Решение № 2-5882/2020 2-5882/2020~М-2187/2020 М-2187/2020 от 25 октября 2020 г. по делу № 2-5882/2020

Дело № 2-5882/2020 26 октября 2020 года

УИД78RS0019-01-2020-002840-35


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Гончаровой Е.Г.,

с участием помощника прокурора Кормаковой Я.Г.,

с участием адвоката Дегтярева В.В.,

при секретаре Тремасовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования. В обоснование требований указал, что приговором Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 15 октября 2018 года ФИО1 был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 165 УК РФ (в редакции Федерального закона № 162-ФЗ от 08 декабря 2003 года) и п. «б» ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона № 162-ФЗ от 08 декабря 2003 года) в связи с непричастностью к данным преступлениям с признанием за ФИО1 по настоящему делу права на реабилитацию. Апелляционным определением от 07 февраля 2020 года Санкт-Петербургский городской суд вышеуказанный приговор оставил без изменения. Уголовное дело в отношении ФИО1 не возбуждалось, соответствующее постановление органами предварительного следствия не выносилось, что было установлено приговором Приморского районного суда Санкт-Петербурга по делу № 1-4/2008. Однако в период расследования головного дела № СУ УМВД по Приморскому району города Санкт-Петербурга, возбужденного 21 июля 2009 года, в отношении истца была избрана мера пресечения в виде подписки и невыезде и надлежащем поведении, которая действовала с 15 декабря 2010 года по 07 февраля 2020 года. Таким образом, истец более 9 лет не мог покидать и определять свое место жительства, свободно передвигаться по территории Российской Федерации, а также покидать ее пределы, что причиняло истцу нравственные страдания. Кроме того, сам факт уголовного преследования на протяжении долгого времени, необходимость в течение длительного времени присутствовать на множестве судебных заседаниях и оправдывать себя в преступлении, к которому не причастен, явилось причиной сильного стресса для истца, сам статус подсудимого был унизительным. Принимая во внимание указанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании представитель истца - адвокат Дегтярев В.В. поддержал исковые требования в полном объеме, настаивал на их удовлетворении.

В судебном заседании представитель Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу – ФИО2 возражал против заявленных требований, полагал, что сумма компенсации является завышенной и необоснованной, факт, причинения истцу нравственных страданий не доказанным, какие-либо последствия того, что в отношении ФИО1 действовал статус подозреваемого/обвиняемого не наступили, никаких процессуальных действий в отношении истца не проводилось, доводы истца о том, что на протяжении 10 лет велось уголовное преследование не состоятельны. Поддержал представленные в суд возражения на исковое заявление ФИО1 (л.д. 235-237).

Помощник прокурора Приморского района Санкт-Петербурга – Кормакова Я.Г. поддержала представленный в суд отзыв на исковое заявление, согласно которому исковые требования являются обоснованными по праву, однако размер суммы компенсации морального вреда существенной завышен, поскольку материалы гражданского дела не содержат доказательств, свидетельствующих о наличии у истца нравственных страданий в виде перенесенного стресса, его обращения за медицинской помощью для прохождения лечения, а также отсутствуют доказательства обращения истца в органы предварительного расследования об изменении или отмены меры пресечения в виде подписки о невыезде и ненадлежащем поведении.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 на основании следующего.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2).

Уголовное преследование является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей (ст. ст. 2, 52, ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации) в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства.

Во исполнение данной обязанности федеральный законодатель устанавливает порядок уголовного судопроизводства, в том числе, виды уголовного преследования, которое в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Соответственно, уголовное преследование как процессуальная деятельность стороны обвинения, имеющая целью изобличение подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (пункт 55 статьи 5 УПК РФ), осуществляется уполномоченными на то государством правоохранительными органами и должностными лицами.

Пункт 34 статьи 5 УПК РФ определяет реабилитацию как порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Исходя из разъяснений, данных в п. 9 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. При этом вред, причиненный в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Исходя из содержания ст. 53 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу положений п. 1 ст. 8 и ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 года №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. "а" п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причинённого незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования). При этом иски за причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФесли гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса РФ Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

П. 2. Ст. 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Судом установлено, что приговором Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 15 октября 2018 года по делу № 1-4/18 ФИО1 был оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 165 УК РФ(в редакции Федерального закона № 162-ФЗ от 08 декабря 2003 года) в связи с непричастностью к совершенному преступлению и п. «б» ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона № 162-ФЗ от 08 декабря 2003 года) в связи с отсутствием состава преступления с признанием за ФИО1 по настоящему делу права на реабилитацию, предусмотренного главой 18 УПК РФ

Как следует из указанного приговора, ФИО1 подлежит оправданию по данному эпизоду обвинения, поскольку была нарушена процедура привлечения к уголовной ответственности. По смыслу уголовно-процессуального закона уголовное преследование и привлечение в качестве обвиняемого, соответственно привлечения к уголовной ответственности вынесения обвинительного приговора возможно только в рамках производства по уголовному делу.

Постановлением от 21 июля 2009 года было возбуждено уголовное дело № в отношении иного лица по признакам преступления предусмотренногочастью 3 статьи 30 части 4 статьи 159 УК РФ. Постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 не выносилось. При этом, постановлением от 21 июля 2009 года о возбуждении уголовного дела № в отношении иного лица не вменялось совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, а также в результативной части постановления не указано что уголовное дело возбуждено не только в отношении конкретного лица, но и в отношении иных неустановленных лиц либо по факту совершения преступления (л.д. 10-156).

Апелляционным определением от 07 февраля 2020 года Санкт-Петербургский городской суд вышеуказанный приговор оставил без изменения (л.д. 152-222).

Судом также установлено, что 15 декабря 2010 года следователем СУ при УВД по Приморскому району города Санкт-Петербурга в отношении истца вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Исходя из положений ст. 5 УПК РФ (редакция от 14 декабря 2010 года), избрание меры пресечения - принятие дознавателем, следователем, а также судом решения о мере пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого.

Вместе с тем из указанного постановления не следует, что уголовное дело № возбуждено СУ при УВД по Приморскому району Санкт-Петербурга в отношении ФИО1 или присоединено к иному уголовному делу, возбужденного в отношении ФИО1 (л.д. 223-224).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцу причинен вред в результате незаконного уголовного преследования, незаконного применения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Доводы ответчика относительно недоказанности факта причинения ФИО1 нравственных страданий несостоятельны, поскольку размер причиненного морального вреда по делам, связанным с незаконным уголовным преследованием, в частности за причинение физических страданий, обусловленных ухудшению состояния здоровья, не должен в обязательном порядке подтверждаться документами о нетрудоспособности или приобретением лекарств. При незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05 марта 2019 года № 78-КГ 18-82).

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая тяжесть наступивших для истца последствий, а также принимая во внимание, что в ходе уголовного преследования истец был лишен привычного образа жизни, находясь под подпиской о невыезде, суд приходит к выводу о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 200000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья Е.Г. Гончарова

Решение изготовлено в окончательной форме 30 декабря 2020 года.