Решение № 2-4979/2024 2-73/2025 2-73/2025(2-4979/2024;)~М-4390/2024 М-4390/2024 от 12 марта 2025 г. по делу № 2-4979/2024

Дело № 2-73/2025

25RS0010-01-2024-006587-69


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 марта 2025 года г. Находка Приморского края

Находкинский городской суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Шулико О.С.

при секретаре Андреевой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, расходов по оплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее- СПАО «Ингосстрах») обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, указав, что 28.05.2022 г. в г. Находка Приморского края произошло дорожно-транспортное происшествие (далее- ДТП) с участием транспортного средства «<.........>, собственником которого является ФИО1 и транспортного средства «<.........>, под управлением водителя <.........>

Согласно извещению о ДТП (европротокол) вину ДТП признал водитель транспортного средства «<.........>

Гражданская ответственность ФИО1 при управлении транспортным средством «<.........>, застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору ОСАГО ХХХ <.........>

ФИО1 обратилась с заявлением в СПАО «Ингосстрах» о возмещении убытков по договору ОСАГО. Согласно заявлению ФИО1 от 08.06.2022 г. страховое возмещение необходимо было осуществить на ее расчетный счет. Выполняя свои обязательства по договору ОСАГО СПАО «Ингосстрах» выплатило страховое возмещение в размере 303 988 руб. 00 коп., что подтверждается платежным поручением № 912712 от 12.08.2022 г.

24.03.2023 г. Финансовым уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг в сфере кредитной кооперации, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов было удовлетворено требование ФИО2 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО, неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения.

Решением было установлено, что 09.08.2022 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки права требования на получение исполнения по обязательству, возникшему вследствие ущерба, который нанесла ФИО1 от повреждения ее транспортного средства в результате ДТП от 28.05.2022 г.

На момент выплаты страхового возмещения ФИО1 (платежное поручение № 912712 от 12.08.2022 г.) СПАО «Ингосстрах» не располагало сведениями о переходе прав требования по рассматриваемому страховому случаю к ФИО2

Во исполнение решения Финансового уполномоченного СПАО «Ингосстрах» выплатило страховое возмещение (303 988 руб.) и неустойку (12 000 руб.) в пользу ФИО2, что подтверждается платежным поручением № 455755 от 10.04.2023 г. (315 988 руб.).

Таким образом, ФИО1 было ошибочно получено страховое возмещение по факту ДТП от 28.05.2022 г.

Ссылаясь на нормы ст. 1102 ГК РФ, ст. 1104 ГК РФ просит суд взыскать с ФИО1 в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 303 988 руб., а также расходы оп оплате государственной пошлины в размере 10 100 руб.

Представитель истца СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчица ФИО1, третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, ходатайство об отложении слушания дела не заявляли.

Представитель ответчицы ФИО1 – ФИО3 направил в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие.

При указанных обстоятельствах, в силу ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Согласно представленным письменным возражениям на иск, ответчица ФИО1 указывает, что с исковыми требованиями она не согласна, полагает, что доказательства того, что выплаченное ей страховое возмещение было выплачено без установленных законом оснований, в материалах дела, отсутствуют. Кроме того, выплата спорных денежных средств была осуществлена истцом в счет исполнения обязательств по оформленному последним страховому полису, в том числе, ранее установленного ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» срока, что с учетом положений ст.1102, ст.1109 ГК РФ делает невозможным взыскание выплаченного ей страхового возмещения. 09.08.2022 г. между ней и ФИО2 был заключен договор цессии, при этом, осуществляя общение с ФИО2 она полагала, что он является сотрудником страховой компании, являясь юридически безграмотным человеком, ею были подписаны какие-то документы, а также получены денежные средства, которые, как она считала, являлись положенной ей страховой выплатой. На основании указанного договора ФИО2 также обратился в страховую компанию, вследствие чего, 10.04.2023 г., в его адрес осуществлена выплата страхового возмещения, а также рассчитанной им неустойки. Есть основания полагать, что как раз-таки выплата указанной денежной суммы была осуществлена без тех оснований, которые предусмотрены законом, сделкой и\или иными правовыми актами. Полагает, что материалами дела установлено, что на момент, когда соответствующее заявление было разрешено в ее пользу, срок осуществления подобной выплаты в адрес третьего лица не наступил, что учетом действующего законодательства делало невозможным отказ в удовлетворении его требований и повторную выплату страхового возмещения третьему лицу. Пунктами1.2, 2.1 договора цессии установлено, что моментом перехода права требования является дата заключения соглашения, т.е. 09.08.2022 г., тогда как к Цессионарию переходит объем тех прав, который существовал на дату заключения соглашения, аналогичные положения следуют из ст. 389.1 ГК РФ. Из изложенного следует, что результатом подписания договора об уступке, явился переход права требования исполнения тех обязательств которые не были связаны с непосредственным получением страховой выплаты (то есть могло быть передано право на получение неустойки и т.д., но не самой выплаты), ведь материалами дела установлено, что на дату заключения такого договора и обращения ФИО2 к истцу, такое право было реализовано ею в полном объеме. Указанное, по ее мнению, свидетельствует о незаконности действий истца именно и только в части тех действий, которые были направлены на выплату возмещения ФИО2, что с учетом положений п.2 ст. 1102 ГК РФ делает возможным заявление соответствующих требований, не связанных с взысканием денежных средств за ее счет. Кроме того, в целях реализации права требования страховой выплаты, ею было направлено соответствующее заявление, таким образом, уступленное право уже было реализовано до заключения договора цессии. Таким образом, на момент оформления соглашения с ФИО2, уступаемое требование фактически прекратило свое существование, иными словами, договор при изложенных обстоятельствах заключен быть не мог, тогда как у истца отсутствовали законные основания для выполнения выплаты. При условии того, что право на получение страховой выплаты, на момент заключения соглашения, ею было реализовано, передать такое право повторно она не могла. Представленные сведения фактически свидетельствуют о том, что ею, в нарушение требований ст. 390 ГК РФ, были совершены действий, которые служат основанием для возражений истца против уступленного требования, что делало не возможным произведение повторной выплаты в адрес ФИО2 Просит в удовлетворении требований отказать.

Согласно представленным письменным объяснениям третьего лица ФИО2, он указывает, что 09.08.2022 г. между ним и ФИО1 было заключено соглашение об уступке прав требования, на основании которого, он принял в полном объеме права требования и возмещения ущерба в связи с причинением вреда транспортному средству в ДТП 28.05.2022 г. 10.08.2022 г. СПАО «Ингосстрах» получен договор цессии, уведомление о переходе прав требования в соответствии с договором цессии, что подтверждается накладной курьерской службы «СДЭК» № 1353119244. 12.08.2022 г. СПАО «Ингосстрах» выплатила на представленные ФИО1 банковские реквизиты страховое возмещение по договору ОСАГО в размере 303 988 руб. 10.10.2022 г. в адрес СПАО «Ингосстрах» от ФИО2 поступило заявление (претензия) с требованием о разъяснении причин невыплаты страхового возмещения по договору ОСАГО. 21.10.2022 г. СПАО «Ингосстрах» письмом от 20.10.2022 уведомило его о том, что страховое возмещение выплачено на банковские реквизиты ФИО1 от 01.08.2022 г., в связи с чем, СПАО «Ингосстрах» исполнило свои обязательства надлежащим образом. 30.01.2023 г. он повторно обратился в СПАО «Ингосстрах» с требованием о выплате страхового возмещения, 01.02.2023 г. СПАО «Ингосстрах» письмом уведомило его об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований 10.02.2023 г. он обратился к финансовому уполномоченному, решением которого от 24.03.2023 г. его требования были удовлетворены частично. 10.04.2023 г. СПАО «Ингосстрах» на его банковские реквизиты осуществило выплату страхового возмещения в размере 303 988 руб. и финансовой санкции в размере 12 000 руб.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что 14.01.2022 г. между ФИО1 и СПАО «Ингосстрах» заключен договор ОСАГО серии ХХХ № <.........> со сроком страхования с 18.01.2022 г. по 17.01.2023 г. (Т.1, л.д. 8)

В результате дорожно –транспортного происшествия (ДТП), произошедшего 28.05.2022 г., вследствие действий <.........>., управлявшего транспортным средством «<.........> был причине ущерб принадлежащему ФИО1 транспортному средству «<.........>

ДТП оформлено в соответствии с п.6 ст.11.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40- ФЗ «Об ОСАГО» без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, зафиксировано участниками ДТП с передачей данных в автоматизированную информационную систему обязательного страхования, где присвоен номер обращения 116300.

01.08.2022 г. ФИО1 обратилась в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о прямом возмещении убытков по договору ОСАГО (N/1? k/l/ 62).

Таким образом, последним днем для осуществления страховой выплаты являлся 21.08.2022 г.

09.08.2022 г. между ФИО1 и ФИО2 заключено соглашение об уступке прав требований (договор цессии), согласно которому, ФИО1 передала, а ФИО2 принял в полном объеме права требования возмещения ущерба в связи с причинением вреда транспортному средству в ДТП от 28.05.2022 г. (Т.1, л.д. 104).

10.08.2022 г. СПАО «Ингосстрах» получен договор цессии, уведомление о переходе права требования в соответствии с договором цессии, что подтверждается накладной курьерской службы «СДЭК» № 1353119244. (Т.1, л.д. 107. 108).

12.08.2022 г. СПАО «Ингосстрах» выплатило на представленные ФИО1 банковские реквизиты страховое возмещение по договору ОСАГО в размере 303 988 руб., что подтверждается платежным поручением № 912712 от 12.08.2022 г. (Т.1, л.д. 25).

10.10.2022 г. в адрес СПАО «Ингосстрах» от ФИО2 поступило заявление (претензия) с требованием о разъяснении причин невыплаты страхового возмещения по договору ОСАГО (Т.1, л.д. 102).

20.10.2022 г. СПАО «Ингосстрах» письмом от 20.10.2022 г. уведомила ФИО2 о том, что страховое возмещение выплачено на банковские реквизиты ФИО1 от 01.08.2022 г., в связи с чем, СПАО «Ингосстрах» исполнила свои обязательства надлежащим образом (т.1, л.д. 103).

30.01.2023 г. ФИО2 посредством электронной почты обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением (претензией) с требованием о выплате страхового возмещения по договору ОСАГО путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства или в денежной форме в размере 400 000 руб., неустойки, финансовой санкции, расходов на оплату юридических услуг. (Т.1, л.д. 111).

01.02.2023 г. СПАО «Ингосстрах» письмом от 01.02.2023 г. уведомила ФИО2 о том, что позиция, изложенная в письме от 20.10.2023 г. остается неизменной.

10.02.2023 г. ФИО2 обратился к финансовому уполномоченному в отношении СПАО «Ингосстрах» с требованиями о взыскании страхового возмещения в размере 303 988 руб., неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения, финансовой санкции, расходов на юридические услуги в размере 30 000 руб., расходов за рассмотрение финансовым уполномоченным обращения в размере 15 000 руб. (Т.2, л.д. 17).

Решением финансового уполномоченного от 24.03.2023 г. требования ФИО2 были удовлетворены частично: взыскано страховое возмещение 303 988 руб., финансовая санкция в размере 12 000 руб., неустойка с 23.08.2022 г., в случае неисполнения ответчиком решения финансового уполномоченного в установленный им срок, в удовлетворении остальной части требований отказано (Т.1, л.д. 124).

10.04.2023 г. СПАО «Ингосстрах» на банковские реквизиты ФИО2 осуществлена выплата страхового возмещения в размере 303 988 руб. и финансовая санкция в размере 12 000 руб., что подтверждается платежным поручением на сумму 315 988 руб. (303 988 руб. + 12 000 руб.), что подтверждается платежным поручением № 455755 от 10.04.2023 г (Т.1, л.д. 134).

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал, что со стороны ФИО1 имеет место неосновательное обогащение, поскольку страховое возмещение по факту ДТП 28.05.2022 г. было получено ею ошибочно, при этом, как указывает истец, на момент выплаты страхового возмещения ФИО1 (платежное поручение № 912712 от 12.08.2022 г.) СПАО «Ингосстрах» не располагало сведениями о переходе прав требования по рассматриваемому страховому случаю к ФИО2

В соответствии с главой 60 ГК РФ, обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли п. 2 ст. 1102 ГК РФ.

Исходя из положений указанной нормы, обязательство неосновательного обогащения возникает при наличии следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица; отсутствуют правовые основания для приобретения или сбережения имущества.

В соответствии с п. 3 ст. 1103 ГК РФ нормы ГК РФ о неосновательном обогащении применяются к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В силу ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Таким образом, в предмет доказывания по делу входит установление факта получения ответчиком денежных средств истца в отсутствие соответствующего встречного предоставления; отсутствие правовых оснований для пользования соответствующими денежными средствами; размер неосновательного обогащения.

Наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся с соответствующими исковыми требованиями.

Отсутствие хотя бы одного из названных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания неосновательного обогащения, влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

Согласно п. п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу данной нормы не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения денежная сумма, предоставленная во исполнение несуществующего обязательства.

В силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в названном кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.

Соответственно, положения о неосновательном обогащении подлежат применению постольку, поскольку нормами о соответствующем виде договора не предусмотрено иное.

Согласно статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

В соответствии со ст. ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, с учетом положений п. 1 ст.ст. 60, 67 ГПК РФ, принимая во внимание обстоятельства, установленные в судебном заседании и доводы, приведенные ответчиком в обоснование своих возражений, суд приходит к выводу, что факт недобросовестности действий ФИО1 со стороны, направленных на незаконное получение спорной денежной суммы или злоупотребление своим правом, не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Согласно ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Как установлено судом и следует из материалов дела, перечисляя на счет ответчицы ФИО1 страховое возмещение по платёжному поручению № 912712 от 12.08. 2022 г. истец, СПАО «Ингосстрах», не мог не знать, что их перечисление страхователю, если выгодоприобретателем по договору страхования является иное лицо, осуществляется без наличия на то правовых оснований и в отсутствие соответствующих обязательств перед ответчиком, поскольку о наличии договора цессии, заключенного между ФИО1 и ФИО2 09.08.2022 г., СПАО «Ингосстрах» было уведомлено еще 10.08.2022 г.

Доказательств недобросовестности со стороны ФИО1, заявившей о взыскании страхового возмещения, размер которого определен на основании оценки, произведенной страховщиком, истцом не представлено, а действия ответчика недобросовестными действиями не являются.

В данном случае характер отношений сторон свидетельствует об отсутствии неправомерного обогащения ответчиком, а, следовательно, в силу части 4 статьи 1109 ГК РФ у суда отсутствуют основания для удовлетворения иска о взыскании с ответчика неосновательного обогащения.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что каких-либо правовых оснований для взыскания с ФИО1 денежных средств, выплаченных ей истцом, не имеется, а поэтому исковые требования СПАО «Ингосстрах» удовлетворению не подлежат.

Поскольку требования о взыскании расходов по оплате государственной пошлины являются производными от вышеназванных требований, то они также удовлетворению не подлежат, в связи с чем, требования СПАО «Ингосстрах» не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (ОГРН <***>) в удовлетворении исковых требований к ФИО1 (СНИЛС <.........>) о взыскании суммы неосновательного обогащения, расходов по оплате государственной пошлины, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Находкинский городской суд Приморского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения суда составлен (с учетом выходных дней) 27.03.2025 г.

Судья: О.С. Шулико