Апелляционное определение № 33-27866/2025 33-3973/2026 от 27 января 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-3973/2026

УИД 78RS0015-01-2025-000755-83

Судья: Хабик И.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Семеновой О.А.

судей

ФИО1, ФИО2

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 28 января 2026 года гражданское дело №... по апелляционной жалобе ФИО4, ФИО5 на решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по иску ФИО6 к ФИО4, ФИО5, ТСЖ «Шелгунова 7/1, 9/1» об определении порядка пользования квартирой, нечинении препятствий в пользовании, определении порядка несения расходов на оплату жилого помещения, по встречному иску ФИО5 к ФИО6 о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Заслушав доклад судьи Семеновой О.А., объяснения ответчика ФИО4, объяснения представителя ответчиков ФИО4, ФИО5 - ФИО7, поддерживающих доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО6 обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО4, ФИО5, ТСЖ «Шелгунова 7/1, 9/1» об определении порядка пользования квартирой, нечинении препятствий в пользовании квартирой, определении порядка несения расходов на оплату жилого помещения.

В обоснование требований истец указала, что является собственником 4/20 долей в праве собственности на <адрес> на основании договора купли-продажи от <дата>, сособственниками жилого помещения являются ФИО5, которому принадлежит 15/20 долей и ФИО8, которой принадлежит 1/20 доля в квартире. Поскольку на момент приобретения квартиры она была несовершеннолетней, в квартиру после приобретения доли в ней не вселялась, а по достижении совершеннолетия лишена возможности вселиться и проживать в квартире, поскольку доступ в квартиру ответчики не предоставляют, ключи передать отказываются.

В связи с изложенным, истец просила суд определить порядок пользования жилым помещением, выделив ей в пользование комнату 12,10 кв.м., в пользование ответчиков выделить комнаты 13,9 и 17,7 кв.м., места общего пользования оставить в совместном пользовании, обязать ответчиков не чинить ей препятствия в пользовании жилым помещением, предоставить доступ в квартиру путем передачи ключей от домофона в парадную и от входной двери, определить порядок несения расходов на оплату жилого помещения.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ФИО5 обратился со встречным исковым заявлением указав, что <дата> между ним и несовершеннолетней ФИО6 в лице законного представителя матери ФИО9 заключен договор купли-продажи долей квартиры с указанием цены в 200 000 руб., однако деньги фактически не передавались, договор был подписан по просьбе ФИО9, которая хотела продать <адрес>, где у несовершеннолетней ФИО6 была доля, с целью чего ей было необходимо выделить долю в праве собственности в ином жилом помещении, что и было сделано договором купли-продажи от <дата>, при этом ФИО9 обещала в любой момент вернуть долю обратно ему. Учитывая изложенное, ссылаясь на мнимость сделки, истец по встречному иску просит применить последствия недействительности ничтожной сделки - аннулировать запись о регистрации права собственности на 4/20 доли за ФИО6, восстановив запись о регистрации права собственности за ним.

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> постановлено:

«Иск ФИО6 удовлетворить.

Определить порядок пользования квартирой по адресу: <адрес>:

- выделить в пользование ФИО6 (<...>) комнату площадью 12,10 кв.м., изолированную, вход в комнату из коридора;

- выделить в пользование ФИО4 (<...>) и ФИО5 (<...>) изолированные комнаты размером 13,9 кв.м, и 17,7 кв.м.;

Кухню, ванную комнату, туалет, коридор, балконы в квартире по адресу <адрес>, оставить в общем пользовании указанных лиц.

Обязать ФИО4, ФИО5 не чинить препятствия в пользовании квартирой по адресу: <адрес>, ФИО6, в том числе передать ФИО6 ключи от домофона в парадную и ключи от входной двери в квартиру, в срок не позднее двух недель с момента вступления решения суда в законную силу.

Определить размер участия в расходах на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, начисляемых на оплату квартиры по адресу: <адрес> следующем порядке:

- 4/20 доли в расходах возложить на ФИО6,

- 15/20 доли в расходах возложить на ФИО5,

- 1/20 доли в расходах возложить на ФИО4.

ТСЖ «Шелгунова, 7-9» надлежит выдавать указанным лицам отдельные платежные документы на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, оформив отдельные счета - извещения.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 отказать.

Взыскать с ФИО4 и ФИО5 солидарно в пользу ФИО6 расходы по уплате государственной пошлины в размере 9000 руб. (девять тысяч рублей 00 копеек)».

В апелляционной жалобе ответчики ФИО5, ФИО4 просят решение суда отменить, как незаконное.

В судебное заседание истец ФИО6 не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещалась надлежащим образом.

От представителя ФИО6 – ФИО10 поступило письменное ходатайство об отложении судебного заседания в связи с нахождением представителя в отпуске по беременности и родам в период с <дата> по <дата>.

Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения такого ходатайства, поскольку сама истец ФИО6 об отложении судебного заседания в порядке части 6 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту – ГПК РФ) ходатайства не заявила, о причинах своей неявки суду не сообщила. Указанные в ходатайстве обстоятельства не могут послужить основанием для отложения слушания по делу, поскольку истец вправе самостоятельно защищать свои права в судебном заседании, при этом доказательств уважительных причин, по которым она не смогла лично явиться на слушание дела к указанному ходатайству не приложено, ссылка на нахождение истца в ОАЭ надлежащими доказательствами не подтверждена.

При этом суд апелляционной инстанции также учитывает, что отложение судебного заседания является правом суда, а не обязанностью, тогда как в силу части 6 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка представителя стороны не является безусловным основанием для отложения судебного разбирательства.

В судебное заседание ответчик ФИО5, представитель ответчика ТСЖ «Шелгунова 7/1, 9/1», третье лицо ФИО9, представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу не явились, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещались надлежащим образом, доказательств уважительности неявки в судебное заседание не представили, не просили об отложении слушания дела, ФИО5 направил в суд своего представителя, в связи с чем судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы, учитывая принципы состязательности и равноправия сторон, принцип диспозитивности гражданского судопроизводства, судебная коллегия в данном случае не усматривает.

В соответствии с ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи от <дата> ФИО5 являлся собственником <адрес>.

<дата> между ФИО5 и несовершеннолетней ФИО6, <дата> года рождения, в лице законного представителя матери ФИО9 заключен договор купли-продажи, по которому в собственность истца приобретены за 200000 руб. 4/20 доли в указанной квартире.

Договор купли-продажи зарегистрирован <дата> (л.д. 40-41).

Ссылаясь на то, что деньги фактически не передавались, договор подписан по просьбе ФИО9, поскольку ей было необходимо выделить долю в праве собственности с целью отчуждения принадлежащего ей ранее помещения на <адрес>, при этом ФИО9 обещала в любой момент вернуть долю обратно ему, истец по встречному иску ФИО5 просит применить последствия недействительности ничтожной сделки.

ФИО11 заявлено о пропуске ФИО5 срока исковой давности.

Руководствуясь положениями ст.ст. 195, 196, 199 Гражданского кодекса РФ, Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении суд положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» суд первой инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности по требованию об оспаривании данного договора истек 15.03.2015, и требования ФИО5 о признании договора ничтожной сделкой о применении последствий недействительности сделки удовлетворены быть не могут.

Делая вывод о пропуске ФИО5 срока исковой давности, что является самостоятельным отказом для удовлетворения исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что в рассматриваемом случае очевидно, что сделка (договор купли-продажи от <дата>) исполнена не позднее <дата>, что прямо следует из п. 4 договора, в котором сказано, что доли квартиры переданы продавцом покупателю в технически исправном состоянии и надлежащего качества до подписания договора – договор является актом приема-передачи, покупатель осмотрела жилое помещение перед подписанием договора и удовлетворена его качественным состоянием (п. 4); денежные средства выплачены покупателем продавцу до подписания договора (п. 3).

Разрешая требования ФИО6 об определении порядка пользования квартирой, нечинении препятствий в пользовании, определении порядка несения расходов на оплату жилого помещения, судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства.

С учетом отчуждения ФИО5 в пользу ФИО4 1/20 доли жилого помещения в настоящее время собственниками квартиры являются ФИО6 (4/20), ФИО5 (15/20), ФИО4 (1/20).

В спорной квартире зарегистрированы по месту жительства ФИО5 с <дата> и ФИО4 с <дата> (л.д. 13).

Истец в спорной квартире фактически не проживает.

Квартира, являющаяся предметом спора, является трехкомнатной, общей площадью 109,30 кв.м., жилой площадью 52,10 кв.м., состоит из трех изолированных комнат площадью 14,10, 12,10 и 25,90 кв.м. (л.д. 12).

Судом первой инстанции установлено, что истец, которая 2018 году достигла совершеннолетия, неоднократно предпринимала попытки вселиться в квартиру, обращаясь с требованием передать ключи от квартиры и предоставлении доступа (л.д. 20-22, 27), однако ключи ей до настоящего времени не переданы, соглашение о порядке пользования жилым помещением между сособственниками не достигнуто.

Ответчики в ходе рассмотрения дела не оспаривали факт отсутствия у истца ключей от спорной квартиры, возражали против проживания истца в ней.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что обстоятельства непроживания истца до достижения ею совершеннолетия правового значения не имеют, не свидетельствуют об отсутствии интереса ФИО6 в пользовании жилым помещением и не ограничивают право собственника на реализацию правомочий по фактическому владению и пользованию принадлежащим на праве собственности имуществом. Уже сам факт обращения истца с указанными требованиями свидетельствует о наличии заинтересованности в использовании данного жилого помещения и невозможности пользования им.

С учетом изложенного, суд первой инстанции установил факт препятствий истцу в пользовании квартирой со стороны ответчиков, и признал обоснованным требование истца об обязании ответчиков передать истцу дубликат ключей от входной двери, не чинить истцу препятствия в пользовании спорной квартирой.

На долю истца исходя из размера её доли в праве собственности приходится 10,42 кв.м жилой площади (52,1:4/20), на долю ФИО5 приходится 39,07 кв.м. жилой площади (52,1:15/20), на долю ФИО12 - приходится 2,6 кв.м жилой площади (52,1:1/20).

Истец претендует на предоставление в её пользование комнаты площадью большей (12,1 кв.м.), чем приходится на её долю (10,42 кв.м.); суд первой инстанции пришел к выводу, что закрепление подобного порядка пользования жилым помещением не нарушает прав и законных интересов иных сособственников, в судебном заседании представитель ответчиков пояснила, что они не претендуют на получение с ФИО6 денежной компенсации.

С учетом изложенного, руководствуясь положениями ст.ст. 10, 247, 288 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 1, 30 Жилищного кодекса РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01 июля 1996 года, суд счел возможным требования истца об определении порядка пользования жилым помещением удовлетворить.

Поскольку в ходе судебного разбирательства судом установлено, что стороны спора членами одной семьи не являются, общего хозяйства не ведут, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в соответствии с частью первой статьи 158 Жилищного кодекса РФ каждый из них обязан нести начисляемые им управляющей компанией расходы на содержание принадлежащего сторонам жилого помещения, а также на содержание общего имущества в многоквартирном доме соразмерно своей доле в праве общей долевой собственности на квартиру.

В связи с этим суд, руководствуясь ст. 249 Гражданского кодекса РФ, ст. 158 Жилищного кодекса РФ, определил порядок участия в расходах по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги по спорной квартире, соразмерно доле в праве собственности, возложив на управляющую компанию обязанность выдавать истцу и ответчикам отдельные квитанции на оплату квартирной платы и коммунальных платежей.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчиков солидарно в пользу истца взысканы понесенные истцом расходы по уплате госпошлины в размере 9 000 руб.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права и надлежащей оценке представленных доказательств с соблюдением требований статьи 67 ГПК РФ.

В апелляционной жалобе ответчики ФИО5, ФИО4 выражают несогласие с произведенной судом первой инстанции оценкой доказательств, указывая, что встречные исковые требования должны были быть удовлетворены судом.

Судебная коллегия соглашается с позицией суда апелляционной инстанции относительно пропуска срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

В пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим основаниям, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с заключенным между сторонами договором купли-продажи 4/20 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> доли квартиры переданы Продавцом Покупателю в технически исправном состоянии и надлежащего качества до подписания настоящего договора (договора купли-продажи долей квартиры от <дата>), при этом настоящий договор является актом приема-передачи (п. 4 Договора). Оспариваемый договор отвечает требованиям, предъявляемым к договорам купли-продажи недвижимости, в нем определены все существенные условия, фактически данный договор исполнен сторонами, переход права собственности на доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества зарегистрирован в установленном порядке. При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о пропуске ФИО5 срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, не усмотрев оснований для его восстановления.

При этом, следует учесть, что с момент заключения оспариваемого договора, ФИО5 более 12 лет не требовал ни расторжения договора, ни признания его недействительным.

Доказательств уважительности причин невозможности обратиться в суд в установленные законом сроки, суду истцом по встречному иску предоставлено не было.

Учитывая изложенное, поскольку в ходе судебного разбирательства ФИО6 было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о пропуске ФИО5 срока исковой давности.

Данные выводы суда мотивированы, основаны на законе, оснований для их переоценки по доводам жалобы судебная коллегия не усматривает.

Кроме того, судебная коллегия полагает необходимым обратить внимание на следующие обстоятельства.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с ч. 1 ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (ч. 2 ст. 244 ГК РФ).

Согласно ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ЖК РФ), п. 1 ст. 288 ГК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования.

При этом статьи 246 и 247 ГК РФ устанавливают, что распоряжение, владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. В случае не достижения согласия о порядке владения и пользования указанным имуществом он в соответствии с ч.1 ст. 247 ГК РФ устанавливается судом.

Согласно части 2 указанной статьи участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

В силу п. 4 ст. 3 ЖК РФ никто не может быть ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке которые предусмотрены данным кодексом и другими федеральными законами.

Указанными нормами права регламентировано право лиц, на законных основаниях беспрепятственно пользоваться предоставленным жилым помещением на равных основаниях с другими лицами, законно вселенными и проживающими в жилом помещении.

В силу ч. 2 ст. 288 ГК РФ и ч. 1 ст. 17 ЖК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи.

Из п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что невозможность раздела имущества, находящегося в долевой собственности, в натуре либо выдела из него доли, в том числе и в случае, указанном в части второй п. 4 ст. 252 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключает права участника общей долевой собственности заявить требования об определении порядка пользования этим имуществом, если этот порядок не установлен соглашением сторон. Разрешая такое требование, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

Судом установлено, что соглашения между собственниками квартиры о порядке пользования квартирой не достигнуто.

Ответчики не предложили встречного варианта пользования квартирой, полностью отрицают право истца на пользование квартирой.

Суд первой инстанции принял во внимание, что указанная квартира находится в общей долевой собственности сторон, что предлагаемый истцом вариант пользования квартирой не нарушает прав и законных интересов сторон, представитель ответчиков пояснил, что они не претендуют на получение с ФИО6 денежной компенсации.

Встречное требование о взыскании компенсации за пользование истцом площадью, превышающей площадь, приходящуюся на ее идеальную долю, ответчиками не заявлялось, они не лишены права инициировать самостоятельный спор.

Ответчики в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представил суду доказательств, подтверждающих невозможность пользования истцом спорным жилым помещением, своего варианта определения порядка пользования, обоснованных возражений относительно предложенного истцом порядка не высказали.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд пришел к необоснованному выводу об установлении факта препятствий истцу в пользовании квартирой со стороны ответчиков, подлежат отклонению, поскольку, как следует из материалов дела, истец обращалась к ответчикам по вопросу передачи ключей от спорного жилого помещения (л.д. 20, 22, 27), ключи от которой истцу не переданы.

Отсутствие обращений в правоохранительные органы по вопросу чинения препятствий, не свидетельствует о том, что эти препятствия не чинятся.

Довод апелляционной жалобы о необоснованном отказе в вынесении частного определения судебная коллегия отклоняет как несостоятельный.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 226 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах.

Возможность вынесения судом частных определений, направленных на устранение нарушений законности и выполняющих профилактическо-дисциплинирующую функцию, является правом суда и вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти, из его дискреционных полномочий при осуществлении правосудия.

Из приведенной нормы следует, что частное определение - это способ реагирования суда на случаи выявления нарушения законности и правопорядка, которые не могут быть устранены им самостоятельно при рассмотрении гражданского дела предоставленными гражданско-процессуальным законом средствами.

Поскольку вынесение частного определения является правом суда и суд первой инстанции не усмотрел оснований для его вынесения, то данный довод, указанный в апелляционной жалобе, не может быть принят во внимание.

Что касается ходатайства ответчиков, содержащегося в апелляционной жалобе о вынесении частного определения, данное ходатайство не подлежит удовлетворению, поскольку обстоятельств для вынесения частного определения, предусмотренных статьей 226 ГПК РФ, по настоящему делу судом апелляционной инстанции не установлено. Кроме того, в силу ст. 226 ГПК РФ вынесение частного определения является правом суда, а не обязанностью, при этом ответчики не лишены возможности самостоятельного обращения в правоохранительные органы с соответствующими заявлениями.

Доводов о несогласии с решением суда в части определения размера участия в расходах на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, начисляемых на спорную квартиру, апелляционная жалоба не содержит.

Фактически изложенные в апелляционной жалобе доводы сводятся к иному толкованию норм права, выражают несогласие ответчиков с выводами суда, направлены на их переоценку, а также собранных по делу доказательств, равно как выражают субъективную точку зрения ответчиков о том, как должно быть рассмотрено дело и каким должен быть его результат, однако по существу такие доводы не опровергают выводы суда и правильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем, не могут явиться основанием к отмене состоявшегося по делу судебного постановления.

Судебная коллегия не усматривает в обжалуемом решении нарушения или неправильного применения норм как материального, так и процессуального права, доводы апелляционной жалобы, проверенные в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения.

Каких-либо процессуальных нарушений, которые могли привести к принятию неправильного решения, судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства и дана надлежащая оценка собранным по делу доказательствам, в связи с чем решение суда первой инстанции является законным и отмене не подлежит.

Учитывая изложенное, и руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> – оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 февраля 2026 года.