Решение № 2-636/2024 2-636/2024~М-455/2024 М-455/2024 от 20 мая 2024 г. по делу № 2-636/2024

Дело № ДД.ММ.ГГГГ

УИД 29RS0№


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Приморский районный суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Савеловой О.В.,

при секретаре судебного заседания Гмыриной К.В.,

с участием старшего помощника Приморского межрайонного прокурора <адрес> Бакиной Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Приморского районного суда <адрес> в <адрес> гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Архангельская клиническая психиатрическая больница» и Министерству здравоохранения <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Архангельская клиническая психиатрическая больница» (далее ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница», Больница) о взыскании в свою пользу как опекуна ФИО2 Танрыверди оглы компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, признанный недееспособным по решению Исакогорского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, был помещен в ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница». Приказом начальника Управления по вопросам семьи, опеки и попечительства Администрации городского округа «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № опекуном ФИО2 назначен ФИО1. В период нахождения в ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» недееспособный ФИО2 был избит другими пациентами больницы, вследствие халатности санитаров, допустивших бездействие в части не обеспечения безопасности пациента ФИО2. В результате избиения опекаемый ФИО2 испытал физические и нравственные страдания. На основании изложенного просит взыскать с ответчика в пользу опекуна ФИО2 - ФИО1 сумму возмещения морального вреда в размере 300 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения <адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что испытал нравственные страдания, выражающиеся в плохом самочувствии, бессоннице, эмоциональном стрессе, поскольку отец признан недееспособным, и сам за себя постоять не может. Работники ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» не сообщили ему о произошедшем. Об инциденте он узнал, когда настоял на встрече с отцом, и, увидев синяк на лице у последнего, обратился в полицию с заявлением. Просит взыскать с ответчика сумму возмещения морального вреда в размере 300 000 рублей.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Суду дополнительно пояснил, что вина ответчика выразилась в отсутствии надлежащего контроля за пациентами со стороны сотрудников психиатрического отделения.

Представитель ответчика ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» ФИО4 в судебном заседании не согласилась с заявленными требованиями по основаниям, изложенным в письменных объяснениях, из которых следует, что в рассматриваемом случае отсутствует необходимая совокупность обстоятельств: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда и его вина. Неправомерные действия (бездействия) учреждение в лице своих сотрудников не совершало, вред здоровью пациенту ФИО2 причинил сосед по палате ФИО5, причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) сотрудников учреждения и причиненным вредом здоровью нет, вина сотрудников отсутствует, пациенты были спокойными, предвидеть агрессивное поведение ФИО5 было невозможно, поэтому дополнительных мер по ограничению пациентов не требовалось. После произошедшего инцидента, сотрудники психиатрического отделения предприняли исчерпывающие меры, направленные на пресечение неправомерных действий со стороны ФИО5, таким образом, свои должностные обязанности выполнили в полной мере. Кроме того полагают, что размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 рублей является явно несоразмерным, ввиду чего, основания для взыскания компенсации морального вреда с ответчика отсутствуют. Просила в удовлетворении иска отказать.

Ответчик Министерство здравоохранения <адрес>, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд представителей не направили.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав истца ФИО2, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» ФИО4, заключение прокурора Бакиной Е.С., полагавшей исковые требования подлежащим удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.).

Пунктами 14, 15 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 ГК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (статей 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. третий и четвертый п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что ФИО1 приходится сыном и опекуном ФИО2. На основании решения Исакогорского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан недееспособным. Приказом ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 назначен опекуном ФИО2.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлена первая группа инвалидности, бессрочно.

Материалами дела установлено, что ФИО2 проходил лечение в недобровольном порядке в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Архангельская клиническая психиатрическая больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно сведениям, представленным УУП ОП по <адрес> ОМВД России «Приморский» ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано сообщение ФИО1 о том, что навещая отца ФИО2 в ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница», обнаружил синяки. Из объяснения врача-психиатра 5-го мужского психиатрического отделения ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» ФИО6 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в недобровольном порядке в Больницу был госпитализирован ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, направлен в 5-е мужское психиатрическое отделение, по состоянию здоровья для контакта не доступен, на все вопросы отвечает «да», в пространстве не ориентируется. ДД.ММ.ГГГГ около 03:00 часов пациент ФИО2 находясь в палате, подошел к кровати соседа ФИО5, на неоднократные требования отойти от кровати, ФИО2 не реагировал. В связи с чем ФИО5 взял стоявшую у кровати опорную клюку и, подняв ее, не удержал, от чего клюка попала по лицу ФИО2, у последнего в районе правого глаза образовалась припухлость (в последующем синяк). Дежурным врачом ФИО2 осмотрен и ему оказана медицинская помощь (припухлость обработана). Пациент ФИО5 переведен в другую палату, в виду своего психического состояния объяснить произошедшую ситуацию вразумительно не смог.

В возбуждении производства по делу об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ по материалу проверки (КУСП - 8929 от ДД.ММ.ГГГГ) в отношении ФИО5 отказано, поскольку не подлежит административной ответственности физическое лицо, которое во время совершения противоправных действий (бездействий) находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и противоправность своих действий (бездействий) либо руководить ими вследствие хронического психического или иного болезненного состояния психики (ст. 2.8 КоАП РФ).

Согласно информации, предоставленной ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница», ДД.ММ.ГГГГ в 02:40 часов ФИО2 находясь в палате, подошел к кровати соседа ФИО5, что не понравилось последнему, и потребовал ФИО2 отойти от кровати, на что пациент не реагировал. В связи с чем ФИО5 взял стоявшую у кровати опорную клюку и, подняв её, не удержал от чего клюка попала по лицу ФИО2. На вышеуказанные события, сразу отреагировал медицинский персонал, тем самым предотвратив более серьезные негативные последствия для пациентов. Со стороны учреждения оказана медицинская помощь, и инцидент исчерпан. ДД.ММ.ГГГГ направленно извещение в отдел полиции по <адрес>.

Согласно ст. 39 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", медицинская организация, оказывающая психиатрическую помощь в стационарных условиях, обязана создать условия для осуществления прав пациентов и их законных представителей, предусмотренных настоящим Законом, в том числе: информировать родственников или законного представителя пациента, а также иное лицо по его указанию об изменениях состояния его здоровья и чрезвычайных происшествиях с ним; обеспечивать безопасность находящихся в указанной медицинской организации пациентов.

Согласно части 1, 2 статьи 30 Закона, психиатрическая помощь в стационарных условиях оказывается с наименьшими ограничениями, обеспечивающими безопасность госпитализированного лица и других лиц, при соблюдении медицинскими работниками его прав и законных интересов.

Меры физического стеснения и изоляции при недобровольной госпитализации и пребывании в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, применяются только в тех случаях, формах и на тот период времени, когда, по мнению врача-психиатра, иными методами невозможно предотвратить действия госпитализированного лица, представляющие непосредственную опасность для него или других лиц, и осуществляются при постоянном контроле медицинских работников. О формах и времени применения мер физического стеснения или изоляции делается запись в медицинской документации.

Приказом ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» от ДД.ММ.ГГГГ № «О режимах наблюдения в ГБУЗ <адрес> «АКПБ» в учреждении установлены два режима наблюдения: ограничительный (режим №) и режим дифференцированного (общего) наблюдения (далее-приказ о режимах).

Согласно приложения № 3 к Приказу ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» №1440 от 28 сентября 2021 года потенциально опасные предметы, которыми пациенты в силу своего психического состояния могут нанести себе или окружающим повреждения/увечья после предметного использования должны находиться в специальных закрытых оборудованных местах.

ФИО2 находился на ограничительном режиме. Ограничительный режим является режимом наибольших ограничений госпитализируемого и осуществляется путем интенсивного постоянного наблюдения за ним медицинского персонала. В ночное время и во время тихого часа наблюдение за больными в палатах осуществляется путем постоянного обхода палат, где находятся пациенты на ограничительном режиме. В период сна госпитализируемые на ограничительном режиме должны быть осмотрены младшим медицинским персоналом не реже одного раза в каждые 15 минут, а палатной медицинской сестрой не реже одного раза в час. ФИО5 находился на дифференцированном режиме - режиме общего наблюдения.

Согласно записи журнала наблюдений, ФИО2 спал до 2-х часов ночи, затем сидел на кровати. Согласно материалам дела ФИО5 имел трость с помощью, которой он передвигается.

По указанным событиям были взяты объяснения с дежурного врача и палатной медсестры, из которых следует, что инцидент произошел молниеносно, персонал находился на обходе палат, сотрудники отреагировали на шум оперативно, тем самым предотвратив негативные последствия для пациентов.

Данные обстоятельства подтвердила, допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель Свидетель №1, которая пояснила, что работала в ночную смену на первом посту. В 2 часа 40 минут пациент ФИО5 набросился с опорной клюкой на ФИО2, ударил его по лицу. Услышав шум, она сразу прибежала в палату, где увидела, что у ФИО2 имеется рассечение около правого глаза, рядом с бровью. Рана была сразу обработана. Считает, что причиной поведения ФИО5 было то, что пациент ФИО2 не спал после двух часов ночи, это не понравилось соседу по палате. С ее слов, пациент ФИО5 был раздражительный, ворчливый по любому пустяку, временами дерзок в своих высказываниях, на любое обращение персонала к нему реагировал повышенным тоном. Пояснила, что пациент ФИО5 является пациентом с признаками проявления агрессии, находящимся на общем режиме наблюдения был размещен в палату с пациентом ФИО2, находящимся на ограничительном режиме, в связи с тем, что напротив палаты находился туалет, а поскольку ФИО5 передвигался, только при помощи опорной клюки, он был помещен в палату со смешанным режимом. Медицинский персонал обходит палаты каждые 15 минут, что входит в их обязанности. Пояснила, что согласно приложению № к Приказу ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» № от ДД.ММ.ГГГГ потенциально опасные предметы, которыми пациенты в силу своего психического состояния могут нанести себе или окружающим повреждения/увечья после предметного использования должны находиться в специальных закрытых оборудованных местах, однако опорная клюка не была изъята у ФИО5 с учетом того, что ранее он агрессию не проявлял, без трости передвигаться не мог.

Доводы представителя ответчика об отсутствии со стороны истца доказательств о степени тяжести причиненного вреда, а так же того факта, что ГБУЗ <адрес> «АКПБ» является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, являются несостоятельными.

Так по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГКК РФ.

Вред здоровью ФИО2 причинен не в результате оказания ему медицинского лечения, а в результате противоправных деяний другого пациента. Вместе с тем, учитывая, что ст. 39 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" напрямую обязывает медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях обеспечить безопасность пациентов, находящихся на лечении в медицинском психиатрическом учреждении, вина медицинской организации является опосредованной, в связи с чем, доводы ответчика об отсутствии прямой причинно-следственной связи между действия работников больницы и причинением вреда здоровью истца являются ошибочными. Сам факт причинения вреда здоровью пациента другим пациентом, также проходившим соответствующее лечение, учитывая специфику медицинского учреждения, является основанием для материальной ответственности медицинской организации.

Наличие провокационных действий со стороны ФИО2 в отношении ФИО5, о чем имеется указание в представленных материалах дела, показаний свидетеля Свидетель №1, учитывая диагноз самого ФИО2, правового значения не имеют и не освобождают медицинскую организацию от ответственности.

При этом согласно показаниям допрошенной в судебном заседании свидетеля Свидетель №1, пациент ФИО5 имел признаки проявления агрессии, однако был помещен в палату с пациентом ФИО2, находящимся на ограничительном режиме, для удобства передвижения в туалет, по этой же причине опорная клюка не была изъята у пациента ФИО5

Вопреки доводам представителя ответчика в материалах дела отсутствуют доказательства принятия лечебным учреждением всех необходимых и возможных мер для обеспечения безопасности находящегося в указанной медицинской организации пациента ФИО2.

Согласно ч. 1 ст. 31 ГК РФ опека и попечительство устанавливаются для защиты прав и интересов недееспособных или не полностью дееспособных граждан.

В силу ч. 1 ст. 32 ГК РФ опека устанавливается над малолетними, а также над гражданами, признанными судом недееспособными вследствие психического расстройства.

На основании ч. 4 ст. 35 ГК РФ недееспособным или не полностью дееспособным гражданам, помещенным под надзор в образовательные организации, медицинские организации, организации, оказывающие социальные услуги, или иные организации, в том числе в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, опекуны или попечители не назначаются. Исполнение обязанностей опекунов или попечителей возлагается на указанные организации.

Из нормативных положений Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровью их близкого родственника.

Из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании следует, что требования о компенсации морального вреда заявлены им в свою пользу как опекуна, лично ему в связи с причинением вреда здоровью отцу, который не понимает своих действий и не руководит ими, были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за здоровье престарелого и недееспособного отца, что привело в результате к нарушению сна, конфликту с родственниками. Он пережил огромный стресс за своего отца, которого передал, как ему казалось, в надежное учреждение, где ему будет оказана необходимая медицинская помощь. Данные факты сказались на моральном и соматическом состоянии. Вследствие пережитого стресса у истца появилась тревога, бессонница.

Разрешая заявленные требования, оценив представленные суду доказательства в их совокупности, учитывая, что физический вред причиненный отцу истца - ФИО2, имел место при нахождении последнего на лечении в недобровольном порядке в ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница», причинную связь между приводимыми истцом обстоятельствами в обоснование исковых требований и действиями ответчика, наличия вины сотрудников медицинского учреждения, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда.

В соответствии с пунктами 25-27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд в полном объеме учитывает характер и степень нравственных ему страданий, выразившиеся в эмоциональном стрессе, переживаниях, причиненных в результате получения недееспособным отцом ФИО1 - ФИО2, который не мог понимать значение своих действий и руководить ими, одного удара опорной клюкой в область глаза, в результате которого степень тяжести вреда здоровью не установлена, а так же степени вины ответчика, конкретные обстоятельства, свидетельствующие о перенесенных страданиях, что истец испытывает тревогу при нахождении своего отца в медицинском учреждении, нарушению сна, конфликту с родственниками, учитывая требования разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Абзацем первым части 5 статьи 123.22 ГК РФ, введенной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №99-ФЗ, с ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Согласно абз. 2 ч. 5 ст. 123.22 ГК РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 40 ГПК РФ.

При разрешении судом исковых требований о взыскании денежных средств с бюджетного учреждения, вопрос о необходимости возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного учреждения должен учитываться в силу прямого указания закона.

Как следует из Устава ответчик ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» является государственным бюджетным учреждением, отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом.

Учредителем учреждения является <адрес> в лице министерства здравоохранения <адрес>.

Поскольку Министерство здравоохранения <адрес> исполняет полномочия главного администратора доходов областного бюджета, главного распорядителя и получателя бюджетных средств областного бюджета в сфере здравоохранения, в рассматриваемом споре именно Министерство здравоохранения <адрес> отвечает соответственно от имени <адрес> по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

На основании вышеизложенного, при недостаточности имущества ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» перед ФИО1, возникшим на основании настоящего судебного акта, необходимо возложить на Министерство здравоохранения <адрес>.

В силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика ГБУЗ АО «Архангельская клиническая психиатрическая больница» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей, а при недостаточности денежных средств в порядке субсидиарной ответственности - с Министерства здравоохранения <адрес>.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Архангельская клиническая психиатрическая больница» и Министерству здравоохранения <адрес> о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Архангельская клиническая психиатрическая больница» (ИНН №), а при недостаточности денежных средств в порядке субсидиарной ответственности - с Министерства здравоохранения <адрес> (№) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Архангельская клиническая психиатрическая больница» (ИНН №), а при недостаточности денежных средств, в порядке субсидиарной ответственности - с Министерства здравоохранения <адрес> (№) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Приморский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий О.В. Савелова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.