Решение № 2-10792/2024 2-3214/2025 2-3214/2025(2-10792/2024;)~М-6868/2024 М-6868/2024 от 14 декабря 2025 г. по делу № 2-10792/2024

№ 2-3214\2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2025 года г.Красноярск

Октябрьский районный суд города Красноярска

в составе:

председательствующего Кирсановой Т.Б.,

при секретаре Кривец Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску А2 к АО «Васильевский рудник» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

А2 обрился в суд с иском к АО «Васильевский рудник» о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что он с 13 мая 2014 года осуществлял у ответчика трудовую деятельность в качестве аппаратчика-гидрометаллурга. Производство являлось вредным, с применением цианистых растворов 3 разряда. Согласно заключению врачебной профпоталогической подкомиссии по экспертизе связи заболевания с профессией Краевого центра профпатологии № 564 от 24 июля 2023 года ему был установлен диагноз профессионального заболевания «Хроническая интоксикация гидроцианилом: токсическая энцефалопатия с выраженными вестибуло-атактичсскими нарушениями, дизартрией легкой степени, двухсторонней пирамидной недостаточностью; полинейропатия конечностей с нарушением болевой и температурной чувствительности, с вегетативными нарушениями». Заболевание профессиональное. Установлено впервые. Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю, совместно с комиссией, состоящей из представителей работодателя, Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю, заведующей краевым центром профпатологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» проведено расследование случая профессионального заболевания, по результатам которого 27 декабря 2023 года был составлен Акт о случае профессионального заболевания, полученного при осуществлении трудовой деятельности у ответчика, причиной чего послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ-гидроцианида – вещества 1 класса опасности, остронаправленного действия, раздражающего действия, который за период его работы превышал предельно допустимую концентрацию в 9, 4 раза. Поскольку им приобретено профессиональное заболевание в результате воздействия производственных химических факторов, превышающих ПДК, при исполнении им трудовых обязанностей, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размер 2000000 рублей.

Представитель истца А10, действующая на основании доверенности от 6декабря 2024 года, в судебном заседании иск поддержала.

Представитель ответчика А5, действующая на основании доверенности от 9 января 2025 года, исковые требования не признала.

В судебном заседании помощник прокурора А6 исковые требования полагала не подлежащими удовлетворению.

Выслушав стороны, эксперта, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

В силу ч.3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности

Положениями ст. 21 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

По правилам ст. 22 ТК РФ работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ч.1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.

В силу ч.3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее «Закон об обязательном социальном страховании») вред, причиненный жизни или здоровью физического лица при исполнении им обязательств по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договору авторского заказа, в соответствии с которыми не предусмотрена обязанность заказчика по уплате страховых взносов страховщику, возмещается причинителем вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 3 Закона об обязательном социальном страховании профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) смерть.

По смыслу ст. 212, 219, 220 ТК РФ, ст. 8 Закона об обязательном социальном страховании работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд в силу ч.1 ст. 21 и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как указано в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из Устава АО «Васильевский рудник», утв. Решением внеочередного общего собрания акционеров 18 апреля 2016 года, Общество является юридическим лицом и организует свою деятельность на основании законодательства РФ и настоящего Устава (т.1 л.д. 146-152).

В судебном заседании установлено, что истец в период с 19 февраля 2013 года по 7 ноября 2023 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком в качестве аппаратчика-гидрометаллурга, что подтверждается Трудовым договором от 18 февраля 2013 года,, с учетом дополнительных соглашений к нему, приказом о приеме работника на работу № 212-к от 18 февраля 2013 года, трудовой книжкой (т. 1 л.д. 46-55, 57, 25-28).

В соответствии с Должностной инструкцией аппаратчика-гидрометаллурга, занятого на работах с применением цианистых растворов (3 разряда), утв. Генеральным директором в 2013 году, должностными обязанностями является, в том числе: осуществление, ведение процессов выщелачивания, агитации, растворения, осаждения, разложения, фильтрации, выпаривания продукции, обезвреживания и нейтрализации сточных и промывных вод и растворов, очистка растворов от металлов и примесей под руководством аппартчика более высокой квалификации; проводить сгущение и промывку шламов, пульпы, гидратов, гидроокиси, карбонатов и других продуктов, загружать шихту, пульпы, реагенты и растворы в аппаратуру, перемешивать продукцию, осуществлять подачу химреагентов соответствующей концентрации (т.1 л.д. 85-88).

Работник в ходе трудовых отношений был ознакомлен:

10 июня 2021 года с Инструкцией по охране труда № 7 аппаратчика-гидрометаллурга, утв. 3 сентября 2022 года,

8 июня 2021 года с Инструкцией по охране труда № 33 при работе с цианидом, утв. в 2022 году,

8 июня 2021 года с Инструкцией по охране труда № 9 растворщика реагентов, утв. в 2022 году,

20 июля 2021 года с Технологическим регламентом растворщика реагентов, утв. 1 июля 2021 года,

20 июля 2021 года с Технологическим регламентом для аппаратчика-гидрометаллурга на обезвреживании сточных вод, утв. 1 июля 2021 года, о чем свидетельствуют личные подписи А2 в Листах ознакомления (т.1 л.д. 88-110).

На основании извещения об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания от 24 июля 2023 года № 564, ответчиком издан приказ о создании комиссии по расследованию обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания у истца, согласно которому комиссии предписано провести расследование случая профессионального заболевания работника не позднее 22 сентября 2023 года, срок, приказом от 21 сентября 2023 года был продлен до 2 ноября 2023 года.

Как следует из материалов дела, по результатам расследования случая профессионального заболевания А2 комиссией оформлен Акт о случае профессионального заболевания от 27 декабря 2023 года, согласно которому установлено, что согласно извещению об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания от 24 июля 2023 года № 564 истцу установлен заключительный диагноз: «Хроническая интоксикация гидроцианилом: токсическая энцефалопатия с выраженными вестибуло-атактичсскими нарушениями, дизартрией легкой степени, двухсторонней пирамидной недостаточностью; полинейропатия конечностей с нарушением болевой и температурной чувствительности, с вегетативными нарушениями»; согласно Картам № 379А за 2016 год и № 202А за 2020 год специальной оценки условий труда аппаратчика –гидрометаллурга, занятого на работах с применением цианистых растворов, вредным производственным фактором в профессии аппаратчика-гидрометаллург, занятый на работах с применением цианистых растворов является химический фактор, воздействие веществ остронаправленного действия, раздражающего действия, а так же аэрозолей преимущественно фиброгенного действия; по данным санитарно-гигиенической характеристики № 97 от 6 июля 2023 года содержание гидроцианида в воздухе рабочей зоны составляет: максимально-разовая концентрация 2, 81 мг/м?, при ПДК 0, 3 мг/м?, превышает ПДК в 9, 4 раза; комиссия по итогам расследования пришла к заключению о том, что заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора; непосредственной причиной заболевания послужило воздействие производственного химического фактора – гидроцианида+- вещества 1 класса опасности, остронаправленного действия, раздражающего действия, превышающего предельно-допустимые концентрации. При этом согласно Особому мнению членов комиссии А7 и А8 причина выявленного заболевания определена некорректно, требуется проведение дополнительного обследования; продолжение ухудшения состояния здоровья А2 подтверждает факт ошибки в установлении причины заболевание (т.1 л.д. 159-167).

Вместе с тем, согласно Заключению эксперта (комиссии экспертов различных специальностей) № 14/2025 от 29 октября 2025 года, Диагноз: «Хроническая интоксикация гидроцианидом: токсическая энцефалопатия с выраженными вестибуло-атактичсскими нарушениями, дизартрией легкой степени, двухсторонней пирамидной недостаточностью; полинейропатия конечностей с нарушением болевой и температурной чувствительности, с вегетативными нарушениями», выставленный А2 24 июля 2023 года врачебной профпатологической подкомиссией по экспертизе связи заболевания с профессией Краевого центра профпатологии, является необъективным, немотивированным, противоречащим научным литературным данным и данным клинической практики; заключение о том, что профессиональное заболевание явилось результатом длительного воздействия производственных химических факторов, превышающих ПДК, при исполнении А2 его трудовых обязанностей, так же, является необъективным, немотивированным, противоречащим научным литературным данным и данным клинической практики; у А2 отсутствовали изменения мозга, характерные для интоксикации цианидами, в частности, билатеральное поражение базальных ганглиев, особенно сфиагума и коры головного мозга, преимущественно её сенсомоторных отделов. В базальных ганглиях при интоксикации цианидами выявляется геморрагический некроз, в коре головного мозга выявляют псевдоламинарный некроз. У А2 при МРТ головного мозга выявлена МР-картина умеренной смешанной заместительной гидроцефалии, единичных мелких очагов дистрофического характера, локализованных в белом веществе правой лобной доли головного мозга, перивентрикулярно и субкортикально, диффузного расширения периваскулярных пространств ФИО1, неривентрикулярных глиозных изменений, асимметрии височных рогов боковых желудочков, умеренных атрофических изменений мозжечка. Учитывая наличие в анамнезе у А2 гипертонической болезни II, риск 3, в основе диагностированной у него энцефалопатии и пирамидной недостаточности лежит хроническая гипоперфузия церебральных нейронов с образованием дистрофических очагов в стратегически важных для двигательной и интеллектуальной активности зонах головного мозга. У А2 при рентгенографии кистей от 2023 года выявлен акроостеолиз ногтевой бугристости 2 пальца левой кисти, отсутствие дистальной фатнги 3 пальца левой кисти, начальные признаки акроостеолиза нишевой бугристости дистальной фаланги 3 пальца правой кисти (участки рассасывания и разрушения костной ткани вследствие недостаточного кровоснабжения), клиническими проявлениями которого являются акропарестези, тупая боль и вазоспастические изменения пальцев, что на фоне положительной холодовой пробы (повышенная реакция организма на воздействие холода, которая проявляется симптомами аллергии и нарушениями кровообращения, выраженное снижение и замедленное восстановление кровенаполнения сосудов после воздействия холода), выявленной у А2 в 2023 году и наличия в анамнезе от 2021 года отморожения пальцев левой кисти указывает на большую вероятность наличия у него синдрома Рейно, что, на фоне длительного употребления никотина, способствовало дополнительному повреждению сосудов (из анамнеза известно, что А2 выкуривает по 1 пачке сигарет в день). У людей, систематически испытывающих воздействие цианидов, возникают заболевания щитовидной железы, вызванные постоянным образованием тиоцианидов из цианидов. У А2 отсутствовали данные о поражении щитовидной железы. Из медицинских документов известно, что у А2 в клинической картине преобладают вегетососудистые и трофические расстройства в дистальных отделах конечностей. Основным патогенетическим фактором при этом является рефлекс с рецепторов кожи и других тканей конечностей, с преобладанием в картине заболевания вазомоторных, секреторных и трофических рефлекторных нарушений в ответ на воздействие физических факторов, микротравматизации и перенапряжения. В анамнезе у А2 за период с 1991 года по 2022 год, имелись повторные травмы верхних и нижних конечностей с развитием посттравматической невропатии срединного и лучевого нервов левой руки, полиостеоартроз дистальных межфаланговых суставов 1-2 ст., остеоартроз лучезапястных суставов 1-2 ст. При обследованиях от 2023 г. выявлены: повышение порогов вибрационной чувствительности на ногах и в левой руке в сочетании с синдромом карпального канала слева. Это исключает вероятность того, что в основе сенсорно-моторной аксонально-демиелинизирующей полинейропатии, выявленной у А2 в 2023 году, лежит экзогенная нейроинтоксикация цианидами. Из документов на имя А2 известно, что в 2013 года и в 2018 году на предприятии АО «Васильевский рудник» разово были зафиксированы уровни гидроцианида, превышающие ПДК. Токсическое действие цианидов начинает фиксироваться при превышении концентрации ПДК более, чем в 16,7 раз при концентрации 5 мг/м3, что существенно выше максимально зафиксированного показателя — в 9,4 раза (2,81 мг/м3) на АО «Васильевский рудник» в 2013 году. Концентрации цианида, зафиксированные на рабочем месте А2 были в 1,8 раз ниже минимального порога по шкале токсичности, при которых могут начать фиксироваться незначительные недомогания. Профессиональный анамнез свидетельствовал о том, что, у других работников предприятия, работающих на должности аппаратчика-гидрометаллурга в период работы А2, не выявлялись схожие симптомы и/или заболевания, хотя условия труда были одинаковые. Таким образом, установленные концентрации гидроцианида на рабочем месте А2 в основной период работы в АО «Васильевский рудник» с 2018 года по 2023 год являются ниже концентраций, вызывающих легкую степень отравления или минимальных концентраций веществ, оказывающих токсическое действие, следовательно, они не являются причиной хронических заболеваний, которые были зафиксированы в диагнозе А2 (т.2 л.д.2-24)

Эксперт А9 в судебном заседании так же пояснил, что у А2 не отмечены изменения мозга, характерные для интоксикации цианидами, у него поражены иные участки мозга, что однозначно свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между его заболеванием и осуществлением трудовой деятельности в качестве аппартчика-гидрометаллурга; содержание гидроцианида в воздухе в повышенной концентрации ПДК в 9, 4 раза однозначно не могло повлиять на состояние здоровья истца; при этом эксперт отметил, что для вышеизложенного вывода материалов, в том числе медицинского характера, было достаточно, результаты дополнительных обследований истца, учитывая выявленные у него нарушения здоровья, не могли бы повлиять на выводы экспертов.

Заключение эксперта № 14/2025 от 29 октября 2025 года и заключение эксперта А9 в судебном заседании, соответствуют требованиям закона, эксперты имеют соответствующую квалификацию, что подтверждается приложением к заключению, предупреждены о возможной уголовной ответственности; по результатам приведенных исследований экспертом составлено заключение, в котором даны ответы на все поставленные судом вопросы, оснований не доверять вышеприведенному заключению у суда нет.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства факт наличия у истца профессионального заболевания в результате осуществления трудовой деятельности у ответчика не установлено, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска А2 к АО «Васильевский рудник» о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течении одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Красноярска.

Подписано председательствующим 16 января 2026 года

Копия верна

Судья