Решение № 2А-1743/2024 2А-1743/2024~М-1356/2024 М-1356/2024 от 8 сентября 2024 г. по делу № 2А-1743/2024

Дело № 2а-1743/2024 КОПИЯ

59RS0035-01-2024-002114-61


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 сентября 2024 года г.Соликамск

Соликамский городской суд Пермского края в составе

председательствующего судьи Мошева А.А.,

при помощнике судьи Шунковой В.В.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административного ответчика ФСИН России, <данные изъяты>, заинтересованного лица <данные изъяты> ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Островского <П.Е,> к <данные изъяты> об оспаривании ответа на обращение, взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФСИН России о признании незаконным ответа ФСИН России об отказе в переводе в иное исправительное учреждение – <данные изъяты>, возложении обязанности пересмотреть данное решение, перевести его в <данные изъяты>, взыскании компенсации в размере <данные изъяты> руб.

В обоснование требований указал, что с 15.02.2018 отбывает наказание по приговору суда в <данные изъяты>. До осуждения проживал в <...> приморского края, где также проживают и его близкие родственники. На территории <...> также имеется исправительное учреждение с особым режимом для осужденных с пожизненным лишением свободы, которое ближе расположено к месту его проживания до осуждения и места жительства его близких родственников. 25.03.2024 он обратился в ФСИН России с заявлением о переводе его в указанное исправительное учреждение, вместе с тем, как следует из ответа ФСИН России, в переводе ему было отказано. С ответом ФСИН России он не согласен, так как нарушает его права, поскольку делает невозможным поддерживать его социальные связи.

Административным истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске, указал, что его близкие родственники не могут приехать к нему из-за отдаленности исправительного учреждения, необходимости несения финансовых затрат на проезд, длительности проезда до места его нахождения, вынужден поддерживать отношения только перепиской. В период нахождения в следственном изоляторе <...> с 2020 года по 2022 год к нему на свидания неоднократно приходили его близкие родственники.

Представитель административного ответчика ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, заинтересованного лица ФКУ ИК-2 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, указав, что ответ на обращения ФИО7 дан, получен им, о чем было сообщено в судебном заседании. На момент определения места отбывания наказания ФИО1 места отбывания наказания исправительное учреждение с особым режимом на территории <...> не функционировало, в настоящее время каких-либо исключительных оснований для перевода ФИО1 не имеется.

Заинтересованное лицо Управление исполнения приговоров и специального учета ФСИН России, извещались о месте и времени судебного заседания, не явились.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовал письменные материалы дела в их совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ФИО1 с 15.02.2018 отбывает наказание по приговору суда в <данные изъяты>, в период с 01.04.2020 до 25.06.2022 этапировался в следственный изолятор, с 25.06.2022 продолжает отбывать наказание в ФКУ ИК-2 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю (л.д.37-38)

25.03.2024 осужденный ФИО1 обратился во ФСИН России по вопросу перевода в исправительное учреждение <данные изъяты>.

Как следует из представленного обращения ФИО3, он просил перевести его в исправительное учреждение <данные изъяты> как расположенное ближе к месту жительства его родственников.

Из ответа ФСИН России от 25.04.2024 <данные изъяты> следует, что в переводе ФИО1 отказано, поскольку оснований, предусмотренных законом, а также обстоятельств, препятствующих дальнейшему отбыванию наказания в <данные изъяты> не имеется.

Согласно письма <данные изъяты> от 05.08.2024 № <данные изъяты> следует, что ФИО1 обратился с заявлением от 25.03.2024 о переводе в исправительное учреждение, расположенное ближе к месту жительства близких родственников. Указано, что оснований для перевода ФИО1 не установлено. Указано, что исправительное учреждение <данные изъяты> функционирует с октября 2017 года, на момент определения места отбывания наказания (18.08.2017), проводились мероприятия по созданию условий для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы.

Порядок направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания и их перевода из одного исправительного учреждения в другое установлен Инструкцией о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 26.01.2018 № 17.

Перевод осуществляется ФСИН России на основании мотивированного заключения территориального органа УИС о переводе (далее - заключение о переводе).

В заключении о переводе должны содержаться следующие сведения: фамилия, имя, отчество (при наличии) осужденного; место регистрации до ареста; гражданство; сведения о судимостях; отбывал ли ранее наказание в местах лишения свободы; дата вынесения судом приговора, каким судом вынесен приговор, статья(и) Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой(ым) осужденный привлечен к ответственности, назначенный срок и вид наказания, режим исправительного учреждения, информация о вступлении приговора суда в законную силу; начало и конец срока наказания; в отношении осужденных, подлежащих направлению в тюрьму, - назначенный срок отбывания наказания в тюрьме; начало и конец срока отбывания наказания в тюрьме - в отношении осужденных, подлежащих переводу из тюрьмы в исправительную колонию; номер исправительного учреждения, в котором содержится осужденный; информация об исправительных учреждениях (СИЗО УИС), в которых содержался осужденный до прибытия в данное исправительное учреждение, с указанием оснований перемещения; сведения о том, на каком виде специального и профилактического учета состоит или состоял; информация об отсутствии (наличии) у осужденного противопоказаний для отбывания наказания в отдельных местностях Российской Федерации в соответствии с Перечнем медицинских противопоказаний.

Заключение о переводе утверждается начальником территориального органа УИС либо лицом, его замещающим.

Утвержденное территориальным органом УИС заключение о переводе с материалами направляется во ФСИН России.

Согласно ч.11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Как следует из материалов дела, что не оспаривается и стороной ответчиков, ФИО1 до осуждения проживал на территории <данные изъяты>, где в настоящее время проживают его близкие родственники (л.д.7-12).

На основании указания ФСИН России ФИО1 отбывает наказание в <данные изъяты>.

Согласно ст. 81 УИК РФ Перевод осужденного к лишению свободы для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. По письменному заявлению осужденного, направленного для отбывания наказания в соответствии с частью первой, второй или третьей статьи 73 настоящего Кодекса, либо с его согласия по письменному заявлению одного из его близких родственников по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы при наличии возможности размещения осужденного один раз в период отбывания наказания осужденный может быть переведен для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида, расположенное на территории субъекта Российской Федерации, в котором проживает один из его близких родственников, либо при невозможности размещения осужденного в исправительном учреждении, расположенном на территории указанного субъекта Российской Федерации, в исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации, наиболее близко расположенного к месту жительства данного близкого родственника, в котором имеются условия для размещения осужденного. Перевод для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осужденных за преступления, указанные в части четвертой статьи 73 настоящего Кодекса, а также осужденных, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, допускается по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. Если окончание срока наказания осужденного может наступить в пути следования при его переводе из одного исправительного учреждения в другое, такой осужденный переводу в другое исправительное учреждение не подлежит. Порядок перевода осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

В соответствии с частью 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены.

Согласно ч.4 ст.73 УИК РФ, осужденные за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, частями первой, первой.1 и третьей статьи 282.1, частями первой, первой.1 и третьей статьи 282.2, статьей 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные за иные преступления, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.

Таким образом, приведенное правовое регулирование, не предполагая произвольного определения места отбывания осужденным наказания, устанавливает открытый перечень исключительных обстоятельств, при которых допускается перевод из одного исправительного учреждения в другое, и корреспондирует положениям международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в соответствии с которыми заключенные должны по возможности направляться для отбывания наказания в расположенные вблизи от дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждения.

На данное обстоятельство также неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, в определениях от 28 марта 2017 года N 562-О и N 599-О.

Статьей 33 Конституции Российской Федерации в качестве одной из конституционных гарантий закреплено право граждан Российской Федерации обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Административный истец обратился с настоящим иском в суд, обосновывая тем, что исправительное учреждение находится на значительном удалении от места его проживания, это нарушает социальные и семейные связи.

Статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которого в силу статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его определенных прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

Устанавливая в качестве одного из видов наказания лишение свободы, государство действует как в своих интересах, так и в интересах общества и его членов. Исполнение этого наказания изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими людьми и имеет определенные морально-психологические последствия, ограничивая тем самым не только его права и свободы как гражданина, но и его права как личности, что связано с противоправным поведением виновного и обусловливается необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 года N 155-О).

Само по себе местоположение <данные изъяты> и его удаленность от места жительства осужденного и его близких родственников <данные изъяты> о нарушении административным ответчиком ФСИН России прав административного истца не свидетельствуют

Непреодолимые препятствия для административного истца иметь свидания с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры, которые регламентированы нормами УИК РФ, то есть поддерживать социальные связи не зависят от места нахождения исправительного учреждения.

Как следует из материалов дела, о чем неоднократно сообщалось административным истцом в судебном заседании, что стороной ответчика не оспаривалось, ФИО1 поддерживает социальные связи с родственниками посредствам телефонных переговоров, почтовой переписки, а также путем получения посылок.

Согласно справки <данные изъяты>, в период с 11.08.20216 по 01.06.2024 Островскому предоставляемые краткосрочные и длительные свидания были заменены им на телефонные разговоры (л.д.25).

Как следует из карточки учета свиданий, выдачи передач, посылок и бандеролей, ФИО1 на протяжении 2018-2024 годы неоднократно получал посылки, передачи, бандероли, в том числе от ФИО8, ФИО9, в 2018 году трижды заменил свидания на телефонные разговоры, в 2019 года – дважды, в 2020 году – один раз (л.д.39-42).

Как следует из учетно-адресатной карточки, ФИО1 регулярно, на протяжении 2018-2024 году осуществляет переписку с близкими родственниками.

Как следует из материалов личного дела осужденного ФИО1, он, в период нахождения в следственном изоляторе в 2020-2022 годы, получал передачи от близких родственников, имел свидания.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оспариваемый ответ не противоречит государственной политике сохранения семьи; оснований полагать, что в отношении административного истца и членов его семьи допущено чрезмерное вмешательство государства в личную (семейную) жизнь, не имеется.

Невозможность осужденным ФИО1 поддерживать семейные связи во время отбывания наказания в виде лишения свободы в судебном заседании не установлена.

При принятии судом решения судом учитываются и разъяснения, содержащиеся в абзаце втором пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", при рассмотрении административных исковых заявлений осужденных к лишению свободы, оспаривающих их направление в исправительные учреждения, находящиеся за пределами территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, судам следует устанавливать наличие возможности (невозможности) на момент направления таких лиц их размещения в имеющихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации исправительных учреждениях необходимого вида.

В судебном заседании установлено, что на момент определения ФСИН России места отбывания наказания, исправительное учреждение на территории <...> не функционировало.

Оценив собранные по административному делу доказательства в их совокупности суд приходит к выводу о том, что оснований полагать оспариваемый истцом ответ ФСИН России не соответствующим требованиям закона, нарушающим права административного истца, не имеется, поскольку по месту жительства истца отсутствуют исправительные учреждения для отбывания наказания в виде пожизненного лишения свободы, обращение ФИО1 рассмотрено в установленном порядке, уполномоченным лицом, административному истцу направлен ответ по существу поставленных в обращении вопросов, оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, таких, как болезнь осужденного либо обеспечение его личной безопасности, реорганизация или ликвидация исправительного учреждения, а также иных исключительных обстоятельств, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного ФИО1 в вышеуказанном исправительном учреждении не имеется.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что действия административного ответчика ФСИН России соответствуют нормативным правовым актам регулирующим спорные отношения и не нарушают права административного истца, применительно к вышеприведенным нормам и правовым позициям, в связи с этим административный иск не подлежит удовлетворению в части оспаривания ответа в отказе в переводе в иное исправительное учреждение, возложении обязанности совершить определенные действия.

Суд, разрешая требования административного истца о компенсации за отдаленность отбывания наказания от места жительства его родственников, исходит из того, что административным истцом не представлено доказательств, подтверждающих какие из принадлежащих ему личных неимущественных прав и нематериальных благ нарушены в результате действий ФСИН России. Сам по себе факт направления ФСИН России в исправительное учреждение, имеющее отдаленность от места жительства близких родственников административного истца не свидетельствует о причинении морального вреда и нарушении каких-либо неимущественных прав либо иных нематериальных благ истца.

Судом отмечается, что необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Вместе с тем, обстоятельств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда в судебном заседании не установлено.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для присуждения компенсации, так как суду не представлено достоверных доказательств причинения административному истцу нравственных страданий незаконными действиями ФСИН России.

Таким образом, в удовлетворении требований административного истца следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.175-180, 273 КАС РФ, суд

р е ш и л:

административные исковые требования Островского <П.Е.> об оспаривании ответа ФСИН России об отказе в переводе в иное исправительное учреждение, взыскании компенсации оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено <дата>.

Судья подпись А.А. Мошев

Копия верна

Судья А.А. Мошев