Постановление № 44У-15/2019 4У-1407/2018 4У-50/2019 от 26 февраля 2019 г. по делу № 1-6/2018

Судья: Захаров А.Ю. Дело № года

УСК: председательствующий Пудовкина Г.П.,

докладчик Пудлина А.О., судья Тишечко М.О.


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Новосибирск 27 февраля 2019 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего Сажневой С.В.,

членов президиума: Рытиковой Т.А., Недоступ Т.В., Козеевой Е.В., Свинтицкой Г.Я.,

при секретаре Суховой К.А.,

рассмотрел уголовное дело по кассационной жалобе законного представителя несовершеннолетней осужденной ФИО1 – Ш. на приговор Обского городского суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанным приговором Обского городского суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее не судимая,

осуждена по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком в 1 год, с возложением обязанностей – являться один раз в месяц для регистрации в специализированный орган, осуществляющий исправление осужденного, не менять своего места жительства без уведомления данного органа, до достижения совершеннолетия ежедневно с 22.00 часов до 06.00 часов находится дома по месту жительства.

Взыскано с законного представителя осужденной Ш. в пользу потерпевшей Ш. в возмещение вреда, причиненного преступлением, 48 400 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи областного суда Свинтицкой Г.Я., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы, основания, по которым жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, объяснения законного представителя несовершеннолетней осужденной ФИО1 – Ш., адвоката Муниной И.В., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшей Ш., законного представителя несовершеннолетней потерпевшей С., возражавших против доводов жалобы, мнение заместителя прокурора Новосибирской области Медведева С.В., полагавшего необходимым изменить судебные решения, президиум Новосибирского областного суда

у с т а н о в и л:

по приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за открытое хищение чужого имущества, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Преступление совершено ею ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней законный представитель несовершеннолетней осужденной ФИО1 – Ш. просит отменить судебные решения, производство по делу прекратить и оправдать ФИО1

По доводам жалобы законного представителя основаниями для отмены судебных решений являются следующие обстоятельства:

- при выполнении требований ст. 217 УПК РФ следователем были нарушены права осужденной на защиту, поскольку в нарушение требований ст. 51 УПК РФ не было обеспечено участие защитника. Защите не была предоставлена возможность опровергнуть показания следователя К., на основании которых суд сделал вывод о том, что адвокат принимал участие при ознакомлении с материалами дела,

- в нарушение положений ст.ст. 73, 307, 421 УПК РФ судом не установлены условия жизни несовершеннолетней ФИО1, не установлено в чем состояла выгода и материальная польза для осужденной и возможность распорядиться похищенным имуществом,

- выводы суда об умысле ФИО1 на открытое хищение чужого имущества материалами дела не подтверждаются, напротив, опровергаются показаниями свидетеля Т. о том, что осужденная хотела лишь поговорить с потерпевшей,

- следствие проведено неполно, поскольку не был допрошен непосредственный свидетель – несовершеннолетний Щ., который видел человека, нападавшего на потерпевшую. Между тем, показания названного свидетеля могли повлиять на исход дела,

- апелляционный суд не устранил противоречий в показаниях свидетеля Т., которая отказалась от дачи показаний, не имея на это законного права, лишил осужденную права на защиту от показаний этого свидетеля, так как очная ставка между ними не проводилась,

- выписки со счета в банке «Левобережный», на которые суд сослался как на доказательства виновности осужденной, исследовались следователем и судом, то есть лицами, не обладающими специальными познаниями в области банковских операций, тогда как приглашенный ею специалист, проводивший экспертизу этих выписок, пришел к выводу о том, что на ДД.ММ.ГГГГ на счете Ш. имелся недостаток денежных средств в результате операций овердрафта. Данная экспертиза полностью опровергает выводы суда о виновности осужденной, так как денежные средства в указанный день с карты Ш. не снимались,

- описанные потерпевшей и свидетелем Т. события свидетельствуют о том, что потерпевшая не могла находится в месте преступления в указанное следствием и судом время, и это также подтверждает невиновность осужденной,

- вопреки положениям ч. 2 ст. 22 УК РФ, ч. 2 ст. 433 УПК РФ, постановления Пленума ВС РФ № 1 от 01.02.2011 года, психическое расстройство несовершеннолетнего, не исключающее вменяемости, не было учтено судом при назначении наказания в качестве смягчающего обстоятельства,

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы законного представителя, президиум приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, вина осужденной в совершении преступления установлена на основании совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ и признанных не только относимыми, достоверными и допустимыми, но и в совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора.

К выводам о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления суд пришел исходя из показаний потерпевшей Ш., законного представителя С., свидетелей С., Щ., Т., Г., В., а также письменных доказательств, подробно приведенных в приговоре.

Оценив в совокупности приведенные в приговоре доказательства, суд пришел к обоснованным выводам о доказанности вины осужденной в совершении преступления.

Как видно из судебных решений, оценивая приведенные в приговоре доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они достоверны, допустимы и относимы. При этом суд исходил из того, что показания потерпевшей, ее законного представителя и свидетелей последовательны, подробны и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а письменные доказательства получены в соответствии с требованиями закона, и в своей совокупности эти доказательства свидетельствуют о том, что осужденная совершила в отношении потерпевшей Ш. открытое хищение чужого имущества с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что виновность осужденной в содеянном ею установлена совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, и все выводы суда о доказанности вины осужденной, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированны и поэтому являются объективными.

Доводы жалобы законного представителя о необоснованности выводов суда о наличии у осужденной умысла на совершение преступления, а также о том, что суд не исследовал условия жизни осужденной, не установил мотив преступления, нельзя признать обоснованными.

Как видно из приговора, суд выполнил требования ст. 307 УПК РФ, указав место, время, способ совершения преступления, привел доказательства, на которых основал свои выводы о доказанности вины, и привел мотивы, в силу которых отверг другие доказательства.

Вопреки доводам жалобы, из показаний потерпевшей и свидетелей суд установил мотивы, которые явились причиной совершения преступления, указав, что они носили корыстный характер, поскольку целью совершения преступления явилось желание завладеть чужим имуществом.

Признавая доказанным наличие у осужденной умысла на совершение открытого хищения чужого имущества, суд исходил из того, что ФИО1 не только заранее выяснила имеются ли у потерпевшей деньги, но и говорила свидетелю, что желает похитить деньги, а после совершения преступления известила, что похитила их.

При этом материальная обеспеченность осужденной и другие условия ее жизни, которые, вопреки доводам жалобы законного представителя были известны суду (л.д. 211, 212 том 2,), не влияют на правильность выводов суда о доказанности вины осужденной, поскольку эти условия не препятствовали ей совершить преступление.

Как установлено судом, после совершения преступления осужденная имела возможность распорядиться похищенным имуществом и распорядилась им по своему усмотрению.

Доводы жалобы законного представителя о том, что в день совершения преступления у потерпевшей не имелось денег, с карты они не снимались, а для исследования выписки из банка требовались специальные познания, которыми не обладали ни следователь ни суд, являются необоснованными.

Признавая осужденную виновной в совершении открытого хищения имущества на сумму 52632 рубля, в том числе денежных средств на сумму 47300 рублей, суд исходил из показаний потерпевшей о том, что 25 января она в присутствии Т. снимала в банке с карты деньги, которые ей перевел знакомый, а также законного представителя С., указавшей на то, что 25 января у Ш. была крупная сумма денег, и указала на источник их происхождения.

Свидетель Т. также пояснила, что в этот день они с потерпевшей ходили в магазин, в банк, где Ш. снимала с карты деньги, затем видела как она их пересчитала, была сумма в размере 47000 рублей.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей, законного представителя и свидетеля в этой части у суда не имелось, поскольку они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются сведениями, содержащимися в выписке, предоставленной банком «Левобережный» (л.д. 80-81 том 1).

Из указанной выписки суд установил, что за период ДД.ММ.ГГГГ зачисления составили 131,918.00 рублей, а списание 109,878.00 рублей, в том числе получение наличных денежных средств имело место ДД.ММ.ГГГГ

При таких обстоятельствах оснований сомневаться в правильности выводов суда о том, что ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая имела наличные деньги в указанной в приговоре сумме, не имеется.

Законность получения и приобщения к материалам дела вышеуказанной выписки из лицевого счета потерпевшей проверена судом, при этом оснований для выводов о каких-либо нарушениях закона, допущенных при получении данного доказательства, суд не установил.

Выписка из лицевого счета составлена представителем банка, заверена в соответствии с требованиями банка «Левобережный», содержит сведения о суммах расходов, приходов и наименования операций, и эти сведения понятны для элементарного восприятия без специальных познаний.

В связи с этим, вопреки доводам жалобы законного представителя, у следователя и суда не имелось оснований для привлечения специалиста в области банковских операций и экспертной проверки данной выписки (л.д. 77-87 том 1, л.д. 211 оборот том 2).

Доводы жалобы законного представителя о том, что потерпевшая не могла находиться в месте преступления в указанное судом время, являются предположительными и опровергаются как показаниями потерпевшей Ш. о том, что по возвращении домой, в подъезде на нее напала осужденная и похитила сумку с деньгами и другим имуществом, так и показаниями свидетеля Т. о том, что преступление совершила осужденная и именно в то время, когда она со Ш. возвратились домой и вошли в подъезд.

Нельзя признать обоснованными доводы жалобы законного представителя и о том, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетеля Т., отказавшейся давать показания несмотря на то, что она имела статус свидетеля и не имела права отказваться, не устранил противоречий в ее показаниях, и нарушил право осужденной на защиту от ее показаний.

Как видно из материалов дела, свидетель Т. была допрошена во время предварительного следствия и прямо указала на то, что осужденная интересовалась имеются ли у Ш. деньги, говорила, что желает их похитить и просила извещать ее о передвижениях потерпевшей, что она и сделала – сообщала ей ДД.ММ.ГГГГ где они и когда направляются домой (л.д. 155-160 том 1).

Показания свидетеля исследованы судом, приведены в приговоре и им дана оценка в соответствии с требованиями закона.

Признавая эти показания достоверными, суд исходил из того, что они последовательны и согласуются как с показаниями потерпевшей, так и с показаниями свидетелей и выпиской из банка.

Содержание показаний свидетеля Т. было известно осужденной, ее законному представителю и адвокату, поскольку они полностью ознакомлены с материалами дела (л.д. 101-103 том 2).

Между тем, ходатайство о проведении очной ставки между свидетелем и осужденной, либо о дополнительном допросе свидетеля Т., осужденная, ее законный представитель и адвокат не заявили.

В судебном заседании свидетель Т. отказалась от дачи показаний в соответствии со ст. 51 Конституции РФ и не возражала против оглашения ее показаний, данных во время следствия, которые полностью подтвердила.

Вопреки доводам жалобы законного представителя, в соответствии с ч. 4 ст. 281 УК РФ, заявленный в суде отказ свидетеля от дачи показаний не препятствует оглашению его показаний, данных в ходе предварительного следствия, если эти показания получены в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 11 УПК РФ, то есть, если свидетель был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства в ходе дальнейшего производства по делу.

Из протокола допроса видно, что о таких последствиях следователь предупредил Т. перед ее допросом (л.д. 156 том 1).

Из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 190-191 том 2) видно, что свидетель отказалась отвечать на вопросы законного представителя несовершеннолетней осужденной и адвоката.

Однако, отвечать на вопросы других участников процесса, в том числе на вопросы осужденной, свидетель не отказывалась.

По смыслу закона, в случае принятия судом решения об оглашении показаний свидетеля, обвиняемому, в соответствии с принципом состязательности и равноправия сторон, должна предоставляться возможность защиты своих интересов в суде всеми предусмотренными законом способами, включая оспаривание оглашенных показаний, путем заявления ходатайств об исключении недопустимых доказательств или об истребовании дополнительных доказательств в целях проверки допустимости и достоверности оглашенных показаний.

Исходя из ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации обвиняемому также предоставляется право допрашивать показывающих против него свидетелей, возражать против этих показаний, и защищаться всеми средствами и способами, не запрещенными уголовно-процессуальным законом, в том числе представлять доказательства, опровергающие показания свидетелей, делать заявление о недопустимости показаний свидетеля, полученных с нарушением требований закона, оценивать показания свидетеля в совокупности с другими доказательствами по делу.

Между тем, осужденная не поставила перед свидетелем ни одного вопроса, законный представитель, адвокат и осужденная не заявили ходатайств о признании показаний Т. недопустимым доказательством, и не указали ни на одно доказательство, опровергающее показания свидетеля.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о несостоятельности доводов жалобы о нарушении судом права осужденной на защиту от показаний свидетеля Т.

Кроме того, при допросе свидетеля Т. не были нарушены судом требования ст. 281 УПК РФ также потому, что во исполнение принципа реального соблюдения прав и свобод гражданина уголовно-процессуальный закон во взаимосвязи с ч. 1 ст. 51 Конституции РФ наделяет лицо свидетельским иммунитетом, то есть освобождает его от обязанности давать показания против определенного круга лиц, в том числе и против самого себя.

Ограничение стороны защиты в возможности допросить свидетеля, воспользовавшегося в судебном заседании свидетельским иммунитетом, согласуется со статьей 17 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и не противоречит принципу состязательности и равноправия сторон, так как не препятствует стороне защиты оспорить показания свидетеля, используя иные не запрещенные уголовно-процессуальным законом средства и способы.

Как видно из материалов дела, во время предварительного следствия обвинением проверены все версии и доводы осужденной, и в соответствии с требованиями закона получены доказательства, подтверждающие виновность осужденной.

Во исполнение положений ст. 38 УПК РФ следователь направил ход расследования, определил круг следственных и иных процессуальных действий, выполнил их и пришел к выводу о достаточности доказательств. При этом следователь не усмотрел необходимости в допросе иных лиц, кроме указанных в списке обвинительного заключения, в качестве свидетелей, что не противоречит положениям ч. 2 ст. 159 УПК РФ.

Ходатайств о допросе Щ. сторона защиты, законный представитель осужденной и сама осужденная не заявляли.

При таких обстоятельствах доводы жалобы законного представителя о неполноте предварительного следствия, во время которого не был допрошен Щ., нельзя признать обоснованными.

Доводы жалобы законного представителя о том, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ следователем были нарушены права осужденной на защиту, поскольку в нарушение требований ст. 51 УПК РФ не было обеспечено участие защитника, являются необоснованными, поскольку опровергаются протоколом ознакомления обвиняемого, его законного представителя и защитника с материалами уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 101-103 том 2), из которого видно, что осужденная ознакомилась с материалами дела совместно с законным представителем и адвокатом.

Эти же обстоятельства подтвердила и следователь К., указав на выполнение требований уголовно-процессуального закона при ознакомлении осужденной с материалами дела.

Оснований для выводов о том, что защите не была предоставлена возможность опровергнуть показания следователя, не имеется, поскольку из протокола судебного заседания следует, что никто из участников процесса не был ограничен в реализации своих процессуальных прав, в том числе на допрос свидетеля К. и приведение своих доводов в связи с показаниями данного свидетеля (л.д. 136-137 том 3).

Таким образом, действия ФИО1 правильно квалифицированы и она верно осуждена по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ за открытое хищение чужого имущества, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Разрешая вопрос о виде и размере наказания, суд учел степень тяжести и общественную опасность совершенного осужденной преступления, конкретные обстоятельства по делу, и все данные о личности осужденной, обоснованно признав ее несовершеннолетний возраст обстоятельством, смягчающим наказание.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усмотрел.

Выводы суда о применении к осужденной положений ст. 73 УК РФ мотивированы и оснований не согласиться с ними, не имеется.

Вместе с тем, состоявшиеся судебные решения в отношении ФИО1 подлежат изменению в части принятого решения о назначении наказания, ввиду существенного нарушения уголовного закона, повлиявшего на исход дела.

Согласно ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно – правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Согласно ст. 89 УК РФ при назначении наказания несовершеннолетнему кроме обстоятельств, предусмотренных статьей 60 УК РФ, учитываются условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц.

В соответствии с п. 5 ст. 307, п. 6 ч. 1 ст. 299 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать обоснование решения о наличии смягчающих или отягчающих наказание обстоятельств.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ.

К числу таких обстоятельств согласно разъяснениям, содержащимся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», относится психическое расстройство несовершеннолетнего, не исключающее вменяемости.

Из материалов дела видно, что несовершеннолетняя ФИО1 страдала и страдает психическим расстройством в форме социализированного расстройства поведения, которое не лишало ее способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Приводя в приговоре данные о личности осужденной, суд указал на данное обстоятельство, однако, вопреки требованиям закона и положениям названного постановления, не признал его обстоятельством, смягчающим наказание.

Проверяя законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанцией также оставил данное обстоятельство без внимания.

Допущенное нарушение уголовного закона является существенным, поскольку повлияло на исход дела.

При таких обстоятельствах приговор суда и апелляционное определение следует изменить, признать обстоятельством, смягчающим наказание осужденной ее психическое расстройство, и смягчить назначенное ей наказание с учетом степени общественной опасности совершенного преступления, данных о ее личности и обстоятельства, смягчающего наказание, установленного судом при рассмотрении дела по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14 - 401.15 УПК РФ, президиум Новосибирского областного суда

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу законного представителя несовершеннолетней осужденной ФИО1 – Ш. удовлетворить частично:

приговор Обского городского суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить,

признать психическое расстройство в форме социализированного расстройства поведения осужденной обстоятельством, смягчающим наказание,

смягчить наказание, назначенное ФИО1 по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ до 11 месяцев лишения свободы,

на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком в 1 год.

В остальной части указанные судебные решения в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Председательствующий С.В. Сажнева