Решение № 2-1285/2018 2-3/2020 2-3/2020(2-47/2019;2-1285/2018;)~М-1347/2018 2-47/2019 М-1347/2018 от 5 октября 2020 г. по делу № 2-1285/2018

УИД 42RS0035-01-2018-002014-11

Дело № 2 – 3/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Таштагол 6 октября 2020 года

Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего судьи Ширениной А.И.,

при секретаре Кузнецовой Е.С.,

с участием прокуроров Свиридова С.А., ФИО1, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании, с извещением лиц, участвующих в деле, гражданское дело по иску ФИО4 к ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного в результате лечения, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного в результате лечения. Исковые требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ получил производственную <данные изъяты> в <данные изъяты> в результате удара и сдавления вагонетками, причинено повреждение здоровья: «<данные изъяты>. Однако согласно медицинского заключения <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

Указывает, что в течение трех лет девяти месяцев был в статусе временно нетрудоспособного, проходил лечение в <адрес> В ДД.ММ.ГГГГ года Главная МСЭ по Кемеровской области установила <данные изъяты>% утраты трудоспособности и третью группу <данные изъяты>.

По обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве назначено и выплачивается страховое возмещение вреда.

Считает, что вследствие невнимательности и безответственности врачей ответчика, при установлении клинической картины произошедшего, неправильно установлен <данные изъяты>, в результате <данные изъяты> не были зафиксированы, упущены сроки <данные изъяты>, применено диаметрально противоположное лечение (разработки и физические нагрузки вместо стабилизации и покоя).

Указывает, что при правильном <данные изъяты> и лечении, через 4-5 месяцев после <данные изъяты> мог бы быть на 100% здоров и трудоспособен. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ необходимо было оперативное вмешательство повреждений <данные изъяты> однако, продолжалось консервативное лечение по <данные изъяты>, что вызвало <данные изъяты>, утяжеление недуга и <данные изъяты>. Правая нога продолжает <данные изъяты>, стала <данные изъяты>

Возникновение стойкой утраты трудоспособности, <данные изъяты>, прогрессирующая в настоящее время <данные изъяты> болезнь находятся в прямой причинной связи с виновным противоправным поведением ответчика ГБУЗ КО «ТРБ», поскольку при поступлении в <данные изъяты> отделение был сделан только рентгеновский снимок <данные изъяты> и зашита <данные изъяты>, иные способы поиска и определения <данные изъяты>, повреждений <данные изъяты>, проведены не были, что привело к постановке неправильного <данные изъяты>, а в дальнейшем к неправильному назначенному лечению.

Кроме того, после выписки из <данные изъяты> отделения, для наблюдения у <данные изъяты> по месту жительства, по рекомендации лечащего в <данные изъяты> врача, передал врачу по месту жительства о необходимости осуществления <данные изъяты>, при этом, перевязки <данные изъяты>, в результате чего, <данные изъяты>. Так, <данные изъяты> заживала до <данные изъяты>, вместо <данные изъяты> при правильном лечении.

Действиями ответчика причинен моральный вред, так как длительное время испытывал и испытывает физические и нравственные страдания в связи с переносимой <данные изъяты>, по причине непредставления медицинской помощи или получения медицинской помощи ненадлежащего качества по вине врачебного персонала ответчика.

Компенсацию морального вреда за не установление правильного <данные изъяты>, оказанием некачественной медицинской помощи определяет в размере 120 000 рублей.

За применение лечащим врачем <данные изъяты> ФИО8 неправильного, осложняющего и отягчающего <данные изъяты> метода лечения, предписания разрушительной методики поведения вне стен лечебного учреждения, компенсацию морального вреда определяет в размере 120 000 рублей.

За игнорирование предписаний <данные изъяты> ФИО8 со стороны врача-<данные изъяты> ФИО9 по месту жительства в части применения <данные изъяты>, вместо <данные изъяты> - компенсацию морального вреда определяет в размере 50 000 рублей.

За нарушение врачом-<данные изъяты> ФИО9 инструкции по заполнению учетной формы № 025/у-04 «Медицинская карта <данные изъяты> больного», утвержденной Приказом Минздравсоцразвития РФ от 22.11.2004 № 225, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ознакомившись с медицинской картой, он выяснил, что врач ФИО10 в <данные изъяты>, <данные изъяты> не зафиксировал. Только после его просьбы, врач начал фиксировать в медицинской карте жалобы пациента. При этом, меры по уточнению <данные изъяты>, характера повреждений в связи с жалобами больного на <данные изъяты>, в том числе путем консультаций с более опытными специалистами, не принимались, меры по изменению методики лечения вследствие неправильной постановки <данные изъяты> не принимались, что свидетельствует о невнимательном отношении медицинских работников к пациенту, что способствовало затягиванию на неопределенное время возможностей по уточнению <данные изъяты> и назначению более правильного лечения. Компенсацию морального вреда определяет в размере 240 000 рублей.

За воспрепятствование пользоваться квалифицированной помощью по диагностике в другом лечебном учреждении компенсацию морального вреда определяет в размере 240 000 рублей.

За неизменение тактики в лечении, методов лечения врачом-<данные изъяты> ФИО9, даже после падения ДД.ММ.ГГГГ в гололед по дороге на прием к ФИО9, на больную ногу, когда правая нога сложилась в боковую сторону полностью, когда назначенный этим же врачом <данные изъяты>, не защитил от <данные изъяты>, компенсацию морального вреда определяет в размере 200 000 рублей.

Компенсацию морального вреда за причинение нравственных страданий, вызванных досадой, горечью, обидой переживанием физической <данные изъяты> и дискомфортом от тяжелых и напрасных поездок на МСЭ в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, оставшихся безрезультатными, которые давались с постоянными болевыми воздействиями, напряжением физических и моральных сил, некомпенсируемыми материальными затратами, оценивает в размере 80000 рублей за каждую поездку, а всего в 320000 рублей.

В связи с незаконными действиями ответчика по непредставлению дважды медицинской помощи, в форме непроведения в должной мере экспертизы временной нетрудоспособности и выписке к труду без законных оснований, испытывал нравственные страдания, стыд и несостоятельность, компенсацию за это определяет в размере 400 000 рублей.

Компенсацию за вынужденное унижение перед должностными лицами работодателя, незнакомыми людьми, нравственные переживания по поводу многочисленных нарушений его прав в части доказывания продолжающейся невозможности трудиться по вине ответчика определяет в размере 120 000 рублей.

В связи с постоянной физической <данные изъяты>, которая усиливается при ходьбе, вызывает <данные изъяты>, а острые <данные изъяты><данные изъяты> сопровождаются <данные изъяты> в целом, как следствие, <данные изъяты>, компенсацию за это определяет в размере 120 000 рублей.

В связи с физической беспомощностью и неполноценностью, не позволяющей ему заниматься трудовой деятельностью, повышать квалификацию и получать достойную заработную плату для обеспечения своей семьи, компенсацию морально вреда, причиненного по вине ответчика, в связи с нравственными страданиями за унижения, пережитые и переживаемые до сих пор по причине неплатежеспособности и необходимости просить взаймы и жить в долг, по вине ответчика определяет в размере 200 000 рублей.

Компенсацию за моральный вред, в связи с нравственными страданиями, причиненными лишением возможности помогать маме, обеспечивать маму и свою семью без посторонней помощи необходимыми сельхозпродуктами, определяет в размере 150 000 рублей.

Компенсацию за моральный вред, за нравственные страдания в связи с лишением возможности вести и прививать детям активный образ жизни: посещать лес, горы, ходить на рыбалку с сыновьями, женой, друзьями, как это было до <данные изъяты>, определяет в размере 150 000 рублей.

Компенсацию за моральный вред в связи с нравственными страданиями, вызванными лишением возможности быть здоровым и полноценным мужем и главой семьи, в связи с лишением возможности гармоничного распределения семейных обязанностей между супругами в семье, определяет в размере 150 000 рублей.

В связи с утратой возможности заниматься любимым хобби, играть на ударной установке в составе самодеятельной вокально-инструментальной рок-группы «<данные изъяты>», нравственные страдания оценивает в размере 250 000 рублей.

В связи с унижением, быть в роли просящего у его работодателя, так как написал за это время более 100 заявлений различными способами, компенсацию за моральный вред определяет в размере 150 000 рублей.

За неправильное оформление несчастного случая по вине ответчика, неправильно и неполно установившего <данные изъяты>, в связи с этим, осуществлявшего неправильное лечение, не изменившего тактику лечения после уточнения <данные изъяты>, компенсацию за моральный вред определяет в размере 150 000 рублей.

Общая сумма компенсации за причиненные физические и нравственные страдания за оказание некачественной медицинской помощи по вине ответчика, и подлежащая взысканию с него, с учетом его материальных затруднений, возникших в большей мере по вине ответчика, с учетом предъявляемых законодательством требований разумности и справедливости составляет 3530 000 рублей.

Просит суд взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в свою пользу в счет возмещения морального ущерба, причиненного оказанием некачественной медицинской помощи в размере 3530000 рублей, издержки на юридическую помощь в размере 35000 рублей, а всего 3565000 рублей.

С учетом уточнения исковых требований, просит суд взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в свою пользу в счет возмещения морального ущерба, причиненного оказанием некачественной медицинской помощи в размере 3815000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО4 настаивал на удовлетворении уточненных исковых требований.

Представитель ответчика ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» ФИО5, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, так как ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница», структурным подразделением «<адрес>» проводилось правильное лечение, сразу после <данные изъяты> сделана <данные изъяты><данные изъяты>, направление на <данные изъяты>, однако на <данные изъяты> ФИО2 поехал спустя 1,5 месяца, по каким причинам, неизвестно. В заключениях экспертиз также указано, что нарушений в проведении лечения нет, проводилось правильно. При своевременном лечении, можно было избежать последствий, вины больницы нет.

Представитель третьего лица - Филиала № ГУ-Кузбасского Ро Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО25., в судебное заседание явилась, решение вопроса оставила на усмотрение суда, представила письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку при определении размеров компенсации морального вреда, нужно принимать во внимание степень вины нарушителя, иные заслуживающие внимания обстоятельства, причинно-следственную связь между действием (бездействием) и наступившими последствиями, что со стороны ФИО4 не доказано.

Представитель третьего лица - ООО «Альфа Страхование-ОМС» филиал «Сибирь» в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о дате, месте и времени судебного заседания, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя, представил письменный отзыв в котором просит в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку при определении размеров компенсации морального вреда нужно принимать во внимание степень вины нарушителя, иные заслуживающие внимания обстоятельства, причинно-следственную связь между действием (бездействием) и наступившими последствиями, что со стороны ФИО4 не доказано.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании в части доводов истца, об отсутствии денежных средств на своевременное прохождение МРТ пояснил, что истцу систематически, после предоставления больничного листа производились выплаты.

Специалист ФИО13, в судебном заседании пояснил о возможной тактике лечения, в случае своевременного обнаружения <данные изъяты>, а также проводимых в таких случаях методах лечения. Считает, что вина в данном случае ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница», в связи с чем, заявленные требования истца подлежат удовлетворению.

Выслушав истца, представителя ответчика, свидетелей, мнение прокурора, полагавшего, что требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со ст. 18 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных <данные изъяты>, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

Согласно ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из ч. 2 ст. 98 указанного ФЗ следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

В силу п. 2 ст. 64 Закона об основах охраны здоровья, экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам <данные изъяты> или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 настоящего Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с Приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (зарегистрировано в Минюсте России 17.05.2017 № 46740) критерием качества по условиям оказания медицинской помощи в <данные изъяты> условиях является, в том числе, назначение <данные изъяты> для медицинского применения с учетом инструкций по применению <данные изъяты>, возраста пациента, пола пациента, тяжести <данные изъяты>, наличия осложнений основного <данные изъяты> (состояния) и сопутствующих <данные изъяты>.

Каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии <данные изъяты>, об установленном <данные изъяты> и о прогнозе развития <данные изъяты>, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 22 Закона об основах охраны здоровья).

Медицинская организация обязана предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых <данные изъяты> и о медицинских изделиях (пункт 6 части 1 статьи 79 Закона об основах охраны здоровья).

К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

В соответствии с п. 5 ст. 4 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Пунктом 4 статьи 13 названного закона установлено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур, является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, ФИО4 являлся работником <данные изъяты> работал по профессии <данные изъяты>, занятым на <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 получил <данные изъяты> в <данные изъяты> в результате удара и сдавления вагонетками.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в <данные изъяты> отделении на <данные изъяты> лечении в ГБУЗ Кемеровской области «Таштагольская районная больница» с <данные изъяты>: <данные изъяты>

Согласно медицинской карты, по результатам обследования в отсутствие данных <данные изъяты> у ФИО4, последнему показана <данные изъяты>

В дальнейшем в условиях щадящего режима (ходьбы на костылях) больному проводилась <данные изъяты> В связи с <данные изъяты> течение послеоперационного периода осложнилось <данные изъяты> которые были своевременного <данные изъяты> после проведения адекватных лечебных мероприятий.

ФИО4 выписан ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворительном состоянии на <данные изъяты> долечивание в <адрес> с рекомендациями увеличения физической нагрузки при ходьбе, проведения ЛФК, наложения <данные изъяты>, о чем свидетельствует выписной <данные изъяты> «<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинской карты, пациента ФИО4, получающего медицинскую помощь в <данные изъяты> условиях № поликлиники участковой больницы <адрес>, исследованной в судебном заседании, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялось лечение согласно поставленному <данные изъяты>: <данные изъяты>

До ДД.ММ.ГГГГ наблюдался по месту жительства в поликлинике участковой больницы <адрес>, при этом, неоднократно рекомендованы консультации <данные изъяты> в <адрес><адрес>, тактика ведения и дальнейшее лечение больного осуществлялись врачами иных лечебных учреждений.

ДД.ММ.ГГГГ прошел МСЭК. В <данные изъяты> и % утраты трудоспособности отказано. Объективно: <данные изъяты>. <данные изъяты>. <данные изъяты>: <данные изъяты> Лечение: <данные изъяты>. Легкий труд с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № дано заключение: <данные изъяты>

Согласно медицинского заключения МБУЗ ТЦРБ о характере полученных повреждений здоровья в результате <данные изъяты><данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ: «<данные изъяты>.».

Согласно справке МБУЗ ТЦРБ о заключительном <данные изъяты><данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ: «<данные изъяты>.».

Согласно справке МБУЗ ТЦРБ о заключительном <данные изъяты><данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, проходил лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу: <данные изъяты>

Согласно медикосоциальной экспертизы ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности в связи с производственной <данные изъяты>, установлена <данные изъяты>

Определением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 13.05.2019 по настоящему делу назначена судебная медицинская экспертиза в <адрес>

Согласно заключению судебно-медицинской экспертной комиссии <данные изъяты> в составе председателя комиссии ФИО14, членов комиссии ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ № (Том 2 л.д. 22-23) при поступлении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в <адрес><адрес>» имел место <данные изъяты>. Совокупность вышеуказанных причин и условий привела к неблагоприятному исходу - <данные изъяты> В связи с тем, что формирование <данные изъяты>, комиссия считает, что между дефектом диагностики <данные изъяты> на момент поступления в <адрес><адрес>» и неблагоприятным исходом (<данные изъяты> прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Кроме того, по данным <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ выявлено <данные изъяты>. Принимая во внимание тяжелый механизм <данные изъяты><данные изъяты>), нельзя исключить, что повреждения <данные изъяты> могли быть причинены <данные изъяты>

Таким образом, после диагностики <данные изъяты>, для чего больной ДД.ММ.ГГГГ, то есть в ближайшее время после диагностики <данные изъяты> в <адрес> (своевременно) был направлен на консультацию в специализированную клинику. Однако вопрос об <данные изъяты> проблемы до сих пор не решен. ФИО4 длительное время продолжает <данные изъяты>, в период которого усугубляет свое состояние в результате падения (ДД.ММ.ГГГГ), оперируется по поводу <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ), трижды направляется на МСЭК (ДД.ММ.ГГГГ), неоднократно выписывается к труду (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), наблюдается в связи с <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ). Кроме того, ФИО4 после установления ему <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ был направлен в <адрес><адрес>, где от предложенного ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ оперативного лечения посредствам <данные изъяты> воздержался. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 <адрес><адрес> рекомендована <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ выдано направление в <адрес>. Однако согласия на <данные изъяты> самого больного до настоящего времени не получено, ФИО4 продолжает находиться в статусе <данные изъяты>

Комиссия экспертов пришла к выводу, что тактика лечения в <адрес> выбрана правильно, ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ, своевременно, в связи с подозрением на наличие повреждений в <данные изъяты>, был направлен на <данные изъяты>, после диагностики <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ - на консультацию в специализированную клинику. Дальнейшее <данные изъяты> лечение в <адрес> было обусловлено прогрессированием нарушений <данные изъяты> в отсутствии решения вопроса об <данные изъяты> лечении, в процессе которого больной неоднократно по показаниям направлялся на медико-социальную экспертизу, консультации узких специалистов. Каких-либо нарушений в тактике лечения, недостатков оказания медицинской помощи в <адрес> комиссией не установлено.

На момент проведения экспертизы у ФИО4 выявлены последствия <данные изъяты> в виде <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>, сопровождающегося нарушением <данные изъяты>. Для устранения неблагоприятных последствий <данные изъяты>, дальнейшего прогрессирования неблагоприятных симптомов, больному показано <данные изъяты>

По ходатайству истца, в связи с отсутствием в заключении судебно-медицинской экспертизы <адрес> №-ком от ДД.ММ.ГГГГ методик, научно-практических руководств, использованных комиссией при проведении экспертизы, назначена повторная судебная медицинская экспертиза.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес> в составе председателя комиссии ФИО19, членов комиссии ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, от ДД.ММ.ГГГГ № сделаны следующие выводы (Том 2 л.д. 144-149):

Вопрос 1. Какие повреждения здоровья получены <данные изъяты> в результате <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ при <данные изъяты>?

Ответ: В результате <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, при <данные изъяты>, ФИО2 получил следующие <данные изъяты>, осложнившиеся <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Оценить <данные изъяты> развившихся у ФИО4 в <данные изъяты> невозможно в силу воздействия множества факторов (<данные изъяты>

Вопросы 2(3). Дать оценку правильности диагностирования и лечения, оказанного ФИО4 в ГБУЗ <адрес> «<адрес><адрес> в связи с <данные изъяты>, полученной ДД.ММ.ГГГГ. Обратить внимание: первоначальный <данные изъяты> был выставлен в отношении <данные изъяты>, а в заключительном <данные изъяты> фигурирует еще и левая нога; в сентябре 2013 уточнен <данные изъяты> и выявлено <данные изъяты><данные изъяты>.

Имеется ли причинно-следственная связи между диагностированием, избранной тактикой проводимого ответчиком лечения и <данные изъяты> истца, сформировавшейся позже?

Ответ: Медицинская помощь ФИО4 в ГБУЗ <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ оказана своевременно и правильно (согласно клиническим рекомендациям), только в части <данные изъяты> на этом этапе объема <данные изъяты> (<данные изъяты>), без учета наличия сопутствующего <данные изъяты>

Повреждение в виде <данные изъяты> на этом этапе не <данные изъяты>, несмотря на выполнение <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

Выполнение однократно <данные изъяты> области повреждения достаточно для установления клинического <данные изъяты> и не предполагает при отсутствии <данные изъяты> на <данные изъяты> проведение контрольного <данные изъяты><данные изъяты> (отсутствие медицинских показаний). Соответственно, в этой части экспертная комиссия не находит нарушений приказа Минздрава России от 12.11.2012 № 901н «Порядок оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия».

На этом этапе имели место недостатки в неполном клиническом исследовании (описании) <данные изъяты> (<данные изъяты>), отсутствие необходимой <данные изъяты>), необоснованном использовании тактики <данные изъяты> больного с таким объемом <данные изъяты> Существенного значения для окончательного исхода <данные изъяты> они не имели.

Одной из возможных причин ошибочной диагностики <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> (<данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ). При отсутствии других признаков, симптомов и жалоб <данные изъяты>, оснований для обоснования медицинских показаний к повторному <данные изъяты><данные изъяты> на этом этапе не было.

Экспертная комиссия обращает внимание на тот факт, что при наличии <данные изъяты> проведение <данные изъяты><данные изъяты> исключалось. На этом этапе, согласно алгоритму, правильной являлась тактика <данные изъяты>

Таким образом, проводимая больному <данные изъяты> тактика ведения в <данные изъяты> не противоречила алгоритму ведения <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>, но была недостаточной в части <данные изъяты>

Повреждения в области <данные изъяты><данные изъяты> своевременно, на этапе появления конкретных жалоб и медицинских показаний к <данные изъяты> лечению (<данные изъяты>). Иных повреждений в области <данные изъяты> экспертной комиссией не установлено.

Наличие исходных неопределенных жалоб со стороны <данные изъяты>), отсутствие <данные изъяты> исключало медицинские показания к дополнительному обследованию <данные изъяты> на этом этапе. Это позволяет считать оказанную медицинскую помощь по повреждениям <данные изъяты> достаточной, соответствующей выставленным <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Анализируя тактику ведения и динамику лечения больного в <адрес>» в связи с <данные изъяты>, полученной ДД.ММ.ГГГГ, экспертной комиссией установлены следующие клинически значимые положения в части оценки причинных факторов развития негативных последствий для состояния здоровья <данные изъяты>:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, экспертная комиссия не находит прямой причинно- следственной связи между действиями врачей <адрес><адрес> «<адрес> больница» и в <адрес>, с развитием у больного <данные изъяты>, определившей наступление <данные изъяты>.

Вопрос 4. Можно ли с полной вероятностью утверждать что в случае своевременного полного диагностирования и соответствующего правильного лечения у истца могло, наступить полная реабилитация здоровья и полное восстановление трудоспособности после <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ либо хотя бы ущерб здоровью был меньшим?

Ответ: Вопрос прогнозирования иного исхода (менее выраженный ущерб здоровью) не относится к категории медицинских или общебиологических, в связи с чем, не может быть разрешен г рамках настоящей комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

При таком объеме комбинированных повреждений в области <данные изъяты>, который первично <данные изъяты> у ФИО2 и с учетом возникших последствий повторной <данные изъяты> наступление у истца полной реабилитации здоровья, полного восстановления трудоспособности (после <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и повторной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.) невозможно.

Известно, что <данные изъяты> предполагают длительные, исчисляемые месяцами (<данные изъяты>.) сроки лечения, а <данные изъяты> при повторных <данные изъяты> предполагают высокий риск развития последствий в виде <данные изъяты>

Таким образом, ведущими факторами в наступлении такого исхода <данные изъяты> у ФИО4 в данном случае явились <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> несвоевременная диагностика <данные изъяты>, повторная <данные изъяты> и отказ от <данные изъяты> после <данные изъяты> в силу неустановленной экспертной комиссией причины.

Суд считает возможным основываться в своем решении на Заключение

судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ №-ком, а также на Заключение судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес> «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ №, которым суд доверяет, так как члены судебно-медицинской экспертной комиссии были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, имеют стаж работы каждый в своей специализации более 10-15 лет, заключения обоснованны.

Выводы в каждой экспертизе подробно мотивированы в исследовательской части экспертного заключения они логичны, последовательны и соответствуют материалам дела.

Кроме того, в Заключении судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № выводы судебно-медицинской экспертной комиссии подкреплены соответствующей нормативной базой.

Данные заключения объективны, построены на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, они основываются на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Также, суд принимает во внимание протокол оценки качества медицинской помощи, акта экспертизы качества медицинской помощи ООО «Альфа-Страхование-ОМС» филиал «Сибирь» (Том 1 л.д. 182-191):

за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты> отделение) <адрес>

По установленному <данные изъяты>: <данные изъяты>. Госпитализация обоснованна, длительность лечения оптимальна, рекомендации при выписке присутствуют. Сделан вывод: медицинская помощь оказана качественно, в полном объеме. Замечаний по лечению и ведению документации нет. Ошибок, повлиявших на исход <данные изъяты>- нет;

за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) <адрес>

По установленному <данные изъяты> сбор информации произведен своевременно, <данные изъяты> не повлияло на тактику лечения и исход лечения. <данные изъяты> сформулированы верно, с учетом всех стадий процесса, клинических проявлений, дополнительных данных исследований и консультаций специалистов всех уровней. В лечении замечаний нет. Обращения по преемственности лечения обоснованны, длительность соответствует тяжести <данные изъяты> и перенесенных <данные изъяты> количества посещений достаточны, рекомендации даны.

Принимая во внимание исследованные письменные материалы, а также заключения указанных выше судебно-медицинских экспертиз, суд приходит к выводу, что действия ответчика ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» по оказанию ФИО4 лечения не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями <данные изъяты> у ФИО2

При этом, согласно выводов заключения судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес> «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ №

ведущими факторами наступления такого исхода <данные изъяты>, явились <данные изъяты><данные изъяты>, несвоевременная диагностика <данные изъяты>, повторная <данные изъяты><данные изъяты> и отказ от <данные изъяты> со стороны ФИО4

В ходе судебного разбирательства специалист в области судебной медицины ФИО13 показал, что последствия <данные изъяты> ФИО4 состоят в прямой причинно-следственной связи с <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом факта <данные изъяты> и неадекватного лечения всех имевшихся, но и несвоевременно выявленных <данные изъяты>

Однако к данным доводам специалиста суд относится критически, поскольку заключениями судебных медицинских экспертиз, установлено обратное, а именно отсутствие причинно-следственной связи между диагностикой, лечением и наступившими последствиями <данные изъяты> у ФИО2

В судебном заседании истец пояснил, что в действительности ему первоначальное направление на <данные изъяты> было выдано позднее, чем ДД.ММ.ГГГГ.

Однако данный довод истца суд оценивает критически, поскольку из исследованных медицинских документа видно, что данное направлением ему выдано ДД.ММ.ГГГГ, при этом согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз данное направление на <данные изъяты> выдано своевременно и обоснованно на этапе появления соответствующих жалоб больного.

Кроме того, в судебном заседании свидетель ФИО12 и представитель третьего лица Филиала № ГУ- Кузбасского РО ФСС РФ ФИО24 пояснили, что ФИО4 своевременно перечислялись денежные средства по оплате пособия по временной нетрудоспособности, о чем также свидетельствует справка <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец имел материальную возможность прохождения <данные изъяты> своевременно, а не ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, как следует из заключения судебно-медицинской экспертной комиссии <данные изъяты> при поступлении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>» имел место <данные изъяты>, который был обусловлен недостатками <данные изъяты> на момент поступления, отсутствием выраженных клинических симптомов <данные изъяты> но между дефектом диагностики <данные изъяты> на момент поступления в <адрес>» и неблагоприятным исходом (<данные изъяты> прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Согласно судебно-медицинской экспертной комиссии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № в период нахождения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в <адрес>» не было <данные изъяты> повреждение в виде <данные изъяты>, несмотря на выполнение <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Также комиссия экспертов указала, что проводимая тактика ведения в <данные изъяты> была недостаточной в части проведения лечебно-диагностических мероприятий по лечению и <данные изъяты>. Имели место недостатки в неполном клиническом исследовании (описании) <данные изъяты> (<данные изъяты>), отсутствие необходимой <данные изъяты>), необоснованном использовании тактики ранней активизации больного с таким <данные изъяты>, но указанное существенного значения для окончательного исхода <данные изъяты> не имело.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО4 оказана некачественная медицинская помощь в ГБУЗ Кемеровской области «Таштагольская районная больница», поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда и возмещению убытков.

Вместе с тем, следует обратить внимание, что с ДД.ММ.ГГГГ тактика ведения и дальнейшее лечение больного определялась врачами иных лечебных учреждений ( т.2 л.д.17,л.д.148), что не является предметом спора по заявленным исковым требованиям к ГБУЗ Кемеровской области «Таштагольская районная больница».

С учетом, установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства дела, степень тяжести допущенных ответчиком нарушений, то, что допущенные ответчиком нарушения не имели существенного значения для окончательного исхода <данные изъяты>, характер причиненных нравственных и физических страданий истцу, личность самого истца.

При этом, суд при определении компенсации морального вреда не учитывает физические и нравственные страдания, полученные истцом непосредственно в связи с полученной <данные изъяты> и ее последствиями, поскольку ответчик несет ответственность не за причинение <данные изъяты> истцу, а за своевременность и качество оказания медицинской помощи.

С учетом всех указанных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд полагает, что требования о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению на сумму 50000 рублей.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в сумме 25 000 рублей.

В обоснование исковых требований истец указывает на несвоевременное проведение медико-социальных экспертиз, однако предметом спора в рамках настоящего гражданского дела является компенсации морального вреда, причиненного в результате лечения.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось судебное решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст. 98, 100 ГПК РФ).

В соответствии с представленными документами истцом оплачены услуги представителя в размере 35 000 рублей.

Судом установлено, что согласно соглашения на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, Акта о выполнении работ по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 в полном объеме предоставлены услуги по консультированию и составлению настоящего иска.

При определении размера подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя суд учитывает требования разумности и справедливости, считает, что расходы, понесенные ФИО4 подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (<данные изъяты>) в размере 455 рублей <данные изъяты>).

Кроме того, Определением суда от 13.05.2019 (Том 1 л.д. 240) по ходатайству прокурора по делу было назначено проведение судебной медицинской экспертизы, проведение которой было поручено <адрес>», расходы за проведение экспертизы возложены на истца и ответчика в равных долях.

Согласно письма <адрес> стоимость работ по проведению судебной экспертизы №-№ от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (Том 2 л.д. 25).

Сторонами доказательств оплаты экспертизы в материалы гражданского дела не представлено.

Определением суда от06.12.2019 (Том 2 л.д. 75) по ходатайству истца по делу было назначено проведение повторной судебной медицинской экспертизы, проведение которой было поручено <адрес>

Согласно письма <адрес> стоимость работ по проведению судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (Том 2 л.д. 93).

Стороной истца в судебное заседание, а также в материалы гражданского дела, не представлено доказательств оплаты экспертизы.

Суд признает расходы, связанные с оплатой вышеназванных заключений, необходимыми расходами, связанными с рассмотрением дела и подлежащими взысканию пропорционально удовлетворенным исковым требованиям:

в пользу <адрес>» в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 38 283 рублей:

- в размере 500 рублей с учетом округления (<данные изъяты>) с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница»;

- в размере 37783 рублей (<данные изъяты>) с ФИО4;

По вопросу разрешения судебных издержек в пользу <адрес> в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 55810 рублей, суд принимает во внимание мнение истца ФИО4, который в судебном заседании не возражал против оплаты данной экспертизы.

Таким образом, суд приходит к выводу, что судебные издержки по данной экспертизе надлежит распределить пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, следующим образом:

- в размере 726 рублей с учетом округления (<данные изъяты>) с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница»;

- в размере 55 084 рубля (<данные изъяты>) с ФИО4;

Кроме того, необходимо разрешить вопрос об оплате государственной пошлины.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 333.17 НК РФ ответчики признаются плательщиками государственной пошлины в случае, если решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от ее уплаты.

В пункте 23 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 разъяснено, что при частичном удовлетворении требования неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку, расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.

Таким образом, в соответствии с приведенными правовыми нормами в их взаимосвязи, госпошлина в данном случае подлежит взысканию с ответчика ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница».

Руководствуясь ст. ст. 56, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4 к ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, штраф в сумме 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, а также судебные расходы в сумме 455 (четыреста пятьдесят пять) рублей, отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.

Взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в пользу <адрес> в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 500 (пятьсот) рублей.

Взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в пользу <данные изъяты> в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 726 (семьсот двадцать шесть) рублей.

Взыскать с ГБУЗ КО «Таштагольская районная больница» в бюджет Таштагольского муниципального района государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, уроженца <адрес>, в пользу в пользу <данные изъяты> в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 37 783 (тридцать семь тысяч семьсот восемьдесят три) рубля.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, уроженца <адрес>, в пользу <данные изъяты> в возмещение стоимости проведения судебной медицинской экспертизы в размере 55084 (пятьдесят пять тысяч восемьдесят четыре) рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Таштагольский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.И. Ширенина

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

I