Апелляционное определение № 33-230/2026 33-7849/2025 от 14 января 2026 г.

Председательствующий: Савченко С.Х. Дело № 33-230/2026 (33-7849/2025)

Дело № 2-2649/2025

55RS0006-01-2025-003873-26


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 14 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Поповой Э.Н.

судей Котельниковой О.В., Паталах С.А.,

при секретаре Яшевском И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе КИЕ на решение Советского районного суда г. Омска от <...>, которым постановлено:

«Признать КИЕ, <...> года рождения, утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <...>».

Заслушав доклад судьи Омского областного суда Поповой Э.Н., судебная коллегия

установила:

КПА обратилась в суд с иском к КИЕ о признании утратившей право пользования жилым помещением. В обоснование указала, что является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <...>. С <...> в жилом помещении зарегистрирована ответчик в качестве жены сына истца. <...> КИЕ выехала из данной квартиры в жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, приобретённое с сыном истца в браке, вывезла принадлежащие ей вещи. В жилом помещении, принадлежащем КПА, ответчик не проживает, обязательств по оплате за жилье и коммунальные услуги не выполняет, препятствий в пользовании жилым помещением ответчик не имела. Просит признать КИЕ утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>.

В судебном заседании истец КПА поддержала требования по основаниям, изложенным в иске, пояснив, что является собственником спорной квартиры на основании регистрационного удостоверения. На момент приватизации в указанной квартире были зарегистрированы ее сын КДТ и его супруга КИЕ В настоящее время сын проживает с истцом, но зарегистрирован по адресу: <...>. Ответчик зарегистрирована в спорной квартире, добровольно выехала из нее и проживает по адресу: <...>, которая находится в собственности ответчика КИЕ и сына истца КДТ, которые состоят в браке, однако совместно не проживают и общее хозяйство не ведут.

Ответчик КИЕ в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что зарегистрирована в спорной квартире, при приватизации спорной квартиры отказалась от участия в приватизации, поэтому имеет право пожизненного проживания в спорной квартире. Она состоит в браке с КДТ - сыном истца, с супругом проживают раздельно, отношения плохие, однако семейные отношения сохранены, она дарит ему подарки через дочь. С марта 2021 года она проживает с дочерью в квартире по <...>, которая является совместной собственностью КИЕ и КДТ, квартира находится в залоге у банка. В спорной квартире остались ее вещи, микроволновая печь, мебель, которая приобреталась в период брака с КДТ

Третье лицо Управление по вопросам миграции УВД РФ по Омской области надлежащим образом извещено о слушании дела, в судебном заседании участия не принимал.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик КИЕ указывает, что судом допущены существенные нарушения норм материального права. Полагает, что оснований для признания ответчика утратившей право пользования жилым помещением не имеется, поскольку семейные отношения между КИЕ и КДТ прекращены не были. Считает, что суд при принятии решения должен был руководствоваться ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ "О введении в действие ЖК РФ", устанавливающей право ответчика на бессрочное пользование жилым помещением, ввиду отказа от его приватизации. Указывает, что поскольку на момент заключения договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность истца в порядке приватизации она была включена в состав семьи и имела с истцом равные права пользования жилым помещением, между тем выразила отказ от участия в приватизации, положения ч. 4, ст. 31 ЖК РФ на нее не распространяются. Ее право пользования жилым помещением носит бессрочный характер, в связи с чем КИЕ не может быть выселена из жилого помещения. Полагает, что судом допущены нарушения норм процессуального права, а именно, не установлено в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав истца, отсутствуют доказательства подтверждающие добровольный выезд ответчика из спорного жилого помещения. Выводы суда, не соответствуют установленным по делу обстоятельствам. Просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Советского АО г. Омска выражает согласие с вынесенным решением суда, просит отставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом.

Изучив материалы настоящего гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, заслушав подателя жалобы КИЕ, поддержавшую жалобу, истца КПА и ее представителя по ордеру ИЕГ по ордеру, согласившихся с решением суда, заключение прокурора , не усмотревшей оснований для отмены судебного акта, судебная коллегия приходит к следующему.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра невступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что истцу КПА на основании ордера от <...> № <...> серия ГНСО предоставлена квартира на семью из двух человек, состоящая из двух комнат, жилой площадью 25,66 кв.м, расположенная по адресу: г. Омск, <...>; состав семьи – сын КДТ (л.д. 52).

Согласно договору безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан в порядке приватизации от <...> Государственное предприятие Омской области «Омский центр технической инвентаризации и землеустройства» передало в собственность КПА жилое помещение, расположенное по адресу: <...>. Указанное жилое помещение состоит из 2 комнат. Общая площадь квартиры 50,6 кв.м, жилая площадь квартиры 25,7 кв.м (л.д. 47).

Из копии лицевого счета по состоянию на <...> следует, что в состав проживающих включено три человека: основной квартиросъемщик КПА, ее сын КДТ, жена сына КИЕ – ответчик по делу (л.д. 51).

Согласно заявлению от <...> КИЕ от участия в приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <...> отказалась, оставив за собой право участвовать в приватизации другого жилого помещения (оборот л.д. 30).

На основании договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан в порядке приватизации от <...> за КПА зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>.

<...> между КИЕ и КДТ заключен брак, на момент принятия решения судом первой инстанции брак не расторгнут (л.д. 52).

Согласно пояснениям сторон в суде второй инстанции 12 январь 2026 года мировым судьей вынесено решение о расторжении брака, на момент рассмотрения настоящего дела судом второй инстанции данное решение в силу не вступило.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи от <...> КИЕ и КДТ приобрели в общую совместную собственность квартиру, расположенную по адресу г. Омск, <...> (л.д. 56).

Как следует из выписки Единого государственного реестра недвижимости собственниками квартиры, расположенной по адресу: г. Омск, <...>, являются КИЕ и КДТ (л.д. 53-55).

Из ЕГРН следует, что объект недвижимости имеет обременение – ипотека с <...> на 122 календарных месяца.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь ст.ст. 31, 83 ЖК РФ, положениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от <...> N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении ЖК РФ", учитывая положения ст. 19 закона от <...> № 189-ФЗ, исходя из того, что семейные отношения между истцом и ответчиком прекращены, выезд ответчика из спорного жилого помещения в приобретенное на праве собственности КИЕ жилое помещение носил добровольный и длительный характер, препятствий в пользовании спорным жилым помещение у ответчика не имелось, учитывая невыполнение ответчиком обязанности по оплате коммунальных услуг, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, признав КИЕ утратившей право пользования спорным жилым помещением.

Применительно к установленным обстоятельствам спора оснований для апелляционного вмешательства не имеется.

Частью 1 ст. 40 Конституции РФ предусмотрено, что каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Согласно ст. 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Таким образом, из вышеприведенных норм права следует, что право требования об освобождении жилого помещения (прекращении права пользования им) принадлежит собственнику этого жилого помещения.

В соответствии с положениями ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи (ч.1).

Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность (ч.2).

Ссылаясь в апелляционной жалобе на наличие между КИЕ и КДТ семейных отношений, а также отсутствие доказательств добровольного выезда из спорного помещения, ответчик указывает, что оснований для признания ее утратившей право пользования принадлежащей КПА квартиры у суда не имелось.

С данным доводом судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

В соответствии со ст. 19 Вводного закона (в ред. Федерального закона от 26 декабря 2024 года № 482-ФЗ) действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, и на бывших членов семьи собственника жилого помещения, право собственности на которое возникло на основании документа, подтверждающего полную выплату паевого взноса членом жилищного или жилищно-строительного кооператива, при условии, что в момент полной выплаты паевого взноса эти лица были указаны в качестве членов семьи члена жилищного или жилищно-строительного кооператива в ордере, выданном при вселении в жилое помещение, предоставленное на основании решения общего собрания членов жилищного или жилищно-строительного кооператива, либо в решении общего собрания членов жилищного или жилищно-строительного кооператива о предоставлении жилого помещения либо до указанного момента были вселены в это жилое помещение в качестве членов семьи члена жилищного или жилищно-строительного кооператива на основании решения общего собрания членов жилищного или жилищно-строительного кооператива о вселении в жилое помещение либо решения суда и имели равные права пользования этим помещением с членом жилищного или жилищно-строительного кооператива.

В силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении К РФ», по смыслу чч. 1 и 4 ст. 31 ЖК РФ к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него ЖК РФ не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (ст. 7 ЖК РФ) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения ст. 83 ЖК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 32 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ» (пункт 3 раздела «Судебная практика по гражданским делам» Обзора судебной практики Верховного Суда РФ за январь-июль 2014 года, утвержденного ПВС 01 сентября 2014 года).

Согласно данным разъяснениям судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно ч. 2 ст. 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права.

Аналогичная позиция содержится в Определении Конституционного Суда РФ от 30 октября 2025 года № 2741-о, согласно которой ст. 19 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса РФ" предполагает возникновение самостоятельного права пользования приватизированным жилым помещением у граждан, которые в момент приватизации указанного жилого помещения имели равные права пользования этим жилым помещением с лицом, его приватизировавшим (Постановление Конституционного Суда РФ от 24 марта 2015 года N 5-П; определения Конституционного Суда РФ от 25 апреля 2019 года N 983-О, от 21 ноября 2022 года N 3096-О и др.). Правоприменительная практика не исключает прекращения названного права, в частности, в случае выезда гражданина в другое место жительства; при этом в такой ситуации исходя из аналогии закона подлежит применению статья 83 ЖК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" (пункт 3 раздела "Судебная практика по гражданским делам" Обзора судебной практики Верховного Суда РФ за январь - июль 2014 года, утвержденного Президиумом названного суда 1 сентября 2014 года).

Таким образом, сам по себе отказ гражданина от приватизации не порождает у него бессрочное право пользования жилым помещением.

Как установлено судом первой инстанции и следует из пояснений ответчика, содержащихся в протоколах судебных заседаний, КИЕ и сын истца КДТ с января 2021 года совместно не проживают, совместного хозяйства не ведут, отношения между супругами сложились негативные, в спорной квартире КИЕ не нуждается, но возражает против снятия её с регистрационного учета.

Из пояснения КИЕ следует, что спорная квартира предоставлялась истцу, и каких-либо притязаний на данное жилое помещение в момент его безвозмездной передачи в порядке приватизации она не имела.

Податель жалобы КИЕ суду второй инстанции указала, что выехала из спорной квартиры в марте 2020 года, проживает с дочерью в квартире по адресу: <...>, при этом при приобретении квартиры по <...> в июне 2019 года в их семье было решено, что квартира приобретается для дочери, поэтому они переезжают в нее временно, а по достижении дочерью 18 лет вернутся проживать в квартиру истца, чтобы ухаживать за нею.

Данные пояснения истец опровергла, указав, что ответчик и ее сын приобретали жилье для отдельного проживания своей семьей, какой-либо договоренности о том, что семья сына вернется в ее квартиру не было, данную квартиру она заработала сама и не возражает, чтобы ответчик забрала из нее вещи, которые считает своими.

Учтивая данные обстоятельства спора, приобретение КИЕ в собственность иного жилого помещения, выезд из принадлежащей истцу квартиры в 2020-2021 году, длительное постоянное проживание ответчика по иному адресу, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что выезд КИЕ из спорной квартиры носил добровольный характер, о чем она сама фактически и пояснила суду.

Доказательств того, что выезд КИЕ из квартиры истца носит временный характер в дело не представлено, как и доказательств того, что истцом чинились какие-либо препятствия в пользовании ответчиком спорным жилым помещением.

Довод апелляционной жалобы относительно неприменения судом ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ "О введении в действие ЖК РФ", устанавливающей право ответчика на бессрочное пользование жилым помещением, ввиду отказа его приватизации не основан на установленных обстоятельствах спора и сложившихся правоотношениях сторон, так как факт приобретения жилья и добровольного выезда ответчика в другое место жительства нашел свое подтверждение.

При этом применительно к обстоятельствам дела по смыслу ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника относятся лица, совместно проживающие с ним в жилом помещении, к числу которых ответчик не относится.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

В силу требований статей 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена только лишь процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (статьи 56, 59, 60, 67 ГПК РФ).

Абзацем 4 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", определено, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

В рамках спора исследование и оценка представленных доказательств в соответствии с требованиями ст. 67 ГП РФ позволили суду установить факт отсутствия семейных отношений между сторонами, поскольку ответчик в квартире истца не проживает длительное время, что КИЕ в рамках рассмотрения дела не оспаривалось. При этом наличие на момент рассмотрения спора зарегистрировано брака между КИЕ и КДТ не свидетельствует о наличии семейных отношений между истцом и ответчиком. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что стороны являются членами одной семьи, ведут совместное хозяйство, имеют общий бюджет, оказывают друг другу взаимную поддержку.

В материалах дела не имеется доказательств осуществления ответчиком платы за коммунальные услуги, возникающие вследствие наличия в квартире зарегистрированного лица.

Соглашения относительно использования принадлежащего истцу жилого помещения между сторонами не достигнуто, при указанных обстоятельствах оснований для сохранения за ответчиком права пользования спорным жилым помещением не имеется.

При разрешении спора судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства дела и применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, при этом нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления, не допущено.

Обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Советского районного суда г. Омска от <...> оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана через суд первой инстанции в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <...>.