Решение № 12-22/2017 от 15 июня 2017 г. по делу № 12-22/2017

Дело № 12-22/2017


Р Е Ш Е Н И Е

г. Вичуга Ивановской области 16 июня 2017 года

Судья Вичугского городского суда Ивановской области Климов П.Б., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении - ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1, <данные изъяты>

на постановление по делу об административном правонарушении,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Вичугского судебного района в Ивановской области от 23.05.2017 Маляров признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее КоАП РФ) - выезде 07.02.2017 в 12:33, управляя автомашиной при движении на 628 км автодороги «Сызрань-Саратов-Волгоград» Дубовского района Волгоградской области, в нарушении п. 1.3 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 на полосу, предназначенную для встречного движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, за что ему назначено административное наказание - административный штраф в размер 5000 рублей.

02.06.2017 в суд поступила жалоба ФИО1 на данное постановление, в которой он указал на необходимость его отмены по следующим основанием:

- он не был согласен с протоколом при его составлении, так как начал обгон на прерывистой линии разметки и успел закончить до сплошной линии, что видно на предоставленных фото;

- схема составлена в его отсутствие и не соответствует действительным обстоятельствам дела, на ней не отображен сложный рельеф местности;

- на предоставленном видео не отражено пересечение его автомобилем сплошной линии;

- судьей не приняты во внимание замеры и математические расчеты, сделанные геодезистом, по которым видно, что времени и скорости закончить маневр достаточно;

- судьей не принята во внимание предоставленная им профиль-схема участка автодороги.

В судебном заседании Маляров поддержал жалобу по изложенным в ней доводам, помимо этого сообщил, что водитель грузового автомобиля, который он обогнал, остановился в месте составления в его отношении протокола, однако не был допрошен инспекторами ГИБДД. Схема места совершения административного правонарушения составлялась в его отсутствие, на предоставленных видеозаписях не отражено ее составление, явно составленной с использованием линейки. Мировым судьей неверно указаны его пояснения в части количества обогнанных автомобилей, в действительности он обогнал один автомобиль.

Выслушав участвующих лиц, изучив материалы дела, прихожу к выводу об обоснованности жалобы, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В силу положений ч.ч. 1 и 2 ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых устанавливаются наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лиц, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями технических средств, вещественными доказательствами.

Исходя из требований ст. 26.11 КоАП РФ судья должен оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

В соответствии с ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Административная ответственность по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ наступает за выезд в нарушение Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ) на полосу, предназначенную для встречного движения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 12.15 КоАП РФ.

Согласно Приложению 2 к ПДД РФ горизонтальная дорожная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; горизонтальная дорожная разметка 1.11 разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений на участках дорог, где перестроение разрешено только из одной полосы; обозначает места, предназначенные для разворота, въезда и выезда со стояночных площадок и тому подобного, где движение разрешено только в одну сторону.

Согласно протоколу об административном правонарушении 07.02.2017 в 12:33 на 628 км ФАД Сызрань-Саратов-Волгоград Маляров, управляя транспортным средством, двигаясь со стороны г. Саратова в сторону г. Волгограда, совершил выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения в нарушение требования линии горизонтальной разметки 1.11 со стороны сплошной линии, чем нарушил п. 1.3 ПДД, начало маневра обгона совершилось на 628 км, завершение маневра обгона на 629 км ФАД Сызрань-Саратов-Волгоград (л.д. 3).

При составлении протокола и при рассмотрении дела Маляров отрицал совершение правонарушения (л.д. 3).

Согласно обжалуемому постановлению факт совершения административного правонарушения подтверждается протоколом об административном правонарушении, схемой к протоколу, дислокацией дорожных знаков, перечисленные доказательства являются допустимыми достоверными и достаточными. Однако данный вывод неверен как не основанный на установленных при рассмотрении дела фактических данных.

Согласно протоколу об административном правонарушении и схемы места совершения административного правонарушения Маляров завершил маневр обгона в зоне действия дорожной разметки 1.11 со стороны сплошной линии (л.д. 3, 4), однако в обжалуемом постановлении указано, что он выехал на полосу, предназначенную для встречного движения в нарушение п. 1.3 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1, а не 1.11.

В рапорте составитель протокола указал, что 07.02.2017 примерно в 12:30 на 629 км ФАД Сызрань-Саратов-Волгоград была остановлена автомашина ФИО1, который на небольшом спуске совершил обгон двух грузовых автомашин с полуприцепами, завершив свой маневр в зоне действия линии горизонтальной разметки 1.1, и 1.11 со стороны сплошной линии (л.д. 6).

Имеющийся в материалах дела проект организации дорожного движения плохо читаем (л.д. 34,43), не позволяет осуществить привязку к местности и с точностью установить предполагаемое место совершения административного правонарушения.

В соответствии с п. 118 Административного регламента МВД РФ исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, при необходимости изложить дополнительные сведения, которые могут иметь значение для правильного разрешения дела об административном правонарушении, сотрудник, выявивший административное правонарушение, составляет подробный рапорт и (или) схему места совершения административного правонарушения, которые прилагаются к делу. Схема подписывается сотрудником, ее составившим, и лицом, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении. В случае отказа указанного лица от подписания схемы в ней делается соответствующая запись.

Схема места совершения правонарушения не подписана ФИО1, сообщившим, что схема составлялась без него и от ее подписания он не отказывался. На видеозаписи зафиксировано составление в отношении ФИО1 протокола, но не схемы, что свидетельствует, что Маляров со схемой не был ознакомлен, а, следовательно, процедура ее составления нарушена.

На предоставленной видеозаписи из патрульного автомобиля со значительного расстояния зафиксировано, как на подъеме на линии горизонта автомобиль, при его приближении к месту съемки определенный как управляемый ФИО1, на непродолжительное время оказывается правее другого автомобиля, при его приближении к месту съемки определенного как грузовой. При принятии за ориентир ширины проезжей части можно сделать вывод, что на видеозаписи зафиксирован маневр обгона с выездом на полосу встречного движения, продолжавшийся до возвращения автомобиля ФИО1 на свою полосу 5 секунд (время на видеозаписи 12:24:44 - 12:24:50). Видеозапись не позволяет точно определить скорость движения автомобилей и место совершения обгона, вид горизонтальной дорожной разметки в этом месте и вообще ее наличие, и, соответственно, факт пересечения автомобилем ФИО1 горизонтальной дорожной разметки 1.1 или 1.11, и нарушение им п.1.3 ПДД.

На предоставленной видеозаписи «видеодислокация 629 км» из патрульного автомобиля зафиксировано, как он движется в сторону места совершения ФИО1 обгона, сотрудники ДПС предположительно определяют место начала ФИО1 маневра обгона в районе дорожного знака 6.13 «628», от этого места до места начала дорожной разметки 1.1, то есть по участку, где выезд на полосу встречного движения разрешен, движутся на автомобиле семь секунд (на видеозаписи с 00:01:09 до 00:01:16) - больше времени, в течение которого ФИО1 выполнялся маневр обгона. На видеозаписи при движении патрульного автомобиля в обе стороны можно сделать вывод, что выбранная инспекторами точка начала выполнения ФИО1 маневра обгона не является самой высокой точкой подъема, то есть Маляров, двигаясь на спуске, мог начать выполнять маневр обгона значительно раньше места установки дорожного знака 6.13 «628», и быть при этом видимым из автомобиля инспекторов ДПС.

ФИО1 предоставлены замеры, выполненные инженером-геодезистом, и элементарные арифметические расчеты, подтверждающие, что с предположительно установленного сотрудниками ДПС места начала обгона он мог его закончить до начала горизонтальной дорожной разметки 1.1 и 1.11. Согласно данным расчетам и предоставленной профиль-схеме участка автодороги от самой высокой точки участка, с которой с места стоянки патрульного автомобиля ДПС полностью виден автомобиль ФИО1 (точка 3) до начала линии горизонтальной дорожной разметки 1.1 (точка 1) 473 м, от определенной сотрудниками ДПС как место начала маневра обгона точки (точка 2) 258 м (л.д. 102), при скорости 110 км/ч автомобиль за 5 секунд проходит 152,8 м, при скорости 90 км/ч - 125 м.

Сведения, содержащиеся в видеозаписи, и предоставленные расчеты свидетельствуют, что у ФИО1 имелась возможность закончить маневр обгона в зоне действия дорожной разметки 1.6 до начала дорожной разметки 1.1 и 1.11, в независимости от количества обгоняемых им автомобилей, при движении как с разрешенной скоростью, так и выше разрешенной.

Содержание рапорта (л.д. 6) не позволяет сделать вывод о непосредственном восприятии инспектором правонарушения, не свидетельствует об этом и расстояние от места нахождения инспекторов во время патрулирования до места обгона, определяемое визуально по сделанной ими видеозаписи и по длительности их следования до предполагаемого места обгона (более 40 секунд при движении на автомобиле согласно видеозаписи «видеодислокация 629 км», с 00:01:09 до 00:01:51). Это свидетельствует, что и в рапорте, и в протоколе об административном правонарушении, и в схеме к протоколу содержится информация, полученная исключительно на основе анализа сделанной из патрульного автомобиля видеозаписи маневра обгона и последующего выезда инспекторов ДПС к предполагаемому месту обгона.

Изложенное свидетельствует о недостоверности содержащихся в рапорте (л.д. 44) сведений о нахождении инспекторов в 250-300 м от места правонарушения. Указанное расстояние, не подтверждая возможность определения инспекторами дорожной разметки, в то же время, с учетом следования ФИО1 от этого места к месту нахождения патрульного автомобиля 46 секунд (с 12:24:44 до 12:25:30), свидетельствует, что при такой скорости движения и отсутствии доказательств его движения с разной скоростью, за 5 секунд он бы преодолел 27,2-32,6 м.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют, что фактические данные, которыми Маляров обосновывал выполнение маневра обгона с соблюдением Правил, достоверными доказательствами не опровергаются, оснований для признания недопустимыми предоставленных ФИО1 доказательств не усматривается.

Содержащаяся в обжалуемом постановлении оценка профиль-схемы не позволяет сделать вывод, была ли она признана допустимым доказательством, а вывод о невозможности определения составителя схемы противоречит как содержанию схемы, так и содержанию самого постановления.

Имеющийся в обжалуемом постановлении вывод о начале выполнения ФИО1 маневра обгона в зоне действия запрещающей обгон линии разметки и подтверждении этого схемой правонарушения противоречит как этой схеме, так и протоколу об административном правонарушении и рапорту инспектора ДПС, вывод об очевидности этого факта в обжалуемом постановлении не обоснован.

Вопреки обжалуемому постановлению доводы ФИО1 не голословны, так как подтверждаются сведениями, полученными им на месте происшествия с привлечением инженера-геодезиста и с применением технических средств, сделанными на основании этих сведений элементарными арифметическими расчетами, фотографиями. Также им помимо подлежащих обязательному учету при подобной фиксации правонарушения сведений о возможном удалении наблюдаемых объектов, скоростных и метрических показателях, предоставлено подтверждение возможного эффекта оптического обмана при непосредственном восприятии в силу рельефа местности (л.д. 83-94). Обоснованность довода ФИО1 о наличии у инспекторов возможности допросить водителя грузового автомобиля подтверждается видеозаписью, на которой видно снижение скорости грузового автомобиля и его поворот с проезжей части для остановки.

Приведенная в обжалуемом постановлении оценка довода ФИО1 о начале и завершении маневра обгона до сплошной линии горизонтальной дорожной разметки на основании того, что правовое значение имеет завершающий этап маневра обгона, свидетельствует, что мировым судьей оценивался не этот довод.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют, что установленные при рассмотрении дела фактические данные позволяли сделать вывод, в том числе с учетом предоставленных с протоколом об административном правонарушении доказательствах, о наличии у ФИО1 возможности выполнить маневр обгона без нарушения Правил, и об отсутствии достоверных доказательств, опровергающих это.

Постановление о назначении административного наказания не может быть основано на предположениях и противоречивых доказательствах, должно основываться на конкретных, реальных, достоверных и допустимых фактических данных, добытых с соблюдением требований закона и надлежащим образом процессуально закрепленных и оцененных в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют, что мировым судьей были нарушены требования ст. ст. 24.1 и 26.1 КоАП РФ о необходимости всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств дела и разрешения его в соответствии с законом, не приняты во внимание и не оценены надлежащим образом все собранные по делу доказательства в совокупности со всеми материалами дела в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, не дана объективная и правильная оценка обоснованным доводам заявителя.

В силу положений частей 1 и 4 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В связи с наличием допустимых доказательств соблюдения ФИО1 ПДД РФ при выполнении маневра обгона, отсутствием опровергающих их достоверность фактических данных и достоверных доказательств нарушения ФИО1 ПДД РФ, прихожу к выводу, что в выезде ФИО1 на полосу встречного движения отсутствует событие правонарушения.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, выносится решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу.

Возможность получения иных доказательств совершения ФИО1 правонарушения не следует из установленных при рассмотрения дела обстоятельств фиксирования выполняемого им маневра, и исключена в силу истечения срока привлечения к административной ответственности.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о необоснованности и незаконности обжалуемого постановления, что влечет необходимость его отмены и прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события правонарушения на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 24.5 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

Жалобу ФИО1 удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка № 4 Вичугского судебного района в Ивановской области от 23.05.2017 о назначении ФИО1 административного наказания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании пункта 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ.

Судья П.Б. Климов