Решение № 2-353/2025 2-353/2025~М-191/2025 М-191/2025 от 27 августа 2025 г. по делу № 2-353/2025

Дело № 2-353/2025

УИД 03RS0024-01-2024-001144-07


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Баймак 28 августа 2025 года

Баймакский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Сафаровой Г.М.,

при секретаре Бердигуловой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО21 к ООО «Спецмастер», АО «Птицефабрика Башкирская» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Спецмастер», АО «Птицефабрика Башкирская» о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ФИО1 является дочерью ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ г.р., что подтверждается свидетельством о рождении №. Истец поменяла фамилию с ФИО23 на ФИО2 в связи с заключением брака, что отражено в свидетельство о браке №

ДД.ММ.ГГГГ года с отцом произошел несчастный случай со смертельным исходом при работе у ответчика ООО «СПЕЦМАСТЕР». Факт несчастного случая со смертельным исходом при работе у ответчика установлен комиссией по расследованию несчастного случая и отражен в акте о несчастном случае на производстве №1, который утвержден директором ООО «СПЕЦМАСТЕР» ФИО24 21.08.2023.

Так, ее отец был трудоустроен в ООО «СПЕЦМАСТЕР», но надлежащим образом оформленный договор между сторонами не заключался. В то же время ее отец с разрешения и с ведома уполномоченного представителя работодателя ООО «СПЕЦМАСТЕР» с 01.04.2023 фактически допущен к работе в качестве оператора птицефабрик и механизированных ферм. Факт возникновения трудовых отношений подтвержден самим работодателем в акте о несчастном случае на производстве №1, который утвержден директором ООО «СПЕЦМАСТЕР» ФИО25 и установлен вступившим в законную силу решением Баймакского районного суда РБ по делу № по иску ФИО26 к ООО «СПЕЦМАСТЕР» об установлении факта трудовых отношений.

Кроме того, вышеуказанный акт был предметом проверки по административному делу № и по данному делу суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии трудовых отношений между ООО «СПЕЦМАСТЕР» и ФИО27

В Советском районном суде г.Уфы РБ по административному делу № по административному иску ООО «СПЕЦМАСТЕР» к Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, административный истец ООО «СПЫДМАСТЕР» ссылался на то, что не является работодателем ФИО28

Решением Советского районного суда г.Уфы РБ от 16.02.2024 в удовлетворении административного иска ООО «СПЕЦМАСТЕР» было отказало.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Верховною Суда Республики Башкортостан от 08.05.2024 решение Советского районного суда г.Уфы РБ от 16.02.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба директора ООО «СПЕЦМАСТЕР» ФИО29 - без удовлетворения.

Как следует из вышеизложенного акта, несчастный случай со смертельным исходом произошел ДД.ММ.ГГГГ 15.20 ч. с работником ООО «СПЕЦМАСТЕР» ФИО30. на 3 батарее 4-го яруса в помещении бригады №2 цеха промышленного стада, расположенного в северо-западной части АО «Птицефабрика «Башкирская», расположенного по адресу: <адрес>

Между АО «Птицефабрика «Башкирская» (Заказчик) и ООО «СПЕЦМАСТЕР» (Исполнитель) заключен договор об оказании услуг от 17.01.2023 №11ФБ-032/12, в соответствии с которым исполнитель обязуется собственными либо привлеченными силами оказать услуги по кормлению, поению птицы согласно графика, очистка и удаление помета с транспортерной лепты, мелкий ремонт оборудования в залах, а также связанные с производственным процессом, управлением производством либо выполнением иных функций, связанных с производством и (или) реализацией продукции (товаров, работ, услуг) заказника.

Причинами несчастного случая указаны:

недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в непроведении ФИО3 вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также обучения по охране труда. Нарушены требования абз.11, 15 ч.3 ст.214 Трудового кодекса РФ, п.п. 10. 11 Правил обучения по охране груда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2021 №246;

неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том. что ООО «СПЕЦМАСТЕР» перед началом производства работ (оказания услуг) па территории АО «Птицефабрика «Башкирская» не согласовало с ним мероприятия по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст.214 Трудового кодекса РФ;

неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что АО «Птицефабрика «Башкирская» не обеспечило проведение мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст. 214 Трудового кодекса РФ.

Также из указанного акта следует, что работодателем ООО «СПЕЦМАСТЕР» осуществлен допуск ФИО31 до работы без проведения ему обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим па производстве, а также инструктажей по охране труда (при опросе 01.08.2023 специалист по охране труда АО «Птицефабрика «Башкирская» ФИО4 пояснил, что вводный инструктаж ФИО3 фактически не проводился, подпись ставил за него другой работник уже после несчастного случая).

ФИО32 допущен к работе без проведения вводного инструктажа как со стороны ООО «СПЕЦМАСТЕР», так и со стороны АО «Птицефабрика «Башкирская».

Кроме того, в АО «Птицефабрика «Башкирская» отсутствует производственная документация (технологические регламенты, правила производства работ, технологические инструкции или карты) па оборудование, использование которого привело к смерти ФИО3

Уточнив требования, истец просит суд взыскать с ООО «СПЕЦМАСТЕР», АО «Птицефабрика «Башкирская» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере по 2600000 рублей с каждого;

взыскать с ООО «СПЕЦМАСТЕР», АО «Птицефабрика «Башкирская» в пользу истца судебные расходы по направлению иска в сумме 289,70 руб., расходы по оплату услуг представителя 26000 руб.

В судебном заседании представитель ФИО1 - ФИО5 исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Суду пояснил, что ответчиком ООО «Спецмастер» выплачено истцу денежные средства в размере 130000 руб. в счет возмещения расходов, связанных с погребением, иных выплат не было; после смерти отца, истец испытывает сильную душевную боль, испытывает нравственные страдания, чувство утраты и горя, сильную душевную боль, появились стресс и нервозность.

Представитель ответчика ООО «СПЕЦМАСТЕР» ФИО33., исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать. Суду пояснил, что ФИО34 официально не был трудоустроен, договор не был заключен, поэтому инструктаж не был проведен.

Представитель ответчика АО «Птицефабрика «Башкирская» ФИО35 участвующая в судебном заседании посредством видео-конференц-связи, исковые требования не признала, указав, что размер компенсации морального вреда является завышенным. Суду пояснила, что на сегодняшний день АО «Птицефабрика «Башкирская» испытывает финансовые трудности, также является убыточным предприятием.

Свидетель ФИО36 суду пояснил, что со стороны ООО «СПЕЦМАСТЕР» 04 апреля 2023 года ФИО1 были переданы денежные средства в размере 135 000 руб. в счет компенсации расходов, связанных с погребением. ФИО1 пояснила, что ситуация болезненная, не хотела решать через суд.

Третьи лица ФИО37., ФИО38., ФИО39., ГИТ РБ, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РБ, надлежащим образом извещенные о рассмотрении дела, в судебное заседание не явились.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) суд полагает возможным принятие решения при имеющейся явке.

Суд, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, а размер компенсации морального вреда определению с учетом принципа разумности и справедливости, изучив и оценив материалы дела, приходит к следующему выводу.

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть первая статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В абзаце втором пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

На основании статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1. приходится дочерью ФИО40, ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается свидетельством о рождении № от 04.06.1991. Истец поменяла фамилию с ФИО41 на ФИО2 в связи с заключением брака, что отражено в свидетельство о браке № от 24.03.2023.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ года в 15.20 час. несчастный случай со смертельным исходом произошел с работником ООО «Спецмастер» ФИО42 батарее 4-го яруса в помещении бригады №2 цеха промышленного стада, расположенного в северо-западной части АО «Птицефабрика «Башкирская», расположенного по адресу: <адрес>

Согласно акту N1 о несчастном случае на производстве, утвержденного 21 августа 2023 г., причиной смерти являются:

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в непроведении ФИО43 вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также обучения по охране труда. Нарушены требования абз.11, 15 ч.3 ст.214 Трудового кодекса РФ, п.п. 10. 11 Правил обучения по охране груда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2021 №246;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том. что ООО «СПЕЦМАСТЕР» перед началом производства работ (оказания услуг) па территории АО «Птицефабрика «Башкирская» не согласовало с ним мероприятия по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст.214 Трудового кодекса РФ;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что АО «Птицефабрика «Башкирская» не обеспечило проведение мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст. 214 Трудового кодекса РФ.

Установлены лица, допустившие нарушения требований охраны труда:

- генеральный директор АО «Птицефабрика «Башкирская» ФИО44 за отсутствие технологической карты документации на выполняемую работу, а именно на проведение ремонтных работ лент транспортного сбора яиц. Нарушены требования абз.2 ч.3 ст.214 ТК РФ, п.454 Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 20.10.2020 года №746н;

- директор ООО «Спецмастер» ФИО45 не проведение ФИО46. вводного инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также обучения по охране труда, а также не согласовала с АО «Птицефабрика «Башкирская» мероприятия по предотвращению случаев повреждения здоровья работников. Нарушены требования абз.11, 15 ч.3, 4 ст. 214 ТК РФ, п.п. 10, 11 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 г. №2464;

- генеральный директор АО «Птицефабрика «Башкирская» ФИО47. не обеспечило проведение мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст.214 ТК РФ.

- организация (работодатель), работником которой являются данные лица.

Таким образом, указанным актом установлены виновные лица в гибели ФИО48 ответственные за допущенные нарушения законодательных и локальных актов, явившихся причиной несчастного случая.

Между АО «Птицефабрика «Башкирская» (Заказчик) и ООО «СПЕЦМАСТЕР» (Исполнитель) заключен договор об оказании услуг от 17.01.2023 №11ФБ-032/12, в соответствии с которым исполнитель обязуется собственными либо привлеченными силами оказать услуги по кормлению, поению птицы согласно графика, очистка и удаление помета с транспортерной лепты, мелкий ремонт оборудования в залах, а также связанные с производственным процессом, управлением производством либо выполнением иных функций, связанных с производством и (или) реализацией продукции (товаров, работ, услуг) заказника.

Согласно п.2.2.13 договора 17.01.2023 №11ФБ-032/12 исполнитель обязан обеспечить и контролировать своевременное прохождение соисполнителями всех необходимых медицинский обследований.

В силу п.2.2.13 договора 17.01.2023 №11ФБ-032/12 исполнитель обязан обеспечить прохождение соисполнителями инструктажей по охране труда, технике безопасности; допускать лиц, прошедших обучение и инструктаж по качеству выполнения работ, о чем сделать отметку в журнале регистрации инструктажей исполнителя.

Решением Советского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 16.02.2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Верховною Суда Республики Башкортостан от 08.05.2024 года, в удовлетворении административного иска ООО «СПЕЦМАСТЕР» к Государственной инспекции труда Республики Башкортостан о признании и отмене акта №1 формы Н-1 от 21.08.2023 года, акта расследования несчастного случая от 21.08.2023 года, обязании провести дополнительное расследование, отказано.

Решением Баймакского районного суда Республики Башкортостан от 22.11.2024 года установлен факт трудовых отношений между ФИО49 и ООО «Спецмастер» в должности оператора птицефабрик и механизированных ферм в период с 01.04.2023 года по 03.04.2023 года.

Разрешая требования ФИО1, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями статьи 2, частей 1, 2 статьи 17, статьи 18, статьи 20, части 3 статьи 37, части 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации, пункта 1 статьи 150, статьи 151, пунктов 1, 2 статьи 1064, статьи 1079, пункта 1 статьи 1099, статьи 1100, статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1, пунктов 19, 22, 25, 27, 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", исходил из того, что произошедший несчастный случай с ФИО50. является несчастным случаем, связанным с производством; смерть ФИО51 наступила от действия источника повышенной опасности, неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том. что ООО «СПЕЦМАСТЕР» перед началом производства работ (оказания услуг) па территории АО «Птицефабрика «Башкирская» не согласовало с ним мероприятия по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст.214 Трудового кодекса РФ; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в непроведении ФИО52 вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также обучения по охране труда. Нарушены требования абз.11, 15 ч.3 ст.214 Трудового кодекса РФ, п.п. 10. 11 Правил обучения по охране груда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2021 №246; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что АО «Птицефабрика «Башкирская» не обеспечило проведение мероприятий по предотвращению случаев повреждения здоровья работников, ч.4 ст. 214 Трудового кодекса РФ.

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ) и обеспечение безопасности труда является прямой обязанностью работодателя (часть 1 статьи 212 ТК РФ), корреспондирующей праву работника на безопасные условия труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТК РФ).

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, которая лишилась отца, являвшегося для нее близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Гибель отца вследствие несчастного случая на производстве является для истца необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата самого близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий, что в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, является основанием компенсации морального вреда. При этом истец до сих пор испытывает горечь утраты близкого человека, и эта утрата для нее является невосполнимой.

После смерти отца ФИО53. истец испытывает сильную душевную боль, испытывает нравственные страдания, чувство утраты и горя, сильную душевную боль, появились стресс и нервозность.

Истец с отцом поддерживала теплые и близкие отношения, всегда поддерживали друг друга.

Кроме того судом принимается во внимание, что истцу в счет компенсации морального вреда работодателем ООО «Спецмастер» выплачено денежные средства в размере 130000 руб. в счет компенсации расходов, связанных с погребением.

Все эти обстоятельства причинили и причиняют истцу душевные переживания и нравственные страдания, в связи с чем, суд, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом ФИО1, в размере 2 600 000 руб. с каждого ответчика является завышенным, учитывая, что истцом недостаточно обоснованы требования компенсации морального вреда в заявленном размере, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая степень родства, степень вины ответчиков и самого погибшего потерпевшего, суд считает целесообразным и 1 200 000 руб., который подлежит взысканию с работодателя ООО «Спецмастер», и в размере 1 200 000 рублей, подлежащий взысканию с владельца источника повышенной опасности АО «Птицефабрика «Башкирская».

По мнению суда, такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Компенсация морального вреда именно в таком размере определена судом исходя из установленных при рассмотрении дела обстоятельств дела и изложенных выше требований закона, а также с учетом того, что указанная компенсация имеет своей целью восстановление нарушенного права истца и не может являться средством обогащения.

Доводы ответчика АО «Птицефабрика «Башкирская» о том, что предприятие является убыточным, не могут быть приняты во внимание, так как указанное обстоятельство не является юридически значимым при определении степени физических и нравственных страданий истца, обратившегося с иском о компенсации морального вреда в связи с утратой близкого человека.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 12 и 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" указано, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 111, 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как усматривается, истцом ФИО1 понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 26 000 рублей, что подтверждается представленными в материалы дела документами - квитанциями серии А № от 06.10.2023 на сумму 11 000 руб., № от 06.10.2023 года на сумму 15000 руб. (л.д.11).

В силу указания закона (ст. 100 ГПК РФ) в каждом конкретном случае суду при взыскании таких расходов надлежит определять разумные пределы, исходя из обстоятельств дела.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд, в соответствии с действующим законодательством, не может вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложность процесса.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем, вынося мотивированное решение о взыскании сумм в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшить его произвольно, тем более, если другая сторона не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (пункт 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года N 454-О).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг представителя в размере 26 000 руб., подтвержденных платежным документом.

При этом суд учитывает обстоятельства дела, а именно, сложность дела, объем оказанной представителем помощи, выразившейся в подготовке искового заявления, участии в судебных заседаниях в суде первой инстанции, а также, что наличие квалифицированной юридической помощи в конечном итоге привело истца к ценному благу - удовлетворению предъявленных ею материально-правовых требований.

Расходы истца на оплату услуг представителя в размере 26 000 рублей соответствуют сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившемуся в данной местности уровню оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе и другим факторам, определяющим их размер.

Разрешая заявление в части взыскания почтовых расходов, суд на основании абзаца 8 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к выводу о том, что почтовые расходы являлись для заявителя необходимыми в связи с предъявлением исковых требований, связаны с гражданским делом, при этом суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании почтовых расходов в размере 289,70 руб. подлежат удовлетворению. Указанные судебные расходы документально подтверждены и признаются обоснованными, понесенными в связи с рассмотрением настоящего дела, подлежащего возмещению истцу за счет ответчиков.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При обращении в суд с иском, истец от уплаты государственной пошлины в доход государства была освобождена.

Согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации с ответчиков надлежит взыскать государственную пошлину в соответствующий бюджет в размере 3000 руб. (по 1500 руб. с каждого ответчика).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ФИО54 к ООО «Спецмастер», АО «Птицефабрика Башкирская» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью ООО «Спецмастер» (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО1 ФИО55, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №), в счет компенсации морального вреда 1200 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 13 000 руб., почтовые расходы в размере 147,25 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью АО «Птицефабрика Башкирская» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 ФИО56, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №), в счет компенсации морального вреда 1200 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 13 000 руб., почтовые расходы в размере 147,25 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1. в остальной части отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью ООО «Спецмастер» (ИНН №, ОГРН №) в пользу местного бюджета государственную пошлину в размере 1500 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью АО «Птицефабрика Башкирская» (ИНН №, ОГРН №) в пользу местного бюджета государственную пошлину в размере 1500 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Баймакский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись Г.М. Сафарова

Судья Г.М. Сафарова