Решение № 2-4178/2025 от 6 ноября 2025 г. по делу № 2-4178/2025

Дело 2-4178/2025

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

П.Лумумбы ул., д. 48, г. Казань, <...>, тел. <***>, факс <***>

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань 23 октября 2025 года

Советский районный суд г. Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при секретаре судебного заседания Чопурян А.Н.

с участием прокурора Галиуллиной Э.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного жилищного фонда при Раисе РТ к Исполнительному комитету г. Казани, ФИО3, ФИО4 об истребовании жилого помещения из чужого незаконного владения, выселении,

УСТАНОВИЛ:

ГЖФ при Раисе РТ (далее также – Фонд, ГЖФ) обратилось в суд с иском, указывая, что на основании договора от <дата изъята>, заключенного между правопредшественником истца – Государственным внебюджетным фондом при Президенте РТ и Управлением капитального строительства г. Казани Фонд являлся инвестором и осуществлял права и обязанности заказчика на строительстве объекта – жилого <адрес изъят> (строительное обозначение – жилая часть блок секции 4.1А на 110 кв. в монолитном ж/б жилом <адрес изъят>). Данный многоквартирный дом строился в рамках подпрограммы по <адрес изъят> программы РТ на 2004 год Государственного жилищного фонда при Президенте РТ, утвержденной Постановлением Кабинета Министров от <дата изъята><номер изъят>. На основании указанного, исходя из положений ФЗ <номер изъят> от <дата изъята> «Об инвестиционной деятельности в РФ, осуществляемой в форме капитальных вложений», Фонд являлся правообладателем жилого помещения – <адрес изъят> по ул. <адрес изъят>. Данное жилое помещение в период с <дата изъята> до мая 2020 года предоставлялось истцом в аренду ФИО1 Однако <дата изъята> право собственности на указанное жилое помещение было зарегистрировано за муниципальным образованием г. Казань. В связи с этим истец просил суд истребовать из чужого незаконного владения МО <адрес изъят>, а также взыскать с ответчика в возмещение – расходы по оплате государственной пошлины.

Впоследствии исковые требования были ГЖФ при Раисе РТ дополнены и изменены. Истец указал, что постановлением Кабинета Министров РТ от <дата изъята> была утверждена Программа ликвидации ветхого жилого фонда и реконструкции кварталов ветхого жилья в РТ на 2003 год за счет средств ГЖФ при Президенте РТ, а постановлением Кабинета Министров от <дата изъята><номер изъят> принята Инвестиционная программа РТ на 2004 год Государственного жилищного фонда при Президенте РТ, в рамках которой действовала подпрограмма, согласно которой к распределению по Программе ликвидации ветхого жилого фонда было запланировано 4 330 квартир, а оставшиеся после отселения семей по данной Программе квартиры подлежали распределению по социальной ипотеке, то есть передано ГЖФ. Постановлением руководителя ИК МО г. Казани от <дата изъята><номер изъят> был утвержден перечень жилых помещений, находящихся в муниципальной собственности г. Казани, среди которых спорное жилое помещение отсутствовало, оно было включено в данный перечень лишь на основании постановления руководителя ИК МО г. Казани от <дата изъята><номер изъят>, то есть спустя более 14 лет (после составления первоначального перечня объектов муниципальной собственности), при этом все это время квартирой открыто и непрерывно владел, пользовался и распоряжался истец. Также в связи с тем, что <дата изъята> право собственности на жилое помещение было зарегистрировано за ФИО3 и ФИО4 на основании договора о приватизации истец изменил исковые требования, заявив об истребовании спорного жилого помещения из чужого незаконного владения указанных ответчиков, а также об их выселении из жилого помещения.

В ходе судебного разбирательства представители истца настаивали на удовлетворении иска, указав, что жилой дом, в котором находится спорная квартира, строился за счет ГЖФ при Президенте РТ, часть жилых помещений в нем передавалась в муниципальную собственность для расселения граждан в рамках Программы ликвидации ветхого жилого фонда, часть – распределялась определенным категориям граждан, а часть квартир оставалась и была принята на баланс Фонда для последующей реализации в рамках программы социальной ипотеки, при этом право собственности на такие квартиры за Фондом не регистрировалось, права собственника он осуществлял на основании указания в подпрограмме на передачу квартир по социальной ипотеке, а также поскольку являлся инвестором строительства – в силу закона. Спорной квартирой истец открыто и непрерывно владел и пользовался – она находится у него на балансе, он платил за жилищно-коммунальные услуги (сохранилось лишь одно платежное поручение за 2009 год), с 2009 года передавал в пользование на основании договоров аренды физическим лицам (которые в свою очередь оплачивали жилищно-коммунальные услуги), планировал впоследствии реализовать ее по программе социальной ипотеки. При этом ИК МО г. Казани права собственника в отношении жилого помещения не осуществлял, внес квартиру в реестр муниципальной собственности лишь в 2021 году после обращения в суд с иском к ФИО1 и ГЖФ о признании недействительным договора предоставления права пользования жилым помещением, признании ФИО1 не приобрётшим право пользования жилым помещением и его выселении.

Представители ответчика ИК МО г. Казани, третьего лица МКУ «Управление жилищной политики» ИК МО г. Казани возражали против удовлетворения заявленных исковых требований. Поясняли, что построенный жилой <адрес изъят> был принят целиком в муниципальную собственность и лишь некоторые жилые помещения в нем были переданы затем по договорам социальной ипотеки. Спорное жилое помещение среди других поступило в муниципальную собственность и на основании постановления Главы администрации Вахитовского района г. Казани от <дата изъята> было передано физическому лицу в рамках Программы ликвидации ветхого жилого фонда, однако данное лицо своим правом владения и пользования квартирой по всей видимости не воспользовалось. Акты о передаче квартир в данном доме в муниципальную собственность не сохранились, однако с учетом вынесенного Главой Администрации г. Казани постановления следует исходить из того, что жилое помещение поступило в муниципальную собственность и муниципальное образование распорядилось им, предоставив физическому лицу. В перечень объектов муниципальной собственности жилое помещение впоследствии было включено, право собственности на него зарегистрировано и установлено решением суда по делу <номер изъят>.

Ответчики ФИО3, ФИО4 также просили суд в иске ГЖФ при Раисе РТ отказать, поясняя, что длительное время состояли в списках нуждающихся в улучшении жилищных условий, данная квартира им необходима для проживания.

Представители третьих лиц МКУ «Комитет жилищно-коммунального хозяйства» ИК МО г. Казани, Министерства земельных и имущественных отношений РТ в судебное заседание своих представителей не направили, о слушании дела уведомлялись надлежащим образом.

Выслушав пояснения лиц, присутствующих в судебном заседании, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагающего, что иск подлежит отклонению, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

Конституция РФ в статье 40 провозглашает - каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

Далее, в соответствии со статьей 212 Гражданского кодекса РФ имущество может находиться в собственности граждан и юридических лиц, а также Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Права всех собственников подлежат судебной защите равным образом.

В силу статьи 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации (статья 219 Кодекса).

Как предусматривает статья 234 Кодекса, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Статья 301 Кодекса гласит - собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Положения статьи 302 Гражданского кодекса РФ предусматривают - если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

В соответствии с пунктом 4 статьи 302 Гражданского кодекса РФ суд отказывает в удовлетворении требования субъекта гражданского права, указанного в пункте 1 статьи 124 данного Кодекса, об истребовании жилого помещения у добросовестного приобретателя, не являющегося таким субъектом гражданского права, во всех случаях, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в государственный реестр записи о праве собственности первого добросовестного приобретателя жилого помещения.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" содержатся следующие разъяснения.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП, за исключением предусмотренных статьей 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя (пункт 13).

При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения (пункт 15).

По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

В силу пункта 4 статьи 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 16).

При рассмотрении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, предъявленного давностным владельцем, применению подлежат также положения статьи 302 ГК РФ при наличии соответствующего возражения со стороны ответчика (пункт 17).

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Факт включения недвижимого имущества в реестр государственной или муниципальной собственности, а также факт нахождения имущества на балансе лица сами по себе не являются доказательствами права собственности или законного владения (пункт 36).

Согласно статьям 196, 200 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В ходе судебного разбирательства по делу установлены следующие обстоятельства.

Постановлением Главы администрации г. Казани от <дата изъята> земельный участок площадью 1,7 га в микрорайоне 4 жилого массива «Азино-2» по <адрес изъят> был отведен Управлению капитального строительства администрации г. Казани для строительства многоэтажного кирпичного жилого дома.

Постановлением Кабинета Министров РТ <номер изъят> от 27.01.2003 была утверждена Программа ликвидации ветхого жилищного фонда в РТ на 2003 год за счет средств ГЖФ при Президенте РТ. Впоследствии согласно Постановлению Кабинета Министров РТ от <дата изъята><номер изъят> Постановление «Об утверждении программы ликвидации ветхого жилищного фонда в РТ на 2003 год» было признано утратившим силу.

Постановлением Кабинета Министров РТ <номер изъят> от 27.02.2004 утверждена Подпрограмма к Инвестиционной программе РТ на 2004 год ГЖФ при Президенте РТ, которой предусмотрен ввод в эксплуатацию среди других строительный объект «<номер изъят>.1А М-4 Азино-2». В примечании к данному документу указано, что 4 330 квартир планируется к распределению по Программе ликвидации ветхого жилья, 10 квартир – для участников Великой Отечественной Войны, 50 квартир – для работников УИН Минюста РТ, 70 квартир – сотрудника Казанского государственного университета им. В.И. Ульянова-Ленина, оставшиеся после отселения семей по Программе квартиры указано распределить по социальной ипотеке, 724 квартиры (в определенных названных домах) направить на коммерческую ипотеку.

На основании договора (государственного контракта) <номер изъят>ф от <дата изъята> с Управлением капитального строительства администрации г. Казани Государственный внебюджетный фонд при Президенте РТ исполнял функции инвестора на объекте строительства «Жилой части блок секции 4.1А на 110 кв. в монолитном ж/б жилом <адрес изъят>» (впоследствии данному жилому дому присвоен адрес <адрес изъят><адрес изъят>), а Управление капитального строительства администрации г. Казани было наделено правами и обязанностями заказчика на объекте строительства - по подготовке, проектированию, строительству и вводу в эксплуатацию данного объекта.

Управлением капитального строительства г. Казани <дата изъята> было получено разрешение на выполнение строительно-монтажных работ на объекте строительства.

Далее было вынесено решение государственной приемочной комиссии о приеме жилого дома, которому впоследствии присвоен адрес <адрес изъят><адрес изъят>. В качестве заказчика (застройщика) в комиссии участвовал представитель Управления капитального строительства администрации г. Казани.

В соответствии с постановлением Главы администрации г. Казани <номер изъят> от <дата изъята> был утвержден акт Государственной приемочной комиссии по 16,17 этажному жилому дому строительный номер <номер изъят>А в микрорайоне <номер изъят> Азино-<адрес изъят>), построенному Управлением капитального строительства г. Казани, разрешено ввести жилой дом в эксплуатацию.

Также был составлен акт приемки-передачи основных средств <номер изъят> о принятии указанного жилого дома от Управления капитального строительства г. Казани эксплуатирующей организацией – ОАО «Жилбытсервис» Советского района.

Спорное жилое помещение, находящееся в указанном завершенном строительством многоквартирном доме, – <адрес изъят> по ул. <адрес изъят>, согласно постановлению Главы администрации Вахитовского района г. Казани от <дата изъята> в рамках Программы ликвидации ветхого жилищного фонда было постановлено закрепить (для заселения) за ФИО2 Однако указанное лицо по неустановленным причинам в квартиру не вселилось.

Жилое помещение состояло на балансе ГЖФ при Президенте РТ (впоследствии – ГЖФ при Раисе РТ)

<дата изъята> ГЖФ при Президенте РТ заключило договор найма жилого помещения с ФИО5, а <дата изъята> договор найма был расторгнут. <дата изъята> ГЖФ при Президенте РТ заключило договор о предоставлении права пользования жилым помещением – квартирой 921 ФИО1, при этом в данном договоре не имеется ссылок на основания наличия у ГЖФ при Президенте РТ прав на данное жилое помещение, собственником помещения он в договоре не поименован.

<дата изъята> ИК МО г. Казани обратилось в суд с иском к ФИО1, ГЖФ при Президенте РТ о признании недействительным указанного договора о предоставлении права пользования жилым помещением, признании ФИО1 не приобретшим право пользования жилым помещением и выселении из него.

Постановлением руководителя ИК МО г. Казани <номер изъят> от <дата изъята> жилое помещение – <адрес изъят> было включено в перечень жилых помещений, находящихся в муниципальной собственности <адрес изъят>. <дата изъята> зарегистрирована собственность МО г. Казани на указанное жилое помещение.

Согласно решению Советского районного суда г. Казани по гражданскому делу по иску ИК МО г. Казани в ходе рассмотрения дела было установлено, что жилое помещение находится в муниципальной собственности, что подтверждается выпиской из ЕГРН. В иске решением суда было отказано, поскольку с мая 2020 года ФИО1 был выселен из жилого помещения, вывез все свои вещи и правопритязаний в отношении жилого помещения не имеет, регистрации по месту жительства в данной квартире не имеет; в требовании о признании сделки недействительной судом было отказано в связи с пропуском истцом срока исковой давности. Данный судебный акт обжалован не был, вступил в законную силу.

На основании договора социального найма от <дата изъята> квартира была передана во владение и пользование ФИО3 со вселением в нее в качестве члена семьи ФИО4

<дата изъята> право собственности на жилое помещение было зарегистрировано за ФИО3, ФИО4 на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан.

Судом также установлено следующее.

Как следует из Постановления Кабинета Министров РТ от <дата изъята><номер изъят>, главам администраций городов и районов РТ предписано жилые дома, построенные за счет средств государственного внебюджетного жилищного фонда РТ, включить в состав коммунальной собственности городов и районов.

Во исполнение данного Постановления Глава администрации г. Казани вынес постановление <номер изъят> от <дата изъята>, которым поручил включить объекты, построенные за счет ГЖФ РТ, в реестр муниципальной собственности г. Казани и закрепить принятые объекты за эксплуатирующими организациями, передавать их на баланс соответствующих эксплуатирующих организаций.

Постановлением Кабинета Министров РТ <номер изъят> от 15.10.2001 приведенное положение Постановления <номер изъят> было истолковано следующим образом – его реализация предполагает передачу жилых домов, построенных за счет средств ГЖФ, из республиканской собственности в коммунальную, передача недвижимости осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. На основании и во исполнение данного Постановления Глава администрации г. Казани постановил: Комитету по управлению муниципальным имуществом г. Казани - обеспечить включение объектов, построенных за счет средств ГЖФ РТ в реестр муниципальной собственности г. Казани (постановление <номер изъят> от <дата изъята>).

Исходя из приведенных обстоятельств дела суд приходит к выводу о том, что законным собственником спорного жилого помещения является Муниципальное образование г. Казань, поскольку многоквартирный жилой дом, где находится спорная квартира, был возведен в рамках подпрограммы к Инвестиционной программе РТ на 2004 год, Программы ликвидации ветхого жилого фонда, земельный участок первоначально был выделен Управлению капитального строительства г. Казани, оно же выступало заказчиком на строительстве, участвовало в принятии дома в эксплуатацию, ГЖФ РТ же выступало инвестором строительства, затем жилой дом в порядке, предусмотренном действовавшим в тот период законодательством и подзаконными актами, был передан согласно акту приема-передачи основных средств в эксплуатирующую организацию - ОАО «Жилбытсервис» Советского района. Обстоятельства того, что в указанный период – в 2004 году не была соблюдена в полном объеме процедура передачи построенного за счет средств ГЖФ РТ жилого дома – сначала в республиканскую собственность, после чего на основании актов – в коммунальную собственность (то есть собственность муниципального образования), а также отсутствие сохранившихся актов приема-передачи жилых помещений в доме в коммунальную собственность, свидетельствуют о том, что фактически жилой дом не был передан в собственность г. Казани с учетом положений действовавших законодательных актов Республики Татарстан и нормативных актов органов местного самоуправления. При этом жилые помещения в построенном доме в первую очередь предназначались для распределения по Программе ликвидации ветхого жилья, что и было сделано в отношении спорного жилого помещения распорядительным актом Главы администрации Вахитовского района г. Казани, сохранившимся в Государственном архиве РТ. Невключение спорного жилого помещения в перечень жилых помещений, находящихся в муниципальной собственности, при формировании данного перечня в Постановлении Руководителя ИК МО г. Казани <номер изъят> от <дата изъята> также не может служить опровержением того, что фактически жилое помещение поступило в муниципальную собственность в составе всего жилого дома и было распределено и предназначено конкретному гражданину на вселение в него в рамках Программы ликвидации ветхого жилого фонда, данное жилое помещение могло быть не учтено в перечне ввиду наличия распоряжения о предоставлении его для заселения гражданину либо по иным причинам.

Вместе с тем, оснований полагать, что целиком строительный объект мог перейти в собственность ГЖФ РТ, исходя из анализа действовавшего законодательства, не имеется, на баланс Фонда поступили лишь некоторые жилые помещения в жилом доме (оставшиеся после распределения по Программе ликвидации ветхого жилья и по иным основаниям) – около 30 жилых помещений, право собственности на которые за Фондом не регистрировалось в силу его учредительных документов, данные помещения были переданы в рамках программы социальной ипотеки гражданам. Актов приема-передачи жилых помещений, в том числе спорного жилого помещения, от уполномоченных органов ГЖФ РТ суду предоставлено не было. При этом лишь одно жилое помещение в доме числилось и продолжает числиться на балансе ГЖФ не как распределенное (подлежащее распределению) по программе социальной ипотеки, а как передаваемое в аренду – это спорное жилое помещение (предоставленные истцом документы, свидетельствующие о кратковременной – в течение 5 месяцев – передаче другого жилого помещения в доме в аренду до реализации его по договору социальной ипотеки в 2007 году, не могут говорить о том, что освоение жилых помещений с оставлением их на балансе ГЖФ РТ без передачи по договорам социальной ипотеки является обычной практикой хозяйственной деятельности Фонда). Данное обстоятельство в совокупности с отсутствием государственной регистрации права собственности на жилое помещение за истцом свидетельствует о том, что в права собственности в отношении спорного жилого помещения ГЖФ не вступил, по договору социальной ипотеки (что было предусмотрено для оставшихся в доме жилых помещений после распределения по другим основаниям) жилое помещение не реализовал.

Истец в обоснование своих доводов о том, что он является собственником спорного жилого помещения, ссылается на то, что, как к инвестору строительства многоквартирного дома, к нему перешло право собственности на вновь созданный объект (и все помещения в нем) по закону, ГЖФ действует на основании Закона РТ №69-ЗРТ от 09.12.2004 «О государственной поддержке развития жилищного строительства в РТ» и Устава, в пункте 8.3 которого (в редакции от 30.12.2004) содержится положение о том, что собственностью Фонда является созданное им в процессе своей деятельности, приобретенное или переданное физическими и юридическими лицами имущество. Кроме того, истец указывает на то, что Подпрограмма к Инвестиционной программе РТ на 2004 год ГЖФ при Президенте РТ, которой предусмотрен ввод в эксплуатацию среди других строительный объект «<номер изъят>», содержит положение о том, что оставшиеся после отселения семей по Программе квартиры подлежат распределению по социальной ипотеке, а в функции Фонда входит реализация жилья на принципах социальной ипотеки.

Суд считает необходимым данные доводы отклонить, поскольку из анализа положений Федерального закона от 25.02.1999 "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" не следует, что построенные с привлечением средств инвестора объекты во всех случаях переходят в собственность инвестора, не содержится такого положения и в Законе РТ №69-ЗРТ от 09.12.2004 «О государственной поддержке развития жилищного строительства в РТ». Также у суда нет оснований руководствоваться в своих выводах о принадлежности спорного жилого помещения положениями Устава Фонда в части указания на то, что все созданное им в процессе своей деятельности имущество является собственностью Фонда, поскольку данный документ является учредительным документом организации, в то время как нормы действовавших в части рассматриваемой ситуации нормативно-правовых актов, обязательных для исполнения неограниченным числом лиц, - Постановлений Кабинета Министров РТ, приведенные выше, говорят прямо об обратном, а именно о том, что жилые дома, построенные за счет средств государственного внебюджетного жилищного фонда РТ, подлежат включению в состав коммунальной (муниципальной) собственности городов и районов. Кроме этого, суд принимает во внимание, что Подпрограмма к Инвестиционной программе РТ на 2004 год ГЖФ при Президенте РТ, на которую ссылается в своих доводах истец, указывает на передачу оставшихся жилых помещений не в собственность и на баланс инвестора - ГЖФ РТ, а именно на распределение таких жилых помещений по программе социальной ипотеки, что в отношении рассматриваемого жилого помещения сделано Фондом не было.

Суд также не считает возможным отнести истца к давностному владельцу жилого помещения, поскольку надлежащих доказательств открытого и непрерывного владения жилым помещением как своим собственным в течение 15 лет истец суду не представил – в частности, не представлено доказательств владения жилым помещением Фондом до 2009 года, когда квартира была передана Фондом в пользование нанимателю, а также оплачивалась задолженность по жилищно-коммунальным услугам в пользу управляющей организации. Срок же с 2009 года по май 2020 года, когда второй пользователь жилого помещения по договору с Фондом – ФИО1 выехал из него, а в октябре 2020 года ИК МО г. Казани обратился в суд с иском о признании его не приобретшим право пользования жилым помещением и признании договора между ФИО1 и Фондом недействительным, впоследствии зарегистрировав право муниципальной собственности на квартиру, составляет менее 15 лет. Каких-либо доказательств владения и пользования квартирой в период до 2009 года и после 2020 года истец суду не предоставил. Также следует отметить, что действия истца в отношении жилого помещения – передача его по договорам во временное пользование физическим лицам, сохранение на балансе организации – не свидетельствуют в полном объеме о владении жилым помещением как своим собственным, при этом за регистрацией своих прав в отношении жилого помещения ГЖФ не обращался, по договору социальной ипотеки также жилое помещение не реализовал, доказательств содержания жилого помещения и регулярной оплаты за жилищно-коммунальные услуги суду представлено не было. Как следует из сведений Государственного архива РТ поквартирных карточек, карточек прописки на спорное жилое помещение не обнаружено.

Кроме того, суд учитывает в этой части, что в силу пункта 4 статьи 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 16 постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от <дата изъята>).

С учетом изложенного, поскольку истцом - ГЖФ при Раисе РТ не предоставлено доказательств нахождения спорного жилого помещения в его законной собственности, то правовых оснований для удовлетворения исковых требований об истребовании данного жилого помещения из владения ответчиков ФИО3 и ФИО4 и их выселении из данного жилого помещения не имеется, с учетом чего суд в иске отказывает в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Государственного жилищного фонда при Раисе РТ к Исполнительному комитету г. Казани, ФИО3, ФИО4 об истребовании жилого помещения из чужого незаконного владения, выселении отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РТ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд.

Судья Шадрина Е.В.

Мотивированное решение составлено 07.11.2025