Решение № 2-186/2019 2-186/2019~М-142/2019 М-142/2019 от 29 мая 2019 г. по делу № 2-186/2019

Дело № 2-186/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 мая 2019 года г. Медногорск

Медногорский городской суд Оренбургской области

в составе:

председательствующего судьи Удотова С.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бабенышевой Н.С.,

с участием:

помощника прокурора г. Медногорска Кучерова В.И.,

истца ФИО2, его представителя - адвоката Этманова В.А.,

действующего на основании ордера № от "."." и удостоверения №,

представителя ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Медногорский городской суд с вышеуказанным исковым заявлением, в обоснование которого сослался на следующие обстоятельства.

На протяжении длительного времени он работал на Медногорском медно-серном комбинате, где был занят на горячих участках работ и постоянно находился в условиях воздействия вредных для здоровья факторов. Общий стаж его работы составляет 40 лет 11 месяцев, из которых в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 23 года 09 месяцев 04 дня (на ООО «ММСК» 13 лет 03 месяца).

В период работы в ООО «ММСК» произошло ухудшение здоровья истца, в силу чего он обратился в Областной центр профессиональной патологии при ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница».

Проведенные медицинские обследования показали наличие у него 40% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «хронический токсико-пылевой бронхит I стадия. Диффузный пневмосклероз. ДН 1 (первой) степени».

Непосредственными причинами указанных заболеваний явилось воздействие вредных производственных факторов–пыли природной,смешанной, неорганической, преимущественно фиброгенного типа действия, с примесью SiO2.

В своем заявлении истец также указал, что в настоящее время на фоне прохождения постоянного лечения, состояние его здоровья ухудшилось и продолжает ухудшаться, он постоянно испытывает физическую боль, переживания в связи с утратой здоровья. В связи с заболеванием у него постоянный кашель, затруднено дыхание, в связи с чем он не может в полном мере выполнять свои домашние и хозяйственные дела. Он проживает в с. Рысаево в частном доме, который требует постоянной физической работы, в том числе и на земельном участке, однако в связи с профзаболеванием он вынужден вести пассивный образ жизни. Без регулярного приема жизненно необходимых лекарств его самочувствие резко ухудшается, происходят приступы бронхиального кашля, а также обострения других хронических заболеваний, полученных в период работы на названном предприятии. Кроме того, в связи с профзаболеванием он не имеет возможности выполнять любую работу, требующую даже незначительную физическую нагрузку. Все указанное доставляет нравственные страдания, поскольку, в силу своего возраста, он мог бы вести полноценный образ жизни, при этом, в результате полученного в период работы в ООО «ММСК» профессионального заболевания и утраты трудоспособности и дальнейшего ухудшения состояния здоровья, вынужден ограничивать себя и своих близких, не может работать на производстве, вынужден вести пассивный образ жизни и принимать сильнодействующие и дорогостоящие лекарственные препараты, часть из которых приобретает сам, поскольку постоянно испытывает физическую боль.

Утверждая, что при увольнении с ООО «ММСК» ему не было выплачено никакой компенсации, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда 1 100 000 рублей, а также расходы, понесенные на оплату услуг представителя.

В судебные заседания истец ФИО2 не явился в связи с выездом в санаторий. В письменном заявлении, адресованном суду, просил рассмотреть дело в его отсутствии и иск удовлетворить.

Его представитель адвокат Этманов В.А. исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении.

Представитель ответчика ООО «ММСК» ФИО3 поддержала письменный отзыв на иск, в котором указывается на необоснованность доводов о том, что профессиональное заболевание истец получил в результате работы только в ООО «ММСК», поскольку до ООО «ММСК» он также работал во вредных условиях труда и неблагоприятных производственных факторов на госпредприятии МСК и затем в АООТ «ММСК». Ввиду того, что ООО «ММСК» - самостоятельное юридическое лицо, которое образовалось лишь в 2000 году и не является правопреемником АООТ «ММСК», оно не должно нести ответственность за вред, причиненный здоровью истца в период 10 лет его работы на этих предприятиях, правопреемником которых ООО «ММСК» не является.

Кроме того, представитель ответчика выразила мнение о том, что ООО «ММСК» свои обязательства перед работниками, в том числе ФИО2 выполняло в полном объеме. Так, в период работы в ООО «ММСК» с 2000 по 2013 годы истцу начислены и выплачены доплаты к основной заработной плате за работу во вредных условиях труда. Помимо выплат работнику предоставлялся дополнительный оплачиваемый отпуск, для обеспечения защиты от вредных факторов предприятие обеспечивало истца необходимой спецодеждой и средствами индивидуальной защиты, в соответствии с нормами действующего законодательства ему выдавалось молоко и бесплатное специальное питание за работу во вредных условиях труда. Общество проводило планомерную работу по охране труда и снижению влияния негативных факторов на здоровье работников, соблюдались государственные нормативные требования охраны труда, в том числе стандарты безопасности труда, соответствующие классу по степени вредности металлургического производства и льготному Списку № 1.

При этом истец был ознакомлен с характером и степенью вредности и опасности работ, которые он выполнял на предприятии. Вместе с тем, несмотря на то, что пенсию по Списку №1 он стал получать еще в 2004 году, он продолжал работать, пренебрегая своим здоровьем, что, как следствие, и привело к возникновению у него профзаболевания.

Кроме того, представитель ответчика просила учесть, что при увольнении на основании условий коллективного договора и подписанного соглашения истцу уже была выплачена компенсация морального вреда в размере 24203 рубля, с которым на момент увольнения ФИО2 был полностью согласен.

Ссылаясь на указанное, представитель ответчика выразила мнение о том, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда не соответствует критериям разумности и справедливости и поэтому исковые требования удовлетворению не подлежат. Аналогичным образом представитель ответчика просила уменьшить взыскание расходов, понесенных истцом на оплату услуг представителя, так как стоимость услуг представителя в размере 10000 рублей является неразумной.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение помощника прокурора Кучерова В.И., полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 22 Трудового Кодекса РФ (далее – ТК РФ) работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а так же требований разумности и справедливости.

Как следует из материалов дела (в частности, приказа о приеме на работу от ".".", трудового договора от ".".", приказа о переводе на другую работу от ".".", трудового договора от ".".", заявления от "."." об увольнении, приказа о прекращении трудового договора от ".".", санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника от "."." №), ФИО2 работал:

на государственном предприятии Медногорский медно-серный комбинат:

с "."." по "."." – электриком цеха капитального ремонта,

с "."." по "."." – электромонтером по обслуживанию оборудования ремонтно-механического цеха;

с "."." по "."." – электромонтером по обслуживанию электрооборудования участка капитальных ремонтов ремонтно-механического цеха;

с "."." по "."." - электромонтером по обслуживанию электрооборудования участка капитального ремонта ремонтно-механического цеха;

с "."." по "."." электромонтера, занятого на горячих участка в плавильном участке ремонтно-механического цеха;

с "."." по "."." – грузчиком в железнодорожном цехе;

с "."." по "."." - электромонтером по обслуживанию электрооборудования плавильного участка металлургического цеха;

с "."." по "."." – загрузчиком шихты плавильного участка металлургического цеха;

с "."." по "."." - машинистом крана в плавильном участке металлургического цеха.

В связи с приватизацией госпредприятия Медногорский медно-серный комбинат истец с "."." продолжил работать на АООТ «Медногорский медно-серный комбинат»:

с "."." по "."." – машинистом крана в плавильном участке метталургического цеха;

с "."." по "."." - электромонтером по ремонту электрооборудования на участке сократительной плавки и конвертирования металлургического цеха;

с "."." по "."." - электромонтером по ремонту электрооборудования на участке сократительной плавки и конвертирования медеплавильного цеха.

В связи с ликвидацией АООТ «Медногорский медно-серный комбинат» и созданием на его материально-технической базе новой организации ООО «Медногорский медно-серный комбинат», "."." ФИО2 был уволен из АООТ «ММСК» и с "."." принят (переводом) на работу в ООО «ММСК» электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования на участке сократительной плавки и конвертирования медеплавильного цеха.

"."." между ФИО2 и ООО «ММСК» заключён трудовой договор, по которому ему предоставлялся дополнительный отпуск за вредные условия труда, были предусмотрены особые условия – льготный список №, при этом работодатель обязался оборудовать рабочее место работника в соответствии с правилами охраны труда и ТБ.

"."." трудовой договор с ФИО2 был прекращен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой ФИО1 в соответствии с медицинским заключением (п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ).

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики труда № от "."." в период работы истца электромонтером УСПиК МПЦ (с 1981 по 1986 и с 1995 по 2011 г.г.), машиниста крана плавильного участка металлургического цеха ( с 1989 по 1995 г.г.), загрузчика шихты плавильного участка металлургического цеха (с 1988 по 1989 г.г.) вредным производственным фактором являлась пыль природная, смешанная, неорганическая, преимущественно фиброгенного типа действия, с примесью SiO2, превышение ПДК в 1,6 раза, в связи с чем класс условий труда ФИО2 оценивался как «3.2».

Согласно справке ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница №» г. Оренбурга и выписке из медицинской карты стационарного больного № с "."." по "."." ФИО2 находился на стационарном лечении в профпатологическом отделении Оренбургского областного центра профпатологии, где ему установлен диагноз: «профессиональный хронический пылевой бронхит I стадии Диффузный пневмосклероз. ДН I ст.».

Согласно медицинскому заключению ФИО2 был установлен заключительный диагноз: профессиональный хронический пылевой бронхит I стадии. Диффузный пневмосклероз. ДН I ст.

Из извещения ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница №» г. Оренбурга об установлении заключительного диагноза № от "."." также следует, что у ФИО2 имеются указанные выше заболевания.

Из медицинского заключения медицинской комиссии при Оренбургском областном центре профпатологии от "."." от усматривается, что для лечения выявленного профзаболевания истцу ФИО2 рекомендовано проходить регулярное наблюдение у профпатолога и других врачей, проходить санаторно-курортное лечение, принимать различные лекарственные препараты, в лечении использовать ЛФК, иглорефлексотерапию, массаж, физ. лечение.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ".".", составленному комиссией ООО «ММСК» при участии специалистов ВТО Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области, проведено расследование случая профессионального заболевания ФИО2, который работал во вредном производстве.

Установлено (пункт 20), что заболевание, полученное ФИО2, является профессиональным и возникло в результате длительного контакта вредных производственных факторов и веществ, превышающих предельно допустимые уровни (концентрации). Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: пыль природная, смешанная, неорганическая, преимущественно фиброгенного типа действия с примесью SiO2.

Согласно справке МСЭ-2011 № ФИО2 с "."." бессрочно, без повторного переосвидетельствования установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 40% в связи с профессиональным заболеванием.

Согласно справке МСЭ-2013 № ФИО2 с "."." повторно установлена третья группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием на срок - бессрочно.

Анализ всех вышеприведенных доказательств в их совокупности позволяет прийти к выводу о наличии у ФИО2 профессионального заболевания, которое находится в прямой причинной связи с выполнением им на протяжении 23 лет 7 месяцев (т.е. до увольнения в декабре 2013 года) работы электромонтером по ремонту электрооборудования во вредных условиях труда.

При этом, исходя из медицинских данных о том, что причиной заболевания явилось воздействие пыли преимущественно фиброгенного типа действия, факт возникновения данного заболевания именно в период работы истца на Медногорском медно-серном комбинате суд также признает доказанным.

Ссылка представителя ответчика на то, что ООО «ММСК» не является причинителем вреда здоровью истца, так как ответчиком принимались меры к обеспечению безопасных условий труда истца и защите от вредных факторов, не состоятельна, так как она противоречит установленным в судебном заседании обстоятельствам.

Кроме того, данные доводы опровергаются медицинскими заключениями, из которых следует, что профессиональное заболевание ФИО2 возникло именно в период работы истца у ответчика. Более того, утрата трудоспособности истца на 40% установлена ФИО2 на основании акта о профессиональном заболевании, составленном в период работы в ООО «ММСК», где он проработал во вредных условиях труда более 13 лет 03 мес. Данный срок работы истца на производстве ответчика ООО «ММСК» суд считает длительным и достаточным с точки зрения возможности приобретения заболевания именно в этот период.

Следовательно, в этот период безопасные условия труда в момент выполнения им трудовых обязанностей надлежащим образом обеспечены не были, что привело к профессиональному заболеванию истца.

Тот факт, что при работе во вредных условиях истцу предоставлялись средства индивидуальной защиты в соответствии с картой аттестации рабочего места, предоставлялись доплаты за вредные условия труда, дополнительный отпуск, специальное питание, не может служить основанием для освобождения ответчика от обязанности по компенсации морального вреда, т.к. все это было связано с условиями его работы и её оплаты и не относится к компенсационным выплатам морального вреда.

Суд не может признать обоснованными и доводы представителя ответчика о том, что ответчик не может нести ответственность за вред здоровью истца, который длительно проработал во вредных условиях АООТ «Медногорский медно-серный комбинат», учитывая, что ООО «ММСК» не является его правопреемником.

То обстоятельство, что в течение трудовой деятельности истец работал не только в ООО «ММСК», но и в госпредприятии МСК и АООТ «ММСК», не может служить основанием к отказу истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку установлено, что профессиональное заболевание ФИО2 возникло в период работы истца у ответчика, инвалидность по профзаболеванию установлена ФИО2 именно в период работы в ООО «ММСК», где он проработал 13 лет 03 мес. В этот период безопасные условия труда в момент выполнения им трудовых обязанностей должным образом обеспечены не были, что привело к профессиональному заболеванию истца.

Более того, из материалов дела следует, что истец с "."." на протяжении более 40 лет работал на предприятии (Медногорском медно-серном комбинате), которое за этот промежуток времени, меняя свою организационно-правовую форму и название, место своего нахождения и род деятельности не меняло. Согласно ст. 8 Устава ООО «ММСК» от "."." учредителем ООО «ММСК» являлся АООТ «ММСК», в связи с чем при приеме истца на работу из АООТ «ММСК» в ООО «ММСК» рабочее место истца не изменилось, он продолжал работать на прежнем рабочем месте, в тех же условиях, выполнять те же функциональные обязанности, что не оспаривается ответчиком.

Довод ответчика о том, что пенсию по Списку №1 истец начал получать еще в 2004 году и поэтому он имел возможность прекратить работать уже тогда, что, в свою очередь, исключило получение им в 2013 году профессионального заболевания, судом отклоняется, поскольку продолжая работать на предприятии истец реализовывал свое конституционное право на труд, которому корреспондировала обязанность работодателя (ООО «ММСК») создавать такие условия труда, при которых получение заболевания исключалось.

Таким образом, по исследованным доказательствам суд признает установленным, что работодатель ООО «Медногорский медно-серный комбинат» имеет прямое и виновное отношение к причинению вреда здоровью ФИО2 и получению им профессионального заболевания. При этом контраргументы ответчика суд находит неубедительными и неподтверждёнными, поскольку установлено, что фактически профзаболевание ФИО2 приобретено в период работы в ООО «ММСК», преимущественно непосредственной причиной профзаболевания стали вредные факторы, имевшие место при работе истца в ООО «ММСК».

Статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года закрепляет право каждого, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда ФИО2 суд принимает во внимание, что истец работал в ООО «ММСК», производство которого является вредным для здоровья.

В результате профессионального заболевания ФИО2 признан инвалидом третьей группы, ему определена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40%. В связи с утратой здоровья, физическими болями, ухудшением состояния здоровья он испытывает ежедневные непрекращающиеся нравственные, физические и психологические страдания, в связи с этим, в силу своего возраста, мог бы вести полноценный образ жизни, но не имеет возможности работать по специальности, на 40% утратил здоровье, чувствует свою невостребованность.

Возражая против удовлетворения данного иска, ответчик ссылается на наличие действовавшего в 2013 году коллективного договора, в соответствии с которым истцу при его увольнении, то есть ".".", уже была выплачена компенсация морального вреда в размере 24203 руб. 17 коп.

Проверяя данные возражения, суд считает необходимым указать следующее.

Действительно, в 2013-2015 годах в ООО «ММСК» действовал коллективный договор, согласно п. 7.3.22 которого работнику, получившему профессиональное заболевание, работодатель обязался выплачивать денежную компенсацию в порядке возмещения морального вреда в размере 2% от среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности, исходя из среднемесячного заработка по профессии, по которой получено профзаболевание, на момент подачи заявления. начисление морального вреда производится с учетом вины потерпевшего, указанной в акте расследования профзаболевания.

Из заявления ФИО2 от "."." следует, что он просит выплатить ему данную компенсацию, с ее размером он согласен.

Из соглашения, датированного "."." и подписанного ФИО2 и директором ООО «ММСК», усматривается, что работодатель выплачивает ФИО2 предусмотренную п. "."." коллективного договора компенсацию морального вреда в размере 24203 руб. и данным соглашением стороны подтверждают отсутствие между ними спора по размеру данной компенсации.

Ме6жду тем, в силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Положения коллективного договора означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

В рассматриваемой ситуации спор о размере компенсации морального вреда имеется, о чем свидетельствует факт обращения ФИО4 с настоящим иском в суд.

Тот факт, что ФИО2 "."." было подписано соглашение, в котором указано обратное, а именно об отсутствии такого спора, существенного значения иметь не может, поскольку данное соглашение было составлено в день прекращения трудовых отношений и от его подписания зависело получение ФИО2 компенсации в размере 24 203 руб. Зависимость ФИО2 в тот день от подписания данного соглашения дает основания не рассматривать данное соглашение как окончательное при разрешении вопроса наличия или отсутствия спора по размеру компенсации. Какие-либо иные условия, в силу которых данное соглашение можно было расценивать как окончательное волеизъявление ФИО2, свидетельствующее об его отказе от получения компенсации в большем размере, в соглашении не содержатся.

При таких обстоятельствах занимаемая ответчиком правовая позиция о том, что работник не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено коллективным договором, противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Поэтому суд считает, что исковые требования ФИО2 о взыскании с ООО «ММСК» компенсации морального вреда являются законными, обоснованными и подлежат частичному удовлетворению.

Суд считает, что с учётом изложенных выше обстоятельств, требований разумности и справедливости, с учётом объёма и характера, причинённых работнику нравственных страданий, степени утраты трудоспособности, с ответчика ООО «ММСК» в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 110 000 рублей.

Вместе с тем, следует учитывать единовременную выплату компенсации морального вреда в размере 24203 руб., выплаченную ответчиком истцу "."." в бесспорном порядке, поэтому на настоящее время с ООО «ММСК» в пользу ФИО2 может быть взыскана компенсация за вычетом суммы указанной выплаты, то есть денежные средства в размере 85797 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска следует отказать.

Разрешая вопрос о распределении между сторонами дела судебных расходов, состоящих из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, суд применяет нормы ст. ст. 98 ГПК РФ, ст. ст. 333.17, 333.18 НК РФ, которыми установлен порядок уплаты государственной пошлины, распределения между сторонами понесенных судебных расходов.

Согласно указанным правилам стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В связи с тем, что истец ФИО2 при обращении в суд с иском государственную пошлину не оплатил, подлежавшая оплате, но неоплаченная истцом госпошлина в размере 300 рублей подлежит взысканию с ответчика непосредственно в бюджет государства.

Нормами ст. 100 ГПК РФ предусмотрено, что расходы на оплату услуг представителя возмещаются за счет ответчика в разумных пределах.

Из квитанции № от "."." следует, что адвокат Этманов В.А. за оказание юридических услуг получил от ФИО2 денежные средства в размере 10 000 рублей.

Как видно из материалов дела, представитель истца - Этманов В.А. все принятые им по договору обязанности выполнил в полном объеме, в связи с чем расходы истца суд находит обоснованными и необходимыми, поскольку они прямо связаны с рассмотрением настоящего дела.

С учетом этого и учитывая, что основные правовые требования ФИО2 суд удовлетворяет, судебные расходы, понесенные истцом в связи с рассмотрением дела на оплату услуг представителя, суд также находит подлежащими возмещению с ответчика. Вместе с тем, суд считает необходимым снизить их до разумных пределов, которыми с учетом категории рассматриваемого дела, признает 6500 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» в пользу ФИО2 в счёт компенсации морального вреда 85797 (Восемьдесят пять тысяч семьсот девяносто семь) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований (в большей сумме) – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» в пользу ФИО2 в счёт возмещения расходов, понесенных на оплату услуг представителя, 6500 (шесть тысяч пятьсот) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Медногорский медно-серный комбинат» в доход бюджета муниципального образования «город Медногорск» госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд в течение месяца через Медногорский городской суд со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Медногорского

городского суда подпись С.Л. Удотов

Решение в окончательной форме составлено: 04.06.2019

Судья Медногорского

городского суда подпись С.Л. Удотов