Решение № 2-20/2017 2-20/2017(2-806/2016;)~М-713/2016 2-806/2016 М-713/2016 от 2 июля 2017 г. по делу № 2-20/2017

Дело №2-20/2017г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с.Глинка 03 июля 2017 года

Смоленской области

Ельнинский районный суд Смоленской области в составе председательствующего - судьи Ероховой С.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Ельнинской коллегии адвокатов Сумариной В.С. (удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ),

при ведении протокола помощником судьи Абраменковым В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об оспаривании договора дарения и аннулировании записи о регистрации права собственности,

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, где в обоснование требований сослалась на следующие обстоятельства:

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО3, и после его смерти открылось наследство в виде квартиры, гаража, расположенных по адресу: <адрес>, а также денежных вкладов и другого движимого имущества, и завещания ФИО3 не оставил. Близких родственников у умершего не было, так как супруга наследодателя, ФИО4, умерла ДД.ММ.ГГГГ, и после её смерти единственным близким и родным человеком для наследодателя ФИО24 стала мать истца - ФИО5, которая более двух лет проживала совместно с наследодателем и находилась у него на иждивении, а после смерти ФИО3 вступила в права наследования на открывшееся имущество путем его фактического принятия, однако, оформить свои права на наследство не успела по причине скоропостижной смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Истец указала, что после смерти своей матери - ФИО5, она вступила в права наследования на имущество последней, в том числе и на имущество, принадлежавшее ФИО3, включая спорную квартиру, которой владела, однако, в ДД.ММ.ГГГГ, в процессе оформления прав на наследство ей стало известно, что спорная квартира, находящаяся в её фактическом владении и пользовании, являлась предметом спора по гражданскому делу по иску ФИО2 к Администрации МО «<адрес> о признании права собственности в порядке договора дарения, при рассмотрении которого истица не участвовала, стороной в споре не являлась, и решением Ельнинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № исковые требования ФИО2 были удовлетворены. Истица обжаловала указанное решение, однако, суд апелляционной инстанции оставил поданную апелляционную жалобу без рассмотрения, указав на возможность обращения в суд с иском о признании договора дарения недействительным при подтверждении факта нахождения матери (ФИО5) на иждивении у ФИО3 и факта принятия наследства, открывшегося после его смерти. Впоследствии решением ФИО6 районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, вступившим в законную силу, за истицей признано право собственности на движимое и недвижимое имущество, принадлежащее при жизни ФИО3

Считала, что договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной сделкой, так как ФИО3 данную сделку не заключал, договор дарения и акт приема-передачи не подписывал, так как указанные документы подписаны неустановленным лицом. По факту фальсификации договора дарения ДД.ММ.ГГГГ истица обращалась в органы полиции с заявлением о возбуждении уголовного дела, но в связи с отказом ФИО2 предоставить подлинники документов и невозможностью проведения почерковедческой экспертизы в возбуждении уголовного дела было отказано.

Считала, что фактические обстоятельства, существовавшие на тот период времени между ФИО3 и ФИО2, свидетельствуют о том, что никакого договора дарения, а тем более действий по передаче имущества от ФИО3 в дар ФИО2 не было и быть не могло, так как ФИО3 с ФИО2 отношений не поддерживал. Последний месяц своей жизни умерший из квартиры не выходил, у него обострились хронические заболевания суставов, а за две недели до смерти он перестал вставать с постели. ФИО3 имел суровый характер, никому не доверял, при жизни боялся распорядиться квартирой, опасался оказаться в доме престарелых. После смерти ФИО3 мать истца продолжала проживать в спорной квартире, несла бремя по содержанию недвижимого имущества, оплачивала коммунальные платежи, а после смерти матери и до дня вступления в законную силу решения Ельнинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, спорная квартира находилась во владении и пользовании истицы, которая также несла бремя по содержанию и охране жилого помещения и имущества. Указанные обстоятельства были достоверно известны ответчику ФИО2, однако, она правопритязаний в отношении квартиры не высказывала, о своих правах не заявляла.

Истец указала, что представленный ответчиком договор дарения не отвечает требованиям законодательства, так как не содержит информацию, необходимую для государственной регистрации прав на недвижимое имущество, в частности, в нем неверно указаны данные паспорта ФИО3, в п.2 оспариваемого договора отсутствует указание на основания принадлежности квартиры дарителю ФИО3

В связи с указанными обстоятельствами истец просила суд:

- признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2, недействительным,

- аннулировать запись о регистрации права, произведенную в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

О времени и месте рассмотрения дела участвующие в деле лица надлежаще извещены. В судебное заседание не явились: ответчик ФИО2, поступило заявление о рассмотрении дела без её участия в связи с невозможностью явки и явки представителя по причине отсутствия транспорта; представитель третьего лица – Управления Росреестра по Смоленской области, имеется заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

С учетом мнения представителя истца суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих лиц (их представителей).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 - адвокат Сумарина В.С. исковые требования поддержала частично и пояснила, что истец отказывается от требования об аннулировании записи о регистрации права собственности ФИО2, в остальной части иск поддерживает и подтверждает указанные в исковом заявлении обстоятельства, а также ранее данные в суде пояснения. Полагала, что в судебном заседании достоверно подтверждено то, что при жизни ФИО3 в дар ответчику Гурской квартиру не передавал, к специалисту о заключении договора дарения не обращался, с заявлением о принятии документов на регистрацию сделки в Росреестр не обращался, и Гурская указанные обстоятельства не оспаривала. Волеизъявления ФИО3 на дарение квартиры Гурской не было. ФИО3 квартиру во владение ответчика ФИО2 согласно акта приема-передачи не передавал, после его смерти в квартире по адресу: <адрес>, оставалась проживать мать истицы, а затем квартира находилась в фактическом пользовании и владении истицы ФИО1, у которой были ключи, и она несла бремя содержания квартиры. Сомнения истца в подлинности подписи ФИО3 в спорном договоре подтверждены заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которой рукописная запись и подпись, исполненная от имени ФИО3 в строке «Даритель» в договоре дарения и акте приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ – выполнена не ФИО3, а другим лицом. Полагала, что изложенные истцом обстоятельства согласуются между собой и с другими представленными доказательствами, что подтверждает обоснованность заявленных требований и позволяет сделать вывод о том, что оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со ст.168 ГК РФ является недействительным как не соответствующий закону. Отметила, что доводы ответчика противоречивы и непоследовательны, не согласуются не только с материалами данного дела, но и состоят в противоречии между её пояснениями в материалах другого дела. Так, допрошенная в качестве истца по гражданскому делу № Гурская поясняла, что ФИО24 сам оформил на нее договор дарения, она приняла квартиру в дар, проживала в ней и сделала там ремонт. Вместе с тем, согласно акту обследования жилищных условий от ДД.ММ.ГГГГ с участием уличкома ФИО27, который истец представляла в суд апелляционной инстанции, данные обстоятельства опровергаются. В рамках настоящего гражданского дела Гурская пояснила, что спорный договор изготавливала сама, по своей инициативе, имущество в дар не принимала, в квартиру не вселялась ни ДД.ММ.ГГГГ, ни после смерти ФИО24, и в ее владение и пользование квартира перешла только после ДД.ММ.ГГГГ, после вступления в законную силу решения суда о признании за ней права собственности на квартиру.

Обратила внимание суда, что сразу после того, как ФИО1 стало известно о решении суда о признании права собственности на квартиру за Гурской, она обжаловала указанное судебное решение, однако, определением суда апелляционной инстанции апелляционная жалоба ФИО1 была оставлена без рассмотрения, после чего ФИО1 предприняты действия по защите и восстановлению своих прав, в том числе обращение в суд с данным иском, и в связи с указанными обстоятельствами просила удовлетворить исковые требования о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и взыскать с Гурской в пользу истца ФИО1 расходы на оплату гос.пошлины, услуг эксперта расходы на представителя, а другое требование истец намерена предъявить в суд в другом процессе.

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Суд признает достоверно установленным, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежавшая ранее на праве собственности ФИО4, после смерти последней ДД.ММ.ГГГГ в порядке наследования по закону в установленном порядке перешла в собственность и была зарегистрировано за её супругом - ФИО3. После смерти ФИО4 совместно с ФИО3 в квартире по адресу: <адрес>, стала проживать ФИО5, которая находилась на иждивении ФИО3 до дня смерти последнего ДД.ММ.ГГГГ, после чего ФИО5 приняла открывшееся после смерти ФИО3 наследство и осталась проживать в квартире по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла, и истец ФИО1 приняла наследство своей матери в установленном порядке наследования по закону, в том числе и на имущество, входившее в наследственную массу умершего ФИО3, и обладая ключами от вышеуказанной квартиры, владела жилым помещением и обеспечивала его сохранность до ДД.ММ.ГГГГ год, а также в период до ДД.ММ.ГГГГ несла бремя расходов на её содержание.

Решением Ельнинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № за ФИО2 признано право собственности на жилую квартиру по адресу: <адрес>, по основанию договора дарения, заключенного между ФИО3 (Даритель) и ФИО2 (Одаряемая), и после вступления данного решения в законную силу ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осуществила в отношении указанной квартиры полномочия собственника, в том числе по регистрации права, владению и пользованию квартирой.

Данные обстоятельства, кроме пояснений представителя истца, подтверждаются следующими исследованными доказательствами:

В суде истец ФИО1 поясняла, что о признании судом права собственности на квартиру, в которой проживала её мать, она узнала после того, как стала оформлять наследство после смерти своей матери – ФИО5

До этого, где-то через 2 недели после смерти ФИО24, Гурская и ее брат предлагали ей составить дарственную на его имущество, в связи с тем, что ФИО24 не оставил завещание, а родственников у него не было. Так как после похорон все документы были у неё, Гурская просила копию паспорта ФИО3 и говорила, что можно изготовить подделку документов, т.к. в деревне «никто не прикопается», но она не согласилась. Все ключи от квартиры находились у неё, ФИО23 доступа в квартиру не имела, но ей ничего не говорила о том, что квартира ей подарена при жизни ФИО24, и освободить квартиру не требовала. У Гурской не было ключей от квартиры, после решения суда та приходила к ней за ключами, говорила – давайте наши ключи, после этого меняла входную дверь, но ключами дверь не открывала, а срезала замки. Все документы, оставшиеся от ФИО24, в том числе и на квартиру, до сих пор находятся у неё, в квартире никакого договора дарения они не обнаружили. После смерти матери она некоторое время оплачивала коммунальные услуги по квартире, потом квитанции стали пропадать. ФИО24 не любил семью Гурской, жаловался, что они все время «что-то тащат», даже кастрюли (т.1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.109-116).

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 исковые требования не признала, просила в иске отказать, и из её пояснений в суде следует, что между семьей ФИО2 и семьей ФИО24 были доверительные отношения. Когда умерла бабушка (ФИО4), то Гурская понимала, что ФИО24 остался совсем один, и оказывала ему всяческую помощь с огородом и в других делах. Перед смертью здоровье ФИО24 было удовлетворительным, ни одного обращения к врачам с ДД.ММ.ГГГГ до дня смерти не было. ФИО24 был очень осторожным человеком, жаловался Гурской, что ФИО5 постоянно приходит к нему с бутылочкой, и он опасается ее, боится, что его сдадут в дом престарелых, как ФИО5 сдала своего мужа, поэтому сказал, что лучше он подарит эту квартиру ей, и просил ее посмотреть, как можно оформить квартиру на нее. ДД.ММ.ГГГГг. она на скорую руку напечатала образец дарственной из интернета, куда вставила свои данные, и поехала к ФИО24, где оставила ему образец, чтобы он почитал, и сказала, что эта бумажка ничего по сути не значит, что он будет жить столько, сколько проживет, и что сейчас не нужно ничего подписывать, что пусть он ознакомится, а после того, как она пролечится в больнице, то они обо всем поговорят, и впоследствии думала обратиться к юристу. Состояние у ФИО24 было удовлетворительное, он зашивал себе рубашку, что-то готовил себе на плите. После этого она ушла по делам, а когда вернулась к ФИО3, то договор и акт уже были подписаны, их было 2 или 3 экземпляра, один она взяла себе, а остальные оставила дедушке. В квартире при этом были только она и ФИО3

После этого ее положили в больницу, сделали операцию, после чего она сначала не выходила из дома, а ДД.ММ.ГГГГ узнала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 умер.

Подлинники договора дарения и акта приема-передачи впоследствии были утеряны, но другие экземпляры договора должны были остаться в квартире ФИО24. У неё были дубликаты ключей от квартиры, но она туда не ходила и о своем праве на квартиру она ФИО1 не заявляла, так как договор не был зарегистрирован, и только после вступления в силу решения суда поменяла в квартире дверь и стала делать ремонт (т.1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.109-116),

Представитель ответчика по соглашению – ФИО13 в суде пояснила, что указанные истцом основания для признания договора недействительным не являются существенными. У Гурской имеется свидетельство о праве собственности на квартиру, основание выдачи – решение суда. В ДД.ММ.ГГГГ суд дал правовую оценку оспоренному истцом договору дарения, и сторона истца пытается провести переоценку обстоятельств, установленных судом, что является недопустимым. Просила в иске отказать (т.1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.109-116).

Из показаний свидетеля ФИО14 в судебном заседании усматривается, что знает истицу ФИО1, так как ее мать - ФИО5 жила с ее соседом – ФИО3, которого она знала давно, и за время проживания между ними сложились нормальные соседские отношения. У ФИО24 был сложный характер, он не очень любил общаться, но если что-то ему было непонятно, то он приходил и спрашивал. ФИО5 приходила к ним, когда была жива еще его супруга - ФИО4, иногда ночевала у них, а в ДД.ММ.ГГГГ супруга ФИО3 умерла, после чего ФИО5 стала жить с ФИО24. Спиртным ФИО24 не злоупотреблял, ФИО5 пьяной она тоже не видела, у нее был нормальный порядочный вид. ФИО24 опасался, что сдадут в приют, почему - ей не известно, но он этим делился со ней по-соседски. Гурскую она тоже видела, т.к. она навещала деда. Как-то на улице она общалась с матерью ФИО23 – ФИО7, и спрашивала, что они думают с квартирой, что надо им наводить мосты, на что та ей ответила, что дед никак не идет на контакт. Ей известно, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО23 приходила к ФИО24, и она слышала шум на лестнице, открыла дверь и спросила у Гурской, что происходит, она ответила, что хотела зайти к деду, а он и ФИО5 ее не пускают в квартиру. Со слов ФИО5 ей известно, что последние 2 месяца ФИО24 уже почти не вставал с кровати. Н-ных отношений ни к ФИО1, ни к Гурской у неё нет (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, л.д.109-116).

Из показаний свидетеля ФИО15 в судебном заседании усматривается, что ФИО3 она знала с детства, их родственница - бабушка Паша, была его женой. Они помогали ФИО24, чем могли. Еще у бабушки ФИО29 были родственники - ФИО28 с которыми они тоже общались до смерти бабы ФИО31, а после смерти бабушки ФИО32 с ФИО24 начала проживать ее родная бабушка - ФИО5, так как у него была подагра, и что-либо зашить, постирать он не мог. ФИО24 вообще практически ни с кем не общался, и с ним было сложно найти общий язык. Ей известно, что в последние две недели перед смертью ФИО24 вообще не мог подняться с кровати, даже в туалет, и ФИО5 покупала ему памперсы. Также в последний раз перед смертью он сам не смог расписаться за пенсию, и ФИО5 расписалась за него. ФИО24 при жизни не хотел оставлять квартиру ни им, ни ФИО30, говорил, что когда умрет, пусть разбираются сами. Она говорила бабушке (ФИО5), что эта квартира уйдет государству и этого бы не хотелось, а бабушка говорила, что не может на него (ФИО24) давить, что он против того, чтобы кому-то «подписывать» квартиру. Потом он согласился ее переписать на ФИО5, хотел, чтобы позвали нотариуса, но нотариус оказался в отпуске. Они решили дождаться окончания выходных и в понедельник вызвать нотариуса из <адрес>, но ФИО24 умер (том 1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, л.д.109-116).

Из показаний свидетеля ФИО16 в суде следует, что она работает почтальоном 22 года, и знала ФИО3, который проживал по <адрес>, и она доставляла пенсию ему на дом. При вручении пенсии на дому в пенсионном листке ФИО24 всегда ставил подпись и число сам, хоть у него и дрожали руки в последнее время. После того, как умерла жена ФИО3, он начал проживать с бабушкой ФИО8, фамилию не помнит, это мама истицы ФИО25. В последний месяц ФИО24 сильно болел, и когда она принесла пенсию, он лежал в постели и сказал, что не может расписаться, и чтобы за него расписалась ФИО8. Бабушка ФИО8 сказала, что уже неделя, как он слег (том 1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.172-175).

Из показаний в суде свидетеля ФИО17 в суде усматривается, что она работает участковым терапевтом и знала ФИО3, у которого был диагноз заболевания - подагрический полиартрит кистей рук и стоп, оно проявляется в припухлостях конечностей, ограничении движений. Заболевание было давно, периоды обострения заболевания – весна-осень, в период обострения могут быть затруднены движения. На способности писать это не могло отразиться, но могло быть изменение почерка. Последний раз он приходил к ней на прием в ДД.ММ.ГГГГ, а в последние 2 года он лечился у хирурга, поэтому выпал из ее поля зрения (том 1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.172-175).

Установленные обстоятельства подтверждаются также письменными доказательствами:

- копией решения Ельнинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № (том 1, л.д.16);

- копией решения Ельнинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № (том 1, л.д.19-22);

- копией апелляционного определения Смоленского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.17);

- выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.25-26);

- копией Акта обследования жилой квартиры от ДД.ММ.ГГГГ (том 2, л.д.19);

- квитанциями на оплату коммунальных услуг и услуг связи, оказанных по адресу: <адрес>, и платежными документами об оплате услуг (том 2, л.д.20-31).

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно п. п. 1, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч.1, 3 ст. 574 ГК РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу п. 3 ст. 433 ГК РФ (в ред., действующей до ФЗ от 08.03.2015 г. N 42-ФЗ), договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Оценив исследованные в суде доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Суд неоднократно указывал ответчику о необходимости представления суду для исследования подлинников оспоренного договора дарения и акта приема-передачи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.35; 40;117 (оборот)). Ответчик ФИО2 заявила об данных документов, однако, об обстоятельствах, при которых эти документы были утрачены, суду не сообщила.

Из копии искового заявления по гражданскому делу № следует, что в подтверждение исковых требований о признании права собственности на квартиру истица ФИО2 к исковому заявлению прилагала также копию договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. (том 2, л.д.14-15).

Суд установил, что имеющиеся в материалах настоящего гражданского дела и гражданского дела №г. копии договора дарения и акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ полностью идентичны между собой, и при установленных обстоятельствах произвел правовую оценку оспариваемого договора дарения по исследованным копиям данного документа.

Из копии договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. усматривается, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан Отделом внутренних дел по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ., зарегистрированный по адресу: <адрес>, именуемый в дальнейшем Даритель, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан отделом внутренних дел <адрес> ДД.ММ.ГГГГ., зарегистрированная по адресу: <адрес>, именуемая дальнейшем Одаряемая, заключили настоящий договор о нижеследующем:

Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемой квартиру, состоящую из трех комнат, общей площадью 71.1 кв.м., кадастровый (или условный) №, расположенную по адресу: <адрес> а Одаряемая дар от Дарителя принимает (п.1); указанная в п.1 договора квартира принадлежит Дарителю по праву собственности, о чем в Едином государственном рестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним имеется запись № от ДД.ММ.ГГГГ. (п.2); договор считается заключенным с момента подписания Сторонами настоящего договора и акта приёма-передачи (п.5) (том 1, л.д.14).

Из копии акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ. усматривается, что ФИО3 (Даритель) и ФИО2 (Одаряемая) составили настоящий акт о том, что в соответствии с Договором Дарения от ДД.ММ.ГГГГ Даритель передает, а Одаряемый принимает в квартиру, состоящую из трех комнат, общей площадью 71.1 кв.м., кадастровый (или условный) №, расположенную по адресу: <адрес> именуемую далее «дар». Стороны претензий друг к другу не имеют (том 1, л.д.15, 126).

Согласно копии паспорта гражданина Российской Федерации на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, следует, что данный документ выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.9).

С учетом изложенного суд признает достоверно подтвержденными доводы стороны истца о том, что в спорном договоре дарения неверно указаны - дата выдачи паспорта дарителю ФИО3 (а именно - год выдачи) и наименование учреждения, выдавшего паспорт, а также не содержится надлежащих сведений о правоустанавливающих документах Дарителя на предмет договора дарения – квартиру, что указывает на наличие недостатков данного договора, которые препятствовали его государственной регистрации в установленном порядке.

Кроме того, обоснованными суд признает и доводы стороны истца о наличии противоречий в пояснениях Гурской по обстоятельствам заключения и исполнения спорного договора дарения, которые даны ею суду при рассмотрении настоящего дела - в качестве ответчика и при рассмотрении гражданского дела №г. - в качестве истца.

Так, в поданном в суд исковом заявлении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 указывала, что незадолго до смерти, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 подписал дарственную на свою квартиру по адресу: <адрес>, дом четырнадцать, квартира три, на её имя. Они подписали договор дарения и акт приема передачи, и он передал ей ключи от квартиры, и они собирались обратиться в службу регистрации, чтобы оформить переход права собственности на квартиру, что видно из копии данного искового заявления (том 2, л.д.14-15).

Согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 дала в суде пояснения о том, что ФИО3 предложил ей подарить квартиру по адресу: <адрес>, и написал договор дарения, чтобы оформить его у нотариуса, но не успел, и умер. После его смерти она фактически пользуется указанной квартирой, произвела ремонт квартиры, пользуется этим жилым помещением (том 2, л.д.16-18).

Из комиссионного акта обследования жилой квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в результате осмотра квартиры по адресу: <адрес>, по заявлению владельца ФИО1, установлено, что в квартире никто не проживает; квартира находится в фактическом владении ФИО1; в квартире сохранен прежний порядок, ремонтные работы по внутренней отделке комнат проводились не менее 20 лет назад; после смерти собственника ФИО3 работы по внутренней отделке жилого помещения не выполнялось; в квартире хранятся вещи, принадлежащие ФИО3 и ФИО5 (том 2, л.д.19)

Также суд считает, что совокупностью исследованных в суде доказательств установлено и то, что не менее чем за 2 недели до смерти ФИО3 его самообслуживание было затруднено из-за состояния здоровья, в связи с чем пояснения ответчика ФИО2 о том, что ФИО3, находясь дома ДД.ММ.ГГГГ, зашивал рубашку и готовил еду, вызывают сомнение.

Таким образом, пояснения ответчика ФИО2 в судебном заседании по настоящему делу не согласуются как вышеприведенными её пояснениями по делу №, так и с доказательствами, исследованными по настоящему делу.

Кроме того, по ходатайству ответчика ФИО2 в суде в обоснование возражений против иска допрошен свидетель стороны ответчика - ФИО18, который показал, что является родным братом ответчика ФИО2 и где-то за месяц до смерти ФИО24 рассказывал ему о своих намерениях подарить квартиру его сестре. Также показал, что ДД.ММ.ГГГГ в дневное время он заходил в квартиру к ФИО3, где находилась ФИО2 и ФИО3, и находился там около 40 минут, где ФИО3 при нем передал ФИО2 4 листа какого-то подписанного документа (том 1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.172-175).

Вместе с тем, показания свидетеля в данной части противоречат пояснениям ответчика ФИО2, согласно которых ДД.ММ.ГГГГ. она занесла ФИО3 проект (образец) договора дарения, после чего ушла, а когда вернулась, то он (ФИО24) уже подписал документы, и она забрала себе один экземпляр договора и акта, а остальные оставила у ФИО3, и при этом в квартире были только она и ФИО24 (том 1, протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ., л.д.109-116).

Учитывая изложенное, принимая во внимание непоследовательность и противоречивость пояснений ответчика ФИО2, пояснения данного ответчика, а также показания свидетеля ФИО18 по обстоятельствам заключения спорного договора дарения суд оценивает критически.

Кроме того, согласно заключения эксперта-криминалиста ООО «Союз-Гарант» ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ. № рукописная запись, исполненная от имени ФИО3 («ФИО3») и расположенная левее подписи от имени ФИО20 - в строке «Даритель: ФИО3» на оборотной стороне копии договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и рукописная запись, исполненная от имени ФИО3 («ФИО3») и расположенная левее подписи от имени ФИО3 - в строке Даритель: ФИО3» на лицевой стороне копии акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены не ФИО3, чьи образцы почерка представлены на исследование, а другим лицом (том 1, л.д.187-204).

Суд отклоняет как необоснованные доводы ответчика относительно недопустимости данного экспертного заключения, в том числе по основаниям наличия у экспертного учреждения статуса негосударственного, отсутствия достаточной квалификации эксперта, проводившего экспертизу, использования устаревшей литературы, а также исследования экспертом документа – «копии договора акта приема- передачи», не представленного на экспертизу (том 1, л.д.212-213).

Проанализировав содержание заключения эксперта в целом, учитывая дополнительные письменные пояснения эксперта, указание в выводах заключения эксперта в качестве документа, в котором выполнены подписи от имени ФИО3, «копии договора акта приема- передачи», в части излишнего указания слова «договора», суд признает технической ошибкой, которая не влияет на смысл и правильность выводов.

Ссылки ответчика на негосударственный статус экспертного учреждения, использование устаревшей литературы, отсутствие у эксперта достаточных познаний как основание не доверять заключению эксперта суд признает неубедительными, поскольку при выполнении судебной экспертизы эксперту ФИО19, как независимому эксперту, разъяснены права и обязанности, предусмотренные законом, в том числе законодательством о государственной экспертной деятельности, и он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Из приложенного документа об образовании следует, что данный эксперт имеет соответствующее образование эксперта-криминалиста, опыт экспертной работы более 30 лет, а выбор методов и литературы при проведении экспертизы эксперт определяет самостоятельно.

Ответчик ФИО2 не воспользовалась разъясненным ей правом на ознакомление в суде с экспертным заключением в полном объёме, ни лично, ни через представителя, и по её ходатайству были изготовлены и предоставлены для ознакомления только выводы заключения (том 1, л.д.209-210), в связи с чем её доводы против экспертного заключения основаны на оценке только указанной части содержания экспертного заключения.

Таким образом, убедительных доводов в опровержение выводов вышеуказанного экспертного заключения ответчиком не приведено, и при оценке данного экспертного заключения, содержащего полные и аргументированные выводы по результатам исследований, суд не усматривает оснований для сомнений в обоснованности и правильности выводов экспертного заключения.

Суд также принимает во внимание, что согласно пояснений ответчика ФИО9 она самостоятельно скопировала текст договора дарения из общедоступного источника в сети «Интернет» для последующего согласования его условий как самим ФИО24, так и специалистом - юристом, при этом не считала данный договор надлежащим документом и не подтвердила факт согласования с Дарителем условий договора.

В связи с изложенным, учитывая, что спорный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ не содержит достаточных и достоверных сведений, необходимых для его государственной регистрации, подписан не самим Дарителем ФИО3, а иным лицом, полномочия которого на выполнение действий, направленных на прекращение права собственности ФИО3 на спорную квартиру, в судебном заседании не установлены, суд приходит к выводу, что совокупностью исследованных в суде доказательств обстоятельство добровольного и безусловного волеизъявления ФИО3 на совершение сделки дарения занимаемой им жилой квартиры ответчице ФИО2 достоверно и неопровержимо не установлено, в связи с чем имеются достаточные основания для признания указанного договора дарения не соответствующим требованиям закона и не заключенным.

Доводы стороны ответчика о недопустимости переоценки обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением суда о признании за ответчицей права собственности на квартиру на основании оспоренного договора дарения, суд признает неубедительными.

Согласно судебному решению от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО2 к Администрации МО «<адрес>» о признании права собственности на жилое помещение при рассмотрении и разрешении данного дела суд не входил в обсуждение обстоятельств заключения ФИО3 и ФИО2 договора дарения в связи с признанием иска ответчиком, и в соответствии с ч.4 ст.198 ГПК РФ указал в мотивировочной части только на признание иска ответчиком и принятие его судом.

Вместе с тем, право на оспаривание договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ у истца ФИО22, как заинтересованного лица, за которым в установленном порядке признано право собственности на имущество ФИО3, возникло после разрешения указанного гражданского дела и вступления судебного решения о признании права собственности за ФИО2 в законную силу, в связи с чем истец ФИО1 обратилась в суд с данным иском в порядке реализации своего права на обращение в суд за защитой нарушенного (оспариваемого) права, предусмотренного ст.3 ГПК РФ,

При таком положении рассмотрение спора относительно договора дарения, как основания прекращения у Дарителя ФИО3 и возникновения у ответчика ФИО2 права собственности на предмет договора дарения – квартиру, по основанию не соответствия сделки требованиям закона не исключает обсуждение в суде обстоятельств заключения и исполнения спорной сделки.

Отказ истца от части исковых требований по аннулированию записи о регистрации права, произведенную в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 суд признает не противоречащим закону и не нарушающим права и законные интересы третьих лиц, поскольку указанная запись о регистрации была произведена на основании вступившего в законную силу судебного решения по гражданскому делу №, которое может быть отменено (пересмотрено) только в установленном законом порядке, в связи с чем суд принимает частичный отказ истца от иска.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. Судебные расходы присуждаются судом, если они понесены фактически, являлись необходимыми.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом заявлено о возмещении судебных издержек, связанных с оплатой услуг эксперта и услуг представителя на общую сумму 45 000 рублей.

В пунктах 11-13, 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" судам разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

Принимая во внимание, что ответчик ФИО2 добровольно устранилась от непосредственного участия в судебном заседании, а, следовательно, и от обсуждения всех возникающих в ходе судебного разбирательства вопросов, по причинам, зависящим от воли самого ответчика (отсутствие транспорта, занятость представителя), и учитывая позицию ответчика относительно исковых требований, суд не усмотрел правовых оснований для отложения судебного заседания в целях заслушивания мнения ответчика по вопросу возмещения судебных расходов.

Судебная почерковедческая экспертиза по настоящему делу назначена определением суда в порядке удовлетворения ходатайства стороны истца на предмет установления подлинности подписи дарителя ФИО3 в оспоренном договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ, с согласия стороны ответчика, и производство данной экспертизы поручено экспертам ООО «Союз-Гарант», с возложением обязанности по оплате услуг эксперта на ФИО1 (том 1, л.д.177-178).

Согласно представленной квитанции ООО «Союз-Гарант» № от ДД.ММ.ГГГГ заказчик Сумарина В.С. (представитель истца ФИО1) оплатила за почерковедческую экспертизу 15 000 рублей (том 2, л.д.4).

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что исследованное заключение эксперта ООО «Союз-Гарант» суд использовал в качестве допустимого и относимого доказательства исковых требований по настоящему делу, и в связи с удовлетворением исковых требований суд признает требование истца о взыскании с ответчика расходов на производство экспертизы законным и обоснованным.

В обоснование расходов на оплату услуг представителя – адвоката Сумариной В.С. истцом ФИО1 представлены и судом исследованы: ордер № от ДД.ММ.ГГГГ. на представление интересов по соглашению № от ДД.ММ.ГГГГ. по иску ФИО1 к ответчику ФИО2 об оспаривании договора дарения (том 1, л.д.7), квитанция серии ЮР № от ДД.ММ.ГГГГ., выданной ФИО6 коллегией адвокатов Смоленской области об оплате адвокату Сумариной В.С. доверителем ФИО1 по соглашению № от ДД.ММ.ГГГГ за юридические услуги (оформление искового заявления об оспаривании договора дарения от 12.06.15г., участие по гражданскому делу) на общую сумму 30 000 рублей (том 2, л.д.3).

Оценивая размер расходов истца на участие представителя - адвоката Сумариной В.С., суд принимает во внимание сложность рассмотренного спора и его правовые последствия для истца, длительность рассмотрения дела, объем услуг, оказанных представителем, а также представленную копию Рекомендаций по оплате юридической помощи, оказываемой гражданам адвокатами, утвержденными Советом Адвокатской палаты Смоленской области ДД.ММ.ГГГГ, содержащими сведения о расходах на аналогичные услуги.

Фактическое участие представителя истца Сумариной В.С. в судебном разбирательстве по настоящему делу подтверждается протоколами судебных заседаний по делу: от ДД.ММ.ГГГГ. (предварительное судебное заседание), от ДД.ММ.ГГГГ), а также судебным заседанием от ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что объем услуг, оказанных представителем истцу ФИО1, включает: подготовку искового заявления и сбор доказательств, фактическое участие в пяти судебных заседаниях с необходимостью прибытия в суд из другого населенного пункта и формированием правовой позиции доверителя в суде, заявление ходатайств, ознакомление с материалами дела, уточнение исковых требований, представление дополнительных доказательств, суд признает заявленный размер вознаграждения представителю разумным, обоснованным и соразмерным рассмотренному спору и объему выполненной представителем работы.

Обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ, в суде не установлено.

По основанию, указанному в ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию также государственная пошлина, уплаченная истцом при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ в городе Ельня между ФИО3 и ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 издержки, связанные с рассмотрением дела, в том числе:

- расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей;

- расходы на оплату услуг эксперта в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей;

- расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Смоленского областного суда через Ельнинский районный суд Смоленской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Ерохова

Резолютивная часть решения вынесена и оглашена 03 июля 2017 года.

Решение в окончательной форме принято 07 июля 2017 года.