Апелляционное постановление № 10-36/2024 от 20 августа 2024 г. по делу № 1-8/2024

Мировой судья Заворухин И.В. Дело № 10-36/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 августа 2024 года г. Архангельск

Октябрьский районный суд г. Архангельска в составе:

председательствующего судьи Диденко И.А.,

при секретаре Поповой В.Э.,

с участием частного обвинителя ФИО1,

защитника оправданной ФИО2 – адвоката Швакова Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе частного обвинителя ФИО1 на приговор мирового судьи судебного участка № 2 Октябрьского судебного района города Архангельска от 27 апреля 2024 года, которым

ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка Российской Федерации,

оправдана по частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ,

изучив материалы дела, содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и дополнений к ней, заслушав выступления частного обвинителя ФИО1, мнение защитника оправданной адвоката Швакова Д.А.,

УСТАНОВИЛ:

приговором мирового судьи судебного участка № 2 Октябрьского судебного района города Архангельска от 27 апреля 2024 года ФИО2 оправдана по обвинению ее частным обвинителем ФИО1 в клевете, то есть распространении заведомо ложных сведений, порочащих его честь и достоинство.

Суть частного обвинения подробно изложена в приговоре мирового судьи.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней частный обвинитель ФИО1 высказывает несогласие с приговором мирового судьи, считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, об отсутствии доказательств умысла ФИО2 на распространение в отношении него ложных сведений, а ее пояснения сотруднику полиции при даче объяснений 9 февраля 2022 года являются ее оценочными суждениями, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, считает, что выводы суда о том, что дача объяснений сотруднику полиции не может являться распространением порочащих сведений, основаны на неверном толковании норм уголовного закона.

Приводит доводы, что мировым судьей сторона обвинения была ограничена в процессуальных правах на представление доказательств, частным обвинителем несвоевременно была получена копия приговора, не был определен порядок судебного разбирательства, при допросе свидетеля И.П.А. мировой судья необоснованно отклонял большинство вопросов, свидетель допрашивался с временными промежутками в разных судебных заседаниях, безосновательно отклонил ходатайства стороны обвинения о вызове свидетелей (в том числе П.Р.А., П.С.Н., С.Е.А., М.И.В.), согласовывая их (ходатайства) с стороной защиты, безосновательно отклонял ходатайства об истребовании доказательств, о приобщении доказательств стороны обвинения, не согласен с изложенным в приговоре выводом, что ФИО2 отвечала на вопросы обвинителя, не согласен с выводами мирового судьи, что обвинителем не представлено в совокупности доказательств заведомой ложности представленных ФИО2 порочащих сведений, считает, что порочащими и не соответствующими действительности являются сообщенные ФИО2 сотруднику полиции при даче объяснений 9 февраля 2022 года сведения о наличии у частного обвинителя двух дипломов, не позволяющих ему заниматься воспитательной деятельностью, сообщение неполного наименования должности частного обвинителя, отказ частного обвинителя от предложенной ему необходимости прохождения переподготовки, умолчала о том, что частный обвинитель прошел два курса повышения квалификации, сообщила, что именно в силу отсутствия у частного обвинителя диплома о переподготовке было принято решение о его сокращении, о наличии у частного обвинителя дисциплинарного взыскания, об отказе частного обвинителя от проведения экспертизы плана мероприятий Росморречфлота при рассмотрении в Октябрьском районном суде г. Архангельска гражданского дела, о наличии в филиале обязательного для исполнения плана мероприятий Росморречфлота от 9 апреля 2015 года, о совершении частным обвинителем действий из чувства мести, о проверке законности увольнения частного обвинителя двумя профсоюзными организациями. Полагает, что мировой судья затянул срок рассмотрения уголовного дела, а 19 апреля 2024 года судебное заседание было начало позднее на 31 минуту назначенного времени, указывает на необоснованное удаление из зала судебного заседания слушателя.

В дополнениях к апелляционной жалобе частный обвинитель ФИО1 указывает, что мировым судьей не предоставлена возможность допросить ФИО2, последняя отказалась отвечать на вопросы, повторяет доводы, что мировой судья снимал вопросы частного обвинителя, задаваемые им свидетелям, безосновательно отказал в удовлетворении ходатайств о вызове свидетелей, считает, что в декабре 2023 года мировым судьей безосновательно были запланированы судебные заседания до марта 2024 года, выражает сомнения относительно достоверности протокола судебного заседания, не согласен с приобщением к материалам уголовного дела документов, повторяет доводы, изложенные в апелляционной жалобе о несоответствии выводов мирового судьи фактическим обстоятельствам дела, о том, что мировым судьей не дано правовой оценки сведениям, сообщенным ФИО2 при даче объяснений 9 февраля 2022 года, изложенным выше, а также об обязательности для исполнения всеми учебными заведениями плана мероприятий Росморречфлота от 9 апреля 2015 года после его публикации, о наличии в филиале педагогического совета, о проведении оценки на соответствие частным обвинителем занимаемой должности, о том, что не оценены объяснения И.П.А. из материалов процессуальной проверки №, не согласен с выводами мирового судьи в части оценки материалов процессуальной проверки. Полагает, что мотивом действий ФИО2 являлась попытка скрыть перед сотрудником полиции ее, а также директора филиала и проректора университета, незаконные действия по сокращению и увольнению частного обвинителя без законных оснований.

В поименованном частным обвинителем ФИО1 заявлении, поступившем в суд 19 августа 2024 года, что суд расценивает как дополнение к апелляционной жалобе, частным обвинителем приводятся доводы о наличии в материалах уголовного дела представленного стороной защиты протокола видео-совещания при проректоре по развитию филиалов от 9 октября 2018 года, который отличается от имеющегося в филиале официального документа в части наличия резолюции директора филиала и штампа о его регистрации с входящим номером, что, по мнению частного обвинителя, является фальсификацией доказательств стороной защиты, при этом мировой судья не вправе был заверять представленную стороной защиты копию документа и приобщать ее к материалам дела, просит признать копию протокола видео-совещания при проректоре по развитию филиалов от 9 октября 2018 года недопустимым доказательством.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу защитник оправданной Шваков Д.А. просит жалобу частного обвинителя ФИО1 оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи от 27 апреля 2024 года без изменения.

В судебном заседании частный обвинитель ФИО1 апелляционную жалобу поддержал, указав на несогласие с оценкой мирового судьи фактических данных, установленных в ходе судебного разбирательства.

Защитник оправданной ФИО2 – адвокат Шваков Д.А. в судебном заседании просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи – без изменения.

Проверив материалы дела, заслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции по апелляционным жалобам, представлениям проверяет законность, обоснованность, справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Частью 1 статьи 128.1 УК РФ установлена ответственность за клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. По смыслу закона заведомая ложность сведений означает, что виновный знает об их явном несоответствии действительности. Такие сведения должны обязательно содержать информацию об определенных выдуманных поступках или фактах и быть порочащими честь и достоинство личности, то есть представлять собой измышления о якобы совершенных потерпевшим конкретных деяниях или событиях его жизни, которые обществом воспринимаются в качестве позорящих, заслуживающих порицания.

Объективная сторона выражается в действиях по распространению заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. В случае, когда ложные сведения не являются порочащими, ответственность за клевету исключается. Под честью понимается общественно-моральное достоинство, то, что вызывает и поддерживает общее уважение, чувство гордости. Достоинство - это совокупность свойств, характеризующих высокие моральные качества, а также сознание ценности этих свойств и уважения к себе. Репутация - создавшееся в обществе мнение о достоинствах и недостатках способностей личности.

Субъективная сторона данного преступления характеризуется умыслом. Лицо должно осознавать, что распространяет именно ложные сведения, т.е. не соответствующие действительности. Если лицо, распространяющее ложные измышления, добросовестно заблуждалось относительно соответствия действительности распространяемых им сведений, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности за клевету.

Бремя доказывания обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ, в том числе и наличия умысла на совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, лежит на частном обвинителе, который должен доказать не только ложность распространенных о нем сведений, но и заведомый характер этой лжи.

В соответствии с ч. 4 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

Вывод мирового судьи о невиновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления, соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, изложенных и получивших оценку в приговоре.

В рассматриваемом случае дача оправданной объяснений 9 февраля 2022 года в ходе ее опроса в рамках процессуальной проверки не может служить основанием для привлечения опрашиваемого лица к уголовной ответственности, так как не свидетельствует о наличии у нее умысла на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого человека.

Так, согласно протоколу опроса от 09 февраля 2022 года ФИО2 давала пояснения оперуполномоченному ОЭБиПК УМВД России по г. Архангельску С.В.А. после разъяснения ей процессуальных прав, свои ответы на вопросы должностного лица свидетельствовала собственноручной подписью, удостоверяющей, что ответ с ее слов записан верно. Отвечая на вопросы, как это запротоколировано в протоколе опроса, ФИО2 высказывала свою точку зрения и личное мнение на поставленный вопрос.

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель С.В.А. показал, что им в ходе проверки по заявлению ФИО1 проведен опрос ФИО2 Протокол опроса от 9 февраля 2022 года был составлен им по результатам ответов ФИО2 на вопросы, следовавшие из существа заявления ФИО1 Ответы ФИО2 приведены в протоколе осмотра в указанной ею формулировке.

Из показаний свидетеля И.П.А. следует, что ФИО2 работает начальником отдела кадров в <данные изъяты>. Ему известно, что ФИО1 был уволен по сокращению штата. Указал, что ходил в полицию по заявлениям частного обвинителя около четырех раз, три из них представлял интересы института по доверенности, давал объяснения и один раз его просто опрашивали. Содержание объяснения ФИО2 от 9 февраля 2022 года ему неизвестно, поскольку сотрудники полиции с материалами проверки его не знакомили. Полагает, что все связано с увольнением ФИО1 и иском о восстановлении на работе, при этом уже есть решение суда по обстоятельствам увольнения ФИО1, которое вступило в законную силу.

ФИО2 показала, что цели оклеветать ФИО1 не преследовала, в ходе опроса 9 февраля 2022 года отвечала на поставленные оперуполномоченным вопросы по обстоятельствам увольнения ФИО1, сообщала сведения о том, что лично ей известно, что она может пояснить, какое ее мнение на доводы ФИО1 по его заявлению, которое послужило основанием для проведения проверки, то есть она высказывала свое частное мнение, свою оценку ситуации по доводам заявления ФИО1

Частный обвинитель ФИО1 в суде первой инстанции настаивал на ложности сведений, предоставленных ФИО2 при ее опросе сотрудником полиции.

В суде первой инстанции по ходатайству частного обвинителя ФИО1 были исследованы материалы процессуальной проверки № по заявлению ФИО1 о возможных признаках преступлений в действиях должностных лиц <данные изъяты> при увольнении сотрудников, в том числе и его (ФИО1).

Исследованная судом первой инстанции совокупность доказательств не позволяет сделать вывод о совершении ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, так как не указывает на то, что сведения, изложенные ФИО2 при ее опросе, носили заведомо ложный характер и она действовала с прямым умыслом.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции по ходатайству частного обвинителя были исследованы трудовой договор от 11 января 2016 года №, согласно которому ФИО1 принят <данные изъяты> на должность заместителя директора по воспитательной работе и безопасности, приказ от 12 января 2016 года №-к о приеме ФИО1 на работу, ответ директора филиала П.С.Н. от 14 января 2019 года о том, что план мероприятий Росморречфлота от 9 апреля 2015 года не может быть представлен и заверен, в связи с тем, что не является документом, изданным в институте, однако данные документы не свидетельствуют о наличии в действиях ФИО2 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, как не опровергают и выводы мирового судьи.

Вопреки доводам апелляционной жалобы выводы мирового судьи, изложенные в оправдательном приговоре, подтверждены совокупностью исследованных доказательств.

Сообщенные ФИО2 сведения обоснованно признаны мировым судьей оценочными суждениями и ее субъективным личным мнением с учетом формулировок, использованных в оспариваемом частным обвинителем протоколе опроса.

Данных о том, что сообщенные ФИО2 сведения являлись ее утверждениями о фактах и событиях, не имевших место в действительности, и действовала она с прямым умыслом опорочить честь и достоинство и подорвать репутацию ФИО1, суду не представлено.

Постановляя оправдательный приговор, мировой судья руководствовался требованиями ст. 14 УПК РФ, согласно которой обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, толкуются в его пользу, а потому пришел к обоснованному выводу о том, что неоспоримых доказательств вины ФИО2 в клевете, то есть в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство ФИО1, по делу не имеется.

Принимая во внимание, что по делу не имелось доказательств виновности ФИО2 в клевете, мировой судья пришел к обоснованному выводу о необходимости оправдать ее по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

Мировым судьей соблюдены состязательность и равноправие сторон, участникам судебного разбирательства была предоставлена возможность представить свои доказательства, судебное заседание проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, порядок судебного разбирательства, в том числе порядок исследования доказательств, предусмотренный ст. 274 УПК РФ, соблюден.

Все ходатайства, в том числе о вызове свидетелей, об истребовании доказательств, о приобщении доказательств стороны обвинения, разрешены мировым судьей в соответствии с ст. 256 УПК РФ с учетом мнения сторон. То обстоятельство, что принятое мировым судьей решение не совпадает с позицией частного обвинителя, не свидетельствует о незаконности принятого решения.

Мировой судья исследовал представленные доказательства и в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ изложил в приговоре установленные обстоятельства уголовного дела, а также конкретные основания оправдания ФИО2

Тот факт, что мировой судья отклонял вопросы ФИО1 к свидетелю И.П.А., что свидетель допрашивался с перерывом и в разных судебных заседаниях, на что обращает внимание частный обвинитель, не являются нарушениями уголовно-процессуального закона и не влекут признание принятого итогового решения по делу незаконным.

Доводы частного обвинителя о том, что копия приговора ему была вручена за пределами срока, установленного ст. 312 УПК РФ, не свидетельствует о незаконности принятого решения по существу частного обвинения.

Приведенные доводы ФИО1 о том, что в приговоре отражено, что свидетель И.П.А. и ФИО2 отвечали на вопросы, сформулированные частным обвинителем, что на самом деле не соответствует действительности, поскольку ФИО2 в судебном заседании отказалась отвечать на вопросы ФИО1, основаны на неверной трактовке содержания приговора. В данном случае в приговоре изложены показания И.П.А., данные в судебном заседании, согласно которым на вопрос частного обвинителя он отвечал, что он и ФИО2 при опросе в рамках процессуальной проверки отвечали на вопросы, сформулированные частным обвинителем.

Доводы частного обвинителя ФИО1 о том, что мировым судьей не предоставлена возможность допросить ФИО2, не могут быть приняты во внимание, поскольку ФИО2, отказываясь отвечать на вопросы частного обвинителя, воспользовалась своим правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

Обстоятельства увольнения ФИО1 являлись предметом рассмотрения суда в порядке гражданского судопроизводства и не подлежат оценке, поскольку выходят за рамки рассмотрения уголовного дела, как не подлежат оценке и выходящие за рамки рассмотрения уголовного дела результаты процессуальной проверки № заявлению ФИО1 о возможных признаках преступлений в действиях должностных лиц <данные изъяты> при увольнении сотрудников, в том числе и его (ФИО1).

Доводы ФИО1 о том, что мировой судья затянул рассмотрение уголовного дела не нашли своего подтверждения, поскольку неоднократные перерывы в судебных заседаниях были вызваны удовлетворением ходатайств самого частного обвинителя в том числе о необходимости подготовки к дальнейшему представлению доказательств. Начало судебного заседания 19 апреля 2024 года на 31 минуту позднее назначенного времени не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущем безусловную отмену приговора. Планирование рассмотрения уголовного дела с учетом его объема, сложности, в том числе на несколько судебных заседаний вперед, относится к компетенции судьи, рассматривающего дело, и не является нарушением уголовно-процессуального закона.

Доводы частного обвинителя ФИО1 о наличии в материалах уголовного дела представленного стороной защиты протокола видео-совещания при проректоре по развитию филиалов от 9 октября 2018 года, который отличается от имеющегося в филиале официального документа в части наличия резолюции директора филиала и штампа о его регистрации с входящим номером, что, по мнению частного обвинителя, является фальсификацией доказательств стороной защиты, суд во внимание не принимает, поскольку данный документ не приведен в приговоре в качестве доказательств и не оценивался мировым судьей в соответствии с ст. 88 УПК РФ при принятии решения. По указанным причинам суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания данного документа недопустимым доказательством. По аналогичным основаниям суд не принимает во внимание доводы ФИО1 о том, что мировым судьей приобщен к материалам дела ответ и.о. директора филиала Г.П.В., данный документ не приведен в приговоре в качестве доказательств и не оценивался мировым судьей.

Позиция ФИО1 о сомнении относительно достоверности протокола судебного заседания, судом апелляционной инстанции во внимание не принимается. Протокол судебного заседания составлен в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ и отражает ход судебного заседания, а также содержание и последовательность произведенных действий, в том числе вопросы участников процесса и ответы на них, а также выступления и пояснения сторон. В протоколе приведено содержание показаний допрошенных лиц, при этом протокол судебного заседания не является стенограммой, в которой дословно должен воспроизводиться ход процесса, в связи с чем суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО1 о недостоверности протокола судебного заседания, в том числе в части фиксации допросов И.П.А. и С.В.А.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований ст. 241 УПК РФ в условиях гласности в открытом судебном заседании. Факт принудительного удаления из зала судебного заседания слушателя, на что обращает внимание частный обвинитель ФИО1, исходя из материалов уголовного дела, в том числе протокола и аудиозаписи судебного заседания, не нашел своего подтверждения.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено.

Само по себе несогласие автора апелляционной жалобы с судебным решением, оценкой судом доказательств, не влечет отмену или изменение приговора.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК Российской Федерации, суд

постановил:

Приговор мирового судьи судебного участка № 2 Октябрьского судебного района г. Архангельска от 27 апреля 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу частного обвинителя ФИО1 с дополнениями – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Председательствующий И.А. Диденко