Решение № 2-3178/2019 2-3178/2019~М-2297/2019 М-2297/2019 от 10 августа 2019 г. по делу № 2-3178/2019

Мотивированное
решение составлено 11 августа 2019 года дело № 2-3178/2019

66RS0007-01-2019-002840-82

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 06 августа 2019 года

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе:

председательствующего судьи Прокопенко Я.В.

при секретаре судебного заседания Рахмангуловой Э.К.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Авто» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 предъявила к ООО «Урал-Авто» иск о защите прав потребителей, просит взыскать с ответчика неустойку 124 982 рубля 26 копеек, убытки 47 060 рублей 86 копеек, компенсацию морального вреда 100 000 рублей.

В обоснование иска указано, что ФИО1 имеет в собственности автомобиль «Suzuki Sx4» государственный номер №. 12.06.2018 года в Челябинской области в районе г. Магнитогорск произошло ДТП (указанный автомобиль частично затонул, попал в водоем), в результате чего автомобиль получил различные повреждения. 15.06.2018 истица передала в ООО «Урал-авто», официальный дилер марки «Suzuki» в г. Магнитогорск данный свой автомобиль и фактически заключила договор на производство ремонтных работ (произвести диагностику оборудования, выявить повреждения, в основном, связанные с повреждением электрооборудования в связи с попадаем этого оборудования в воду, и при их обнаружении – устранить данные повреждения, то есть привести автомобиль в исправное состояние, в котором он (автомобиль) находился до своего вышеназванного затопления. Ответчик не производил данный ремонт на протяжении более восьми месяцев, называя различные причины (постоянно выявляя новые повреждения и предлагая истице дополнительный ремонт, ожидая получения новых запасных частей или вообще не называя никаких причин). Истица постоянно находилась в электронной переписке с ответчиком, в которой ответчик все время откладывал срок окончания данного ремонта. 09.02.2019 года направляет ответчику претензию, в которой в связи с нарушением всех возможных разумных сроков ремонта ее автомобиля расторгает данный договор ремонта автомобиля, просит возвратить ее автомобиль и выплатить неустойку в сумме 150000 рублей и компенсировать моральный вред в сумме 100000 рублей. После получения ответа от 20.02.2019 года на указанную претензию, в которой ответчик предлагает истице забрать автомобиль, истица 01.03.2019 года фактически получает свой автомобиль, который был в нерабочем состоянии, и при помощи авто эвакуатора возвращает автомобиль в г. Екатеринбург, где истица передает данный автомобиль другому официальному дилеру (ООО «Автомир Премьер») для производства требуемого ремонта этого автомобиля. При возвращении автомобиля ответчик предлагает выкупить блок управления двигателем, который будет необходим, так как находящийся в автомобиле подобный блок требует замены. Истица его выкупает тогда же, 01.03.2019, по цене 23495 рублей 26 копеек. Однако после проведения ООО «Автомир Премьер» новой диагностики было установлено, что приобретенный истицей по указанию ответчика блок управления двигателем фактически был не нужен, так как находящийся в автомобиле блок находится в рабочем состоянии и не требует замены. 23.04.2019 года истица направляет дополнительную претензию, в которой помимо требований, указанных в первой претензии, истица просила ответчика возместить ей убытки, причиненные вынужденным расторжением указанного договора с ответчиком, в сумме 47 060 рублей 86 копеек. С момента заключения договора ((передачи истицей ответчику автомобиля для производства данного ремонта) – 15.06.2018 года и до получения автомобиля обратно (01.03.2019 года) прошло 8 месяцев 15 дней. Несмотря на то, что фактически срок ремонта автомобиля не был установлен (что свидетельствует о нарушении ответчиком своей обязанности, предусмотренный п.п. 4,8,9,15 Правил оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11.04.2001 N290), истица считает, что все разумные сроки ремонта автомобиля после данного повреждения были нарушены. Очевидно, что такой ремонт автомобиля не может продолжаться более восьми месяцев, так как это неразумно и необъективно. Истица считает, что максимально возможный срок данного ремонта не может превышать 45 дней, который очевидно и существенно пропущен. В силу п.5 ст. 28 Закона ответчик обязан выплатить неустойку в размере 3%от цены договора за каждый день просрочки. Цена данного договора, по мнению истицы, с учетом положений п.5 ст. 28 Закона составляет 124982 руб. 26 коп., куда входит 74637 руб. – стоимость ремонтных работ, указанных в счете от 02.02.2019 года, 50345 руб. 26 коп. – расходы на приобретение новых деталей, требующих замены, стоимость работ по замене этих деталей, в том числе и деталей не отраженных в заказе-наряде ответчика (так как ответчик необоснованного не указал необходимость замены этих деталей, что установлено в результате диагностики автомобиля, проведенной ООО «Автомир Премьер»). С учетом этого, размер неустойки составляет 124 982 руб. 26 коп., так как размер неустойки в силу п. 5 ст. 28 Закона не может превышать общую цену требуемого ремонта. Истица была вынуждена эвакуировать поврежденный автомобиль (доставлять автомобиль с помощью авто эвакуатора) из г. Магнитогорск в г. Екатеринбург, чего не потребовалось бы, если автомобиль был бы отремонтирован, как это и было предусмотрено договором, который истица была вынуждена расторгнуть по вине ответчика. Расходы на данную эвакуацию автомобиля согласно квитанции составили 21000 руб. Истица понесла расходы на дорогу из г. Магнитогорск в г. Екатеринбург в сумме 2565 руб. 60 коп., что подтверждается железнодорожными билетами (прилагаются к иску). Если бы автомобиль был отремонтирован, истица просто уехала бы на нем и не несла затраты на проезд. В данные затраты входят расходы на проезд и супруга истицы, который сопровождал истицу в данной поездке, учитывая ее состояние (истица является беременной женщиной и побоялась ехать одна за данным автомобилем.) Истица была вынуждена тратить много излишних сил и времени, когда вступала в продолжительную переписку с ответчиком по поводу окончания ремонта ее автомобиля, что продолжалось на протяжении нескольких месяцев (не менее пяти месяцев). Степень ее страданий существенно усиливает то обстоятельство, что на протяжении почти всего срока нарушений ее прав потребителя она является беременной Излишняя трата нервов в ожидании окончания ремонта ее автомобиля, очевидно, была противопоказана, учитывая ее состояние, поскольку это может негативно сказаться на характере протекания данной беременности. Истица вынуждена была тратить свои силы, время и нервы, добиваясь защиты своих прав в судебном порядке. Истица несла дополнительные физические и нравственные страдания, когда, будучи беременной, была вынуждена 01.03.2019 года ехать в другой город (находясь в поезде более 9 часов в одну сторону), то есть испытывать определенные неудобства и переживания по поводу возможных негативных последствий от такой поездки. У истицы ухудшился сон, повысилась раздражительность, что сильно ее беспокоит, так как она очень сильно переживает по поводу своей беременности. Размер морального вреда истица оценивает в сумме 100000 рублей.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, подтвердили доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнительно пояснили, что Истица не согласна с позицией ответчика о том, что между сторонами был заключен один договор, основанный на наряде-заказе № № от 15.06.2018 г.

Указанный наряд-заказ истица действительно подписывала, но подписывала его только в напечатанном виде (без внесения всех записей от руки). Дополнительной подписи истицы в удостоверение внесенных от руки записей не имеется. ответчик заполнял этот наряд-заказ, готовя его к подписанию. Поэтому он мог и должен был заполнить (напечатать) и все другие необходимые графы. Запись в графе «Результат диагностики» могла быть внесена только после проведения этой самой диагностики, а, следовательно, она внесена не 15.06.2018 г., как указано в наряде-заказе, так как в этот момент автомобиль был только осмотрен внешне, а внесена позднее уже после подписания истицей данного наряда-заказа. Записи о сроке выполнения работ и стоимости услуг в момент подписания заказ-наряда отсутствовали. Довод ответчика о том, что данным нарядом-заказом был оформлен весь договор между сторонами (то есть и работы по проведению ТО с пробегом автомобиля 60 000 км, и другие работы по ремонту автомобиля, связанные с повреждением автомобиля в результате его частичного затопления) необоснован и противоречит материалам дела.

Во-первых, это следует из квитанции к указанному наряду-заказу на общую сумму 15 718,50 руб., в которой отражены только работы по ТО 60 000 км и работы, необходимые для проведения этого ТО (мойка автомобиля и двигателя, снятие- установка защиты). При этом истица обращает внимание суда на то обстоятельство, что данная квитанция подготовлена в полностью напечатанном виде, что подтверждает вышеназванный довод истицы о том, что наряд-заказ всегда передается на подписание в напечатанном виде (без внесения каких-либо записей от руки).

Никаких других работ в этой квитанции не указано. Следовательно, указанный наряд-заказ касался только работ по проведению ТО 60 000 км.

Представленные ответчиком квитанция на ремонтные работы автомобиля истицы (помимо ТО) на сумму 73 899 руб., а также счет № № от 07.02.2019 г. на оплату этих работ на сумму 74 637 руб. прямо указывают на то, что указанные работы по ремонту автомобиля истицы никак не относятся к наряду-заказу № № (договору о проведении ТО), так как в этих самых документах имеется ссылка, как основание этих квитанции и счета, на наряд-заказ № №, то есть на совершенно другой наряд-заказ, отличный от наряда-заказа на проведение ТО. У этих двух нарядов-заказов отличаются номера.

Полагают, что между сторонами были заключены два договора: один - на проведение ТО с пробегом автомобиля 60 ООО км, оформленный нарядом -заказом № №, другой - на проведение ремонтных работ, связанных с затоплением автомобиля, оформленный нарядом-заказом за № №.

Иск истицы вообще не касается договора по проведению ТО 60 км.

Поскольку срок проведения ремонтных работ по наряду-заказу №№ от 15.06.2018 г. не был определен, необходимо исходить из сложившейся практики сроков проведения подобного вида работ и отсчитывать его, как правильно говорит ответчик, с момента получения от истицы необходимых запчастей (так как истица желала заменить поврежденные детали на детали, которые она сама приобретет). Указанные детали (детали, названные в квитанции к наряду заказу №№ от15.06.2018 г.) ответчик получил 06.09.2018 года. Это обстоятельство подтверждается материалами дела (перепиской истицы с менеджером ответчика ФИО3) и не оспаривается ответчиком. Следовательно, в течение одной недели (причем это максимально возможный срок) после этого ответчик должен был отремонтировать автомобиль истицы, поскольку в этом случае весь ремонт выражался бы только в замене этих поставленных деталей. Все остальные работы, необходимые для ремонта уже должны были быть проведены (проведена диагностика, выявлены все поврежденные детали и сообщено об этом истице). Если же не были выявлены еще какие-либо поврежденные детали, требующие замены или ремонта, то это должно было быть сделано до 06.09.2018 года, так как ответчику ничто не препятствовало сделать это. Истица считает, что ответчик должен был (и имел для этого реальную возможность) установить все детали, требующие ремонта или замены до 29.06.2018 г. Из электронной переписки истицы с менеджером ответчика ФИО4 за июнь 2018 года следует, что ответчик приступил к ремонту автомобиля, и стороны довольно подробно обсуждали, какие детали и каким образом будут ремонтироваться или меняться (обсуждалась их стоимость у ответчика и на рынке, истица советовалась и сообщала о том, какие детали она самостоятельно будет приобретать). Поэтому ответчик мог и должен был сообщить истице об этом и согласовать с ней свои дальнейшие действия.

Ссылка ответчика на необходимость замены блока управления двигателем и невозможность начать ремонт до получения этого блока не обоснована, так как:

во-первых, замена такого блока не требовалось, что было установлено при ремонте автомобиля у другого дилера (ООО «Автомир Премьер»), а также самим фактом ремонта автомобиля без замены этого блока (автомобиль в настоящее время отремонтирован, и при этом новый блок на него не устанавливался);

во-вторых, даже если бы требовалась такая замена (с чем истица категорически не согласна по вышеназванным основаниям), то и в этом случае налицо пропуск срока ремонта.

Истица уже 30.07.2018 г. сообщила ответчику о том, чтобы тот (ответчик) заказывал новый блок управления (переписка с ФИО4 от 30.07.2018 года) и оплатила часть стоимости данного блока (16 000 руб.) еще 06.08.2018 года, а ответчик запросил у производителя данный блок только 08.10.2018 года (в это время ответчик сделал заказ на эту деталь). Это следует из ответа ООО «Сузуки Моторе рус» - вышестоящей организации ответчика (истица вынуждена была обратиться в эту организацию в связи с тем, что не могла добиться необходимого ей ответа от ответчика). Фактически это означает то, что ответчик более, чем на 2 месяца (с 06.08.2018 г. по 08.10.2018 г.) задержал начало выполнения данной работы, что уже само по себе свидетельствует о нарушении ответчиком срока выполнения данной работы (п. 1,5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей).

г. ответчик наконец-то получил блок управления двигателем, что следует из указанной переписки с ФИО3. Однако автомобиль ни в декабре 2018 года, ни в январе 2019 года отремонтирован не был. Более того ответчик 17.01.2019 года запрашивает у истицы второй ключ, и 21.01.2019 года - получает его по почте. Но и в этом случае до 06.02.2019 года автомобиль не был отремонтирован.

Это произошло, либо из-за недостаточной компетентности ответчика, либо из-за халатного и недобросовестного отношения ответчика к своим обязанностям. на 09.02.2018 года, когда истица расторгла данный договор на ремонт автомобиля (а ответчик получил его (письмо с требованием о расторжении договора) еще позднее) автомобиль истицы не был отремонтирован (это обстоятельство подтверждается актом приема-передачи не отремонтированного автомобиля от 01.03.2019 года), что говорит о том, что срок ремонта автомобиля был нарушен, так как автомобиль должен был быть отремонтирован не позднее сентября 2018 года (как указано в иске), а фактически даже ранее - не позднее 15.09.2018 года, то есть в течение недельного срока с момента получения 06.09.2018 года необходимых для ремонта деталей.

Кроме того, истица обращает внимание суда на то обстоятельство, что фактически, как выяснилось при повторном ремонте автомобиля у другого дилера, требовался ремонт (замена) и ряда других деталей, что лишний раз свидетельствует о недобросовестном отношении ответчика к своим обязанностям по ремонту этого автомобиля.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о судебном заседании, ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, полагая, что срок ответчиком не нарушен, поскольку между сторонами был заключен договор (заказ-наряд № от 15.06.2018), согласно условиям которого срок выполнения работ 90 дней с даты фактического предоставления истцом запасных частей и материалов. Последняя деталь была предоставлена 17.01.2019. Блок истца покупать не принуждали, ей была предложена возможность отказаться от его покупки. Кроме того, представителем ответчика представлен отзыв на иск, согласно которому

15 июня 2018 года между ФИО1 и ООО «Урал- Авто» заключен договор (Заказ-наряд № №) на выполнение ремонтных работ автомобиля марки SUZUKI №, в связи с тем, что со слов истицы «12 июня 2018 года автомобиль скатился в овраг с водой и погрузился по стекла, моторный отсек был в воде примерно час». Транспортное средство прибыло на эвакуаторе. В соответствии с приложением № 1 к Заказ-наряду - Перечень заявочных работ и/или предполагаемых работ/услуг) заказчик поручил, а исполнитель принял на себя выполнение следующих работ: комплексная мойка автомобиля, ТО (техническое обслуживание транспортного средства - 60 тыс. км.), экспресс мойка двигателя и продувка, снятие и установка защиты двигателя. Согласно п. 4 Заказа-наряда (договора) № № от 15.06.2018 года оговорены следующие Условия выполнения и оплаты работ, гарантийные обязательства: Запасные части и материалы предоставляются – ЗАКАЗЧИКОМ. Согласованный Заказчиком и Исполнителем начальный срок выполнения работ: не позднее рабочего дня следующего за днем приема заказа. Согласованный Заказчиком и Исполнителем конечный срок выполнения работ не более 90 рабочих дней, с даты фактического представления Заказчиком запасных частей и материалов Исполнителю.

Приблизительная стоимость работ определена в размере 15 000 рублей, стоимость запасных частей и материалов, предоставленных Исполнителем в размере 15 000 рублей.

Исполнитель вправе без предупреждения Заказчика производить технологически необходимые вспомогательные работы с увеличением приблизительной стоимости работ, запасных частей и материалов не более чем на 30%(тридцать процентов) указанной суммы.

Согласование с Заказчиком дополнительного объема работ производится по телефону либо по эл. почте.

Исполнитель (ООО «Урал-Авто») к выполнению заявленных ремонтных работ, предусмотренных Заказ-нарядом № № от 15 июня 2018 года, приступил, свои обязательства исполнил:

автомобиль был вымыт, произведена комплексная мойка;

снят топливный бак, вылито масло из двигателя, поскольку в нем присутствовала не только вода, но и песок, что крайне опасно для двигателя; проверены топливные трубки и их соединения на предмет повреждений, течи, крепежа;

произведена экспресс-мойка двигателя и продувка;

произведена замена масла двигателя и масляного фильтра;

произведена замена свечей зажигания;

произведена замена воздушного фильтра;

произведена замена жидкости привода тормозов;

произведена замена фильтра воздушного;

произведена проверка приводных ремней;

произведена проверка тормозных дисков и тормозных колодок (толщина, износ, повреждения);

произведена проверка стояночного тормоза (работоспособность, ход рычага и состояние троса); и др.

Согласно п. 4 Общих условий на оказание услуг (выполнение работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, которые являются неотъемлемой частью Заказ-наряда (договора) на выполнение работ: п. 4.1. «Стоимость выполненных работ и материалов, а также запасных частей, предоставленных Исполнителем и материалов, устанавливается Исполнителем в соответствии с утверждаемым им Прейскурантом работ, п. 4.2. При оформлении Заказ-наряда Потребитель производит частичную либо полную предварительную оплату приблизительной стоимости выполнения Работ».

В соответствии с выщеуказанным, ФИО1 произвела оплату заказанных работ 28 июня 2018 года с учетом, использованных материалов Исполнителя в размере 15 718,50 рублей 50 копеек, что подтверждается квитанцией к Заказ- наряду.

На основании п. 5.3 при выдаче автотранспортного средства Потребитель с участием Исполнителя обязан проверить комплектность и техническое состояние передаваемого автомототранспортного средства, а также объем и качество выполненных работ, в подтверждение чего Исполнитель и Потребитель составляют и подписывают двухсторонний акт приема-сдачи выполненных работ.

Данное обстоятельство подтверждается наличием подписанного между сторонами акта выполненных работ (сдачи-приемки работ), препятствия для получения автомобиля у истицы отсутствовали и продолжать ремонтные работы по восстановлению автомобиля отказалась до получения ответа от страховой компании (в подтверждение данных обстоятельств имеется запись телефонных звонков истице).

Согласовать продолжение работ обещала в конце июля 2018 года.

Технологически необходимые вспомогательные работы с увеличением приблизительной стоимости работ, которые указаны в заказе (счет от 07.02.2019 года) истица не согласовала и отказалась от исполнения договора, в связи с чем ФИО1, 09 февраля 2019 года направлена в адрес ООО «Урал-Авто» претензия, в которой она просит ответчика возвратить автомобиль и выплатить неустойку за нарушение срока ремонта в размере 150 тысяч рублей, а также компенсировать моральный вред в сумме 100 тысяч рублей, заявление ответчиком получено 20 февраля 2019 года. 20 февраля 2019 года был дан ответ на претензию от 09 февраля 2019 года по электронной почте и смс-оповещением на указанный номер, где сообщалось, что она может прибыть за автомобилем в рабочие дни. Указанную информацию истица получила 20 февраля 2019 года. С момента получения ответа на претензию не предпринимала действий к получению автомобиля. Лишь 01 марта 2019 года ФИО1 прибыла за автомобилем, который получила по акту-приема-передачи. ФИО1, 23 апреля 2019 года направлена в адрес ООО «Урал- Авто» дополнительная претензия, в которой она просит ответчика выплатить убытки в размере 47 060,86 (сорок семь тысяч шестьдесят рублей) 86 копеек, заявление ответчиком получено 30 апреля 2019 года. 25 мая 2019 года был направлен ответ на претензию от 23 апреля 2019 года, где сообщалось, что претензия рассмотрена и отклонена. ООО «Урал-Авто» полагает, что исковые требования о взыскании неустойки и убытков, предусмотренных ст. 28 Закона "О защите прав потребителей", ст. 15 ГК РФ необоснованны. Из документов следует, что ООО «Урал-Авто» не был нарушен срок исполнения заказа в части выполнения заявленных работ, которые в установленный срок истице предоставлены. Истица ФИО1 просит взыскать неустойку за нарушение срока выполнения работ от стоимости ремонтных работ, указанных в заказе (счете от 02.02.2019 года, который был ей направлен по эл. почте, но она его не согласовала) в размере 74 637,00 рублей и 50 345 рублей 26 копеек - расходы на приобретение новых деталей. Как видно из договора от 15 июня 2018 года, приблизительная стоимость работ определена в размере 15 000 рублей, стоимость запасных частей и материалов, предоставленных Исполнителем в размере 15 000 рублей.

Доводы истицы о том, что неустойка должна быть равна стоимости ремонтных работ, указанных в неоплаченном и несогласованном заказе (счете от 07.02.2019 года) в размере 74 637,00 рублей и 50 345 рублей 26 копеек - расходы на приобретение новых деталей, т.е. 124 982 рублей 26 копеек, основаны на неверном толковании норм материального права.

Поскольку Истицей не внесена в счет оплаты выполнения работ по договору от 15 июня 2018 года, сумма несогласованного заказа в размере 74 637 рублей, поэтому и не следует рассчитывать неустойку по п. 5 ст. 28 Закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку расчет приведет к неосновательному обогащению потребителя.

Кроме того, Истица необоснованно просит взыскать данную неустойку учитывая период с 01 октября 2018 года (со слов истицы « к этому моменту автомобиль находился в ремонте уже 3 мес. 15 дней») и до получения автомобиля 01 марта 2019 года, что, по мнению истицы, составило 151 день.

Заслушав истца, представителя истца, исследовав письменные материалы дела в совокупности, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

Учитывая субъектный состав сторон договора, возмездность договора и цель установки памятника - для личных нужд истца, суд приходит к выводу, что спорные правоотношения регулируются положениями Гражданского кодекса Российской Федерации и Законом Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителя».

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору; при отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Статьей 27 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) установлено, что Исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

В случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Неустойка (пеня) за нарушение сроков окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или предъявления потребителем требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Судом установлено, что ФИО1 имеет в собственности автомобиль «Suzuki SX4», государственный номер №.

12.06.2018 года в Челябинской области в районе г. Магнитогорск произошло дорожно-транспортное происшествие – выше указанный автомобиль частично затонул, попав в водоем, в результате чего автомобиль получил различные повреждения.

15.06.2018 ФИО1 передала в ООО «Урал-авто» поврежденный автомобиль, стороны заключили договор на оказание услуг (выполнение работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, оформив заказ-наряд № № от 15.06.2018 г.

В квитанции к заказ-наряду № 000050964 от 15.06.2018 указаны виды работ, расходные материалы, используемые ответчиком для выполнения работ, установлен срок проведения работ – 26.06.2018 г.

В соответствии с заказ-нарядом № 000050964 от 15.06.2018 г., квитанцией к заказ-наряду № 000050964 от 15.06.2018 согласованные сторонами в указанных документах работы выполнены ответчиком, истцом оплачены, претензии друг к другу касательно выполнения работ и их оплаты стороны не имеют.

Истец полагает, что помимо указанного договора (заказ-наряд № № от 15.06.2018) сторонами был заключен второй договор на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств (заказ-наряд № от 29.06.2018).

Представитель ответчика полагает, что между сторонами был заключен один договор на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств (заказ-наряд № № от 15.06.2018).

Оценив доводы сторон, а также представленные в обоснование доводов доказательства, суд приходит к выводу о том, что сторонами заключено два договора на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств:

- заказ-наряд № № от 15.06.2018;

- заказ-наряд № № от 29.06.2018.

Об этом свидетельствуют дальнейшие (после принятия работ, выполненных по заказ-наряду № № от 15.06.2018) действия сторон по согласованию условий договора, выраженные в переписке истца и представителей ответчика, наличие которой не оспаривалось стороной ответчика, по вопросу требуемой замены отдельных деталей автомобиля, приобретения указанных деталей, их характеристик, стоимости, доставки ответчику, оплате счетов для заказа требуемых деталей, частично проведенные ответчиком работы нашли отражение в счете на оплату № № от 07.02.2019, выставленном ООО «Урал-Авто» ФИО1

Работы, указанные в заказ-наряде № № от 15.06.2018, ответчиком выполнены, истцом оплачены, какого-либо соглашения в рамках данного заказ-наряда на выполнение иных работ (в частности указанных в счете № № от 07.02.2019, выставленном на основании заказ-наряда № № от 29.06.2018) сторонами не заключалось.

Кроме того, подтверждением заключения второго договора на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств также служит счет на оплату № № от 07.02.2019, который был выставлен на основании заказ-наряда № № от 29.06.2018, о чем имеется соответствующая ссылка в счете на оплату № № от 07.02.2019.

Между тем, при заключении договора на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств (заказ-наряд № № от 29.06.2018) сторонами не был согласован срок выполнения работ.

Выполнение работ ответчиком по результатам проведенной им диагностики и осмотра транспортно средства было поставлено в зависимость от фактического представления запасных деталей истцом.

Как следует из материалов дела, пояснений истца, не оспорено сторонами, стороны договорились о замене ряда деталей автомобиля, приобретение которых, за исключением блока управления двигателем, осуществляет истец, 06.09.2018 ответчику поступили необходимые запасные детали, заказанные истцом самостоятельно, данные детали заменены ответчиком.

19.12.2018 ответчику поступила запасная деталь – блок управления двигателем, для замены которой требовался второй ключ от автомобиля, который истец 17.01.2019 направила ответчику (груз №).

Поскольку договором между сторонами срок выполнения работ не согласован, определить срок исполнения обязательств ответчиком с учетом сложившихся между сторонами отношений по исполнению указанного договора не представляется возможным.

Следовательно, срок оплаты должен определяться по правилам п. 2 ст. 314 ГК РФ, согласно которой в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.

Разумный срок предполагает период времени, обычно необходимый для совершения действий, предусмотренных обязательством. Понятие "разумного срока" является оценочным и устанавливается для каждой конкретной ситуации, исходя из характера обязательства, взаимоотношений сторон, условий, влияющих на возможность своевременного исполнения обязательств и других имеющих значение обстоятельств. Бремя доказывания просрочки (нарушения разумного срока) возлагается на кредитора, исходя из общей презумпции разумности действий участников гражданского оборота (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требования истца об исполнении ответчиком условий договора по ремонту автомобиля материалы дела не содержат.

Как следует из материалов дела истец 09.02.2019 года обратилась к ответчику с претензией об отказе от исполнения договора и возврате автомобиля.

20.02.2019 года претензия истца рассмотрена ответчиком, истцу предложено прибыть за автомобилем, ответчик просил учесть при планировании даты прибытия за автомобилем, что 23 февраля 2019 – праздничный день, 24 февраля 2019 - выходной.

01 марта 2019 года ответчик передал, а истец приняла автомобиль, подписав акт приема-передачи автомобиля.

Исходя из того, что срок ремонта автомобиля сторонами согласован не был, с учетом сложившегося между истцом и ответчиком характера отношений, связанных с ремонтом автомобиля, отсутствия требования истца к ответчику об исполнении условий договора по ремонту автомобиля, суд приходит к выводу о том, что срок выполнения работ по ремонту автомобиля ответчиком не нарушен.

На основании изложенного, оснований для взыскания неустойки за нарушение срока ремонта автомобиля не имеется, в связи с чем в указанной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика убытков в размере 47 060 рублей 86 копеек, в том числе: расходов на эвакуацию автомобиля в размере 21 000 рублей; транспортных расходов в размере 2 565 рублей 60 копеек; расходов, понесенных истцом на приобретение блока управления двигателем, в размере 23 495 рублей 26 копеек.

Суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца в указанной части в виду следующего.

Истец, передав автомобиль ответчику в неисправном состоянии, рассчитывала на выполнение ответчиком действий по ремонту автомобиля, которые бы в конечном итоге привели к восстановлению работоспособности автомобиля и пригодности для целей его использования.

Об этом свидетельствуют имеющиеся в материалах дела заказ-наряд № № от 15.06.2018, счет на оплату № № от 07.02.2019 с указанием перечня выполненных работ, переписка сторон договора касательно ремонта и восстановления автомобиля, характер сложившихся между сторонами взаимоотношений, связанных с ремонтом автомобиля, акт приема-передачи автомобиля от 01.03.2019, согласно которому в автомобиле были заменены детали, а также сложившаяся практика взаимоотношений граждан и организаций, выполняющих работы по ремонту автомобилей, в соответствии с которой, отдавая автомобиль в ремонт, гражданин предполагает устранение недостатков и приведение автомобиля в рабочее состояние.

Согласно акту приема-передачи автомобиля от 01.03.2019 автомобиль не запускается, работоспособность комплектации проверить невозможно, наличие установленного блока комфорта проверить невозможно.

Таким образом, истец, рассчитывая на выполнение ответчиком надлежащим образом обязательств по ремонту автомобиля, вынуждена была прибегнуть к услугам автоэвакуатора для транспортировки неисправного автомобиля к месту своего жительства в г. Екатеринбург, а также приобрести билеты на проезд железнодорожным транспортом по маршруту: г. Челябинск-г. Екатеринбург дл себя и сопровождающего ее супруга, необходимость поездки которого совместно с истцом обусловлена нахождением истца в тот момент в состоянии беременности.

Стоимость услуг автоэвакуатора составила 21 000 рублей, что подтверждается квитанцией № № от 01.03.2019 г.

Стоимость транспортных расходов истца составила 2 565 рублей 60 копеек, что подтверждается электронным билетом № №, электронным билетом № №.

Понесенные истцом убытки по оплате услуг автоэвакуатора, по несению транспортных расходов подлежат взысканию с ответчика в полном объеме.

Как следует из материалов дела, на основании проведенной ответчиком диагностики автомобиля истца, последней было рекомендовано выполнить замену блока управления двигателем в связи с неисправностью данной детали, установленной в автомобиле. Истец дала согласие на такую замену, для чего поручила ответчику найти и заказать блок управления двигателем, внесла предоплату 16 000 рублей (чек операции от 06.08.2018).

Блок управления двигателем ответчиком заменен не был.

01.03.2019 истец выкупила блок управления двигателем у ответчика, доплатив 7 495 рублей 26 копеек (кассовый чек от 01.03.2019, реализации товаров № № от 01.03.2019). Всего за блок управления двигателем истец оплатила ответчику 23 495 рублей 26 копеек.

Как отмечает ответчик, и не оспаривает истец, ей было предложено отказаться от приобретения блока управления двигателем с возвращением уплаченных за него ранее денежных средств. Истец приняла решение выкупить блок управления двигателем, поскольку ответчиком ранее было указано на необходимость его замену ввиду неисправности старого блока управления двигателем, кроме того, блок управления двигателем поступил ответчику 19.12.2018, спустя более двух месяцев после оформления окончательного заказа. В случае отказа от выкупа блока управления двигателем с учетом необходимости его замены и его повторного длительного ожидания сроки восстановления автомобиля могли быть существенно увеличены.

После принятия автомобиля от ответчика, доставки его в г. Екатеринбург, автомобиль был передан ООО «Автомир Премьер» для поиска неисправности, демонтажа сигнализации, ABS-диагностики, диагностики рулевого механизма.

По результатам оказания данных услуг ООО «Автомир Премьер» установлено, что установка предоставленного заказчиком блока управления двигателем не потребовалась – двигатель исправно работает со старым блоком.

В результате некорректно проведенной диагностики автомобиля ответчиком сообщены истцу недостоверные сведения о неисправности блока управления двигателем, в связи с чем истец была введена в заблуждение ответчиком касательно необходимости замены блока управления двигателем и необходимости его дальнейшего приобретения.

При этом суд отмечает, что ответчиком не представлен результат проведения диагностики автомобиля, на основании которого ответчик пришел к выводу о неисправности блока управления двигателем и необходимости его замены.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика расходов, понесенных истцом на приобретение блока управления двигателем, в размере 23 495 рублей 26 копеек, возложив на истца обязанность возвратить ответчику блок управления двигателем.

В силу ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В обоснование требования о компенсации морального вреда в размере 100000 рублей истец указал, что была вынуждена тратить много излишних сил и времени, когда вступала в продолжительную переписку с ответчиком по поводу окончания ремонта ее автомобиля, что продолжалось на протяжении нескольких месяцев (не менее пяти месяцев). Степень ее страданий существенно усиливает то обстоятельство, что на протяжении почти всего срока нарушений ее прав потребителя она являлась беременной. Истица вынуждена была тратить свои силы, время и нервы, добиваясь защиты своих прав в судебном порядке. Истица несла дополнительные физические и нравственные страдания, когда, будучи беременной, была вынуждена 01.03.2019 года ехать в другой город (находясь в поезде более 9 часов в одну сторону), то есть испытывать определенные неудобства и переживания по поводу возможных негативных последствий от такой поездки. У истицы ухудшился сон, повысилась раздражительность, что сильно ее беспокоит, так как она очень сильно переживает по поводу своей беременности.

Суд приходит к выводу, что требование истца о компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб. являются обоснованным и подлежащим удовлетворению, и отказывает в сумме, выше указанной.

В соответствии с п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Материалами дела подтверждается, что в досудебном порядке истец обращался к ответчику с претензией. В досудебном порядке требования истца не были ответчиком удовлетворены.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 28 530 рублей 43 копейки.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, в связи с чем, с ответчика в доход государства подлежит взысканию пропорционально удовлетворенной части исковых требований истца государственная пошлина в размере 2767 рублей 74 копейки.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Авто» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал-Авто» в пользу ФИО1:

- расходы на эвакуацию автомобиля в размере 21 000 рублей;

- транспортные расходы в размере 2 565 рублей 60 копеек;

- расходы, понесенные истцом на приобретение блока управления двигателем, в размере 23 495 рублей 26 копеек;

- компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей;

- штраф в размере 28 530 рублей 43 копейки.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал-Авто» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2767 рублей 74 копейки.

Возложить обязанность на ФИО1 возвратить обществу с ограниченной «Урал-Авто» блок управления двигателем, приобретенный ею на основании документа: реализация товаров № № от 01.03.2019.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья: подпись

Копия верна:

Судья