Решение № 05130/2024 2-1240/2025 2-1240/2025(2-6010/2024;)~05130/2024 2-6010/2024 от 9 декабря 2025 г. по делу № 05130/2024

УИД 56RS0042-01-2024-007948-14

дело № 2-1240/2025 (2-6010/2024)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2025 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Илясовой Т.В.,

при секретаре Литовченко Е.А.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности, представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании убытков, причиненных вследствие ненадлежащего исполнения обязательств по договору ОСАГО, штрафа,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО3 обратился в суд с иском к СПАО «Ингосстрах», указав, что 30.06.2024 года в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на регулируемом перекрестке автомобильной дороги общего пользования федерального значения М5 «<адрес>» Оренбургского района Оренбургской области и <адрес> по вине водителя ФИО4, управлявшего автомобилем <данные изъяты>, был поврежден принадлежащий ему автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО5, а также автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО6

Риск гражданской ответственности владельца автомобиля <данные изъяты> на момент дорожно-транспортного происшествия был застрахован в СПАО «Ингосстрах» согласно полису ОСАГО серии ТТТ №. Риск его гражданской ответственности - в САО «ВСК», в подтверждение чего выдан полис ОСАГО серии №, риск гражданской ответственности ФИО6 - в АО «АльфаСтрахование» согласно полису ОСАГО серии №, соответственно.

Выполняя требования Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), он обратился с заявлением о наступлении страхового случая в СПАО «Ингосстрах», приложив необходимые документы.

В направленном ему уведомлении страховщик просил его самостоятельно указать СТОА, на которой может быть произведен ремонт автомобиля, а также произвести доплату за его ремонт.

С данными действиями страховой компании он не согласился, полагая, что страховщик обязан был выдать ему направление на ремонт транспортного средства.

26.08.2024 года страховая компания без согласования с ним произвела страховую выплату в размере 400000 рублей.

09.09.2024 года он направил в адрес СПАО «Ингосстрах» претензию, в которой потребовал возместить убытки, связанные с неорганизацией ремонта автомобиля. Его требования страховщиком оставлены без удовлетворения.

В целях разрешения спора в досудебном порядке он обратился в службу финансового уполномоченного, решением которого от 11.11.2024 года № № производство по его обращению прекращено, поскольку в момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство использовалось в целях, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Вместе с тем, согласно экспертному заключению ООО «ФИО18» от 29.08.2024 года № № стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> составляет 666500 рублей.

Поскольку ответчиком не была надлежаще исполнена обязанность по организации ремонта транспортного средства, то последний должен возместить убытки, составляющие разницу между действительной стоимостью ремонта его автомобиля по рыночным ценам и выплаченным страховым возмещением, в размере 266500 рублей.

Также полагает, что ответчик обязан возместить понесенные им расходы на эвакуацию автомобиля и судебные расходы, связанные с рассмотрением настоящего дела.

Просил суд взыскать в его пользу со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения убытков 266500 рублей, в счет возмещения расходов на эвакуацию автомобиля 7000 рублей, а также возместить расходы по оплате независимой экспертизы в размере 12000 рублей, по оплате юридических услуг в размере 40000 рублей, по уплате государственной пошлины в размере 8995 рублей, почтовые расходы в сумме 1245,08 рублей.

В дальнейшем с учетом представленного ответчиком СПАО «Ингосстрах» экспертного заключения от 23.08.2024 года № № истец заявленные требования в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации изменил и, ссылаясь на полную гибель транспортного средства, полагал, что в его пользу подлежит выплате в счет возмещения убытков сумма в размере 431400 рублей.

После проведения судебной экспертизы истец также исковые требования изменил и окончательно просит суд взыскать в его пользу со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения убытков 158476 рублей, в счет возмещения расходов на эвакуацию 7000 рублей, штраф в размере 200000 рублей, а также возместить его расходы по оплате судебной экспертизы в размере 30000 рублей, по оплате услуг независимого эксперта - в размере 12000 рублей, по оплате юридических услуг – в размере 40000 рублей, по уплате государственной пошлины – в размере 8995 рублей, почтовые расходы – в размере 1245 рублей.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6, АО «АльфаСтрахование», САО «ВСК», ФИО7, ФИО4, ФИО8

Истец ФИО3 в суд не явился, был надлежаще извещен о месте и времени судебного разбирательства путем направления ему судебной повестки. В письменном заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснил, что от доплаты за ремонт его доверитель не отказывался, расценив письмо страховой компании как предложение отремонтировать его автомобиль на СТОА, не отвечающей критериям, установленным Законом об ОСАГО. Именно это было указано в его претензии, в которой он просил организовать ремонт его автомобиля.

Представитель ответчика ФИО2 возражала против удовлетворения заявленных к ответчику требований, ссылаясь на надлежащее исполнение страховой компанией обязанности по осуществлению страхового возмещения, так как стоимость ремонта превысила установленный Законом об ОСАГО лимит ответственности страховой компании, а потерпевший от осуществления доплаты за ремонт отказался. Полагает, что обязанность по возмещению ущерба, размер которого превышает размер выплаченного страхового возмещения, должна быть возложена на причинителя вреда. Кроме того, по мнению ответчика, истцом не доказан причиненный ему размер убытков, так как доказательств фактических затрат на ремонт автомобиля истцом не приведено. В случае удовлетворения исковых требований просят возложить на истца обязанность по заключению договора на ремонт его автомобиля, установить для истца срок, в течение которого автомобиль должен быть отремонтировать, и обязать его передать ответчику замененные детали. При определении размера штрафных санкций просила применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшить их размер ввиду несоразмерности последствиям нарушения обязательства, судебные расходы - распределить в соответствии со статьями 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, представители третьих лиц АО «АльфаСтрахование», САО «ВСК», в суд не явились, извещены о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

В адрес третьего лица ФИО6 судом было направлено судебное извещение, которое возвращено в суд за истечением срока хранения, что в соответствии со статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации суд признает надлежащим извещение о месте и времени рассмотрения дела.

По представленным в материалы дела сведениям известить третье лицо ФИО4 не представилось возможным.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о месте и времени надлежащим образом.

Выслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы, при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также, вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом такая обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Так, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия и порядок страхового возмещения по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются Законом об ОСАГО.

В силу пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

Судом установлено, что истец ФИО3 является собственником автомобиля ФИО19.

30.06.2024 года около 02 часов 17 минут на регулируемом перекрестке автомобильной дороги общего пользования федерального значения М5 «<адрес>» Оренбургского района Оренбургской области и <адрес> в районе дорожного знака 6.13 ПДД РФ «<адрес>» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО4, автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО5, и автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО6

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения, а водитель ФИО5 получил телесные повреждения, повлекшие его смерть.

30.06.2024 года постановлением старшего следователя СЧ СУ МУ МВД России «Оренбургское» возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «а» части 4 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. В качестве обвиняемого по уголовному делу привлечен ФИО4

Из материалов уголовного дела следует, что столкновение автомобиля <данные изъяты>, и автомобиля <данные изъяты>, произошло в момент пересечения каждым из автомобилей регулируемого перекрестка на расстоянии 4.8 м от границы пересечения проезжих частей по ходу движения автомобиля <данные изъяты>, после чего автомобиль <данные изъяты> отбросило на стоящий перед пересечением проезжих частей во встречном указанному транспортному средству направлении автомобиль <данные изъяты>.

Данное обстоятельство подтверждается протоколом осмотра места происшествия, схемой места дорожно-транспортного происшествия. составленной сотрудником ГИБДД в присутствии понятых и подписанной водителями ФИО4 и ФИО6 без замечаний.

Как следует из пункта 13.3 ПДД РФ перекресток, где очередность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым.

В соответствии с пунктом 6.2. ПДД РФ круглые сигналы светофора имеют следующие значения: ЗЕЛЕНЫЙ СИГНАЛ разрешает движение; ЗЕЛЕНЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); ЖЕЛТЫЙ СИГНАЛ запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; ЖЕЛТЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; КРАСНЫЙ СИГНАЛ, в том числе мигающий, запрещает движение.

При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика, как установлено пунктом 6.13 ПДД РФ, водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

Согласно пункту 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5 ПДД РФ), а водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (пункт 10.1 ПДД РФ).

Из пояснений ФИО6, допрошенного в качестве свидетеля по уголовному делу, следует, что 30.06.2024 года на автомобиле <данные изъяты>, в котором находились пассажиры, он подъехал к регулируемому перекрестку <адрес> и автомобильной дороги М5 «<адрес>». Двигался с включенным сигналом левого поворота по крайней левой полосе, так как ему необходимо было повернуть налево,. Остановился перед «стоп-линией», поскольку по ходу движения был включен запрещающий красный сигнал светофора. Видел, что со встречного направления находился автомобиль <данные изъяты> с включенным светом фар. Поскольку сигналы поворота у автомобиля включены не были, он понял, что данное транспортное средство намерено продолжить движение через перекресток прямо. После того, как на светофоре по ходу его движения загорелся желтый сигнал светофора, он включил первую передачу, а после того, как включился зеленый сигнал, он начал движение на перекресток со скоростью 5 км/ч, наблюдая за дорожной обстановкой. Слева от себя он видел на проезжей части автодороги М5 «<адрес>» на средней полосе движения остановившиеся перед перекрестком автомобили. В этот момент также увидел, что указанные автомобили по крайней правой полосе по ходу их движения стал опережать автомобиль <данные изъяты>, который двигался на высокой скорости, как ему показалось более 100 км/ч. Он понял, что автомобиль не остановится перед перекрестком, в связи с чем применил торможение и остановился перед ближней границей перекрестка. В этот момент увидел, что автомобиль <данные изъяты> уже пересекает прямо половину проезжей части автомобильной дороги М5 «<адрес>» в сторону г. Оренбурга. После чего произошло столкновение автомобилей передней частью кузова автомобиля <данные изъяты> в правую часть кузова автомобиля <данные изъяты>.

Из пояснений ФИО9, также допрошенной в качестве свидетеля по уголовному делу, следует, что 30.06.2024 года она находилась в автомобиле <данные изъяты>, в качестве пассажира. Автомобиль двигался по правой половине проезжей части по ходу движения при приближении к перекрестку <адрес> и автодороги М5 «<адрес>». Скорость движения была невысокой. Во время приближения к перекрестку по ходу движения автомобиля <данные изъяты> был включен зеленый сигнал светофора, в связи с чем водитель продолжил движение автомобиля с прежней скоростью в прямом направлении. Для транспортных средств, двигавшихся по проезжей части автомобильной дороги М5 «<адрес>» в обоих направлениях был включен красный сигнал светофора. В момент, когда автомобиль пересекал правую половину проезжей части дороги М5 «<адрес>», справа от себя на близком расстоянии она увидела свет фар, после чего произошел удар.

Проанализировав схему места совершения дорожно-транспортного происшествия, объяснения, данные участниками дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие 30.06.2024 года произошло по вине водителя ФИО4, который в нарушение пунктов 10.1 6.2, 6.13 и 13.3 ПДД РФ, своевременно не принял возможные меры к снижению скорости с целью остановки транспортного средства перед условной линией дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» Приложения 1 к Правилам, указывающие водителю место остановки при запрещающем сигнале светофора, а вместо этого продолжил дальнейшее движение, выехал на регулируемый перекресток на запрещающий ему движение красный сигнал светофора, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, въехавшим на регулируемый перекресток на разрешающий ему движение зеленый сигнал светофора, который от удара отбросило на стоящий автомобиль <данные изъяты>.

При этом, суд не может принять во внимание пояснения ФИО4, данные в ходе предварительного расследования о том, что на перекресток он въехал на разрешающий сигнал светофора, так как данные пояснения опровергаются совокупностью иных имеющихся доказательств по делу. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО4 на момент дорожно-транспортного происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и показаниями алкотектора, и мог неверно оценить дорожную обстановку.

Кроме того, из схемы дорожно-транспортного происшествия усматривается, что столкновение автомобилей произошло, когда автомобиль <данные изъяты> фактически пересек регулируемый перекресток на полосе движения автомобиля <данные изъяты>, в связи с чем водитель ФИО4 в любом случае обязан был дождаться завершения автомобилем <данные изъяты> проезда перекрестка.

Доказательств нарушения водителем ФИО5 при управлении автомобилем <данные изъяты> правил дорожного-движения, приведшим к дорожно-транспортному происшествию, в материалы дела участвующими в деле лицами не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что именно действия водителя ФИО4, которым были нарушены требования ПДД РФ, состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде произошедшего дорожно-транспортного происшествия и причинением ущерба в том числе истцу.

На момент дорожно-транспортного происшествия риск гражданской ответственности ФИО4 был застрахован в СПАО «Ингосстрах» согласно полису ОСАГО серии №. Риск гражданской ответственности истца ФИО3 и водителя ФИО5 был застрахован в САО «ВСК», в подтверждение чего выдан полис ОСАГО серии №. Риск гражданской ответственности ФИО6 был застрахован в АО «АльфаСтрахование» согласно полису ОСАГО серии №.

05.08.2024 года в СПАО «Ингосстрах» поступило заявление ФИО3 о страховом событии, в котором он просил осуществить страховое возмещение посредством выдачи направления на ремонт автомобиля на СТОА, а также возместить расходы на эвакуацию поврежденного автомобиля.

Страховщик письмом от 06.08.2024 года указал о необходимости в разумный срок, но не позднее 5 календарных дней с момента получения уведомления, представить сведения, в том числе: о выборе СТОА из перечня, размещенного на сайте страховщика, с учетом критериев доступности СТОА, о согласии на доплату за восстановительный ремонт, о согласии производства ремонта транспортного средства на СТОА, не отвечающей требованиям Закона об ОСАГО.

Письмо от 06.08.2024 года получено по указанному при обращении в страховую компанию адресу 12.08.2024 года.

Также страховщиком 19.08.2024 года произведен осмотр транспортного средства, по итогам которого составлен акт осмотра, а также подготовлено заключение ООО «Группа содействие Дельта», согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 04.03.2021 года № 755-П (далее – единая методика) без учета износа заменяемых деталей составляет 437100 рублей, с учетом износа – 410300 рублей. Рыночная стоимость автомобиля – 1018900 рублей.

23.08.2024 года страховая компания перечислила истцу денежные средства в сумме 400000 рублей согласно платежному поручению № №, в том числе 7000 рублей в счет возмещения расходов на эвакуацию транспортного средства.

Письмом от 26.08.2024 года, полученным ФИО3 06.09.2024 года страховщик уведомил истца о том, что стоимость восстановительного ремонта превышает лимит ответственности страховщика. Ввиду неполучения согласия потерпевшего на доплату стоимости восстановительного ремонта СПАО «Ингосстрах», признавшим указанное выше событие страховым случаем, принято решение о выплате страхового возмещения в денежной форме.

09.09.2024 года ФИО3 направил в адрес страховой компании претензию, в которой, ссылаясь на то, что страховая компания предложила ему выбрать СТОА, не соответствующее требованиям, установленным правилам ОСАГО, и доплатить за ремонт на указанной станции, на что он не согласен, просил возместить ему убытки в сумме 266500 рублей, а также стоимость услуг независимого эксперта в сумме 12000 рублей.

В удовлетворении его требований страховой компанией было отказано.

Решением финансового уполномоченного от 11.11.2024 года № № рассмотрение его обращения прекращено со ссылкой на то обстоятельство, что истец не является потребителем по смыслу Федерального закона от 04.06.2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг».

ФИО3 обратился в суд с настоящим исковым заявлением, указав, что страховщик в нарушение положений пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО произвел замену натуральной формы возмещения на денежную выплату, при этом волеизъявления на изменении формы страхового возмещения от него получено не было.

Проверяя обоснованность действий страховщика по урегулированию произошедшего 30.06.2024 года страхового события, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 данной статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

Таким образом, по общему правилу в случае, если вред причинен транспортному средству, которое находится в собственности гражданина, страховщик обязан организовать или оплатить восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства.

При этом надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору ОСАГО является осуществление страхового возмещения путем восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства в отсутствие оснований для денежной формы возмещения, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, в установленные данным законом сроки и надлежащего качества, обеспечивающее устранение всех повреждений, относящихся к конкретному страховому случаю.

Перечень случаев, когда страховое возмещение вместо организации и оплаты страховщиком восстановительного ремонта по соглашению сторон, по выбору потерпевшего, по соглашению сторон или в силу объективных обстоятельств производится в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

В отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме (пункт 38 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьями 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что обстоятельств, в силу которых страховщик имел право заменить страховое возмещение в натуральной форме на страховую выплату, не установлено.

Возражая против удовлетворения исковых требований истца, СПАО «Ингосстрах» ссылается на наличие у него права на изменение формы страхового возмещения, поскольку согласие истца на доплату за ремонт автомобиля, стоимость которого превышала 400000 рублей, получено не было.

Действительно, в соответствии с подпунктом «д» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда в форме страховой выплаты производится в случае, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания.

Вместе с тем, как следует из первоначального заявления ФИО3 о страховом событии, последний просил страховую компанию осуществить ремонт его автомобиля, таким образом, воля потерпевшего была направлена именно на получение страхового возмещения в натуральной форме.

06.08.2024 года, то есть еще до проведения осмотра автомобиля и установления стоимости его ремонта, страховщик в адрес истца направил письмо, в котором просил выразить согласие на доплату стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, указать СТОА из предложенного перечня, на которую истец желает получить направление, сообщить о согласии на проведение ремонта на СТОА, не соответствующей критериям, указанным в Законе об ОСАГО.

Ответ на данное письмо от потерпевшего получен не был.

Однако, требуя дать ответ о согласии или несогласии с доплатой стоимости ремонта транспортного средства в случае превышения лимита ответственности страховщика, последним не указаны ни стоимость восстановительного ремонта, ни размер доплаты. Сведений о том, что страховщик до осуществления страховой выплаты иным способом довел до потерпевшего указанную выше информацию и испросил у него согласие на доплату, в материалах дела не имеется.

Кроме того, на основании пункта 3 статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации молчание признается выражением воли совершить сделку в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон.

Таким образом, молчание лица, которому предлагается сделка, в отдельных случаях, установленных законом или договором, может признаваться согласием на нее, но трактоваться как, якобы, несогласие на доплату за ремонт не может.

Отдельного заявления об отказе потерпевшего от доплаты за ремонт, суду не представлено.

При этом, согласно расчету страховой компании, имеющемуся на момент урегулирования страхового случая в досудебном порядке, стоимость ремонта транспортного средства истца без учета износа заменяемых деталей составляла 437000 рублей и отказ от доплаты за ремонт при указанных обстоятельствах, при доведении до потерпевшего этой информации, явно был бы неразумным.

Указав же в претензии на отказ от доплаты восстановительного ремонта, потерпевший исходил из того, что страховая компания предложила отремонтировать транспортное средство на СТОА, не соответствующей Правилам ОСАГО, в связи с чем он и не согласился на доплату ремонта на такой станции. При этом, в этой же претензии потерпевший настаивал на выдаче ему направления на ремонт на СТОА.

Доказательств того, что страховая компания после получения претензии согласовала с потерпевшим его последующие действия по доплате стоимости ремонта в конкретном размере, выдала истцу направление на ремонт, в том числе указав в нем размер необходимой доплаты, суду не представлено. Напротив, в ответ на претензию страховщик указал на изменение формы страхового возмещения и отказ в выдаче направления на ремонт.

При изложенных обстоятельствах, сомнения в отказе потерпевшего от доплаты за ремонт транспортного средства страховщиком в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнуты в ходе рассмотрения дела, и само по себе отсутствие ответа ФИО3 на запрос страховщика об этом, не означает, что он выбрал денежную форму страхового возмещения, а следовательно, страховщик не освобождается от обязательств по восстановительному ремонту транспортного средства потерпевшего и не порождает у страховой компании право в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства по оплате ремонта транспортного средства в натуре с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий на выплату страхового возмещения в денежной форме.

При этом, какого-либо злоупотребления со стороны потерпевшего, суд не усматривает, поскольку он неоднократно выражал свое волеизъявление на ремонт его автомобиля на СТОА, а страховщик данные обстоятельства в нарушение положений Закона об ОСАГО не принял во внимание.

Кроме того, согласно подпункту «е» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение в форме страховой выплаты производится страховщиком в случае выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым пункта 15.2 данной статьи или абзацем вторым пункта 3.1 статьи 15 этого Закона.

Наличие такого согласия, а также обстоятельств, указанных в абзаце шестом пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, судом в рамках рассмотрения дела не установлено.

Напротив, в письме от 04.08.2024 года СПАО «Ингосстрах» запрашивало у истца наименование СТОА из перечня, размещенного на официальном сайте страховщика, что свидетельствует о наличии у него возможности организации ремонта на СТОА, соответствующей для потерпевшего критериям, установленным Законом об ОСАГО.

При рассмотрении настоящего спора ответчиком не представлено и доказательств того, что имели место иные предусмотренные пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО случаи, при которых он имел право на осуществление страховой выплаты, а не организации или оплаты ремонта автомобиля ФИО11

Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса.

Согласно статье 397 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства выполнить для кредитора определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что СПАО «Ингосстрах» не выполнило обязанность по надлежащему страховому возмещению (организации и оплате ремонта автомобиля потерпевшего), то с учетом приведенных норм закона, которые позволяют ФИО3 претендовать на полное возмещение необходимых на проведение ремонта расходов и других убытков на основании статьи 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик обязан возместить стоимость такого ремонта.

Поскольку самостоятельно потерпевший мог осуществить ремонт автомобиля только по рыночным ценам (в отличие от страховщика, который в силу своего статуса мог организовать ремонт по ценам в соответствии с единой методикой), суд приходит к выводу, что именно эта стоимость будет достаточной для полного восстановления транспортного средства и нарушенных прав потерпевшего.

Суд не может согласиться с доводами ответчика о необходимости определения ущерба только по единой методике, поскольку она предназначена для определения размера страхового возмещения по договору ОСАГО вне зависимости от того, определяется этот размер с учетом износа транспортного средства или без него, и не может применяться для определения полного размера ущерба в деликтных правоотношениях в рамках статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данное толкование закона содержится, в частности, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 года N 6-П по делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Единая методика предназначена для определения размера страхового возмещения и обязательна для применения страховщиками и экспертами лишь в рамках исполнения договорных отношений по ОСАГО (пункт 15.1 статьи 12, пункт 3 статьи 12.1 Закона об ОСАГО, пункт 1.1 Положения Банка России от 04.03.2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства»). Именно на возмещение ущерба в сумме, равной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа, в пределах страховой суммы, установленной для данного вида страхового события, подсчитанной по единой методике, в порядке обязательного страхования мог претендовать потерпевший при надлежащем соблюдении СПАО «Ингосстрах» обязательств по организации ремонта автомобиля, однако, не смог своевременно удовлетворить потребность в подобном страховом возмещении ввиду неправомерных действий страховщика.

Остальное в соответствии со статьями 15, 393, 397 Гражданского кодекса Российской Федерации могут составлять убытки (ущерб) потерпевшего (выгодоприобретателя, потребителя страховых услуг), которые он вынужден был понести ввиду ненадлежащего поведения страховщика, самовольно сменившего форму страхового возмещения с натуральной на денежную. Поскольку денежные средства, о взыскании которых просит истец, являются не страховым возмещением, а убытками, их размер не может быть рассчитан на основании единой методики, которая не применяется для расчета понесенных убытков.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца в целях определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства или обстоятельств его полной гибели, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО10

Согласно экспертному заключению от 22.10.2025 года № № обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 30.06.2024 года соответствуют следующие повреждения на автомобиле <данные изъяты>: 1) накладки боковины нижней правой (усилителя порога) - деформация; 2) накладки боковины верхней правой в сборе (усилителя центральной стойки) - деформация; 3) надставки боковины верхней правой - деформация; 4) накладки центральной стойки боковины внутренней правой в сборе - деформация; 5) обивки двери задней правой в сборе - деформация; 6) обивки двери передней правой с карманом в сборе - деформация; 7) облицовки поперечины задка - деформация с разрывами; 8) обивки крыши - деформация; 9) сиденья переднего правого в сборе - деформация; 10) спинки заднего сиденья в сборе - деформация; 11) подушки заднего сиденья - деформация; 12) номерного знака заднего - деформация; 13) уплотнителя опускного стекла двери задней правой горизонтального - деформация; 14) уплотнитель опускного стекла двери передней правой горизонтального - деформация; 15) стекла ветрового окна - разрушено; 16) стекла опускного двери передней правой - разрушено; 17) стекла опускного двери задней правой - разрушено; 18) бампера заднего - деформирован с разрывами; 19) фонаря заднего левого в сборе - разрушен; 20) усилителя центральной стойки боковины правой в сборе - деформация; 21) двери передней правой - деформация; 22) двери задней правой - деформация с разрывами; 23) панели крыши - деформация; 24) боковины правой - деформация; 25) крыла заднего левого - деформация; 26) крыла заднего правого - деформация; 27) панели боковины внутренней правой в сборе - деформация; 28) крышки багажника в сборе - деформация; 29) панели пола передней - деформация; 30) панели пола средней в сборе - деформация; 31) панели задка с поперечиной в сборе - деформация; 32) поперечины пола задней в сборе - деформация; 33) лонжерона пола заднего левого в сборе - деформация; 34) лонжерона пола заднего правого в сборе - деформация; 35) панели боковины внутренней левой в сборе - деформация; 36) арки колеса заднего левого в сборе - деформация; 37) арки колеса заднего правого в сборе - деформация; 38) панели пола задней - деформация; 39) полки задка в сборе - деформация; 40) соединителя заднего крыла и пола левого - деформация; 41) соединителя заднего крыла и пола правого - деформация; 42) петли крышки багажника левой - деформация; 43) петли крышки багажника правой - деформация; 44) кузова в сборе - нарушения геометрических размеров каркаса салона, проема крышки багажника и положения задних лонжеронов; 45) диска колеса заднего правого - деформация; 46) рычагов задней подвески - деформация; 47) глушителя основного - деформация; 48) фонаря заднего правого в сборе - разрушен; 49) обивки багажника правой - деформация с заломами; 50) обивки багажника левой - деформация с заломами; 51) настила пола багажника - деформация с заломами; 52) ручки наружной двери передней правой - деформация с задирами; 53) ручки наружной двери задней правой - деформация с задирами; 54) подкрылка заднего правого - деформация; 55) подкрылка заднего левого - деформация; 56) фартука грязезащитного заднего правого - деформация; 57) фартука грязезащитного заднего левого - деформация; 58) уплотнителя крышки багажника - деформация с разрывом; 59) накладки (молдинга) крышки багажника - деформация; 60) уплотнителя проема двери передней правой - деформация с разрывом; 61) накладки (полоски) рамки окна двери передней правой - деформация; 62) накладки рамки окна двери задней правой задней - деформация; 63) накладки рамки окна двери задней правой передней - деформация; 64) петли двери задней правой - деформация; 65) уплотнителя нижней части двери задней правой - деформация, разрыв; 66) шины колеса заднего правого - разрыв; 67) уплотнителя проема двери задней правой - деформация с разрывом; 68) панели заднего фонаря правой с желобом водостока - деформация; 69) панели заднего фонаря левой с желобом водостока - деформация; 70) решетки воздухопритока багажника левой - разрушена 71) крепления бампера заднего левого - деформация; 72) крепежной планки бампера заднего средней - деформация; 73) панели приборов - деформация, задиры откол фрагмента; 74) стекла боковины правой - разрушено; 75) направляющей опускного стекла двери передней правой - деформация; 76) направляющей опускного стекла двери задней правой – деформация.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, рассчитанная в соответствии с единой методикой без учета износа по состоянию на 30.06.2024 года составляла 513145 рублей, с учетом износа - 452239 рублей.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, рассчитанная в соответствии с «Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки» (МИНЮСТ РФ, ФБУ РФЦСЭ, Москва 2018), с учетом рыночных цен на запасные части в регионе эксплуатации автомобиля и рыночной стоимости нормо/часа по видам работ у официального дилера АО ФИО21» в г. Оренбурге, без учета износа по состоянию на 30.06.2024 года составляла 558 476 рублей.

Проведение восстановительного ремонта автомобиля ФИО22 после дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30.06.2024 года экономически целесообразно, т. е. условия для расчета годных остатков и полная гибель транспортного средства не наступили.

Оценив представленные в рамках рассмотрения спора доказательства в их совокупности, суд не находит оснований не доверять экспертному заключению, выполненному экспертом ФИО10, поскольку эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подробно изложил свои выводы в экспертном исследовании, а также дал подробные пояснения в рамках судебного заседания. Выводы эксперта основаны на представленных материалах дела.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а само заключение выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, компетентным экспертом, имеющим соответствующее образование и стаж работы в исследуемой области.

Поскольку представленные истцом и ответчиком экспертные заключения подготовлены по инициативе одной из сторон, специалисты не были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суд не может принять их для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца. Учитывая, что на исследование эксперту ФИО10 предоставлялись все материалы гражданского дела, суд полагает, что подготовленное им заключение является более объективным по отношению к заключениям, представленным сторонами.

Таким образом, исходя из установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о взыскании в пользу ФИО3 в соответствии со статьями 15, 393, 397 Гражданского кодекса Российской Федерации со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения причиненных потерпевшему убытков, связанных с ненадлежащим исполнением обязательств по договору ОСАГО, 45331 рубля, с учетом выплаченной истцу ответчиком денежной суммы в досудебном порядке (558 476 рублей – 400000 рублей – 113 145 рублей).

При этом, стоимость ремонта в размере 113145 рублей (513145 рублей – 400000 рублей), превышающая лимит ответственности страховой компании, должна быть оплачена самим потерпевшим в случае организации ремонта поврежденного транспортного средства, и она не может быть включена в состав убытков, связанных с ненадлежащей организацией такого ремонта, и не подлежит взысканию со СПАО «Ингосстрах».

Обязанность по возмещению такого ущерба в силу статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть возложена только на лицо, ответственное за возмещение ущерба в рамках деликтных обязательств.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств понесенных истцом расходов на восстановительный ремонт не могут служить основанием для отказа в удовлетворении его требований, поскольку способ определения размера реального ущерба, подлежащего возмещению собственнику поврежденного транспортного средства, не ставится в зависимость от того, произведен ли ремонт транспортного средства на момент разрешения спора, или ремонт будет произведен в будущем, либо собственник произвел отчуждение поврежденного транспортного средства без осуществления восстановительного ремонта. Ущерб состоит не только из фактических затрат на ремонт автомобиля, но из расходов, которые истец должен понести для качественного ремонта автомобиля, то есть для восстановления нарушенного права. Поэтому реальный ущерб, причиненный истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, в данном случае определяется на основании экспертного заключения, а не на основании фактически понесенных истцом расходов по ремонту автомобиля.

При исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты). При этом обязанности самому нести такие расходы у потерпевшего не имеется и право на восстановление поврежденного имущества остается именно его правом.

Определение способа защиты нарушенного права принадлежит истцу, именно истец вправе предъявить требования о возмещении фактически понесенных затрат на восстановление автомобиля, а при отсутствии письменных подтверждений расходов на ремонт или при производстве частичного ремонта заявить иск о возмещении убытков в соответствии с калькуляцией или отчетом (заключением) о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства.

Суд также не усматривает оснований для возложения на истца обязанностей по заключению договора на ремонт автомобиля и передаче ответчику заменяемых запасных частей.

Так, в соответствии с частью 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор. Названная обязанность и право требовать понуждения к заключению договора могут быть предусмотрены лишь Гражданским кодексом Российской Федерации либо иным федеральным законом или добровольно принятым обязательством (пункт 2 статьи 3, пункт 1 статьи 421, абзац первый пункта 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае отсутствия у ответчика обязанности заключить договор или отсутствия соглашения о передаче разногласий на рассмотрение суда в принятии искового заявления о понуждении заключить договор (об урегулировании разногласий) не может быть отказано. В этом случае суд рассматривает дело по существу и отказывает в иске, если в ходе процесса стороны не выразили согласия на передачу разногласий на рассмотрение суда.

Поскольку возложение указанных ответчиком обязанностей на потерпевшего в случае ненадлежащей организации ремонта страховщиком ни законом, ни добровольно взятым на себя обязательством не предусмотрено, то возложение их на истца судом будет противоречить требованиям закона.

Учитывая, что возмещение ущерба представляет собой меру гражданско-правовой ответственности, то истец вправе самостоятельно определить судьбу полученного от страховщика, не исполнившего обязанность по организации восстановительного ремонта транспортного средства, денежного возмещения убытков. Проведение ремонтных работ в отношении поврежденного автомобиля, замена деталей в ходе ремонта полностью, либо частично, является правом потерпевшего, а понуждение его к заключению договора на ремонт с включением в него условий о возврате снятых в ходе ремонта деталей страховщику ничем не предусмотрено и невозможно. При этом действующее законодательство исходит из принципа полного возмещения ущерба, в связи с чем частичное восстановление поврежденного автомобиля, воздержание от восстановительного ремонта не влияют на реализацию права на возмещение ущерба. В данной ситуации неосновательного обогащения на стороне потерпевшего не возникает.

Разрешая требования истца о взыскании в его пользу штрафа, суд приходит к следующему.

Согласно статье 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке (пункт 3).

Из приведенной нормы права следует, что размер штрафа по Закону об ОСАГО определяется размером страхового возмещения, обязательство по которому не исполнено страховщиком.

При этом указание в пункте 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО на страховую выплату не означает, что в случае неисполнения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта он освобождается от уплаты штрафа.

Иное означало бы, что в отступление от конституционного принципа равенства прав, потерпевшие, право которых на страховое возмещение в виде организации и оплаты восстановительного ремонта нарушено, оказались бы менее защищены и поставлены в неравное положение с такими же потерпевшими, право которых на страховое возмещение нарушено неосуществлением страховой выплаты.

Таким образом, удовлетворение судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, не исключает присуждение предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов, подлежащих в этом случае исчислению из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре). И в этом случае осуществленные страховщиком выплаты страхового возмещения в денежном выражении не подлежат учету при определении размера неустоек и штрафов, поскольку подобные действия финансовой организации не могут рассматриваться как надлежащее исполнение обязательства.

Поскольку при рассмотрении настоящего спора судом установлено ненадлежащее исполнение страховщиком обязательств по договору ОСАГО перед потерпевшим, являющимся физическим лицом, то суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в его пользу штрафа в размере 50 % от суммы надлежащего страхового возмещения по настоящему страховому случаю в размере 200000 рублей (400000 рублей х 50%).

При этом каких-либо оснований для уменьшения штрафа в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает, так как доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что нарушение прав истца было допущено ввиду исключительных обстоятельств или не по вине страховщика не представлено. По мнению суда, данная сумма штрафа соответствует последствия нарушенного обязательства.

В силу части 1 статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в разумных пределах (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении дела истец понес расходы на оказание юридической помощи в сумме 40 000 рублей.

С учетом принципа разумности и справедливости, количества проведенных по делу судебных заседаний с участием представителя истца, оказание представителем услуг по подготовке первоначального иска и уточненных исковых заявлений, ходатайства о назначении экспертизы, суд считает, что заявленный истцом размер понесенных расходов по оплате юридических услуг является разумным.

Вместе с тем, учитывая, что исковые требования истца удовлетворены частично (на 29 % от заявленных), то в пользу истца ФИО3 со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг подлежит взысканию 11600 рублей.

Также истцом понесены расходы за проведение независимой экспертизы в размере 12000 рублей, что подтверждается документально. ФИО3 просит взыскать с ответчика указанные расходы.

Данные расходы суд признает необходимыми, связанными с рассмотрением настоящего спора, и взыскивает их с ответчика СПАО «Ингосстрах» в сумме 3480 рублей пропорционально удовлетворенным требованиям. При этом, суд учитывает, что заключение было необходимо для обращения в суд с настоящим иском для подтверждения доводов истца.

С учетом поддержанных истцом исковых требований и учитывая, что данные требования удовлетворены частично, суд взыскивает со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО3 в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины 1669 рублей (5754 рубля х 29 %).

Излишне уплаченная истцом государственная пошлина согласно чеку по операции ПАО Сбербанк в размере 3241 рубля подлежит возврату ФИО3 из бюджета в соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для взыскания в пользу ФИО3 расходов по эвакуации автомобиля, так как из материалов дела следует, что ответчиком указанные расходы возмещены в сумме 7000 рублей при рассмотрении заявления истца о страховом событии.

Также суд не усматривает оснований для взыскания почтовых расходов на отправку заявлений, претензий, а также искового заявления ответчику и третьим лицам, ввиду следующего.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статья 100 ГПК РФ).

Как усматривается из содержания условий договора возмездного оказания юридических услуг, заключенного между ФИО3 и ООО «ФИО23», последний как исполнитель принял на себя обязательства заказчика по выполнению ряда услуг, в перечень которых входит, в том числе обращение в службу финансового уполномоченного, составление искового заявления и иных процессуальных документов в адрес суда. При этом договор не содержит оговорок, что несение расходов по их отравлению подлежат дополнительному возмещению, в связи, с чем указанные расходы не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора.

Разрешая вопрос о возмещении расходов на оплату судебной экспертизы, суд исходит из следующего.

В силу положений статей 85, 88, 94, 95, 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществление по поручению суда работ по проведению экспертизы предполагается возмездным.

Эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами (часть 3 статьи 95 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации понесенные стороной судебные расходы по оплате судебной экспертизы подлежат возмещению.

Как указано выше, в ходе судебного разбирательства судом был назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО10

Заключение судебной экспертизы поступило в суд и было принято в качестве допустимого доказательства.

Согласно ходатайству эксперта и расчету времени работы эксперта стоимость производства судебной экспертизы составляет 63000 рублей.

Доказательств чрезмерности заявленных экспертом расходов в материалы дела не представлено.

Согласно чекам по операции ПАО Сбербанк от 26.05.2025 года на счет по учету средств во временном распоряжении Управления Судебного департамента в Оренбургской области истцом ФИО3 внесены денежные средства в сумме 25000 рублей, которые подлежат перечислению в пользу экспертного учреждения.

Невозмещенная эксперту сумма за производство экспертизы составляет 38000 рублей.

Принимая во внимание, что исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, то в силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стоимость расходов по оплате судебной экспертизы, которая подлежит отнесению на него, составляет 44730 рублей (63000 рублей х 29 %).

Поскольку ФИО3 предварительно оплачено за проведение экспертизы 25000 рублей, то с него в пользу АНО «ФИО24» подлежит взысканию за производство судебной экспертизы 19730 рублей (44730 рублей – 25000 рублей).

В остальной части расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 18270 рублей обязано возместить СПАО «Ингосстрах» и указанную сумму суд взыскивает с ответчика в пользу АНО «Судебная автотехническая экспертиза».

С учетом изложенного, оснований для возмещения ответчиком понесенных истцом расходов на проведение судебной экспертизы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО3 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании убытков, причиненных вследствие ненадлежащего исполнения обязательств по договору ОСАГО, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах», ИНН <***>, в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, ИНН №, в счет возмещения убытков 45331 рубль, штраф в размере 200000 рублей.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу ФИО3 в счет возмещения расходов по оплате независимой экспертизы 3480 рублей, в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя - 11600 рублей, в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины - 1669 рублей.

В удовлетворении остально части исковых требований ФИО3 отказать.

Возвратить ФИО3 из бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 3241 рубля в соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ФИО3 в пользу Автономной некоммерческой организации «ФИО31», ИНН <***>, в счет оплаты судебной экспертизы 19730 рублей.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу Автономной некоммерческой организации «ФИО32» в счет оплаты судебной экспертизы 18270 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца с момента принятия его в окончательной форме.

Судья подпись Т.В. Илясова

Мотивированное решение изготовлено 10 декабря 2025 года.

Судья подпись Т.В. Илясова