо тяжком преступлении, значительно повлияло на репутацию истца, заработанную честным и усердным трудом на протяжении многих лет, повлекло за собой ухудшение как психического, так и физического здоровья, утрату общения с близкими родственниками и друзьями, значительные ограничения при перемещении при наличии активного образа жизни. После освобождения из следственного изолятора, начались проблемы с сердечно-сосудистой системой, в связи с чем истец был приглашен на госпитализацию в ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО3» Минздрава России, расположенном в г. Новосибирске. Диагноз, который был поставлен - (данные изъяты). В общей сложности расходы, связанные с лечением, обеспечивающим функционирование организма истца, составили 112 283 руб.

На фоне предъявленного обвинения, содержания под стражей, истец и его семья была подвергнута публичному осуждению. Так как истец занимал должность главы Уриковского муниципального образования, данные обстоятельства были широко освещены средствами массовой информации.

Постановлением старшего следователя четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Иркутской области от 16.04.2024 уголовное преследование в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного (данные изъяты), прекращено в связи с отсутствием события преступления.

В связи с прекращением уголовного преследования по (данные изъяты) по реабилитирующему основанию, истец имеет право на компенсацию морального вреда, который он оценивает в 3 574 783 руб.

В обоснование указанного размера ссылается на нравственные страдания, связанные с применением мер пресечения в виде содержания под стражей 83 дня (166 000 руб.), домашнего ареста (83 000 руб.) запрета определенных действий (32 000 руб.), подписки о невыезде (33 500 руб.); эмоциональные страдания по поводу оплаты его супругой юридических услуг (110 000 руб.); нравственные страдания, связанные с нарушением личного неимущественного права на честь и доброе имя (3 038 000 руб.); физические страдания, повлекшие вред здоровью (112 283 руб.).

На основании изложенного ФИО1 просил суд взыскать с Министерства Финансов РФ за счет казны РФ компенсацию морального вреда в размере 3 574 783 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме. Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 пояснил, что заявленная ко взысканию сумма подлежит снижению с учетом требований разумности и справедливости. Представитель третьего лица Прокуратуры Иркутской области ФИО5 просил снизить сумму компенсации морального вреда. Представители третьих лиц СУ СК России по Иркутской области, Министерства финансов Иркутской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Решением Иркутского районного суда Иркутской области от 30.10.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей. В удовлетворении заявленных исковых требований в большем размере отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО2 просит решение суда изменить. В обоснование жалобы указывает, что в соответствии с положениями ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается в полном объеме. В связи с этим, вывод суда о том, что моральный вред не предполагает возможности его полного возмещения, противоречит положениям действующего законодательства.

Выражает несогласие с выводом суда о то, что представленные медицинские документы достоверно не свидетельствуют о том, что ухудшение здоровья истца вызвано именно нахождением его в СИЗО и под домашним арестом. Представленное комплексное заключение специалистов № М28/23 подтверждает прямую причинно-следственную связь между необоснованным уголовным преследованием и наступившими последствиями в виде вреда здоровью.

Выражает несогласие с размером компенсации морального вреда. Считает, что суд неверно определил обстоятельства дела и учел уголовное преследование, прекращенное в отношении истца по нереабилитирующему основанию. Не учтена личность истца, нравственные страдания в связи с применением мер пресечения: в виде содержания под стражей сроком 83 дня, в виде домашнего ареста сроком 83 дня, в виде запрета определенных действий сроком 32 дня, в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении сроком 134 дня.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель третьего лица прокуратуры Иркутской области ФИО6 выражает согласие с решением суда.

На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие истца и представителя третьего лица СУ СК РФ по Иркутской области, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Герман М.А., объяснения представителей сторон и третьего лица Прокуратуры Иркутской области, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20.02.2023 Следственным отделом по Иркутскому району СУ СК России по Иркутской области в отношении него возбуждено уголовное дело Номер изъят по признакам состава преступления, предусмотренного (данные изъяты).

22.02.2023 Октябрьским районным судом г. Иркутска в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 19.04.2023 включительно.

07.04.2023 возбуждено уголовное дело Номер изъят по факту превышения должностных полномочий неустановленными сотрудниками администрации Уриковского муниципального образования по признакам преступления, предусмотренного (данные изъяты).

18.04.2023 Октябрьским районным судом г. Иркутска срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 продлен на 1 месяц

28.04.2023 апелляционным постановлением Иркутского областного суда отменено постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.04.2023, отказано в удовлетворении ходатайства старшего следователя СО по Иркутскому району СУ СК России по Иркутской области о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1 Обвиняемый ФИО1 освобожден из-под стражи. Избрана мера пресечения обвиняемого ФИО1 в виде домашнего ареста на период предварительного расследования на срок 22 суток, с учетом времени содержания под стражей до 3 месяцев, то есть по 19.05.2023 включительно.

16.05.2023 постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под домашним арестом на 1 месяц, всего до 1 месяца 22 суток, то есть до 19.06.2023 включительно.

16.06.2023 постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под домашним арестом на 1 месяц, всего до 2 месяцев 22 суток, то есть до 19.07.2023 включительно.

18.07.2023 постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска обвиняемому ФИО1 продлен срок содержания под домашним арестом по 19.08.2023.

27.07.2023 апелляционным постановлением Иркутского областного суда изменено постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 18.07.2023, постановлено считать продленным обвиняемому ФИО1 срок домашнего ареста всего до 6 месяцев, то есть по 19.08.2023 включительно.

16.08.2023 постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска мера пресечения в виде домашнего ареста обвиняемому ФИО1 изменена на меру пресечения в виде запрета определенных действий на срок 1 месяц 6 суток, то есть до 20.09.2023, возложена обязанность своевременно являться на вызовы следователя, установлены запреты: выходить в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес изъят> находиться в здании Уриковского муниципального образования, расположенного по адресу: <адрес изъят>; общаться со всеми участниками уголовного судопроизводства, за исключением близких родственников, постоянно проживающих с обвиняемым по адресу: <адрес изъят>»; отправлять и получать почтово-телеграфную корреспонденцию, за исключением корреспонденции, поступающей или направляемой в правоохранительные органы и суд; использовать средства связи и телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением связи со следователем, защитником, контролирующими органами, в том числе оказывающими оперативное сопровождение по данному уголовному делу, для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайных ситуаций.

15.09.2023 постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска продлен срок запрета определенных действий на 1 месяц, а всего до 3 месяцев 4 суток, то есть до 19.11.2023 включительно.

25.09.2023 апелляционным постановлением Иркутского областного суда постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 15.09.2023 изменено, срок запрета определенных действий постановлено считать продленным на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 4 суток, то есть по 19.10.2023 включительно.

04.12.2023 постановлением старшего следователя четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Иркутской области изменена мера пресечения в виде запрета определенных действий на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

15.01.2024 уголовные дела соединены, присвоен Номер изъят.

Постановлением старшего следователя четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Иркутской области от 16.04.2024 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 в части по признакам преступления, предусмотренного (данные изъяты) по основанию, предусмотренному (данные изъяты), т.е. в связи с отсутствием события преступления. При этом, продолжено уголовное преследования ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного (данные изъяты).

Постановлением старшего следователя четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Иркутской области от 18.04.2024 переквалифицированы деяния ФИО1 с (данные изъяты) на (данные изъяты), уголовное преследование продолжено в отношении деяний ФИО1 по (данные изъяты). Впоследствии уголовное преследование прекращено по нереабилитирующему основанию – в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

18.04.2024 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных (данные изъяты).

12.07.2024 постановлением Иркутского районного суда Иркутской области уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных (данные изъяты), прекращено на основании (данные изъяты), в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Постановлением Иркутского районного суда Иркутской области от 25.12.2024 заявление ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного незаконным преследованием, удовлетворено частично. С Министерства финансов РФ взыскана сумма невыплаченной заработной платы в размере 1 588 213, 52 руб., денежные средства, выплаченные за оказание юридической помощи в размере 3 000 000 руб., сумма индексации в размере 349 575 руб. В удовлетворении требований в части взыскания с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного незаконным преследованием, денежных средств, выплаченных за оказание юридической помощи, в размере 110 000 рублей, отказано.

За компенсацией морального вреда истец обратился в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что факт незаконного уголовного преследования в отношении истца установлен, материалами дела подтвержден, в связи с чем имеются основания для возмещения ФИО1 морального вреда за счет казны Российской Федерации. В связи с незаконным уголовным преследованием сам факт причинения морального вреда признается и не требует доказывания, в связи с этим с Министерства финансов РФ в пользу истца за счет казны РФ подлежит взысканию соответствующая компенсация.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учел продолжительность уголовного преследования в отношении истца, длительность содержания его под стражей, применение в отношении него иных мер пресечения и их длительность, принял во внимание, что на протяжении периода уголовного преследования истец имел статус подозреваемого и обвиняемого.

Суд принял во внимание пояснения истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования он испытал эмоциональные страдания, стресс, утратил возможность общения с близкими родственниками и друзьями, имел значительные ограничения в сравнении с прежним активным образом жизни в связи с применением к нему мер пресечения в виде содержания под стражей, содержания под домашним арестом, запрета определенных действий с установлением запретов, подписки о невыезде и надлежащем поведении. Истец был длительное время оторван от общества, семьи, был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о семье, а также был лишен возможности общения с ними, был лишен возможности исполнять свои служебные обязанности как избранный глава муниципального образования.

Доводы истца об ухудшении состояния здоровья в связи с уголовным преследованием, приобретении какого-либо хронического заболевания за время нахождения в следственном изоляторе и под домашним арестом, суд посчитал недоказанными.

Доводы истца о том, что им понесены нравственные страдания в связи с тем, что его супруга была вынуждена заключить соглашение об оказании юридической помощи от лица ООО «Востокподшипник», учредителем и генеральным директором которого она является, понести расходы по оплате гонорара в размере 110 000 руб., судом отклонены со ссылкой на то, что компенсация морального вреда взыскивается в связи с нарушением личных неимущественных прав, в данном случае истец указывает на нарушение имущественных прав его семьи.

При определении размера компенсации суд также принял во внимание и личность истца, в отношении которого также было возбуждено уголовное дело по (данные изъяты) и уголовное преследование прекращено по не реабилитирующим основаниям.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы истца, поскольку судом правильно установлены все юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального права, оценены представленные доказательства, мотивы суда при определении размера компенсации отражены в решении.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п.1 ст. 1070 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ)

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования, то есть само по себе незаконное уголовное преследование не может служить безусловным основанием для взыскания в пользу реабилитированного лица заявленной им суммы компенсации морального вреда.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии истца с размером компенсации морального вреда судебной коллегией отклоняются. Размер компенсации морального вреда, определенный судом, адекватен обстоятельствам причинения морального вреда и обеспечивает баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Доводы жалобы аналогичны доводам, которые приводились в суде первой инстанции, всем доводам истца дана надлежащая оценка. Оснований для иной оценки доказательств и увеличения размера компенсации морального вреда не имеется.

Выводы суда о недоказанности доводов о причинении вреда здоровью истца в связи с незаконным уголовным преследованием, основаны на материалах дела.

Апелляционная жалоба оснований для увеличения размера компенсации не содержит.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы истца судебной коллегией не установлено.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Принимая во внимание, что при определении размера компенсации морального вреда, судом первой инстанции были учтены все необходимые критерии, судебная коллегия не находит оснований для изменения обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы истца.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем решение суда первой инстанции, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Иркутского районного суда Иркутской области от 30 октября 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

М.А. Герман

Судьи

О.В. Егорова Е.Н. Шашкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 февраля 2026 года.