Решение № 12-44/2017 от 3 декабря 2017 г. по делу № 12-44/2017

РЕШЕНИЕ

№ 12-44/2017
4 декабря 2017 года
город Чита
Судья Восточно-Сибирского окружного военного суда Конфета Вадим Леонидович при секретаре Лепской А.А., в помещении окружного военного суда, расположенного по адресу: <...>, рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – Николаева Б.А. на постановление судьи Кяхтинского гарнизонного военного суда от 5 октября 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), в отношении военнослужащего войсковой части 00000 <...> ФИО1,

установил:

постановлением судьи Кяхтинского гарнизонного военного суда от 5 октября 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год восемь месяцев.

Не согласившись с постановлением по делу, Николаев просит его отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование своих требований указывает, что судья гарнизонного военного суда в нарушение требований ст. 24.1 КоАП РФ рассмотрел дело без всестороннего, полного и объективного выяснения всех обстоятельств, а также без надлежащей оценки доказательств.

По его мнению, умысел на совершение вмененного административного правонарушения у ФИО1 отсутствовал, а судьей оставлен без внимания временной промежуток длительностью в 17 часов между совершенным ФИО1 дорожно-транспортным происшествием (далее – ДТП) и временем употребления им спиртного.

Отмечает, что материалы дела не содержат сведений об употреблении ФИО1 спиртного непосредственно после совершения им ДТП, а в постановлении судьи не полностью изложены показания допрошенного в суде сотрудника полиции Б..

Кроме того, Николаев обращает внимание на то, что судья в нарушение требований ст. 24.4 КоАП РФ незамедлительно не разрешил заявленное им письменное ходатайство об исключении из числа доказательств по делу протокола об административном правонарушении от 23 апреля 2017 года и объяснений ФИО1 от этой же даты, отказав в удовлетворении этого ходатайства в итоговом судебном постановлении.

Между тем протокол об административном правонарушении не отвечает требованиям закона, поскольку в нем неверно установлено время совершения ДТП, вместо 22 апреля 2017 года указанно 23 число того же месяца. При этом сотрудники полиции, оформлявшие в отношении ФИО1 процессуальные документы, от управления автомобилем его не отстраняли.

ФИО1 и его защитник Николаев, извещенные судом надлежащим образом в судебное заседание, не явились.

При этом от защитника Николаева 4 декабря 2017 года по электронной почте в адрес окружного военного суда поступило ходатайство об отложении рассмотрения жалобы в связи с занятостью в судебном заседании <...> районного суда города Улан-Удэ Республики Бурятия по делу об административном правонарушении <№> в отношении Ц.

Как указывает защитник, о месте и времени рассмотрения настоящего дела ему стало известно от ФИО1 25 ноября 2017 года, а поскольку он ранее был вызван в судебное заседание суда общей юрисдикции, явиться в окружной военный суд он не может и просит отложить рассмотрение жалобы на другую дату, предварительно согласовав ее с ним.

Рассмотрев данное ходатайство, судья окружного военного суда приходит к следующему.

Из материалов дела видно, что о месте и времени рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 в Восточно-Сибирском окружном военном суде, назначенном на 10 часов 4 декабря 2017 года, ФИО1 своевременно был извещен посредством телефонной связи 13 ноября 2017 года, а его защитник Николаев – 20 ноября этого же года.

При этом Николаев в телефонном разговоре указал, что в судебное заседание он прибудет и каких-либо сведений об участии в других судебных заседаниях суду не сообщал, о чем в выписке из книги телефонограмм имеется соответствующая запись. Указанный способ извещения согласуется с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Согласно имеющейся на официальном сайте <...> районного суда города Улан-Удэ информации, дело об административном правонарушении <№> в отношении Ц. поступило в этот суд 29 ноября 2017 года, на что указывает имеющаяся в деле распечатка данных с сайта этого суда.

В связи с этим указанная Николаевым причина не может быть признана уважительной, поскольку он о месте и времени рассмотрения жалобы в окружном военном суде был извещен своевременно, до даты поступления дела об административном правонарушении в отношении Ц. в <...> районный суд города Улан-Удэ, и его ходатайство об отложении рассмотрения жалобы удовлетворению не подлежит.

Учитывая, что ФИО1 и защитник Николаев, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела, судья, руководствуясь ч. 2 ст. 25.1 КоАП РФ, считает возможным рассмотреть дело об административном правонарушении в отсутствие указанных лиц.

Приходя к данному выводу, судья также учитывает, что от ФИО1 в адрес окружного военного суда каких-либо ходатайств, в том числе, об отложении рассмотрения жалобы, не поступало.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, судья приходит к следующему.

В соответствии с абз. 4 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД) водителю запрещается употреблять алкогольные напитки, наркотические, психотропные или иные одурманивающие вещества после ДТП, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Частью 3 ст. 12.27 КоАП РФ установлена административная ответственность за невыполнение требования ПДД о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после ДТП, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения или до принятия уполномоченным должностным лицом решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Как усматривается из материалов дела, 22 апреля 2017 года около 20 часов ФИО1, управляя транспортным средством – автомобилем марки <...> государственный регистрационный знак <...>, не рассчитав габариты транспортного средства, совершил наезд на дорожный знак, расположенный на улице <...>. После чего в нарушение п. 2.5 ПДД он оставил место ДТП, участником которого являлся.

23 апреля 2017 года в нарушение требований п. 2.7 ПДД ФИО1 употребил алкогольные напитки после ДТП, к которому он был причастен, совершив тем самым административное правонарушение, ответственность за которое установлена ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ.

Фактические обстоятельства правонарушения подтверждаются следующими собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 23 апреля 2017 года серии <№> (л.д.2); протоколом о задержании транспортного средства от 23 апреля 2017 года серии <№> (л.д.3); бумажным носителем результатов исследования ФИО1, согласно которому концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО1 составила 0,56 мг/л (л.д.5); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 от 23 апреля 2017 года серии <№>, содержащим вывод о том, что освидетельствуемый находился в состоянии опьянения, с которым ФИО1 был согласен (л.д. 4); видеозаписью и показаниями инспектора ОГИБДД О МВД России по Кяхтинскому району Б.., данными в ходе рассмотрения дела судьей.

Факт совершения ДТП подтверждается вступившим в законную силу постановлением судьи Кяхтинского гарнизонного военного суда от 2 июня 2017 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Указанные действия ФИО1 образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ.

Вопреки утверждениям автора жалобы, в ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении судьей гарнизонного военного суда в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного ФИО1 административного правонарушения. Так, в силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены наличие события административного правонарушения, лицо, его совершившее, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Имеющиеся в деле доказательства получили надлежащую правовую оценку и являются достаточными для установления виновности ФИО1 во вмененном ему административном правонарушении. Доказательства оценены судьёй в соответствии с положениями ст. 26.11 КоАП РФ.

То обстоятельство, что сотрудниками полиции, составившими протокол об административном правонарушении допущена ошибка в указании даты совершения ФИО1 ДТП, не опровергает вывода о его виновности, поскольку факт совершения им ДТП 22 апреля 2017 года подтверждается совокупностью иных исследованных по делу доказательств и сомнений в их достоверности не вызывает.

Довод жалобы о том, что протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством не составлялся, не может быть принят во внимание, поскольку отстранение от управления транспортным средством является мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении и не имеет правового значения для квалификации действий лица, привлекаемого к административной ответственности, а применяется лишь в целях пресечения административного правонарушения и свидетельствует о неразрешении отстраненному водителю далее управлять транспортным средством.

Принимая во внимание то, что ФИО1 в момент проведения процессуальных действий автомобилем не управлял, у сотрудников полиции не имелось необходимости в составлении данного протокола.

Довод жалобы о том, что у ФИО1 отсутствовал умысел на совершение вмененного ему административного правонарушения, а спиртное он непосредственно после ДТП не употреблял, на правильность квалификации действий ФИО1 не влияет, поскольку действующим законодательством не предусмотрено освобождение водителя, оставившего место ДТП, к которому он причастен, от соблюдения предусмотренного п. 2.7 ПДД запрета употреблять алкогольные напитки после ДТП до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Учитывая, что требования о прохождении освидетельствования в целях установления состояния опьянения предъявлялись ФИО1 в связи с проверкой его причастности к ДТП, которое произошло в период управления им транспортным средством, данные требования, при условии наличия достаточных оснований полагать, что он находился в состоянии опьянения, являются законными независимо от того, оставил водитель место ДТП либо нет, а также от того, были ли у него признаки опьянения в момент управления транспортным средством либо непосредственно после ДТП. При этом вопреки утверждениям автора жалобы, временной промежуток между совершенным ДТП и временем предъявления ФИО1 такого требования является разумным.

Не влияет на правильность установленных судом обстоятельств правонарушения ссылка в жалобе на то, что в оспариваемом постановлении судьи не полностью изложены показания сотрудника полиции, поскольку в соответствии с действующим законодательством судья в постановлении, ссылаясь на показания допрошенных по делу лиц, подтверждающих, по его мнению, те или иные фактические обстоятельства, должен раскрыть их содержание, однако не должен их приводить полностью, как об этом указывает защитник.

Вопреки доводам жалобы, разрешение ходатайства о признании протокола об административном правонарушении и объяснений ФИО1 недопустимым доказательством при вынесении итогового судебного акта не является существенным нарушением процессуальных требований КоАП РФ и на правильность выводов судьи о совершении ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ, не влияет.

Таким образом, факт совершения ФИО1 административного правонарушения подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств, и его действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ.

Вместе с тем имеются основания для изменения состоявшегося по настоящему делу судебного постановления.

Исходя из положений КоАП РФ, протокол об административном правонарушении является процессуальным документом, в котором фиксируется противоправное деяние лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, формулируется вменяемое данному лицу обвинение, выходить за пределы которого недопустимо.

Согласно протоколу об административном правонарушении ФИО1 в вину вменяется невыполнение требований ПДД о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения или до принятия уполномоченным должностным лицом решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Между тем оспариваемым постановлением судьи ФИО1 также привлечен к административной ответственности за употребление наркотических и психотропных веществ после ДТП, к которому он причастен.

Изложенное свидетельствует о том, что судья вышел за рамки указанного в протоколе об административном правонарушении объема совершенного деяния, существенно расширив его, и ухудшив тем самым положение лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, что недопустимо.

В связи с этим указание на употребление ФИО1 наркотических и психотропных веществ подлежит исключению из постановления судьи.

Помимо этого, в соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ.

При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (чч. 1 и 2 ст. 4.1 КоАП РФ).

Законодатель, установив названные положения в КоАП РФ, предоставил возможность судье, рассматривающему дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний, а также ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Санкция ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ предусматривает в качестве наказания наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Разрешая вопрос о назначении административного наказания, судья в постановлении не мотивировал, почему он пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения права управлять транспортными средствами сроком на один год восемь месяцев. При этом обстоятельств, отягчающих административную ответственность, судьей установлено не было.

В связи с этим вывод судьи гарнизонного военного суда о назначении ФИО1 наказания в части лишения права управления транспортными средствами на срок один год восемь месяцев, при отсутствии отягчающих административную ответственность обстоятельств, является необоснованным, а постановление по делу в данной части подлежит изменению путем снижения назначенного наказания в виде лишения специального права.

С учетом вносимых в судебное постановление изменений, судья окружного военного суда полагает возможным снизить назначенное наказание в виде лишения специального права и подвергнуть Салина административному наказанию по ч. 3 ст. 12.27 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

На основании изложенного и руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Кяхтинского гарнизонного военного суда от 5 октября 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении военнослужащего войсковой части 00000 старшего лейтенанта ФИО1 изменить:

исключить из постановления указание на употребление ФИО1 наркотических и психотропных веществ;

административное наказание, назначенное ФИО1 за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, смягчить и назначить ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

В остальной части постановление судьи оставить без изменения, а жалобу защитника – Николаева Б.А. – без удовлетворения.

Судья В.Л. Конфета