Решение № 2-4211/2019 2-738/2020 2-738/2020(2-4211/2019;)~М-3429/2019 М-3429/2019 от 19 февраля 2020 г. по делу № 2-4211/2019

УИД 09 RS0001-01-2019-004959-27


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2020 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики

в составе председательствующего судьи Чимовой З.В.,

при секретаре судебного заседания Каблахове М.Р.,

с участием представителя истца ФИО3 - ФИО4, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика - ФИО5, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в судебном заседании в зале Черкесского городского суда Карачаево – Черкесской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 и ФИО3 к ФИО7 о возмещении морального и материального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО6 и ФИО3 обратились в Черкесский городской суд и иском к ФИО7 о взыскании вреда, причиненного в результате преступления. Обосновав свои требования тем, что 29.12.2018 года около 21 часа 00 минут водитель ФИО7 управляя технически исправным транспортным средством «Мицубиси Лансер», регистрационный знак № и, двигаясь в районе 1-го км (1 км+66м) а/д «подъезд к городу Черкесск от ФАД «Кавказ», проходящей по территории <адрес>, со стороны ФАД «Кавказ» в направлении города Черкесск, будучи обязанным соблюдать относящиеся к нему требования ПДД РФ и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности движения и не причинять вреда, в соответствии с п.1.5 абз.1 ПДД РФ (согласно заключению эксперта №-/6-1 от 05.02.2019 года), проявляя небрежность к сложившейся дорожной обстановке, в нарушение правил п. 10.1 ПДД РФ, двигаясь со скоростью, не обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением своего транспортного средства, располагая технической возможностью не допустить ДТП, допустил наезд на пешехода ФИО1, от чего последний скончался на месте. Причиной смерти ФИО1 на месте ДТП явился травматический шок в результате полученной тупой сочетанной травмы туловища, сопровождающейся переломами костей грудной клетки, повреждения внутренних органов. Допущенные ФИО7 нарушение Правил дорожного движения находятся в прямой причинной связи с ДТП и наступившими последствиями. Вина ФИО7 установлена приговором Кочубееского районного суда Ставропольского края от 25.10.2019 года, согласно которого он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, т.е.- нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть человека. Действиями ФИО7 истцам- брату и матери погибшего причинен моральный вред, выразившийся в глубоких физических и нравственных страданиях. Гибелью близкого родственника ставшей следствием использования ФИО7 средства повышенной опасности, истцам причинен неизмеримый моральный вред, погибший был заботливым сыном и надежным братом. Нравственные страдания выразились в форме страданий и переживания по поводу смерти. Слов сочувствия и извинений ответчик не принес. Также, для проведения погребения и связанных с этим мероприятий ФИО6 были понесены расходы. Для захоронения за счет средств ФИО3 были приобретены: гроб, крест, покрывало, венки, одежда и обувь, цветочная корзина. Со ссылками на статьи ГК РФ просят взыскать с ФИО7 в счет возмещения морального вреда по 1000 000 рублей каждому. Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО6 компенсацию материального вреда в размере 199000 рублей. Взыскать в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 92431,49 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 исковые требования поддержал в полном объеме. Просил удовлетворить их.

Истец ФИО6 и ФИО3 в судебное заседание не явились.

Представитель ответчика ФИО7- ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал. Просил суд учесть грубую неосторожность самого погибшего, который в условиях ограниченной видимости находился на проезжей части дороги. Просил в удовлетворении искового заявления отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, так как отбывает наказание по приговору суда.

Суд, с учетом мнения сторон, определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявишихся сторон, с участием представителей.

Выслушав объяснения представителя истца, возражения ответчика, исследовав имеющиеся в деле документы, суд пришёл к выводу об обоснованности исковых требований и необходимости их частичного удовлетворения.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ является сыном ФИО2 и ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении, серии 1- ГН № №

Факт смерти ФИО1 подтверждается свидетельством о смерти серии 1-ЯЗ № от ДД.ММ.ГГГГ, где местом смерти указано – <адрес>.

Вступившим в законную силу приговором Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 25 октября 2019 года ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ и приговорён к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права управления транспортным средством сроком в 3 (три) года. Объективная сторона преступления, за которое осуждён ответчик, заключается в том, что 29 декабря 2018 года он, управляя автомобилем, нарушил несколько пунктов Правил дорожного движения РФ и допустил наезд пешехода.

Потерпевшим по уголовному делу признан истец ФИО6

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. На необходимость соблюдения данного положения обращено внимание в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».

Является очевидным, а потому не нуждается в каком-либо доказывании то обстоятельство, что истцы с момента ДТП и до настоящего времени продолжают испытывать физические и нравственные страдания в связи с гибелью малолетней дочери, а потому они имеют право на справедливую компенсацию причинённого им морального вреда.

В силу разъяснений Пленума ВС РФ (Постановление №10 от 20 декабря 1994 года, с изм. от 25 октября 1996 года, «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» – п.2), моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Таким образом, истцы ФИО6 и ФИО3, потерявшие брата и сына, имеют право на возмещение морального вреда, причиненного смертью близкого человека, путем взыскания с лица, ответственного за причинение вреда, денежной компенсации.

По общему правилу, установленному в ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические и нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда. При этом компенсация морального вреда, причинённого здоровью гражданина источником повышенной опасности, в силу ст.1100 ГК РФ осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Поскольку в данном случае моральный вред причинен истцам при использовании автотранспортного средства, суд считает, что гражданско-правовая ответственность за причинение вреда наступает для ответчика ФИО7 независимо от вины, а именно, как для владельца источника повышенной опасности, каковым, в силу прямого указания ч.1, ст.1079 ГК РФ, является движущийся автомобиль.

Каких-либо оснований, освобождающих ответчика от ответственности по возмещению морального вреда, установленных ст.1079 ГК РФ, в частности, причинения вреда в результате воздействия непреодолимой силы или умысла потерпевшего на причинение вреда, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Таким образом, ответчик ФИО7, в силу прямого указания закона, является лицом, обязанным возместить вред, причиненный личности гражданина, а также моральный вред, причиненный истцам в связи со смертью брата и сына в результате воздействия автомобиля, владельцем которого ответчик являлся, в том числе, при отсутствии вины в причинении вреда.

Является очевидным, а потому не нуждается в каком-либо доказывании то обстоятельство, что истцы с момента ДТП и до настоящего времени продолжают испытывать физические и нравственные страдания в связи с гибелью брата и сына, а потому они имеют право на справедливую компенсацию причинённого им морального вреда.

Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

То есть усматривается прямая причинно-следственная связь между действиями ФИО7 и трагическими последствиями- наступлением смерти ФИО1. Действия носят виновный характер о неосторожности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что при решении вопроса о компенсации морального вреда следует устанавливать, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) он был причинён. Необходимо учитывать степень вины причинителя, то, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В то же время, указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости снижения размера сумм по возмещению морального вреда, причиненного истцам.

Определяя характер нравственных страданий истцов, суд учитывает индивидуальные особенности потерпевшего ФИО1.

Так, суд принимает во внимание, что смерть ФИО1 наступила в результате воздействия источника повышенной опасности, при этом ему были причинены множественные телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшего. То есть, пострадало самое ценное нематериальное благо, принадлежащее потерпевшему – его жизнь.

Таким образом, суд приходит к выводу, что моральный вред, в возмещение которого истцы вправе требовать денежную компенсацию, выразился в нравственных страданиях.

Кроме того, при определении размеров денежной компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд считает возможным учесть материальное положение ответчика.

В данном случае при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу ФИО6 и ФИО3, судом учитываются характер и степень нравственных страданий истцов, вызванных гибелью родного и близкого им человека- брата и сына, а также тот факт, что моральный вред был причинён преступными действиями ответчика. Суд учитывает также требования разумности и справедливости. В данном случае не вызывает сомнения, что истец ФИО3, переживает огромное горе в связи с преждевременной, трагической гибелью своего сына, поскольку потеряла родного человека.

Вред был причинен жизни потерпевшего, соответственно, отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со ст.1083 ГК РФ, при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО6 250000 рублей, в пользу ФИО3 в сумме 250000. По убеждению суда указанный размер компенсации морального вреда соответствует требованию справедливости и позволит обеспечить соблюдение баланса интересов обеих сторон, компенсировав причинённый истцам моральный вред и не поставив ответчика в крайне тяжёлое материальное положение.

К доводам представителя ответчика о противоправном и грубом поведении потерпевшего суд относится критически, так как приговором установлена виновность ответчика.

Требование истца ФИО3 о возмещении понесённых ею расходов на приобретение предметов для похорон также подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Гарантированный перечень услуг по погребению установлен п.1 ст. 9 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" согласно которому лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг:

1) оформление документов, необходимых для погребения;

2) предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения;

3) перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий);

4) погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Исходя из вышеуказанных положений настоящего Федерального закона и данного им определения погребения следует, что к необходимым расходам на погребение должны относиться только те обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти, без осуществления которых в соответствии с обычаями и традициями нельзя осуществить погребение.

В соответствии с традициями и обычаями в Российской Федерации после погребения умершего лица, на могиле устанавливается памятник и проводится поминальный обед. Данные действия требуют определенных денежных расходов для лиц, которые осуществляют эти действия, в связи чем понесенные расходы должны быть возмещены лицом, ответственным за вред, если будут представлены доказательства, подтверждающие эти расходы.

Из представленной квитанции и приходного кассового ордера №37 магазина «Ритуал» ФИО3 на приобретение ритуальных принадлежностей на общую сумму 84300 рублей. Данная квитанция по форме и содержанию соответствует установленным требованиям, содержит все необходимые реквизиты. В связи с чем требования истца ФИО3 в этой части подлежат удовлетворению и данные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Представитель ответчика представил в судебном заседании ответ на запрос из магазина «Ритуал», пояснив что цены указанные в квитанции представленные истцом завышены. Суд находит их не состоятельными, так как в представленном ответе на запрос отсутствует дата, а именно на какой период времени указаны цены.

К требованиям истца ФИО6 о взыскании расходов, понесенных на проведение погребения и поминального обеда, истцом не представлено расчеты взыскиваемой суммы.

В связи с тем, что данные расходы не подтверждены достоверными и достаточными доказательствами об их оплате, тогда как, в соответствии с ч.1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле то в удовлетворении исковых требований жанова Ю.Р. о взыскании расходов на погребение и поминальный обед следует отказать.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление ФИО6 и ФИО3 к ФИО7 о возмещении морального и материального вреда, причиненного преступлением - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО6 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Взыскать с ФИО7 в пользу жановой Галины Владимировны 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО3 возмещение расходов погребение 84 300 (восемьдесят четыре тысячи триста) рублей.

В остальной части исковых требований ФИО6 и ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. В окончательной форме решение изготовлено 25 февраля 2020 года.

Судья Черкесского городского суда

Карачаево-Черкесской Республики З.В. Чимова