Решение № 2-449/2017 2-449/2017~М-355/2017 М-355/2017 от 21 июня 2017 г. по делу № 2-449/2017

К делу 2-449/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июня 2017 года п. Мостовской

Судья Мостовского районного Краснодарского края ФИО1,

при секретаре Черной Л.В.,

с участием старшего помощника прокурора

Мостовского района ФИО2,

истца ФИО3, его представителей ФИО4, ФИО5, представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ОМВД России по Мостовскому району о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд, с учетом уточнения от 10.05.2017, с иском к ОМВД России по Мостовскому району, в котором просил: отменить приказ <...>л/с от 20.03.2017 о расторжении контракта и увольнении, признать расторжение контракта и увольнение незаконным, восстановить его на работе в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного взвода дорожно-патрульной службы ГИБДД ОМВД России по Мостовскому району, взыскать сумму денежного довольствия за время вынужденного прогула из расчета среднемесячного довольствия – <...> пропорционально каждому календарному дню на день вынесения решения, и компенсацию морального вреда в сумме эквивалентной десятикратному размеру среднемесячного денежного довольствия, т.е. <...>.

Свои требования истец мотивировал тем, что с 21.10.2003 по 20.03.2017 он проходил государственную службу в органах внутренних дел, и состоял в должности инспектора ДПС отдельного взвода ДПС ГИБДД Отдела МВД России по Мостовскому району.

Приказом начальника Отдела МВД России по Мостовскому району <...> л/с от 20.03.2017 он на основании заключения по результатам служебной проверки уволен со службы в органах внутренних дел по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" за проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел.

С увольнением истец не согласен, считает его незаконным по тем основаниям, что служебная проверка проведена с нарушением действующего законодательства, с оказанием на ФИО3 физического и психологического воздействия путем лишения сна, так как в период проведения служебной проверки начальник ОГИБДД ОМВД России по Мостовскому району направлял его для несения службы в ночное время с 15 на 16.03.2017 и с 16 на 17.03.2017, что привело к ухудшению его здоровья.

Кроме того, по результатам служебной проверки ему не было вынесено никакого дисциплинарного наказания, что должно было служить основанием для его увольнения.

Также в нарушение п.9 ст. 51 ФЗ от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее Федеральный закон № 342-ФЗ), согласно которому приказ о наложении дисциплинарного взыскания издается после выздоровления, уведомление о его увольнении было произведено комиссией 17.03.2017 в 19 часов 40 минут во время нахождения его на стационарном лечении в Узловской участковой больнице МБУЗ Мостовская ЦРБ, и приказ об увольнении был издан в период его временной нетрудоспособности, что подтверждается больничным листом, тогда как согласно ч.6 ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и пребывания в отпуске. Ответчиком нарушена процедура увольнения, так как в соответствии с п.6 ч.1 ст. 50 Федерального закона № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел является одним из видов дисциплинарных взысканий и при решении вопроса о привлечении сотрудника к дисциплинарной ответственности следует руководствоваться ст. 51 Федерального закона № 342 -ФЗ и положениями Порядка проведения служебной проверки в органах МВД РФ, утвержденного приказом МВД РФ <...> от 26.03. 2013.

В соответствии с п.9 ст. 51 Федерального закона № 342-ФЗ о наложении на сотрудника органов внутренних дел дисциплинарного взыскания руководителем издается приказ.

Однако вместо приказа «О наложении дисциплинарного взыскания» был издан оспариваемый им приказ «Об увольнении», содержащий лишь основания увольнения, вследствие чего не воспринимающийся приказом о наложении дисциплинарного взыскания. Также в нарушение п.11 ст. 51 Федерального закона №342-ФЗ, согласно которому уполномоченный руководитель обязан в течение трех рабочих дней ознакомить сотрудника органов внутренних дел с приказом о наложении дисциплинарного взыскания, его с приказом «Об увольнении» не знакомили. Он получил его по почте. Служебная проверка проведена формально, без полного, объективного и всестороннего исследования и оценки всех обстоятельств, имеющих значение для правильного и объективного рассмотрения поступивших заявлений о якобы совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст. 291.2 УК РФ. Во время проведения служебной проверки его не отстранили от исполнения должностных обязанностей, он продолжал несение службы, что подтверждает отсутствие оснований для применения к нему любого дисциплинарного взыскания, тем более увольнения.

Незаконными действиями по его увольнению в период временной нетрудоспособности, притом, что он добросовестно исполнял свои должностные обязанности с повышенной нагрузкой, лишением его конституционного права на труд, что привело к нервному стрессу, ухудшению здоровья, истцу причинены нравственные страдания, т.е. моральный вред, который ответчик должен быть компенсирован выплатой денежных средств.

В судебном заседании истец ФИО3 его представители ФИО4 и ФИО5 поддержали заявленные требования, приведя в обоснование вышеизложенные доводы.

Кроме того, сторона истца заявила о незаконности проведенной проверки, которая в нарушение п.17 Приказа <...> от 26.03.2013 проводилась в период временной нетрудоспособности истца, находящегося с 17.03.2017 на стационарном лечении, приказ о проведении служебной проверки комиссией не издавался, а так же выяснилось в судебном заседании, что проведение служебной проверки было поручено начальнику ОГИБДД ОМВД России по Мостовскому району ФИО7, однако объяснение у ФИО3 получал начальник отдела кадров ОМВД России по Мостовскому району ФИО8. О получении у истца и других лиц объяснений неуполномоченным лицом свидетельствует то, что объяснения написаны ФИО8, но в них отсутствует отметка о его участии в проведении в служебной проверки. Считают также, что ответчиком не предоставлено доказательств, подтверждающих совершение истцом действий, порочащих честь сотрудника полиции, следовательно, выводы заключения голословны. Также представитель истца ФИО3 ФИО4 просил исключить из числа доказательств, имеющиеся в материалах служебной проверки расшифровки аудиозаписей, так как экспертиза по ним не проводилась.

Представители ответчика ОМВД России по Мостовскому району ФИО6 и ранее участвовавшие ФИО9 и ФИО10 возражали против удовлетворения требований истца по доводам, приведенным в письменных возражениях, и, пояснив, что ФИО3 проходил службу в ОМВД в должности инспектора ДПС отдельного взвода ДПС ГИБДД ОМВД с 18.01.2016.

17.03.2017 начальником ОМВД России по Мостовскому району утверждено заключение служебной проверки, проведенной в связи с поступлением 15.03.2017 заявлений от граждан ФИО11 и Рейнгольда М.Л. в отношении истца, о том, что ФИО3 вымогал и получил от каждого из них денежные средства в сумме <...> за непривлечение к административной ответственности по ч.3.1 ст. 12.5 и ч.2 ст. 12.37 КоАП РФ (тонировка автомобиля и отсутствие страхового полиса), зарегистрированных в КУСП <...> и <...> от 15.03.2017.

Согласно указанному заключению установлены факты несоблюдения ФИО3 установленных федеральными законами ограничений и запретов, связанных со службой в органах внутренних дел, требований к служебному поведению сотрудника, совершения поступков, вызывающих сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности, что повлекло за собой подрыв авторитета органов внутренних дел Российской Федерации, нанесении ущерба авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Капитаном полиции ФИО3 не было предпринято мер по привлечению водителей Рейнгольда М.Л. и ФИО11 к административной ответственности по ч.3.1 ст. 12.5 и ч.2 ст. 12.37 КоАП РФ, а также не было предпринято каких-либо действий по уведомлению руководителя отдела и своего непосредственного руководителя о факте обращения к нему лиц в целях склонения его к совершению коррупционного нарушения.

Выводы заключения подтверждены объяснениями сотрудников органов внутренних дел, гражданских лиц ФИО11 и Рейнгольда М.Л., стенограммами разговора ФИО3 с ФИО11, ФИО3 с Рейнгольдом М.Л., аудиозаписями, служебной документацией, а также другими документами.

Согласно заключению служебной проверки ФИО3 допустил нарушения п.п.1,2 ч.1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее № 3-ФЗ от 07.02.2011), п.п.1, 2 ч.1 ст. 12, п.2 ч.1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, п.п. «а», «в» ст. 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного указом Президента РФ от 14.10.2012 <...>, п.п. 4.3, 4.4 контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации от 18.01.2016, п.3.4.7 своей должностной инструкции, утвержденной 04.01.2017 начальником ОМВД России по Мостовскому району.

В связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, ФИО3 был уволен из органов внутренних дел по п.9 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" " на основании приказа начальника ОМВД России по Мостовскому району <...>-л/с от 20.03.2017.

Расторжение контракта и увольнение сотрудника полиции за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел ( п.9 ч.2 ст. 82 № 342-ФЗ), не отнесено указанным Федеральным законом к основанию расторжения контракта по инициативе руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя, в связи с чем не является привлечением к дисциплинарной ответственности, предусмотренной ст. 50 этого же закона, влекущим увольнение по ч.2 ст. 81 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ. Также не регулирует порядок увольнения по основанию п.9 ч.3 ст. 82 Федерального закона № 342-ФЗ и ст. 51 указанного закона.

Из содержания п.8 ч.1 ст. 18 ФЗ «О государственной гражданской служб е Российской Федерации», правой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 21.03.2014 №7-П, от 26.12.2002 № 17-П, от 23.04.2004 № 9-П, от 15.07.2009 № 13-П, о специальном правовом статусе у сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, в связи с которым законодатель вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка порочащего честь сотрудника внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел.

Совершение проступка порочащего честь сотрудника органов внутренних дел является самостоятельным основанием к расторжению контракта.

Согласно ч.12 ст. 89 ФЗ от 30.11.2011 № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или командировке не допускается, за исключением увольнения, в том числе, по п.9 ч.3 ст. 82 настоящего Федерального закона.

Также ответчик считает, что истцом не предоставлено доказательств того, что в связи с увольнением у него ухудшилось состояние здоровья, развилось заболевание, поэтому не имеется оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО8, ФИО7, подтвердили, что по заявлениям ФИО11 и Рейнгольда М.Л. проводилась служебная проверка.

При этом свидетель ФИО8 – начальник отдела по личному составу ОМВД России по Мостовскому району пояснил, что основанием для проведения служебной проверки послужил рапорт дежурного ФИО12. Проведение служебной проверки было поручено начальнику ГИБДД ФИО7. В проведении служебной проверки он участия не принимал, но присутствовал при опросе ФИО7 ФИО3, ФИО11 и Рейнгольда М.А. и стенографировал их пояснения - писал протоколы опроса, выполнял техническую работу. Он с ФИО11 и Рейнгольдом М.Л. не общался. Затем он изучал материалы служебной проверки и согласовывал заключение, с выводами которого полностью согласился. Он имеет право высказывать и несогласие. Проверял правильность увольнения в соответствии с ФЗ № 342-ФЗ от 30.11.2011. По окончанию служебной проверки он должен был убедиться, что ФИО3 ознакомлен с материалом. При отказе составляется акт. С заключением служебной проверки ФИО3 ознакомили в больнице и вручили уведомление о расторжении контракта и увольнении с 20.03.2017, поскольку 18.03. и 19.03 были выходные дни. Провели беседу с оформлением листа беседы. 20.03.2017 был издан приказ об увольнении. Материал служебной проверки был направлен в следственный комитет для принятия компетентного решения.

Свидетель ФИО7 – начальник ОГИБДД ОМВД России по Мостовскому району суду пояснил, что ФИО3 находился у него в оперативном подчинении. 15.03.2017 поступили заявления двух граждан о том, что сотрудником были остановлены за тонировку два автомобиля, и якобы они дали инспектору по <...>, чтобы не были составлены административные протоколы. О заявлениях ему сообщил дежурный. 15.03.2017 он прибыл в ОМВД России по Мостовскому району, получил от ФИО12 заявления, написал на имя начальника отдела рапорт о соединении двух заявлений для проверки, так как они были по одному факту. Ему было поручено начальником ОМВД по Мостовскому району проведение служебной проверки, касающейся сотрудника ДПС, за которого он несет ответственность. Он поднялся в кабинет ФИО8, так как у него нет своего кабинета в здании отдела. Был вызван ФИО3, который пояснил, что ничего не помнит по данным машинам, проходили ли они пост «А.», и останавливал ли он их. После этого были опрошены заявители, в подтверждение ими были представлены записи разговора с ФИО3.Опрашивал всех он, а записывал объяснения ФИО8, так как у него болела рука. По камерам наблюдения установлено, что машины заявителей заезжали на территорию <...> через ВКПП «А.», и было видно по записи камер наблюдения, что машины зашли затонированными. По базе было установлено, что на обоих этих водителей составлены административные протоколы к <...>. Сомнений в заявлениях граждан не было. В ходе проверки установлено, что ФИО3 совершил действия, порочащие честь сотрудника полиции, увод от административной ответственности нарушителей. Он подготовил заключение по результатам проверки, согласовывал его с ФИО8. Был сделан вывод об увольнении ФИО3. Никакого психологического воздействия на ФИО3 не оказывал. Почему ФИО3 дежурил две ночи подряд точно пояснить не может, но значит, было усиление - операция <...>. Не отстранили от работы ФИО3 после 15.03.2017, так как проводилась проверка.

Свидетель ФИО13 - инспектор отдельной роты ДПС г. Армавира суду пояснил, что давал объяснение в рамках служебной проверки. Опрашивал его майор, кажется начальник ГАИ, а второй в гражданской одежде писал, почему их было двое, ему неизвестно. Объяснения у него отбирали по факту составления им административных протоколов в г. Армавире за тонировку-пленку на стеклах. Он ознакомился с записанным текстом и подписал.

Свидетель ФИО11 суду пояснил, что с инспектором ФИО3 встречался один раз, точную дату не помнит, на посту, на въезде в <...>, если ехать через <...>. Инспектор проверил документы, не было страховки, он высказал по этому поводу претензию, но протокол не составлялся, договорились на месте. Кто был инициатором договора, не помнит. В <...> его остановили и составили протокол за тонировку и отсутствие страховки, но машина была не его. Подтверждает, что писал заявление в отношении инспектора ФИО3. По этому заявлению его вызывали в ОМВД по <...>. Опрашивали два человека : один в форме задавал вопросы, второй писал. Он прочитал объяснение, замечаний не было, подписал.

Свидетель ФИО14 суду пояснил, что видел ФИО3 один раз, когда приезжал на автомобиле отца в <...>. Инспектор его остановил на посту за тонировку. Других претензий не было, и речи о составлении протокола не было. Написал заявление, так как надоели поборы на дорогах. В <...> на него составили протокол. Его приглашали в отдел полиции <...>. Были два человека: в форме опрашивал, а второй писал. Почему их было двое, не объясняли. Он прочитал объяснение, все правильно было написано, и он его подписал, и отдал запись разговора с ФИО3.

Участвующий в деле прокурор возражал против удовлетворения требований ФИО3, считая, что его увольнение произведено в соответствии с действующим законодательством, представив письменное заключение.

Суд, выслушав участвующих лиц, допросив свидетелей, изучив материалы дела, считает, что требования ФИО3 удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела истец ФИО3 проходил службу в ОМВД России по Мостовскому району с 21.10.2003, в должности инспектора ДПС отдельного взвода ДПС ГИБДД ОМВД с 18.01.2016.

Приказом начальника Отдела МВД России по Мостовскому району <...>-л/с от 20.03.2017 с ФИО3 расторгнут контракт по п.9 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел), и он уволен с занимаемой должности.

О предстоящем увольнении ФИО3 был уведомлен 17.03.2017. 20.03.2017 в его адрес был направлена копия приказа об увольнении.

Основанием для издания данного приказа послужило заключение служебной проверки, проведенной ОМВД РФ по Мостовскому району в отношении инспектора ДПС ГИБДД ФИО3 по факту регистрации заявлений ФИО11 и Рейнгольда М.Л. - КУСП <...> и <...> от 15.03.2017.

Указанной проверкой установлено, что ФИО3 нарушил п.п.1,2 ч.1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее № 3-ФЗ от 07.02.2011), п.п.1, 2 ч.1 ст. 12, п.2 ч.1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, п.п. «а», «в» ст. 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного указом Президента РФ от 14.10.2012 <...>, п.п. 4.3, 4.4 контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации от 18.01.2016, п.3.4.7 своей должностной инструкции, утвержденной 04.01.2017 начальником ОМВД России по Мостовскому району, а именно: не принял мер по привлечению водителей Рейнгольда М.Л. и ФИО11 к административной ответственности по ч.3.1 ст. 12.5 и ч.2 ст. 12.37 КоАП РФ, и не предпринял каких-либо действий по уведомлению руководителя отдела и своего непосредственного руководителя о факте обращения к нему лиц в целях склонения его к совершению коррупционного нарушения, чем совершил проступок, порочащий честь и достоинство сотрудника полиции.

Доводы стороны истца о том, что ответчиком не доказано совершение ФИО3 проступка, порочащего честь сотрудников органа внутренних дел, суд считает не обоснованными и противоречащими материалам проверки.

Заявляя о неполном исследовании всех обстоятельств, истец при этом не указывает, какие обстоятельства, которые могли повлиять на выводы заключения, не были исследованы в ходе проведения служебной проверки.

Утверждение истца о том, что служебная проверка проведена неуполномоченным лицом также не соответствует материалам проверки, из которых следует, что проведение служебной проверки по двум КУСП было поручено ФИО7 - начальнику ОГМБДД, что следует из визы начальника ОМВД Росси по Мостовскому району ФИО15. Заключение подготовлено ФИО7, все объяснения получены им, о чем заявили свидетели ФИО11, ФИО14, ФИО13. Запрет на присутствие при опросе ФИО8- начальника отдела кадров, который в последующем согласовывает заключение, и выполнение им записи объяснений при их получении ФИО7, отсутствует, поэтому оснований для признания результатов проверки незаконными суд не усматривает.

Утверждение ФИО3 о том, что он лично давал объяснения только ФИО8, данный свидетель не подтвердил, и согласно объяснению получено оно ФИО7.

Заявление представителя истца ФИО3 ФИО4 о признании недопустимым доказательством записей, переданных Рейнгольдом М.Л. и ФИО11, суд считает несостоятельным, поскольку указанные записи не является отдельным доказательством, представляемым ответчиком, а относятся к материалам служебной проверки.

Кроме того, свидетель ФИО14 в судебном заседании подтвердил, что он передавал запись разговора с инспектором ФИО3 лицу, проводившему проверку.

В рамках служебной проверки сотрудники её проводящие не вправе совершать действия, отнесенные к компетенции органов дознания или предварительного следствия ( п.9 ст. 52 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях МВД РФ), поэтому аргумент стороны истца, что по представленным заявителями записям не была проведена экспертиза, не влияет на правомерность заключения.

Факт дежурства ФИО3 на посту "А." в день его проезда свидетелями подтверждается постовыми ведомостями, их заезд записями камер наблюдения системы "Поток". Свои заявления ФИО11 и ФИО16 подтвердили аудиозаписями.

Все обстоятельства позволяли сделать вывод о том, что ФИО3 совершен проступок, порочащий честь сотрудников полиции, так как поведение ФИО3 вызывает сомнение в его беспристрастности, чем подрывается авторитет органов внутренних дел,

В судебном заседании свидетели ФИО11 и ФИО16 подтвердили факт договоренности с инспектором по несоставлению протоколов об административном правонарушении.

Отсутствие процессуального решения по возбужденному в отношении ФИО3 уголовному делу не влияет на принятое истцом решение об увольнении ФИО3, так как основанием для вынесения оспариваемого приказа об увольнении является совершение проступка, порочащего честь сотрудника полиции, а не совершение истцом уголовного преступления.

Проведение проверки за три дня не противоречат сроку её проведения. Доводы стороны истца о проведении служебной проверки в период его болезни не соответствуют материалам проверки, которая была завершена 17.03.2017, и госпитализирован ФИО3 был также 17.03.2017 в 14 часов 45 минут, поэтому суд не усматривает оснований для вывода о нарушении ответчиком порядка проведения служебной проверки.

Статьей 82 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрены основания прекращения или расторжения контракта.

Согласно ст. 89 Федерального закона № 342-ФЗ прекращение или расторжение контракта с сотрудником органов внутренних дел, увольнение его со службы в органах внутренних дел и исключение из реестра сотрудников органов внутренних дел осуществляются руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере Внутренних дел или уполномоченным руководителем. Порядок представления сотрудников органов внутренних дел к увольнению со службы в органах внутренних дел и порядок оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта, увольнением со службы и исключением из реестра сотрудников органов внутренних дел, определяются руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (ч. 2).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса.

При этом для указанной категории граждан установлены особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление от 6 июня 1995 года N 7-П, определения от 21 декабря 2004 года N 460-0 и от 16 апреля 2009 года N 566-0-0, от 19.06.2012 N 1174-0). Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

Согласно части 4 статьи 7 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции" сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (часть 1 статьи 4 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции").

Порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел, требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел урегулированы в Федеральном законе от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ).

Сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ).

В силу пункта 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ, предусматривающего требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать основные и служебные обязанности, порядок и правила выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных ему прав (подпункт "а" пункт 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 года N 1377).

Кодексом профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденным приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 24 декабря 2008 года N 1138, было предусмотрено, что поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника. Согласно пункту 2 статьи 3 Кодекса наряду с моральной ответственностью сотрудник, допустивший нарушение профессионально-этических принципов, норм и совершивший в связи с этим правонарушение или дисциплинарный проступок, несёт дисциплинарную ответственность.

На основании приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 31 октября 2013 года N 883 приказ МВД России от 24 декабря 2008 года N 1138 утратил силу. При этом пунктом 2 приказа от 31 октября 2013 года N 883 предусмотрено, что до издания Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации в системе МВД России следует руководствоваться Типовым кодексом этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих.

В Типовом кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренном решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23 декабря 2010 года (протокол N 21), установлено, что государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны среди прочего соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, исполнять обязанности, связанные с прохождением государственной и муниципальной службы (подпункт "ж" пункта 11 Типового кодекса).

В соответствии с частью 1 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Частью 2 статьи 47 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ определено, что в целях обеспечения и укрепления служебной дисциплины руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел и уполномоченным руководителем к сотруднику органов внутренних дел могут применяться меры поощрения и на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные статьями 48 и 50 данного федерального закона.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины может налагаться дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел по соответствующим основаниям. Порядок и сроки применения к сотрудникам органов внутренних дел дисциплинарных взысканий установлены статьей 51 названного федерального закона.

В силу пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Из содержания приведенных норм с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел. Увольнение сотрудника органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц.

Ввиду того, что служебной проверкой, проведенной ОМВД РФ по Мостовскому району 17.03.2017 в порядке, регламентированном ведомственными нормативными актами, был установлен факт недостойного поведения ФИО3, связанный с несоставлением протоколов об административном правонарушении по договоренности с водителями, ответчик правомерно признал его проступком, порочащим честь сотрудника органов внутренних дел, и основанием для увольнения истца по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ, поэтому оснований для удовлетворения иска ФИО3 о признании расторжения контракта и увольнения незаконным, отмене приказа <...>л/с от 20.03.2017 о расторжении контракта и увольнении, восстановлении его на работе в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного взвода дорожно-патрульной службы ГИБДД ОМВД России по Мостовскому району суд не усматривает, и в иске отказывает.

Отсутствие приказа о наложении дисциплинарного взыскания не свидетельствует о незаконности увольнения.

Ссылка стороны истца на нормы ТК РФ (ст. ч.6 ст. 81) основаны на ошибочном применении норм материального права.

Частью 2 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ определено, что в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел, регулируются Федеральным законом от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ, Федеральным законом от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции", другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (ст. 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ), поэтому при наличии специальных норм, нормы трудового законодательства к спорным отношениям не применяются.

Доводы истца о том, что его увольнение состоялось в период нахождения на лечении в Узловской больнице Мостовской ЦРБ подтверждено материалами дела, однако согласно ч.12 ст. 89 ФЗ от 30.11.2011 № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудника органов внутренних дел по п.9 ч.3 ст. 82 настоящего Федерального закона в период его временной нетрудоспособности допускается, следовательно, запрет на увольнение ФИО3 отсутствовал.

Поскольку, суд отказывает в удовлетворении основных требований истца о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении на работе, то производные от них требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежат.

Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО3 к ОМВД России по Мостовскому району об отмене приказа <...>л/с от 20.03.2017 о расторжении контракта и увольнении, признании расторжения контракта и увольнения незаконным, восстановлении на работе в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного взвода дорожно-патрульной службы ГИБДД ОМВД России по Мостовскому району, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Мостовской районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: