Решение № 2-1174/2017 2-1174/2017~М-808/2017 М-808/2017 от 21 июня 2017 г. по делу № 2-1174/2017

Дело № 2- 1174/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Печорский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Бош Н.А.

при секретаре Кораблевой Е.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Печора 22 июня 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК, Министерству финансов Российской Федерации, УФСИН России по Республике Коми о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании компенсации морального вреда в размере **** рублей, в обоснование своих требований указывая, что с **.**.** года отбывал наказание на участке колонии поселения ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК. **.**.** был выдворен в камеру ШИЗО сроком на 15 суток. За период его нахождения в ШИЗО дезинфекция в камере не проводилась, не был произведен косметический ремонт. **.**.** он был освобожден из камеры ШИЗО и в этот же день снова был выдворен в ШИЗО в связи с тем, что сотрудником оперативного отдела ФИО3 было написано и начальником ИК-49 подписано постановление о якобы возникшей личной неприязни со стороны других осужденных в его адрес. До выяснения всех обстоятельств истца выдворили в ШИЗО сроком на 30 суток. Истец считает данное постановление начальника ИК-49 незаконным, поскольку за весь период нахождения на участке колонии поселения он поддерживал с осужденными приятельские отношения, в конфликтные ситуации не вступал, с заявлениями о помещении в безопасное место не обращался. Считая данные нарушения незаконными и нарушающими его гражданские права, истец просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере **** рублей. Кроме того, истец просит суд обязать Печорского межрайонного прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ провести проверку в отношении сотрудника ИК-49 ФИО3 по факту нарушения УК РФ.

Судебное заседание проводилось в режиме видеоконференцсвязи.

В судебном заседании истец на иске настаивал.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК, УФСИН России по РК ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала.

Дело рассматривалось в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствие представителя Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по РК, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, просившего о рассмотрении дела в их отсутствие.

Суд, заслушав объяснения истца, представителя ответчиков, исследовав материалы дела, находит исковое заявление не подлежащим удовлетворению.

Согласно ст.46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции осуществляется с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со ст. 21 Конституции РФ никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращению и наказанию. Данной норме корреспондируют принятые на себя Российской Федерацией обязательства, закрепленные международными правовыми актами и являющиеся, согласно ст. 15 (ч. 4) Конституции РФ, частью ее правовой системы: ст. 5 Всеобщей декларации прав человека, ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 7 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элементы страдания, унижения. Между тем, на государство возложена обязанность предоставить гарантии того, что условия содержания лица под стражей будут совместимы с уважением его личного достоинства, что способы и средства исполнения наказаний указанных мер не будут подвергать его душевным страданиям или лишениям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, находящемуся в местах лишения свободы, и что, принимая во внимание реальные условия нахождения в исправительных учреждениях, его здоровье и благополучие в должной степени сохранены.

В силу части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Указанной нормой права установлены особенности правового положения осужденных как лиц, подвергнутых уголовному наказанию: при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации, но с учетом определенных изъятий и правоограничений, что соответствует положениям п. 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, согласно которому права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Поэтому сужение правоспособности осужденных осуществляется в указанных интересах как нормами уголовного законодательства, в которых применительно к конкретному виду наказания определен объем лишений или ограничений прав и свобод для этих лиц, так и нормами уголовно-исполнительного законодательства на этапе исполнения наказания, а также иными федеральными законами.

Частью 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

В силу статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец ФИО1 осужден **.**.** Нижневартовским городским судом Ханты-Мансийского АО-Югры по ст.111 ч.3, п. «а» УК РФ на срок 09 лет 06 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Постановлением Печорского городского суда Республики Коми от **.**.** изменен срок наказания на 09 лет 4 месяца лишения свободы. Определением Верховного суда Российской Федерации от **.**.** снижен срок отбывания наказания до 09 лет 03 месяцев лишения свободы. Начало срока **.**.** года, конец срока **.**.**.

**.**.** истец прибыл в ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК.

Постановлением начальника ИК-49 от **.**.** ФИО1 был выдворен в штрафной изолятор сроком на 15 суток, и одновременно с наложением вышеуказанного взыскания был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

Согласно рапорту старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-49 ФИО3 от **.**.** и по постановлению начальника ИК-49 от **.**.** истец был переведен в безопасное место сроком на 30 суток

Из объяснений истца в судебном заседании следует, что в период его содержания в ШИЗО дезинфекция в камере не проводилась, не был произведен косметический ремонт. В связи с помещением в ШИЗО сроком на 30 суток он был лишен возможности общения с родственниками, не мог посещать магазин, чтобы приобретать продукты питания. Считает, что, поскольку не было заявления о переводе в безопасное место, администрация колонии не должна была переводить его в ШИЗО.

Довод истца о том, что перевод в безопасное место не мог быть осуществлен без его заявления, суд считает несостоятельным, поскольку в соответствии с с. ч3 ст.13 Уголовно-исполнительного кодекса РФ начальник ИУ либо лицо его замещающее, может по своей инициативе, без заявления осужденного, принять решение о переводе в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозы личной безопасности осужденного.

По поводу необоснованного перевода в безопасное место истец обращался **.**.** с заявлением на имя Печорского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ.

По обращению истца была проведена проверка, в ходе которой нарушений действующего законодательства в действиях администрации ИК-49 при переводе истца в безопасное место не установлено.

Кроме того, при проведении проверки было установлено, что камеры ШИЗО участка колонии-поселения ИК-49 оборудованы предметами хозяйственного обихода и мебели, вместо радиоточки имеется музыкальный проигрыватель с функцией воспроизведения радио, имеется естественная вентиляция, камера нуждается в проведении косметического ремонта (местами плесень, имеются сколы плиты, потертости на стенах), питьевая вода доставляется ежедневно в специальной емкости и соответствует по своим химическим показателям установленным нормам, дезинфекция была проведена на всех жилых объектах учреждения в феврале 2016 года.

В судебном заседании представитель ответчиков указала, что в **.**.** года была проведена проверка ЦСГН г.Сыктывкара на предмет санитарных условий содержания осужденных в камерах. При проведении проверки нарушений санитарно-гигиенических требований в камере ШИЗО участка колонии-поселения ИК-49 не выявлено. Каких-либо указаний по поводу проведения косметического ремонта не последовало.

Согласно договора №... от **.**.** между ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК и ФГУП «Дезинфекция» г.Сыктывкар Роспотребнадзора в **.**.** года на всех объектах учреждения были проведены дезинфекционные мероприятия. В 2017 году также такие мероприятия будут проведены.

Таким образом, доводы истца о том, что в камере ШИЗО участка колонии-поселения ИК-49 не проводилась дезинфекция, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

То обстоятельство, что в камере необходимо проведение косметического ремонта, не свидетельствуют о нарушении прав заявителя, поскольку какие-либо доказательства о нарушении прав заявителя и незаконности действий администрации исправительной колонии, свидетельствующих о нарушении положений уголовно-исполнительного законодательства, в указанной части не представлены.

Согласно абз. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право автора и другие) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда от 20.12.94 г. "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений, меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее, государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Таким образом, для возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда необходимо доказать факт причинения вреда, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины и причинно-следственной связи между наступившим вредом и действиями ответчика.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В ходе рассмотрения дела каких-либо доказательств содержания ФИО1 в ненадлежащих условиях, унижающих его человеческое достоинство при его пребывании в камере ШИЗО участка колонии-поселения ИК-49, суду не представлено, не добыто таких доказательств и в ходе судебного разбирательства.

Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, не имеется, поскольку в силу положений ст. 151 ГК РФ истцом не доказано наличие совокупности условий, необходимых для удовлетворения заявленных требований, таких как: наступление вреда, противоправность поведения ответчика, а также причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда.

Поскольку установленными по делу обстоятельствами не установлено нарушений прав истца, необходимости в проведении проверки Печорским межрайонным прокурором по надзору за соблюдением законов в ИУ в отношении сотрудника ИК-49 ФИО3 не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФКУ ИК-49 УФСИН России по РК, Министерству финансов Российской Федерации, УФСИН России по Республике Коми о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Печорский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: судья Бош Н.А.