Решение № 2-2114/2024 2-2114/2024~М-1799/2024 М-1799/2024 от 30 октября 2024 г. по делу № 2-2114/2024

Дело N 2- 2114/2024 УИД 76RS0022-01-2024-003176-49


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

" 30 " октября 2024

Заволжский районный суд г. Ярославля в составе:

председательствующего судьи Добровольской Л.Л., при секретаре Зуевой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Транслайн» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Приговором Фрунзенского районного суда от 11.12.2023 ФИО2, работник ООО «Транслайн», признан виновным в совершении преступления, предусмотренного признаками ч. 3 ст. 264 УК РФ, т.е. виновным в нарушении лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ФИО3.

Потерпевшая ФИО1, сестра погибшего ФИО3, обратилась в суд с иском к ООО «Транслайн» о взыскании денежных средств в счет компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб.,

В судебном заседании истица требования поддержала. Иск обосновывала наличием нравственных и физических страданий по факту утраты близкого родственника.

Третье лицо ФИО2, представитель ответчика ООО «Транслайт» в судебное заседание не явились.

Суд считает возможным рассмотрение дела при имеющейся явке.

Заслушав истицу, ее представителя ФИО4, свидетеля ФИО5, изучив материалы дела, суд находит иск подлежащим удовлетворению.

Материалами дела установлены, а сторонами и третьим лицом не оспорены, следующие факты:

- приговором Фрунзенского районного суда от 11.12.2023 ФИО2, работник ООО «Транслайн», признан виновным в совершении преступления, предусмотренного признаками ч. 3 ст. 264 УК РФ, т.е. виновным в нарушении лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть ФИО3;

- ФИО1, сестра погибшего ФИО3, признана в рамках уголовного дела потерпевшей.

Положениями ч. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным ч.ч. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ (ч. 1 ст. 1079 названного кодекса).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз. 2 ч. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абз. 2 ст. 1100 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (абз. 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, в частности право на уважение родственных и семейных связей) (абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В абз. 1 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи. Таким образом, смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и родственникам. Суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой родственника в результате причинения вреда его жизни источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон, принять во внимание, в частности, характер родственных связей между потерпевшим и истцом, характер и степень умаления прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, поведение самого потерпевшего при причинении вреда.

Истица выставила требования о взыскании с ответчика денежных средств в счет компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб..

При этом истица указала, что финансовая составляющая в ее требованиях не является первоочередной. Для нее утрата брата не может быть компенсирована никаким размером денежной суммы. Ею определена цена иска символически, как минимальная возможность сглаживания вреда.

Истица пояснила, что в силу жизненных обстоятельств между нею и погибшим братом ФИО3 имелась тесная родственная связь не как между братом и сестрой, а как между мамой и сыном.

Общая мать родила брата истицы в возрасте 40 лет, когда истице было 16 лет. На истицу легли все заботы по воспитанию младшего брата. В младенческом возрасте именно она купала, кормила, обихаживала брата. В дошкольном возрасте брата посещала, как родитель детский сад. После замужества и смены места жительства в другом населенном пункте истица забрала брата подростка в свою семью, помогла получить средне специальное, а затем высшее образование. До конца жизни брата истица и он ежедневно общались, решали общие вопросы по заботе о матери и другим личным вопросам.

Указанные факты подтверждены материалами дела – личной перепиской в Вотсапе, фотографиями и свидетельскими показаниями.

Свидетель ФИО5, дочь истицы, пояснила, что с осознанного своего детства знает брата истицы, как своего дядю. Вместе с тем, между нею и дядей всегда по факту имели место отношения как между братом и сестрой по той причине, что мать свидетеля – истица всегда воспринимала своего брата, как собственного сына.

Согласно переписке в Вотсап, фотографиям следует, что истица и ее брат находились в постоянном контакте не только в праздничные дни, но и в будни. При этом общение их пронизано особой заботой и любовью.

Суд не находит оснований для критической оценки вышеуказанных доказательств.

Ответчик и третье лицо, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представили в суд своих возражений и доказательств таковых.

Истица пояснила, что к моменту смерти брата уже имела хронические возрастные заболевания. Утрата брата резко снизила качество жизни. Отсутствие возможности духовного и физического контакта с братом причиняет до настоящего времени сильные нравственные страдания, что в целом сказывается и на физическом состоянии здоровья. Присутствует постоянная подавленность настроения, тревога, чувство страха, одиночества и бессилия. Применение успокоительных медикаментов приносит лишь временные облегчения.

Указанные факты подтверждены материалами дела – выписками из амбулаторной, стационарной карт больного и свидетельскими показаниями.

Свидетель ФИО5 пояснила, что после трагической смерти брата истица пребывает до настоящего времени в состоянии, которое можно описать словами «полное опустошение». Для поддержания физического здоровья истица чаще стала обращаться за медицинской помощью. До настоящего времени истица постоянно посещает место захоронение своего брата.

Согласно медицинской документации до смерти брата у истицы диагностировали ряд хронических заболеваний. После смерти брата врач невролог указал на наличие у истицы другого расстройства вегетативной (автономной) нервной системы (G90.8), связанной с трагедией августа 2023.

Суд не находит оснований для критической оценки вышеуказанных доказательств.

Ответчик и третье лицо, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представили в суд своих возражений и доказательств таковых.

Оценив все обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что утрата близкого родственника для истицы стала неизгладимой драмой. Родственная связь в данном случае была наиболее тесной, не как между братом и сестрой, а как между сыном и мамой. В силу указанных причин по истечении года после смерти, до настоящего времени, истица испытывает сильную тягу к месту захоронения брата; использует в семье сим-карту своего брата, передав ее, их общей матери; продолжает вести в социальных сетях переписку о брате в виде диалога с ним.

В настоящем судебном заседании истица, давая показания, переживая потерю вновь, не могла сдерживать слез отчаяния и горя. При этом скорбь истицы была естественна, сдержанна, достойна, без ноток истерии.

Истица пояснила, что с момента ДТП – с 29.08.2023 и по настоящее время, ответчик и третье лицо ФИО2 не предпринимали никаких самостоятельных действий для добровольного разрешения гражданского спора. Виновники гибели родного человека даже не приносили своих извинений, не выразили и чувств соболезнования. Более того, ответчик уклоняется от исполнения судебного решения о взыскании компенсации морального вреда за гибель ФИО3 в пользу его матери.

Ответчик и третье лицо, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представили в суд своих возражений и доказательств таковых.

Оценив все обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчик и третье лицо проявили крайнее безразличие к человеческому горю семьи ФИО3.

Суд, разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, учитывая степень и характер нравственных и физических страданий истицы, её возраст, иные обстоятельства дела, степень вины ответчика, с учетом принципа разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истицы денежные средства в сумме 1 000 000 руб..

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, госпошлина в сумме 300 руб..

В соответствии со ст. 15, 151, 1064, 1079, 1099 - 1101 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 98, 100,, 194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) к ООО «Транслайн» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транслайн» (ООО «Транслайн») в пользу ФИО1 денежные средства в счет компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб..

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Транслайн» (ООО «Транслайн») в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, госпошлину в сумме 300 руб..

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Ярославский областной суд через Заволжский районный суд.

Судья Л.Л.Добровольская