Приговор № 1-128/2018 от 13 сентября 2018 г. по делу № 1-128/2018

Дело № 1-128/2018 г.


П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Иваново 14 сентября 2018 года

Октябрьский районный суд г. Иванова Ивановской области в составе:

председательствующей судьи Ивановой И.Л.,

с участием государственного обвинителя – и.о.заместителя прокурора Октябрьского района города Иваново И.И.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Г.В.В.,

при секретаре Ш.Я.В.,

рассмотрев уголовное дело в отношении:

ФИО1,родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживающего в городе Иваново, <адрес>, работающего генеральным директором ООО <данные изъяты>», с высшим образованием, женатого, имеющего несовершеннолетнего ребенка, военнообязанного, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил злостное уклонение руководителем организации от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу решения суда.

Указанное преступление совершено им в городе Иваново при следующих обстоятельствах.

01.08.2007 года на основании учредительного договора между ФИО1 и Ч.А.В., учреждена коммерческая организация в форме общества с ограниченной ответственностью <данные изъяты>» (далее - ООО <данные изъяты>) ИНН №, ОГРН №, юридический адрес: <данные изъяты> 24.03.2009 г. в соответствии с решением единственного участника ООО <данные изъяты> изменен юридический адрес Общества, новый адрес: <адрес>. 19.11.2009 года в соответствии с решением единственного участника ООО <данные изъяты> утвержден Устав ООО <данные изъяты> в новой редакции.

Основной вид деятельности ООО <данные изъяты> - оптовая торговля машинами и оборудованием для текстильного, швейного и трикотажного производства, одним из дополнительных видов деятельности - деятельность агентов по оптовой торговле текстильными изделиями.

В соответствии с п. 3.1 Устава (в редакциях 2007, 2009 и 2016 годов) ООО <данные изъяты> целью создания Общества является извлечение прибыли в интересах его участников.

Согласно п. п. 7.3.1, 7.3.3, 7.3.4 Устава ООО <данные изъяты>, утвержденного 01.08.2007 года решением Общего собрания учредителей (в редакции 2007 и 2009 годов), п. п. 14.3.2 и 14.3.3 Устава ООО <данные изъяты> в редакции 2016 года, генеральный директор является единоличным исполнительным органом Общества, самостоятельно решает все вопросы деятельности Общества, кроме отнесенных к компетенции Общего собрания Участников Общества, без доверенности действует от имени Общества, представляет его интересы в отношениях с гражданами и юридическими лицами, совершает сделки, выдает доверенности на право представительства от имени Общества, издает приказы, в том числе о назначении на должности работников Общества, определяет организационную структуру Общества, распоряжается имуществом Общества в пределах, установленных Уставом, утверждает договорные тарифы на услуги и продукцию Общества, осуществляет руководство текущей деятельностью Общества. Открывает расчетные и другие счета в кредитных учреждениях.

Приказом № от 03.08.2007 г., изданным на основании протокола № общего собрания участников ООО <данные изъяты> от 01 августа 2007 года ФИО1 назначен с 20 августа 2007 года генеральным директором ООО <данные изъяты>, а также возложил на себя обязанности по ведению бухгалтерского учета и отчетности Общества.

20 августа 2007 года между ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и работником ФИО1 заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 как генеральный директор обязан руководить в соответствии с действующим законодательством производственно-хозяйственной и финансово-экономической деятельностью предприятия ООО <данные изъяты>, нести всю полноту ответственности за последствия принимаемых решений.

24.03.2009 года в соответствии с Решением единственного участника ООО <данные изъяты> ФИО1, Ч.А.В. выведен из состава учредителей данного Общества, единственным участником Общества является ФИО1, доля которого в уставном капитале Общества распределена в размере 100%. Став единственным участником Общества, ФИО1 получил возможность распоряжаться имуществом Общества без каких-либо ограничений, в том числе, совершать крупные сделки.

01.10.2015 года между индивидуальным предпринимателем Б.С.Б. и ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 был заключен договор аренды №н о предоставлении Б.С.Б. ООО <данные изъяты> во временное владение и пользование за плату части нежилого помещения общей площадью 62 кв. м., расположенного на втором этаже жилого здания кадастровый № по адресу: <адрес>. На основании указанного договора аренды и с момента его заключения местом фактического нахождения и осуществления финансово-хозяйственной деятельности Общества являлся адрес: <адрес>

Таким образом, ФИО1, являясь руководителем коммерческой организации – генеральным директором ООО <данные изъяты>, осуществлял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в Обществе, а также являлся лицом, ответственным за соблюдение законодательства при исполнении хозяйственных операций, от которого напрямую зависит исполнение вынесенных в отношении данной организации судебных актов, вступивших в законную силу.

ООО <данные изъяты> в лице ФИО1 в силу статей 1,10, 303, 393 ГК Российской Федерации было обязано:

при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действоватьдобросовестно,

не извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения,

исполнять обязательства надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии собычаямиили иными обычно предъявляемыми требованиями,

возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

ФИО1, как лицо, которое в силу закона, учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в соответствии с частью 3 статьи 53.1ГК РФ должен был действовать в интересах представляемого им юридического лицадобросовестноиразумно, в том числе соблюдать требования вышеизложенных положений законодательства.

В связи с неисполнением ООО <данные изъяты> обязательств по договору поставки № от 06.02.2013 г., заключенного между ООО <данные изъяты> и АО «<данные изъяты> обратился в Арбитражный суд Смоленской области с иском о расторжении договора поставки и взыскании убытков в сумме 4166499,00 рублей и судебных расходов.

03.08.2015 г. решением Арбитражного суда Смоленской области по делу № с ООО <данные изъяты> в пользу ОАО «<данные изъяты> взысканы убытки в размере 4 166 499 рублей 17 копеек и сумма уплаченной при подаче иска государственной пошлины в размере 46 832 рублей (далее - решение суда).

11 февраля 2016 г. указанное решение суда вступило в законную силу.

14 апреля 2016 г. на основании решения Арбитражным судом Смоленской области выдан исполнительный документ - исполнительный лист № № по делу №.

06 июня 2016 г. на основании указанного исполнительного документа и в соответствии со ст. 30 Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ в Советском районном отделе судебных приставов УФССП России по Ивановской области возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании с ООО <данные изъяты> в пользу АО «<данные изъяты> задолженности в размере 4 210 331,17 рублей (4 166 499, 17 руб. убытки и 43 832,00 руб. в качестве компенсации расходов по уплате государственной пошлины.).

Таким образом, в силу указанного вступившего в законную силу решения суда у ООО <данные изъяты> возникла обязанность погасить задолженность, образовавшуюся в связи с неисполнением обязательств ООО <данные изъяты> по договору поставки спецодежды № от 06.02.2013 г., то есть кредиторскую задолженность ООО <данные изъяты> перед АО «<данные изъяты>

29 июля 2016 г. в период времени с 8 до 18.00 часов судебный пристав-исполнитель Советского РОСП УФССП России по Ивановской области Б.Н.Д., находясь по месту службы, по адресу: <адрес>, объявила ФИО1, как руководителю организации-должника ООО <данные изъяты>, лично под роспись предупреждение, в котором предупредила его (ФИО1) о том, что в случае злостного неисполнения им вступившего в законную силу решения суда по делу №, а равно воспрепятствования его исполнению, он может быть привлечен к уголовной ответственности, предусмотренной статьей 315 УК РФ.

Одновременно судебным приставом-исполнителем Советского РОСП УФССП России по Ивановской области Б.Н.Д. ФИО1 было предложено добровольно, в пятидневный срок, в соответствии с решением Арбитражного суда Смоленской области по делу № погасить кредиторскую задолженность перед АО «<данные изъяты>

Постановление о возбуждении исполнительного производства со стороны ООО <данные изъяты> обжаловано не было.

В период после 29.07.2016 г., то есть после объявления о возбуждении исполнительного производства и предупреждения об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 315 УК РФ, у ФИО1, являющегосяслужащим и руководителем коммерческой организации, по месту фактического нахождения Общества по адресу: <адрес> из иной личной заинтересованности, выразившейся в нежелании перечислять кредитору – АО «<данные изъяты> денежные средства во исполнение вступившего в законную силу вышеуказанного судебного решения, а также из корыстных побуждений, выразившихся в желании денежные средства, подлежащие направлению кредитору, направлять на нужды жизнеобеспеченияООО <данные изъяты>, которое использовалось им для извлечения коммерческой прибыли, а также для выполнения обязательств, не связанных с решением суда, вступившим в законную силу, возник преступный умысел на совершение злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности в крупном размере перед АО «<данные изъяты> путем:

направления денежных средств, в том числе поступивших на расчетный счет ООО <данные изъяты> от покупателей и заказчиков, в коммерческий оборот и на развитие финансово-хозяйственной деятельности Общества, то есть на нужды, не связанные с выдачей зарплаты, выплатами социального характера, уплатой налогов и сборов,

закрытия расчетного счета предприятия-должника ООО <данные изъяты> в АКБ «Кранбанк» (ЗАО),

а также принятия мер, в результате которых средства покупателей поставленной ООО <данные изъяты> продукции направлялись не на его расчетный счет, а на расчетные счета организаций, в которых ФИО1 являлся учредителем, также учредителем и генеральным директором, в отношении которых исполнительные производства не возбуждались.

Реализуя свой преступный умысел, желая достичь вышеуказанной преступной цели, действуя в нарушение требований части 2 статьи 855 ГК РФ,в период с 29 июля 2016 года, то есть с момента объявления ФИО1 о возбуждении в отношении должника ООО «<данные изъяты>» исполнительного производства, до 3 августа 2016 г., то есть до момента закрытия расчетного счета, по месту фактического нахождения Общества по адресу: <адрес> генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 израсходовал дистанционно, c использованием системы «банк-клиент» денежные средства с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» №, открытого в АКБ «Кранбанк» (ЗАО), расположенном по адресу: <адрес> на нужды, не связанные с выдачей зарплаты, выплатами социального характера, оплатой налогов и сборов, в сумме 7 686 836, 58 рублей, в том числе:

- 6 830, 77 рублей в качестве платы за расчетно-кассовое обслуживание;

- 38 900 рублей оплата услуг связи;

- 5 595 163,31 рубля - оплата поставщикам и подрядчикам;

- 45 500 рублей - арендная плата;

а также 2 000 000 рублей - возврат денежных средств по договору беспроцентного займа от 26.01.2016 г.

Также, реализуя свой преступный умысел, желая достичь вышеуказанной преступной цели,01.08.2016 г. по месту фактического нахождения Общества, а также по месту нахождения ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, ФИО1 от имени ООО <данные изъяты> заключил договор уступки права требования (цессии) № с ООО «<данные изъяты>», одним из учредителей которого он являлся и которым осуществлял фактическое руководство.

Согласно договору от ООО <данные изъяты> к ООО «<данные изъяты>» перешло право требования с филиала АО «<данные изъяты>» уплаты денежной суммы в размере 1 850 569, 22 руб. по договору поставки № от 21.04.2016 г.

Указанную сумму за уступаемое право требования в соответствии с п. 2.4. Договора ООО «<данные изъяты>» должно было выплатить ООО <данные изъяты> в течение 30 рабочих дней после подписания настоящего договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет Цедента или, при наличии встречных однородных обязательств, провести зачет. В этот же день, то есть 01.08.2016 г., по месту фактического нахождения Общества, а также по месту нахождения ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, строение 22, ФИО1 заключил дополнительное соглашение № к Договору, в соответствии с которым сумма договора, которую Цессионарий уплачивает Цеденту за уступаемое право требования, увеличилась до 2000 000,00 руб. В момент заключения договора и дополнительного соглашения встречные обязательства и, как следствие, основания для проведения их зачета, отсутствовали.

Ранее, 26.01.2016 г. ООО <данные изъяты> заключило с Б.С.Б. договор беспроцентного займа, согласно которому Б.С.Б. передал в долг ООО <данные изъяты> сумму в размере 10 000 000,00 руб.

01.08.2016 г. ФИО1 обратился в ООО «<данные изъяты>» о перечислении Б.С.Б. задолженности, имеющейся у ООО <данные изъяты> по договору займа.

03.08.2016 г. ООО «<данные изъяты>» платежным поручением № перечислило 2 000 000,00 руб. Б.С.Б., указав в назначении платежа - «за ООО <данные изъяты>. Таким образом, в результате действий ФИО1, у возглавляемого им ООО <данные изъяты> перед ООО «<данные изъяты>» возникла задолженность в сумме 2 000 000 рублей.

03.08.2016 г. по адресу: <адрес> ООО <данные изъяты> в лице ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» заключили дополнительное соглашение № к договору уступки права требования (цессии) №, согласно которому встречные однородные обязательства в размере 2000000,00 рублей ООО <данные изъяты> (за погашение задолженности перед Б.С.Б.) и ООО «<данные изъяты>» (за переданное право взыскания денежных средств с Контрагента - АО «<данные изъяты>» погашаются взаимозачетом.

Вышеуказанные действия ФИО1, являвшегося учредителем в обеих организациях - ООО <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», привели к тому, что ни от ООО «<данные изъяты>» по договору уступки права требования (цессии) №, ни от должника АО «<данные изъяты>» денежные средства в сумме 2000000 рублей в возглавляемое ФИО1 ООО <данные изъяты> не поступили, что сделало невозможным обращение на них взыскания и, как следствие, исполнение решения Арбитражного суда Смоленской области № от 03.08.2015 г.

03 августа 2016 ФИО1 расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № в АКБ «Кранбанк» (ЗАО), закрыл, от судебного пристава-исполнителя факты расходования имевшихся у него денежных средств и закрытия расчетного счета умышленно скрыл.

Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО1 учредил и 12 сентября 2016 зарегистрировал в Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Иваново новую организацию - ООО <данные изъяты>» (ИНН <***>), с аналогичными видами деятельности, где являлся единственным учредителем и единственным работником. 1 октября 2016 г. приказом № он назначил себя генеральным директором Общества. С помощью ООО <данные изъяты>» ФИО1 осуществлял действия, также направленные на исключение возможности поступления денежных средств во исполнение вступившего в законную силу решения суда, предпринимал меры по направлению денежных средств предприятий за продукцию, поставленную ООО <данные изъяты>, на расчетные счета ООО <данные изъяты> а именно:

31.03.2016 г. между ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и филиалом АО «<данные изъяты>» в лице директора И.В.И. заключен договор поставки №. Местом заключения договора указан <адрес>, договор заключен посредством сети интернет. 10.08.2016 г., по месту фактического нахождения Общества по адресу: <адрес> генеральный директор ООО <данные изъяты> ФИО1 заключил с указанной организацией дополнительное соглашение № к вышеуказанному договору о поставке нательного белья на сумму 269 995, 80 рублей. При этом в дополнительном соглашении ФИО1 указал расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № в АКБ «Кранбанк» (ЗАО), заведомо зная, что данный расчетный счет им самим 03.08.2016 г. закрыт, и денежные средства в качестве оплаты за поставку на данный расчетный счет поступить не могут.

02.12.2016 г., находясь по месту фактического нахождения Общества по адресу: <адрес>, генеральный директор ООО <данные изъяты> ФИО1 направил директору филиала АО «<данные изъяты>» Б.В.Н. письмо, в котором предложил в связи с принятием решения о прекращении деятельности ООО <данные изъяты> и закрытием расчетного счета данной организации, дать согласие на уступку долга ООО <данные изъяты> в сумме 269 995, 80 рублей, направив также для подписания трехстороннее соглашение, датированное 10.10.2016 г. и подписанное им как генеральным директором и со стороны ООО <данные изъяты> и со стороны ООО <данные изъяты>».

Филиалом АО «<данные изъяты>» в лице директора Б.В.Н. указанное соглашение подписано 26.12.2016 г. Согласно дополнительному соглашению № в связи с прекращением деятельности ООО <данные изъяты> все права и обязанности по договору поставки перешли от ООО <данные изъяты> к ООО <данные изъяты>».

В связи с чем, филиал АО «<данные изъяты>» в счет оплаты поставки по договору поставки, 29.12.2016 г. платежным поручением № перечислил на расчетный счет ООО <данные изъяты>» в ФАКБ «Инвесторгбанк» (ПАО) «Вознесенский» денежные средства в размере 269 995, 80 рублей.

Таким образом, ФИО1, являясь одновременно генеральным директором и единственным участником, как ООО <данные изъяты>, так и ООО <данные изъяты>», используя полномочия по распоряжению финансовыми средствами указанных коммерческих организаций, умышленно, с целью исключения возможности обращения взыскания на денежные средства ООО <данные изъяты>, осуществил действия, которые привели к тому, что подлежащие перечислению в ООО <данные изъяты> за поставленную в адрес филиала АО «<данные изъяты>» продукцию, денежные средства в размере 269 995, 80 рубля поступили не на расчетный счет ООО <данные изъяты>, а на расчетный счет ООО <данные изъяты> в отношении которого исполнительное производство не возбуждалось.

Также между ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и филиалом АО «<данные изъяты> в лице директора О.В.В. 05.07.2016 г. заключен договор поставки №. С целью реализации своего преступного умысла, 06.10.2016 г. генеральный директор ООО <данные изъяты> ФИО1, находясь по месту фактического нахождения Общества по адресу: <адрес>, направил в адрес филиала АО <данные изъяты>» уведомление о том, что ООО <данные изъяты> намерено прекратить свою деятельность и предложил осуществить процедуры, связанные с заменой ООО <данные изъяты> по вышеуказанному договору поставки, и направить в адрес ООО <данные изъяты> проект трехстороннего соглашения о замене стороны в договоре.

17.11.2016 г. между ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1, ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1, и филиалом АО «<данные изъяты>» в лице директора О.В.В. заключено дополнительное трехстороннее соглашение № к договору поставки № от 05.07.2016 г..Согласно данному соглашению, в связи с прекращением деятельности ООО <данные изъяты> все права и обязанности по договору поставки перешли от ООО <данные изъяты> к ООО <данные изъяты>». При заключении данного дополнительного соглашения ФИО1 находился по месту фактического нахождения Общества по адресу: <данные изъяты>

29.11.2016 г. на основании дополнительного соглашения № от 17.11.2016 г. к договору поставки № от 05.07.2016 г., филиал ОАО «<данные изъяты>» в счет оплаты за поставленную ООО <данные изъяты> продукцию платежным поручением № перечислил на расчетный счет ООО <данные изъяты> в ФАКБ «Инвесторгбанк» (ПАО) «Вознесенский» денежные средства в сумме 2 114560,00 рублей.

ФИО1, являясь одновременно генеральным директором и единственным участником, как ООО <данные изъяты>, так и ООО <данные изъяты> используя полномочия по распоряжению финансовыми средствами указанных коммерческих организаций, умышленно, с целью исключения возможности обращения взыскания на денежные средства ООО <данные изъяты>, осуществил действия, которые привели к тому, что подлежащие перечислению в ООО <данные изъяты> за поставленную в адрес филиала ОАО «<данные изъяты>» продукцию денежные средства в размере2 114560,00 рублей поступили не на расчетный счет ООО <данные изъяты>, а на расчетный счет ООО <данные изъяты> в отношении которого исполнительное производство не возбуждалось.

Таким образом, генеральный директор и единственный участник ООО <данные изъяты> ФИО1, в период с 29 июля 2016 г. до 20 июля 2017 г. располагал денежными средствами в сумме 12 071 392,38 рубля (7 686 836, 58 рубля на расчетном счете до 03.08.2016 г.; 2 000 000, 00 рублей, право требования которых он уступил ООО «<данные изъяты>» договором цессии № и дополнительным соглашением к нему (денежные средства от <данные изъяты> за поставленную ООО <данные изъяты> продукцию); 269 995, 80 рубля, полученные от <данные изъяты> 29.12.2016 г. и 2 114560, 00 рублей, полученные от <данные изъяты> 29.11.2016 г., достаточными для погашения в полном объеме кредиторской задолженности в сумме 4 210 331,17 рубля, установленной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Смоленской области по делу №, и имел реальную возможность погасить данную кредиторскую задолженность.

12.01.2017 г. в период времени с 8.00 до 18.00 часов судебный пристав-исполнитель Советского РОСП УФССП России по Ивановской области К.А.В., находясь по месту службы, по адресу: <адрес>, объявила ФИО1, как руководителю организации-должника ООО <данные изъяты>, лично под роспись предупреждение, в котором предупредила его (ФИО1) об уголовной ответственности за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере по вступившему в законную силу судебному акту по статье 177 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Однако, ФИО1, продолжая являться генеральным директором ООО <данные изъяты> и ООО <данные изъяты>», несмотря на предупреждения об уголовной ответственности, никаких мер, направленных на исполнение решения Арбитражного суда Смоленской области по делу №, не предпринимал, то есть продолжал злостно уклоняться от погашения кредиторской задолженности перед АО «<данные изъяты>) в сумме 4 210 331,17 рубля, установленной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Смоленской области по делу №, до 20 июля 2017 года (21 июля 2017 года вынесено решение единственного участника Общества ФИО1 о добровольной ликвидации ООО <данные изъяты>). По состоянию на 20 июля 2017 года кредиторская задолженность по решению суда не погашена и составляет 4 210 331,17 рубля.

Своими преступными действиями ФИО1 умышленно нарушил требования 53.1 ГК РФ, при осуществлении прав и обязанностей в интересах ООО <данные изъяты> не действовалдобросовестно и разумно, в том числе не соблюдал требования положений законодательства, предусмотренных статей 1,10, 53.1, 303, 393 ГК РФ, а именно возглавляемое им ООО <данные изъяты> исполнило обязательства ненадлежащим образом и не возместило кредитору - АО «<данные изъяты>) убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, а также извлекло преимущество из незаконного и недобросовестного поведения.

Кроме того, ФИО1, действуя от имени возглавляемого им ООО <данные изъяты>, умышленно нарушил положения статьи 16 АПК РФ, согласно которой вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

ФИО1 осознавал преступный характер своих действий, а именно, что злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности, размер которой установлен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Смоленской области, не перечислил денежные средства возглавляемого им ООО <данные изъяты> кредитору - АО «<данные изъяты>), поставив превосходство коммерческих интересов ООО <данные изъяты> перед закрепленной законодательством Российской Федерации обязанностью безусловного исполнения судебного решения, а также перед охраняемыми законом интересами кредитора, и тем самым нарушил закрепленную законодательством Российской Федерации обязанность безусловного исполнения судебного решения, предвидел наступление вышеуказанных общественно опасных последствий и сознательно желал их наступления.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления не признал и пояснил, что возможности погасить задолженность у него не имелось. Считает, что решением суда сумма задолженности с него взыскана незаконно. Своих денег для ведения бизнеса он не имел, все денежные средства брал в долг в банках и у брата. Заемные денежные средства пускал в оборот. Собственного имущества предприятие также не имело. С 2007 года он (ФИО1) работал генеральным директором ООО <данные изъяты>. Задолженность по решению суда хотел погашать в период с 2016 по 2017 г.г. За 2014-2015 г.г. предприятие сработало в убыток на сумму около 2 с половиной миллионов рублей. На январь 2016 года ООО <данные изъяты> также было убыточным предприятием. Для того, чтобы сохранить предприятие взял у брата в долг сумму около 25 миллионов рублей. С АС работает около 10 лет. В случае погашения задолженности по решению суда на сумму более 4 миллионов рублей, ему не хватило бы денег для исполнения других обязательств. Ему вручалось два предупреждения об уголовной ответственности, по ст. 315 и ст. 177 УК РФ. Судебному приставу он говорил о том, что желает гасить задолженность, но ему необходимо время для того, чтобы предприятие получило прибыль и потом погасить задолженность.

В 2012 году он (ФИО1) участвовал в тендере со <данные изъяты>. Заключил с ними договор на три года на сумму около 15-20 миллионов рублей. Отработал год со <данные изъяты>, претензий к нему не было. О том, что вынесено судебное решение о взыскании с него задолженности узнал в 2013 году. Обжаловал его 3 года. Решение суда ему дала судебный пристав 29 июля 2016 года. До вынесения судом решения у него (ФИО1) возникли другие задолженности, которые он решил погасить в первоочередном порядке. В 2013 году его предприятие находилось на улице <адрес>, а с 1 октября 2015 года стало располагаться по <адрес> Юридический адрес остался прежним. Закрыл счета в АКБ «Кранбанк», т.к. с этим банком неудобно было работать.

29 июля 2016 года он (ФИО1) узнал о возбуждении исполнительного производства. После этой даты продолжал работать с АС. Деньги по договорам с другими АС должны были поступать на расчетные счета ООО <данные изъяты>. Счетов было 3. Частично деньги поступили на расчетные счета ООО <данные изъяты>», часть денег поступило в ООО «<данные изъяты>», часть на расчетные счета вновь открытого им предприятия ООО <данные изъяты>». Говорил ли он судебному приставу о закрытии расчетных счетов, не помнит. Об открытии нового ООО не говорил. 20.08.2016 года пристав сказала ему, что счета ООО <данные изъяты> арестованы. Из полученных по договорам денег задолженность не платил, т.к. деньги были не его. Последний раз в ООО <данные изъяты> получал зарплату в 2015 году, заплатил налог в сумме 6-8 тысяч рублей. С ООО «<данные изъяты>» заключил договор цессии, чтобы получить деньги по договору, которые причитались ООО <данные изъяты>. Деньги по договору поступили в ООО «<данные изъяты>». Недополученные деньги – 150000 рублей – это плата ООО «<данные изъяты>» за возможность работать с <данные изъяты> станциями. Заключало ли ООО «<данные изъяты>» с АС какие-либо договоры пояснить не может. Его зарплата составляет около 10-12 тысяч рублей в месяц, так же как и зарплата его жены. Другого источника дохода он не имеет. У него имеется два кредита, по которым сумма ежемесячного платежа составляет около 30000 рублей. Выплачивать кредиты необходимо еще 3-4 года. В собственности автомобиля нет, имеется 1/2 квартиры. На иждивении находится ребенок. Живет на средства, которые дают в долг друзья и брат.

В связи с наличием существенных противоречий, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания ФИО1, данные им в ходе дознания.

Из оглашенных показаний подозреваемогоФИО1 следует, что ООО <данные изъяты> было учреждено 13 августа 2007 года. Учредителем был он один. 03 августа 2007 года он, как единственный учредитель ООО «<данные изъяты>», приказом назначил себя генеральным директором этого Общества. Поясняет, что официальная регистрация ООО «<данные изъяты> 13 августа 2007 года, именно с этого момента была начата хозяйственная деятельность Общества. <данные изъяты>.

ООО <данные изъяты> при регистрации имело юридический адрес: <адрес> Примерно в 2012 году ООО <данные изъяты> переехало по адресу: <адрес>, этот адрес так и остался, никуда больше это Общество не переезжало.

В его должностные обязанности генерального директора входило обеспечение и руководство деятельностью данного Общества, так как он был единственным учредителем и единственным работником этого предприятия. Он имел право первой подписи финансовых документов, сам вел бухгалтерский учет, никому никогда доверенностей на совершение каких-либо действий от имени Общества не выписывал.

На протяжении всего срока деятельности ООО <данные изъяты> он (ФИО1) был его единственным учредителем и работником. Он закупал сырье у одних предприятий, отвозил его на предприятия, где сырье перерабатывали, изготавливали изделия, а потом он эти изделия поставлял потребителям.

В 2012 или 2013 году выиграл тендер на поставку спецодежды в адрес филиала АО «<данные изъяты>, а сами поставки начались в 2013 году.

Контракт имел срок действия 3 года -2013-2015 годы. За 2013 год Общество выполнило все заявки, встал вопрос о продлении договора и утверждении новых цен. Произошло увеличение стоимости доллара. По старым ценам он <данные изъяты> поставлять спецодежду не мог, так как хлопок, из которой спецодежду делали, он закупал за границей за доллары США. <данные изъяты> хотела получать продукцию по старым ценам. Возник гражданско-правовой спор. Он писал письма, ездил на АЭС, готов был поднять цену на 15 процентов, но согласия АЭС не получил. В досудебном порядке договориться не получилось.

Работники <данные изъяты> подали иск в Арбитражный суд Смоленской области к ООО «<данные изъяты>» о взыскании с Обществасуммы свыше 4 миллионов рублей.Эта сумма появилась так как он не поставил им спецодежду, они закупили ее у другого поставщика, дороже, а разницу между стоимостью той спецодежды, которую они купили, и той стоимостью, по которой они хотели купить ее у него, они «повесили» на него.

В заседаниях Арбитражного суда первой инстанции он участия не принимал. Когда было заседание, не знает. Он не получал уведомлений о назначении судебных заседаний, получил только уже решение Арбитражного суда.

Получив решение суда первой инстанции, он обжаловал его в судах второй и третьей инстанции, сейчас название судов уже не помнит, занималась этим юридическая фирма «Константа». Он знал о том, что решение Арбитражного суда Смоленской области вступило в законную силу, так как ему в удовлетворении апелляционной жалобы было отказано. Дату вступления решения в законную силу, точно не помнит, но это было до того, как судебный пристав-исполнитель объявила ему о возбуждении в отношении него как генерального директора ООО <данные изъяты> исполнительного производства. Он помнит, что судебный пристав-исполнитель объявила ему о возбуждении исполнительного производства 29 июля 2016 года.

Судебный пристав-исполнитель пригласила его к себе в кабинет, разъяснила, что возбуждено исполнительное производство № от 06.06.2016 года, на основании исполнительного листа ФС №, выданного Арбитражным судом Смоленской области, предупредила об уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ. Она ему все разъяснила, он понял, что речь идет об ответственности за злостное неисполнение решения суда или за воспрепятствование его исполнению, расписался. Он понимал, что сООО <данные изъяты> взыскано 4 с лишним миллиона рублей и что он должен эти деньги выплатить по решению Арбитражного суда Смоленской области в пользу <данные изъяты>. Она ему говорила про его обязанности должника, он подписал документы, ему все было понятно.

У него было желание погасить кредиторскую задолженность, которую он собирался погашать из прибыли Общества. Он не сообщал судебному приставу-исполнителю о расчетных счетах ООО <данные изъяты>, она его об этом не спрашивала. Имущества у Общества никакого не было.

К моменту объявления ему о возбуждении исполнительного производства у ООО <данные изъяты> в АО АКБ «Кранбанк» было три банковских расчетных счета. Два валютных, один рублевый. На валютных счетах денег не было. На рублевом счете с 29.07. по 03.08.2016 г. была сумма 5 миллионов 692 тысячи 520 рублей 58 копеек, это был оборот. 2 миллиона рублей в этот период поступили, но были возвращены плательщику из-за бухгалтерских ошибок. Кто именно перечислял деньги, не помнит. Из этих средств ООО <данные изъяты> принадлежало только 725 205 рублей, а остальные средства принадлежали партнерам. Из этих денег погашать задолженность не стал, т.к. деньги были заемные и ему не принадлежали. Он боялся того, что если выплатит задолженность по решению суда, то не выполнит свои обязательства перед своими партнерами и это приведет к банкротству Общества. Он хотел рассчитаться с задолженностью в течение 2016 года. О том, что своими действиями он нарушает требования ч. 2 ст. 855 ГК РФ, не знал. Им осуществлялись платежи по налогам, шло обеспечение жизнедеятельности фирмы. Он платил за электричество, интернет и т.д., то есть обеспечивал деятельность ООО <данные изъяты>.Выплата суммы кредиторской задолженности фактически парализовала бы деятельность предприятия, привела бы его к банкротству, нанесла бы ущерб его репутации, причинила бы ущерб третьим лицам - его партнерам. Он желает выплатить задолженность, но не может это сделать по финансовым возможностям.

3 августа 2016 года он закрыл расчетные счета ООО <данные изъяты> в АО АКБ «Кранбанк». Сделал это потому, что банки стали закрываться. Боялся, что «Кранбанк» прекратит свою деятельность. Кроме того, он переводил партнерам из Узбекистана валютные платежи за хлопок, а АО АКБ «Кранбанк» проводил платежи с задержкой, было неудобно с ним работать. Неудобства с платежами у него были и до 29 июля 2016 года, но 3 августа 2016 года к этому добавилось еще и сомнение в надежности АО АКБ «Кранбанк». По времени совпало так, что он закрыл счета после объявления ему о возбуждении исполнительного производства.

Деньги с закрытых счетов он перевел на уплату налогов, на уплату жизнедеятельности Общества: интернет, телефония, исполнение обязательств перед партнерами по договорам. Все 5 с лишним миллионов рублей были на эти нужды израсходованы. Кроме того, вернул кредит ФИО2 – своему брату 2 000 000 рублей.

О закрытии счетов он судебному приставу-исполнителю не сообщил, так как не знал о необходимости это делать. Судебный пристав-исполнитель ему обязанности должника разъясняла, но их он не помнит. Он лично к судебному приставу-исполнителю по своей инициативе по вопросу погашения кредиторской задолженности не обращался. По итогам 2016 года намеревался погасить задолженность. Средства от взыскания не скрывал, в случае открытия счетов в других банках он обязательно сообщил бы об этом судебному приставу-исполнителю. Открыть новые счета не получилось, т.к. предприятие было убыточным, счета арестованы. В банках он получал устные отказы. Фамилии отказывавших ему сотрудников, не помнит.

Имбыли заключены договора поставки с «<данные изъяты>», договор № от 21.04.2016 года, на сумму 6 411 580р. 00 к., «<данные изъяты>» договор № от 31.03.2016 года, на сумму 6 792 110 р. 79 к., с «<данные изъяты>» Договор № от 05.07.2016 года, на сумму 2 114 560 р. 00 коп. Со стороны ООО <данные изъяты> данные договора исполнены в полном объеме, вся продукция поставлена. Оплата данных договоров поставки должна была производиться путем безналичного расчета, а именно перечислением денежных средств на расчетный счет ООО <данные изъяты>. На 31.07.2016 года дебиторская задолженность «<данные изъяты>» перед ООО <данные изъяты> составляла более одного миллиона рублей, если точнее, 1850 569 рублей 22 копейки.

Им 01.08.2016 года был заключен и подписан договор уступки права требования № от 01.08.2016 года с ООО «<данные изъяты>», согласно которого ООО «<данные изъяты>» имеет право требовать с филиала АО «<данные изъяты>» уплаты 1 850 569 рублей 22 копейки, образовавшейся в связи с дебиторской задолженностью после поставки спецодежды по договору № от 21.04.2016 года. Данный договор был заключен с целью получения прибыли.

Заключая договор цессии 01.08.2016 года, он еще не хотел закрывать расчетные счета в банке. Долг АО «<данные изъяты>» он по сути продал ООО «<данные изъяты>» за 2 миллиона рублей и получил прибыль около 150 тысяч рублей. Если бы он выполнил решение Арбитражного суда Смоленской области и выплатил бы кредиторскую задолженность, то не получил бы прибыли. О получении прибыли судебному приставу-исполнителю не сообщал, хотел заплатить задолженность позже, но все деньги ушли на исполнение иных обязательств предприятия, без исполнения которых существование предприятия было бы невозможно. Деньги от взыскания не уводил, просто их не заплатил, т.к. не было финансовой возможности. Деньги ушли на погашение ранее возникших долгов Общества.

Учредителями ООО «<данные изъяты>» в 2016 году являлись он и его брат Б.С.Б. То есть он уступил право требования долга от <данные изъяты> от того Общества, где он был единственным учредителем, тому Обществу, где учредителем был он и его родственник. У ООО «<данные изъяты>» расчетные счета в Сбербанке. Эти 1 850 569 рублей 22 копейки, которые фигурировали в договоре цессии, он не перечислил <данные изъяты> по решению Арбитражного суда, так как у него были долги перед партнерами. ООО «<данные изъяты>» заплатило ООО <данные изъяты> на 150 тысяч рублей больше, чем получило за возможность получить нового контрагента - АО «<данные изъяты>». Генеральным директором ООО «<данные изъяты>» был тогда Ш.Г.В..

Подписал дополнительное соглашение № к договору № о поставке белья на <данные изъяты> 10.08.2016 г. на сумму 269 995 рублей 80 копеек с указанием счета в Кранбанке, который был уже закрыт, т.к. не обратил на это внимания.

С должности генерального директора ООО <данные изъяты> уволился по собственному желанию 30.09.2016 г., но остался учредителем. Погасить кредиторскую задолженность по решению суда в пользу <данные изъяты> хотел после реализации контрактов с <данные изъяты> станциями, и расплатившись с основными кредиторами. Почему он (ФИО1) продолжал направлять официальные письма как генеральный директор ООО <данные изъяты> уже после увольнения, в частности на <данные изъяты> 02.12.2016 об уступке права требования задолженности АЭС перед ООО«<данные изъяты>» в сумме 269 995 рублей 80 копеек, объяснить не может, т.к. не помнит.

Инициатором заключения дополнительного соглашения № от 10.10.2016 г. к договору поставки № о замене стороны поставщика в договоре поставки белья на <данные изъяты> с ООО <данные изъяты> на ООО <данные изъяты> где он также был генеральным директором, был он. По соглашению он должен был получить на счета ООО <данные изъяты>», где он был единственным учредителем и единственным работником, 269 995 рублей 80 копеек от <данные изъяты> за уже поставленное ООО <данные изъяты> белье. То есть, белье он поставил как генеральный директор ООО <данные изъяты>, а получить деньги за поставку должен был по соглашению он же, но уже как генеральный директор ООО <данные изъяты>», которая белье на <данные изъяты> не поставляла, т.к. у ООО <данные изъяты> не было расчетного счета. Учредителем ООО <данные изъяты> и её единственным работником был он (ФИО1) Она была создана 12 или 13 сентября 2016 года, после объявления ему о возбуждении исполнительного производства. В дополнительном соглашении № от 10.10.2016 г. к договору поставки № он подписывался и как генеральный директор ООО <данные изъяты>и как генеральный директор ООО <данные изъяты>». Почему будучи уволенным он подписывался как генеральный директор ООО «<данные изъяты>», пояснить не смог. Деньги от <данные изъяты> в сумме 269 995 рублей 80 копеек поступили на счета ООО <данные изъяты>», находящиеся в Сбербанке. Из поступивших денег задолженность не погашал, о них судебному приставу-исполнителю не сообщал. Все деньги направил на оплату обязательств по другим отношениям, не связанным с исполнением решения суда.

По договору №/ТЭ/2806 от 05.07.2016 г. <данные изъяты> за поставку защитных костюмов на сумму 2 114 560 рублей расплатиться не могла, так как расчетные счета ООО <данные изъяты> им были закрыты. Он по телефону сообщил реквизиты ООО <данные изъяты>, сказав, что можно перечислить деньги туда, на расчетные счета его новой фирмы. Он подписал с представителями <данные изъяты> дополнительное соглашение о замене стороны поставщика от ООО <данные изъяты> к ООО <данные изъяты> на оплату поставленных костюмов. Подписал соглашение как генеральный директор ООО <данные изъяты> и как генеральный директор ООО <данные изъяты> Но сделал это, чтобы получить деньги за поставленную на <данные изъяты> еще фирмой ООО «<данные изъяты>» продукцию. То есть снова одно Общество получило средства за поставку, которую выполнило другое Общество. 2 114 560 рублей от <данные изъяты> поступили на счета ООО <данные изъяты> когда, не помнит. Эти средства также были сразу использованы для погашения кредиторской задолженности по обязательствам, не связанным с решением суда. Кредиторскую задолженность на основании решения Арбитражного суда Смоленской области он из этих средств не погашал, судебного пристава-исполнителя в известность об этих средствах не ставил.

12 января 2017 года судебный пристав-исполнитель предупредила его об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ. Возможно, он подписывался в документах как генеральный директор ООО <данные изъяты>, не придав этому значения. Судебного пристава-исполнителя о том, что он больше не генеральный директор этого Общества, он не уведомлял.

Свою вину в уклонении от уплаты кредиторской задолженности не признает, так как невыплата кредиторской задолженности обусловлена объективными причинами, а именно наличием долговых обязательств перед третьими лицами и невозможностью осуществить его желание погасить назначенную судом задолженность. Пока он не внес в погашение задолженности по решению суда ни одной копейки из-за тяжелого материального положения (т.4 л.д. 10-21).

Из протокола дополнительного допроса ФИО1 в качестве подозреваемого следует, что он проплачивал доставку в г. Иваново сырья. Когда оно поступало в г. Иваново, он нанимал по объявлению бригаду грузчиков, у него были договора по оказанию транспортных услуг с транспортными организациями, сырье на транспорте транспортных организаций перевозилось на предприятие-производитель. Ни грузчики, ни транспортники в штат ООО <данные изъяты> не входили. С грузчиками рассчитывался наличными, гражданско-правовых договоров не заключал. С транспортными организациями рассчитывался в соответствии с условиями договоров.

Дату получения решение Арбитражного суда Смоленской области не вспомнил. <данные изъяты> рассчитываться по поставкам спецодежды могли только по договорам уступки права требования, которые им были предложены, т.к. он закрыл расчетные счета ООО <данные изъяты>. Признает, что хронологически 29 июля 2016 года ему было объявлено о возбуждении исполнительного производства, после чего он закрыл банковские счета в течении 5 дней, средства со счета перевел на нужды, не связанные с исполнением решения Арбитражного суда, не поставив об этом в известность судебного пристава-исполнителя; затем создал новую фирму ООО <данные изъяты>», а с должности генерального директора ООО <данные изъяты> сам себя уволил; средства, которые ему были должны как генеральному директору ООО «<данные изъяты>» <данные изъяты> за поставленную продукцию, он путем заключения договора цессии и дополнительных соглашений к договорам поставки перенаправлял на счета иных организаций, где сам был учредителем. Он планировал рассчитаться по кредиторской задолженности до конца 2016 года, но у него это не получилось, поскольку предприятие убыточное и имеет убыток в размере 2 530 000 рублей. В настоящее время он является единственным учредителем, единственным работником - директором ООО «Ивпромтекс» - правопреемником ООО <данные изъяты> и хочет рассчитаться по задолженности в пользу <данные изъяты>. ООО «<данные изъяты>» пока деятельность не ведет. ООО <данные изъяты>» ведет деятельность, но она не является правопреемником ООО <данные изъяты>. Из средств ООО <данные изъяты>» он кредиторскую задолженность не погашал из-за отсутствия средств, т.к. работает на деньги, полученные в кредит.

3 октября 2016 года он снова заступил по совместительству на безвозмездной основе на должность генерального директора ООО <данные изъяты> и исполнял его обязанности до ноября 2017 года, то есть до того времени, когда решением Арбитражного суда Ивановской области ООО <данные изъяты> было признано банкротом. В ходе допроса представил подтверждающие документы (т. 4 л. д. 22-24).

Из дополнительных показаний ФИО1, данных им в качестве подозреваемого следует, что он всю бухгалтерскую документацию ООО <данные изъяты> передал в ноябре 2017 года конкурсному управляющему Л. в связи процедурой банкротства этого Общества (т. 4, л.д. 25-27).

Из показаний обвиняемого ФИО1 следует, что его показания аналогичны показаниям, данным в ходе допросов в качестве подозреваемого. Кроме этого ФИО1 пояснил, что в документах ООО <данные изъяты> указан юридический адрес: <адрес>, т.к. по этому адресу он арендовал помещение. В 2015 или 2016 году он переехал на <адрес>. Но юридического адреса он не менял. Договор поставки № от 21.04.2016 года был подписан, как он помнит, на улице Жиделева. Договор уступки права требования № от 01.08.2016 г. подписывался на ул. Жиделева, как и дополнительные соглашения №№ и № к этому договору. Помещение на <адрес>- это отдельный кабинет, который он арендовал у собственника помещения - своего родственника ФИО2 То есть в нем, в этом кабинете он работал как генеральный директор именно ООО <данные изъяты>. Договор аренды был заключен 1 октября 2015 года, по согласию сторон договор продлевался автоматически. С этого момента каждый месяц он платил Б.С.Б. арендную плату, сколько, не помнит, около 18-20 тысяч рублей и находился постоянно по этому адресу (т. 5 л.д. 122-125).

После оглашения указанных показаний ФИО1 показания подтвердил, пояснив, что они соответствуют действительности.

В связи с неявкой в судебное заседание представителей потерпевшего З.И.В. и А.А.Б. по ходатайству государственного обвинителя с согласия стороны защиты были оглашены показания представителей потерпевших З.И.В. и А.А.Б..

Из оглашенных показаний представителя потерпевшего З.И.В. следует, что он работает ведущим юрисконсультом <данные изъяты>, в юридическом отделе работает с марта 2008 года. Основной его должностной обязанностью является правовое обеспечение деятельности филиала АО «<данные изъяты>) и АО «<данные изъяты> как хозяйствующего субъекта и эксплуатирующей организации <данные изъяты> РФ. Задолженность ООО <данные изъяты> перед <данные изъяты> возникла после вынесения постановления № апелляционного арбитражного суда от 11.02.2016, то есть с момента вступления в законную силу решения Арбитражного суда Смоленской области по делу №. Данный судебный акт обжаловался ответчиком (ООО <данные изъяты>) в Арбитражный суд Центрального округа.

Ответчик (ООО <данные изъяты>) в лице ФИО1 письмом от 16.08.2016 г. просил приостановить взыскание 4 210 331, 17 рублей. Предлагал компенсацию судебных расходов и возможность заключения договора на поставку спецодежды на 10% дешевле конкурентов. Предлагал заключить мировое соглашение.

В УФССП России по Ивановской области был направлен исполнительный лист. В июне 2017 г. он (З.И.В.) направлял заявление о возбуждении уголовного дела по ст. ст. 315, 177 УК РФ в отношении генерального директора ООО <данные изъяты>. 12.07.2017 г. года им были даны объяснения и.о. начальника Советского РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области К.А.В.. Также он передавал в ходе проверки судебным приставам-исполнителям документы, подтверждающие злостное уклонение ООО <данные изъяты> от погашения кредиторской задолженности (т.2 л.д. 6-9).

Из оглашенных показаний представителя потерпевшего А.А.Б. следует, что он является представителем организации взыскателя - филиала «<данные изъяты>). Заявил о совершении Генеральным директором предприятия-должника ООО <данные изъяты>» ФИО1 действий, имеющих признаки уголовных преступлений, предусмотренных ст. ст. 315, 177 УК РФ. ФИО1 совершены действия по злостному уклонению от погашения кредиторской задолженности в крупном размере перед АО «<данные изъяты>».

О том, что имеется злостность уклонения, свидетельствуют действия должника, направленные на сокрытие имеющихся у него денежных средств путем осуществления банковских операций, совершения сделок с третьими лицами, совершения действий, позволяющих вести коммерческую деятельность и уходить от исполнения требований судебного пристава в рамках исполнительного производства.

Судя по записям на постановлении о возбуждении исполнительного производства, Генеральный директор ООО <данные изъяты>» ФИО1 копию постановления получил.

Постановлением установлен срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе -5 дней с момента получения копии постановления. Должник не исполнил данное требование в установленный срок.

Требованием от 29.07.2016 г. Судебный пристав-исполнитель потребовал от ФИО1 в 7-дневный срок исполнить решение суда и предупредил об административной ответственности (ст. 17.14 КоАП РФ) за невыполнение законных требований, предоставление недостоверных сведений о своих правах на имущество. Требование ФИО1 получено.

В тот же день судебный пристав-исполнитель предупредил ФИО1 об уголовной ответственности за злостное неисполнение решения суда, а равно воспрепятствование его исполнению, по ст. 315 УК РФ.

12.01.2017г. ФИО1 был предупрежден судебным приставом-исполнителем об уголовной ответственности за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере по вступившему в законную силу судебному акту по ст. 177 УК РФ.

Однако ФИО1 как должник не исполнил данные требования. Напротив, предпринял действия по уводу средств, которые должны были поступить на счет ООО НПК « <данные изъяты>»№. А также осуществил действия по уводу поступивших на указанный счет средств.

За 2016 год только с филиалами АО «<данные изъяты>» ООО <данные изъяты> заключил 3 договора поставки спецодежды:

-заказчик <данные изъяты> - договор №-Д от 31.03.2016 г.;

-заказчик <данные изъяты>- договор № от 21.04.2016 г., цена договора 7 565 664,40 рублей;

-заказчик <данные изъяты>- договор № от 05.07.2016г., цена договора 2 114 560 рублей.

Действия по уводу средств по вышеуказанным договорам были следующие:

1. 1.08.2016 г. ООО <данные изъяты> заключило договор № уступки права требования долга, образовавшегося в связи с дебиторской задолженностью после поставки спецодежды по договору № от 21.04.2016 г <данные изъяты>) с подконтрольной ФИО1 компанией ООО «<данные изъяты>» (ФИО1 является одним из учредителей общества, ему принадлежит 50% доли, вторые 50% принадлежат Б.С.Б.). Письмом от 01.08.2016 г. ООО «<данные изъяты>» уведомило <данные изъяты> о приобретении прав требования с последней уплаты долга в размере 1 850 569, 22 рубля по договору поставки № от 21.04.2016 г. и просит производить погашение долга в названной сумме новому кредитору-ООО «<данные изъяты>».

2. 03.08.2016 г. ФИО1 закрывает счет ООО <данные изъяты> на который должны поступать денежные средства по заключенным договорам, в том числе по вышеуказанным. Данное действие ФИО1 осуществляет, понимая, что на данный счет может быть наложен арест. Арест на счет наложен 04.08.2016 г.

3. 03.08.2016 г. ООО <данные изъяты>» направляет в Арбитражный суд Центрального округа заявление о приостановлении исполнения судебного решения. 16.08.2016г. ООО <данные изъяты>» направляет <данные изъяты> письмо, в котором предлагает заключить мировое соглашение, предлагает оплатить судебные издержки и 10% скидку на поставку спецодежды.

4. Не получив согласия <данные изъяты> на мировое соглашение, ФИО1 12.09.2016 г. регистрирует новую фирму, изменяя одно слово в наименовании должника. ООО <данные изъяты>» превращается в ООО Новая <данные изъяты>». Юридический адрес у обеих фирм одинаков - <адрес>. Виды деятельности идентичны.

5. 7 октября 2016 г. ФИО1 направляет уведомление <данные изъяты> о том, что ООО <данные изъяты> прекращает свою деятельность, в связи с чем, закрыт расчетный счет и предлагает произвести замену стороны на <данные изъяты> компанию, также просит приостановить оплату по договору поставки № от 05.07.2016 г.

12 октября 2016 года ФИО1 подписывает дополнительное соглашение № о замене стороны с Новой компанией к договору № от 05.07.2016г, подписи ФИО1 ставит как со стороны ООО <данные изъяты>, так и со стороны Новой компании. Предметом дополнительного соглашения является замена стороны в связи с прекращением деятельности ООО <данные изъяты>. Все права и обязанности по договору поставки с 17.11.2016 г. переходят к <данные изъяты> компании.

6. 10 октября 2016 года ФИО1 подписывает дополнительное соглашение № к договору поставки №-Д от 31.03.2016 г., заключенному с <данные изъяты>, о замене стороны, подписи ФИО1 ставит как со стороны ООО <данные изъяты>, так и со стороны <данные изъяты> компании. Предметом дополнительного соглашения является замена стороны в связи с прекращением деятельности ООО <данные изъяты>. Дополнительное соглашение со стороны <данные изъяты> подписано не было. В письме исх.№ от 02.12.2016г. ФИО1 указывает, что принято решение о закрытии ООО <данные изъяты>, расчетные счета закрыты. Просит согласия <данные изъяты> на уступку права требования.

7. Движение денежных средств, перечисляемых по вышеуказанным договорам, с даты возбуждения исполнительного производства 6.06.2016 г. (расчетный счет ООО <данные изъяты> Кранбанк):

Приход 29.06.16 г. <данные изъяты> 1 623 333 рубля; 18.07.16 г. <данные изъяты> 4 091 762, 18 рублей, итого 4 557 127,79 рублей. Расход 04 и 5.07.2016 г. ФИО1 по 100 000 рублей за каждый день.

Приход 19.07.2016 г. <данные изъяты> 1 360 757,05 рублей, 29.07.2016 г. <данные изъяты> 3 196 370,74 рублей, итого 4 557 127,79 рублей. Расход 19 и 20.07.2016 г. ФИО1 соответственно 100 000 и 200 000 рублей; 22.07.2016 г. - 100 000 рублей; 25.07.2016 г. - 200 000 рублей; 01.08.2016 г. ФИО2 переводится 2 000 000 рублей, 02.08.2016 г. возвращается банком, 03.08.2016 г. перечисляются ООО «<данные изъяты>».

Движение денежных средств по указанным выше договорам (уступка права требования, замена стороны) с 06.06.2016 года:

12. 10.2016 г. 1 850 569, 22 рублей <данные изъяты> перечислила по договору № от 21.04.2016 г на счет ООО «<данные изъяты>» (п/п №).

29.11. 2016 г. 2 114 560 рублей <данные изъяты> перечислила по договору №/ТЭ/2806 от 05.07.2016 г. На счет <данные изъяты> компании (п/п №).

29.12. 2016 г. 269 995,80 рублей <данные изъяты> перечислила по договору №-Д от 31.03.2016 г. <данные изъяты> компании (п/п 191619).

Итого ФИО1 в целях злостного уклонения от исполнения решения суда и погашения кредиторской задолженности было выведено из компании 4 235 125,02 рубля.

8. 06.12.2016 г. ФИО1 инициирует реорганизацию ООО <данные изъяты>, правопреемником которого становится ООО «<данные изъяты>».

Данные действия свидетельствуют о злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности, злостном неисполнении решения суда ФИО1- генеральным директором ООО <данные изъяты> (т.3 л.д. 211-215).

Свидетель М.Е.А., в судебном заседании пояснила, что работает судебным приставом Советского РОСП. С ФИО1 лично не знакома и никогда не общалась. С 21.08.2017 г. стала исполнять обязанности судебного пристава-исполнителя по юридическим лицам. На исполнение ей поступило исполнительное производство о взыскании с фирмы «<данные изъяты>» денежной суммы, какой, точно не помнит. Эта организация была банкротом, и исполнительный лист был направлен конкурсному управляющему. Об уголовной ответственности она (М.Е.А.) ФИО1 не предупреждала. Кто и какие действия производил по этому производству, не помнит. До неё производство находилось у К.. Выход в организацию она (М.Е.А.) не осуществляла.

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля М.Е.А., данные в ходе предварительного следствия в полном объеме.

Из оглашенных показаний следует, что она работает судебным приставом-исполнителем Советского РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области c 14 января 2015 года, а по юридическим лицам - с 21 августа 2017 года. 21 августа 2017 года ей передали ИП в отношении ООО <данные изъяты>.

02.06.2016 в Советский РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области поступил исполнительный лист №, выданный Арбитражным судом Смоленской области по делу № от 03.08.2015 г. о взыскании с ООО <данные изъяты> в пользу ОАО «<данные изъяты>» задолженности в размере 4 166 499 рублей 17 копеек и 46 832 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины.

06.06.2016 судебным приставом-исполнителем Советского РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области Б.Н.Д. было возбуждено исполнительное производство № в отношении ООО <данные изъяты> о взыскании в пользу ОАО «<данные изъяты>» задолженности в размере 4 166 499 рублей 17 копеек и 46 832 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Судебным приставом-исполнителем Б.Н.Д. вручено постановление о возбуждении исполнительного производства 29.07.2016 года лично под роспись директору ООО <данные изъяты> ФИО1 Также ею 29 июля 2016 года директору ООО <данные изъяты> ФИО1 было вручено предупреждение об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ.

21.06.2016 для своевременного и полного исполнения решения суда судебным приставом-исполнителем направлялись запросы в банки: ОАО АКБ «Росбанк»; ОАО «Банк Москвы»;ОАО Национальный банк «Траст»; ЗАО ВТБ 24; ОАО «Промсвязьбанк», в ОАО «Россельхозбанк», ООО ИКБ «Совкомбанк», ОАО «МДМ Банк»; «Юниаструмбанк»; ОАО «СКБ-БАНК», ЗАО «Национальный банк сбережений»; ОАО АКБ «Пробизнесбанк»; ОАО КБ «Солидарность»; ЗАО «Банк Тинькоф Кредитные системы», но согласно ответов, в этих банках расчетные счета ООО <данные изъяты> отсутствовали.

По выписке из ЕГРЮЛ от 12.07.2016 г. установлено, что в АКБ «Кранбанк» ООО <данные изъяты> имеются 3 расчетных счета №;40№; №. 04.08.2016 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о наложении ареста на денежные средства должника, находящиеся в указанном банке. Согласно полученному ответу от 15.08.2016 г. из АКБ «Кранбанк» указанные расчетные счета ООО <данные изъяты> закрыты 03.08.2016 года. 22.08.2016 года вынесено постановление о снятии ареста со счетов и обращения взыскания на денежные средства. Денежные средства от должника ООО <данные изъяты> на депозитный счет Советского РОСП г. Иваново не поступили.

Судебным приставом-исполнителем 22.06.2016 г. направлялся запрос о предоставлении сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, получен отрицательный ответ, сведений о недвижимом имуществе должника ООО <данные изъяты> не поступило.

Кроме этого направлялся запрос 06.06.2016 г. в ГИБДД УМВД России по Ивановской области для получения сведений о зарегистрированных транспортных средствах должника, также получен отрицательный ответ.

25.11.2016 года судебным приставом-исполнителем Советского РОСП г. Иваново К.А.В. осуществлен выход по юридическому адресу ООО <данные изъяты>: <адрес>, в ходе которого установлено, что данная организация-должник по этому адресу деятельности не ведет, о чем составлен соответствующий акт. От взыскателя в Советский РОСП поступило заявление от 28.12.2016 г., в котором указано, что ООО <данные изъяты> в настоящее время располагается по адресу: <адрес>

16.01.2017 года судебным приставом-исполнителем К.А.В. вынесено постановление о поручении исполнительных действий по территориальности в Октябрьский РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области. Судебным приставом-исполнителем Октябрьского РОСП г. Иваново Е.А.А. Были выполнены исполнительские действия и судебным приставом-исполнителем Е.А.А. составлен акт исполнительских действий от 19.01.2017 года. Согласно этому акту ООО <данные изъяты> по адресу: <адрес> деятельность не ведет.

12.01.2017 года судебным приставом-исполнителем Советского РОСП г. Иваново К.А.В. ФИО1 под роспись вручено предупреждение об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ.

Несмотря на наличие предупреждения об уголовной ответственности в период с момента возбуждения исполнительного производства 29 июля 2016 года по настоящее время кредиторская задолженность не погашена. Остаток задолженности - 4 210 331 рубль 17 копеек.

В настоящее время исполнительное производство в отношении ООО <данные изъяты> окончено в связи с тем, что данное Общество объявлено банкротом. Когда она приняла ИП к производству, по нему уже все было сделано, надо было дождаться решения суда по банкротству. Документы пришли, она ИП окончила. Сама с ФИО3 не встречалась (т. 2 л. д. 62-65).

После оглашения указанных показаний свидетель М.Е.А. подтвердила их в полном объеме. На стадии предварительного следствия показания записаны с её слов. Ознакомившись с т.2 л.д. 62-65 пояснила, что подписи в протоколе допроса её.

Свидетель К.А.В. суду пояснила, что ФИО1 ей знаком, как директор фирмы «<данные изъяты>», в отношении которой велось исполнительное производство. Личных и неприязненных отношений с ФИО1 нет. В Советский РОСП г. Иваново УФССП России по Ивановской области, в первой половине 2016 года, поступил исполнительный лист о взыскании с фирмы «<данные изъяты>» задолженности на сумму более 4-х миллионов. Было возбуждено исполнительное производство. Взыскателем по нему выступал <данные изъяты>точное название не помнит). От имени взыскателя она контактировала с З.И.В.. Ею (К.А.В.) исполнительное производство было принято к исполнению во второй половине 2016 года. Постановление о возбуждении исполнительного производства было направлено должнику – ФИО1. Она (К.А.В.) выходила по месту нахождения фирмы должника на улицу П. Большевикова, однако по этому адресу фирма не находилась; вручала ФИО1 предупреждение об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ, когда он пришел к ней лично. Взыскатель сообщил ей, что фирма «<данные изъяты>» находится на улице <адрес>. Она выходила по этому адресу и на одном из офисов висела табличка с названием этой фирмы, но ФИО1 на месте не было. Она оставила директору «<данные изъяты>» Ш.Г.В. требование о явке на имя ФИО1, по которому он (ФИО1) явился к ней. В январе 2017 года она лично под роспись предупредила ФИО1 об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ. По исполнительному производству направлялись запросы в банки, ГИБДД с целью выяснения материального положения должника. Ответы были получены. У фирмы-должника в «Кран Банке» были открыты один или два расчетных счета. На денежные средства на этих счетах был наложен арест. Это делал другой пристав-исполнитель. В августе 2016 года фирма «<данные изъяты>» деятельности уже не вела. Пока у неё на исполнении находилось исполнительное производство в отношении «<данные изъяты>» задолженность не погашалась. Можно ли работать со счетом, если наложен арест на денежные средства, не знает. Ей известно о том, что при аресте счета, деньги, поступившие на него «замораживаются». Должник ничего не может сделать с этими деньгами. После сообщения из банка о поступлении на такой счет денег, на них обращается взыскание. Считает, что убыточность предприятия не является препятствием для погашения задолженности. ФИО1 был предупрежден об уголовной ответственности, поскольку не погашал задолженность, не исполнял решение суда. Предупреждение ему выносилось дважды. ФИО1, как должник был обязан сообщать приставу-исполнителю об имуществе и денежных средствах, которые имеются у фирмы-должника, об изменении адреса фирмы, открытии новых счетов. Этого ФИО1 не делал.

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля К.А.В., данные в ходе предварительного следствия в части противоречий.

Из оглашенных в части показаний следует, что судебным приставом-исполнителем Б.Н.Д. вручено постановление о возбуждении исполнительного производства 29.07.2016 года лично под роспись директору ООО <данные изъяты> ФИО1. Также ею 29 июля 2016 года директору ООО <данные изъяты> ФИО1 было вручено предупреждение об уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ. По выписке из ЕГРЮЛ от 12.07.2016 г. установлено, что в АКБ «Кранбанк» ООО <данные изъяты> имеются 3 расчетных счета №; №; №. 04.08.2016 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о наложении ареста на денежные средства должника, находящиеся в указанном банке. Согласно полученному ответу от 15.08.2016 г. из АКБ «Кранбанк» указанные расчетные счета ООО <данные изъяты> закрыты 03.08.2016 года.

После оглашения указанных показаний свидетель К.Е.А. подтвердила их в полном объеме. Суду пояснила, что на стадии предварительного следствия давала более подробные показания, давала более подробные показания, т.к. имела на руках необходимые документы. Исполнительное производство было окончено судебным приставом-исполнителем М.Е.А. в связи с объявление фирмы «<данные изъяты>» банкротом. При разговорах с ФИО1 он выражал желание платить по исполнительному листу, но этого не делал. О смене адреса ей сообщил взыскатель. В материалах исполнительного производства сведений о материальном положении фирмы «<данные изъяты>» не было. В ходе работы с исполнительным производством ей также стало известно о том, что фирма ФИО1 была должна еще какому-то предприятию, но для исполнения для него (ФИО1) первоочередным было исполнение решения суда, которое он должен был добровольно исполнить в течение 5 дней.

Свидетель Ж.С.Б. суду пояснила, что ФИО1 она знает. Он и его брат являлись учредителями фирмы «<данные изъяты>», где она работает бухгалтером. С 2017 года учредитель один. Генеральным директором фирмы был Ш.Г.В.. Ему принадлежало право подписи, он же обладал правом приема и увольнения. Её (Ж.С.Б.) на работу принимал Ш.Г.В.. Из «<данные изъяты>» он уволился по собственному желанию. «<данные изъяты>» перерабатывает и продает сырье. Фирма «<данные изъяты>» ей известна с 2016 года. Её директором тоже был Ш.Г.В.. Ей известно о том, что ФИО1 также был директором фирмы «<данные изъяты>». Его фамилию она видела в документах. Между фирмами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» был заключен договор в 2016 году, какой, не помнит. Фирме «<данные изъяты>» она бухгалтерские услуги не оказывала. Помнит, что между фирмами был заключен д оговор цессии, дату не помнит. Переуступка права требования была на сумму около 2 миллионов или 1 миллиона 800 тысяч рублей. Фирма «<данные изъяты>» уступала «<данные изъяты>» право требования задолженности по договору с <данные изъяты>, название которой не помнит. Договор цессии был исполнен, все расчеты закрыты. Деньги – 1900000 или 1800000 рублей поступили в «<данные изъяты>».

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля Ж.С.Б., данные в ходе предварительного следствия в полном объеме.

Из оглашенных показаний следует, что в должности главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» она работает с апреля 2016 года. Директором ООО, примерно до 20 сентября 2017 года являлся Ш.Г.В., потом стал Ш.И.В.. Одним из учредителей являлся ФИО1. В настоящее время он учредителем не является. Когда он вышел из состава учредителей, не помнит, но в 2016 году учредителем он был. Сейчас остался только один учредитель — брат ФИО1 - <данные изъяты> Во время её работы 2016-2017 годах она работала с генеральным директором Ш., была в его подчинении. Именно он давал ей поручения. У него и было право первой подписи финансовых документов. Её на работу принимал Ш.Г.В., он же подписывал приказ о приеме её на работу. Из ООО «<данные изъяты>» Ш.Г.В. ушел по собственному желанию. Основные виды деятельности ООО «<данные изъяты>» - торговля текстильной продукцией. Летом 2016 года ООО «<данные изъяты>» заключили с ООО <данные изъяты> договор поставки на определенный объем текстильной продукции; тогда она узнала о существовании этой организации. Директором являлся ФИО1. Согласно договора ООО <данные изъяты> поставляло им текстильную продукцию (ткань), которую они продавали. Срок исполнения договора, не помнит, но до конца 2016 года ООО <данные изъяты> поставляло им ткань. Все счета-фактуры в это время подписывались генеральным директором ФИО1, т.е. до конца 2016 года ФИО1 выполнял обязанности генерального директора ООО <данные изъяты>. Ей также известно о заключении 01.08.2016 договора цессии между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>. Кто являлся инициатором заключения договора, не знает. Согласно данного договора ООО «<данные изъяты>» приобрело у ООО <данные изъяты> право требовать с <данные изъяты> сумму долга около 2 млн. руб. За это право ООО «<данные изъяты>» должно было перечислить в ООО <данные изъяты> сумму уступаемого требования. ООО «<данные изъяты>» напрямую эти деньги в ООО <данные изъяты> не перечислило, т.к. от ООО <данные изъяты> было обращение (письменное) о перечислении 2 млн. руб. за ООО <данные изъяты> Б.С.Б. которому ООО <данные изъяты> должно было по договору займа. Таким образом, ООО <данные изъяты> стало должно ООО «<данные изъяты>» 2 млн. руб. И их взаимные обязательства в силу дополнительного Соглашения к договору цессии погасились взаимозачетом 03.08.2016 г. Затем, <данные изъяты> перевела им согласно договора цессии 12.10.2016 г. 1 850 569,22 руб. С ООО <данные изъяты> они не работают, т.к. фирма ликвидирована. Охарактеризовала ФИО1 с положительной стороны (т. 2 л. д. 39-40).

После оглашения указанных показаний свидетель Ж.С.Б. подтвердила их в полном объеме. Суду пояснила, что ФИО1 и Б.С.Б. братья. На работу в ООО «<данные изъяты>» устроилась по объявлению в Интернете. ООО находится по адресу: <адрес> ФИО1 работает с ними в одном строении. Номер его офиса точно не знает.

Свидетель К.Н.Б. суду пояснила, что ФИО1 лично ей не знаком. АО «<данные изъяты>», где она работает экономистом, участвует в торгах на электронных площадках. В 2016 году был конкурс, в котором участвовала фирма «<данные изъяты>» и стала победителем. Участники конкурса проверялись службой безопасности. С представителями этой фирмы они общались по телефону. Договор на поставку был заключен после выхода протокола. Договор пересылался по почте. «<данные изъяты>» перечислила по договору фирме «<данные изъяты>» денежные средства. Сумму не помнит. Оплата по договору происходила в 2016 году. Возможно, было несколько оплат и несколько поставок. По последней поставке была переуступка права требования на сумму более миллиона рублей, точную сумму не помнит.

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены в части показания свидетеля К.Н.Б., данные в ходе предварительного следствия.

Из оглашенных в части показаний следует, что в 2016 году поступили 2 заявки на участие в конкурсе на поставку спецодежды от двух фирм - ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>. Победителем был определен ООО <данные изъяты>, так как предложил более низкую цену. Общение с поставщиком -руководителем ООО <данные изъяты> ФИО1 осуществлялось посредством электронной почты и по мере необходимости. Договор, подписанный покупателем, направлялся почтовым отправлением поставщику и их экземпляр возвращался уже подписанным ООО <данные изъяты>. Денежные средства за поставленную продукцию филиал АО «<данные изъяты>) перечислил ООО <данные изъяты> по договору поставки № 29.06.2016 года в сумме 1 623 333 рубля платежным поручением 162602, 18.07. 2016 г. в сумме 4 091 762, 18 рублей платежным поручением 163005. В сентябре 2016 года по инициативе ООО <данные изъяты> была произведена переуступка кредиторской задолженности в пользу контрагента ООО «<данные изъяты>» на сумму 1 850 569,22 рублей, платеж был переведен 12.10.2016 года платежным поручением 164394.

После оглашения указанных показаний свидетель К.Н.Б. подтвердила их в полном объеме.

Свидетель Б.С.Б. суду пояснил,что ФИО1 – его брат. Он является одним из учредителей ООО «<данные изъяты>». Также учредителем является его брат ФИО1 Он (Б.С.Б..), выступает как инвестор ООО «<данные изъяты>», постоянно живет в г. Москве. Деятельностью Общества руководит ФИО1 Ему известно о том, что у брата было предприятие – фирма «<данные изъяты>», которой он давал займы несколько раз на суммы 5-10 миллионов рублей. Частично займы возвращались. До настоящего времени вся сумма займов ему не возвращена. Брат ему рассказывал о проблемах с «<данные изъяты>», что не смог выполнить поставку, и обязан был выплатить неустойку. На счета его фирмы наложили арест. Об уступке права требования ему ничего не известно. Считает, что фирма «<данные изъяты>» в 2016 году была убыточной, поскольку брат не смог вернуть ему заемные деньги.

В связи с неявкой в судебное заседание свидетелей А.А.В., Ш.Г.В., Н.О.Ю. по ходатайству государственного обвинителя с согласия стороны защиты были оглашены показания указанных выше свидетелей.

Из оглашенных показаний свидетеля Ш.Г.В. следует, что он являлся генеральным директором ООО «<данные изъяты>» с 12.01.2016 года, на основании трудового договора от 12.01.2016 года, назначен на должность приказом о приеме на работу от 12.01.2016 года. Он писал заявление на имя учредителей – ФИО1 и Б.С.Б. о приеме на работу. Кто подписал приказ о приеме его на работу, не помнит.

В его должностные обязанности входили организационно-распорядительные полномочия, административно-хозяйственные функции, осуществление оперативного руководства. Он обладал правом подписи договоров. В основном он занимался импортом: растаможивал прибывшее из Узбекистана сырье, помещал на склад, отправлял на переработку. Все вопросы финансового характера решали учредители Б-вы. ФИО2 живет постоянно в Москве. В основном он (Ш.Г.В.) работал вместе с ФИО1, сидел с ним в одной комнате. Именно ФИО1 принимал решения, а он (Ш.Г.В.) реализовывал его указания. ООО «<данные изъяты>»располагался на <данные изъяты>

Выходил ли ФИО1 из состава учредителей ООО «<данные изъяты>», он (Ш.Г.В.) не знает. ФИО1 до самого его (Ш.Г.В.) увольнения руководил ООО «<данные изъяты>» - давал ему и главному бухгалтеру указания, т.е. реально руководил фирмой.

Ушел он, то есть Ш.Г.В., из ООО «<данные изъяты>» по следующим причинам: 1 сентября 2017 года его пригласили оба учредителя - ФИО1 и Б.С.Б. Б.С.Б. извинился перед ним, объяснил, что проект не пошел, те объемы производства, на которые рассчитывали, не получаются. Предложили уйти. Он ушел по собственному желанию. Никаких конфликтов не было. Его заместителем был Ш.И.В., который, по его мнению, сейчас является генеральным директором.

Так же пояснил, что инициатива заключения договора уступки права требования от 01.08.2016 года № исходила от директора ООО <данные изъяты> ФИО1, который ему объяснил, что хочет закрыть расчетный счет ООО <данные изъяты> в ЗАО «Кранбанк», открыть в Сбербанке, чтобы получить деньги с <данные изъяты> за поставленную продукцию. Была еще мысль ввести ООО «<данные изъяты>» в число поставщиков продукции для <данные изъяты> станций. В данном случае ООО «<данные изъяты>» стало по решению ФИО1 обслуживать интересы ООО <данные изъяты>. По сути ФИО1, как учредитель обоих Обществ (ООО <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>»), пользуясь тем, что руководил реально обеими фирмами, перераспределял финансовые потоки. Поскольку он не мог получить платежи за поставленную продукцию на счета ООО <данные изъяты> в «Кранбанке», так как их хотел закрыть и потом закрыл, причитающиеся ООО <данные изъяты> средства за поставленную продукцию он получал на счета ООО «<данные изъяты>».

Сейчас, со слов судебных приставов, он знает, что в отношении ООО <данные изъяты> Арбитражным судом Смоленской области вынесено решение о взыскании большой суммы денег. ФИО1 об этом ему ничего не говорил, об этом он не знал.

Договор цессии и письма на <данные изъяты> о переводе средств на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» за продукцию, поставленную на станцию ООО <данные изъяты>, подписывал он (Ш.Г.В.). Средства от <данные изъяты> на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» пришли в размере 1 850 568 рублей 22 копейки в октябре 2016 года. Подписывать эти документы дал ему указание учредитель ФИО1.

ООО «<данные изъяты>» по указанию ФИО1 еще до получения 1 850 568 рублей 22 копеек от <данные изъяты> перевело 2 миллиона рублей за долг ООО <данные изъяты> Б.С.Б. Как он помнит, дополнительным соглашением № к договору цессии ООО «<данные изъяты>», выплачивали 2 миллиона рублей Б.С.Б., а взамен получали право требовать 1 850 568 рублей 22 копейки. Невзирая на то, что деньги от <данные изъяты> они получили, ООО <данные изъяты>» от этой сделки понесло убытки в сумме около 150 тысяч рублей. Как сказал ФИО1 ему - это плата за вход на рынок потребителей - АЭС. Он (Ш.Г.В.) не возражал, так как это были деньги Б-вых.

Договор уступки права требования № от 01.08.2016 года был подписан им 01.08.2016 года. Как он уже сказал, договор, и дополнительные соглашения к нему подписывались с одной целью - получения средств (задолженности) по договору поставки № от 21.04.2016 года с филиала АО «<данные изъяты>», причитающихся ООО <данные изъяты>.

Формально Ж.С.Б., как главный бухгалтер подчинялась действительно ему, но он сам никаких решений не принимал, выполнял указания ФИО1. По финансовым потокам Ж.С.Б. давал указания ФИО1.

Из тех средств, которые пришли от <данные изъяты>, ни на налоги, ни на зарплату денег не выделялось. Их в 2016 году как работников было трое в ООО «<данные изъяты>»: он, его заместитель Ш., и главный бухгалтер Ж.С.Б. (т. 2 л. д. 41-43).

Из оглашенных показаний свидетеля А.А.В. следует, что он является начальником юридического отдела филиала «<данные изъяты>) с 16 ноября 2015 года. На основании доверенности он уполномочен представлять интересы предприятия в различных инстанциях. В его служебные обязанности входит претензионно-исковая работа, договорная работа, правовое сопровождение закупочной деятельности.

Согласно нормам трудового законодательства, <данные изъяты> обязан обеспечивать своих работников спецодеждой. Была проведена конкурсная процедура, по результатам которой победило ООО <данные изъяты>. В результате был заключен договор № от 05.07.2016г.. ООО <данные изъяты>должно было поставить на станцию защитные костюмы. Общение с поставщиком — руководителем ООО <данные изъяты> ФИО1 осуществлялось посредством электронной почты и по мере необходимости. Договор, подписанный покупателем, направлялся почтовым отправлением поставщику, и их экземпляр возвращался уже подписанным ООО <данные изъяты>. Выезда сотрудников станции в г. Иваново не было.

06.10.2016 года в адрес станции поступило уведомление от генерального директора ООО <данные изъяты> ФИО1 о том, что ООО <данные изъяты> намерено прекратить свою деятельность, в связи с чем закрыт расчетный счет, указанный в договоре № от 05.07.2016 года. В целях дальнейшего исполнения договора предлагалось произвести замену поставщика на ООО <данные изъяты> с переходом к последнему всех прав и обязанностей поставщика, с направлением дополнительного соглашения к договору. К моменту поступления уведомления вся продукция была поставлена в полном объеме. 17 ноября 2016 года между ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1, ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и филиалом «<данные изъяты>) в лице директора филиала О.В.В. было заключено дополнительное соглашение № к договору поставки № от 05.07.2016 года. Предметом соглашения явилась замена стороны поставщика по договору в связи с прекращением деятельности ООО <данные изъяты>, влекущая переход всех прав и обязанностей поставщика от ООО <данные изъяты> к ООО <данные изъяты>» с даты заключения соглашения. 29.11.2016 года по дополнительному соглашению к договору поставки спецодежды был выполнен платеж на сумму 2 114 560 рублей платежным поручением № на счет не ООО <данные изъяты>, а на расчетный счет ООО <данные изъяты>» ( т. 2 л.д. 25-29).

Из оглашенных показаний свидетеля Н.О.Ю. следует, что он работает экспертом юридического отдела филиала АО «<данные изъяты>). В его обязанности входит юридическое сопровождение договоров, ведение исполнительного производства и др.

31.03.2016 г. между филиалом АО «<данные изъяты>) в лице директора филиала И.В.И. и ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 заключен договор поставки №, согласно которому ООО <данные изъяты> должно было изготовить и поставить филиалу АО «<данные изъяты> спецодежду для зоны контролируемого доступа, а филиал АО «<данные изъяты> обязан был произвести оплату за поставку.

Условия договора поставки со стороны обоих контрагентов были исполнены полностью.

10.08.2016 г. между филиалом АО «<данные изъяты>) в лице директора филиала Б.В.Н. и ООО <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 заключено дополнительное соглашение № к договору №, согласно которому ООО <данные изъяты> обязуется изготовить и поставить дополнительно нательное белье стоимостью 269 995,8 рубля, а филиал АО «<данные изъяты>) обязан был произвести оплату за поставку. Впоследствии, примерно в сентябре 2016 года, ООО <данные изъяты> была выполнена поставка белья согласно условиям данного соглашения и поставка нательного белья согласно условиям дополнительного соглашения № от 10.08.2016 г.

02 декабря 2016 года в адрес АО «<данные изъяты>) поступило письмо от ООО <данные изъяты>, согласно которому им было сообщено, что поставщиком согласно договора, будет являться другая организация «юридическое лицо».

26 декабря 2016 года сторонами было подписано дополнительное соглашение № от 10.10.2016 г. к договору поставки № от 31.03.2016 г.. Замена стороны была произведена по инициативе руководителя организации поставщика - ООО <данные изъяты> ФИО1

Согласно данному соглашению произведена замена стороны поставщика в договоре - за поставленную ООО <данные изъяты>, <данные изъяты> должна была перечислить денежные средства на счет ООО <данные изъяты>, то есть другой организации, в которой генеральным директором также был ФИО1, но с другим ИНН организации.

29.12.2016 г. денежные средства в размере 269995,8 рублей <данные изъяты> были перечислена платежным поручением № на указанный в дополнительном соглашении № расчетный счет ООО <данные изъяты> в ФАКБ «Инвесторгбанк» (ПАО) «Вознесенский» г. Иваново.

<данные изъяты> рассчиталась за поставленную продукцию полностью. Никаких судебных споров между сторонами по договору поставки не было (т. 2 л.д. 248-250).

Суд доверяет оглашенным показаниям представителей потерпевшего З.И.В., А.А.Б., свидетелей, допрошенных судом, М.Е.А., К.Н.Б., Ж.С.Б., Б.С.Б. К.А.В., а также оглашенным показаниям свидетелей А.А.В., Ш.Г.В., Н.О.Ю., поскольку они логичны, последовательны, оснований для оговора указанными свидетелями ФИО1 не установлено. Показания указанных свидетелей подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств.

К показаниям ФИО1 в части того, что он не имел возможности для погашения задолженности по судебному решению и имел намерение погашать эту задолженность, суд относится критически, считая их данными с целью избежания уголовной ответственности за совершенное преступление. Указанные показания являются противоречивыми, непоследовательными и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами – показаниями представителей потерпевших, свидетелей, письменными материалами дела.

В судебном заседании также были исследованы письменные доказательства, подтверждающие вину ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении:

- заявление З.И.В. от 29.06.2017 г. в котором он сообщает о наличии в действиях генерального директора ООО «<данные изъяты>» признаков состава преступлений, предусмотренных ст.ст.315,177 УК РФ (т.1 л.д. 78-84);

- копия приказа о приеме ФИО1 на работу на должность генерального директора ООО <данные изъяты> (т. 3 л.д. 53);

- копия трудовой книжки ФИО1 (т.3 л.д. 46-52);

- дополнительное соглашение № от 10.10.2016 к трудовому договору № от 3.10.2016 г. (т.4 л.д. 91);

- копия трудового договора от 3.10.2016 г. (т. 4 л.д. 164-170);

- копия приказа о прекращении трудового договора (т.3 л.д. 145);

- копия трудовой книжки Ш.Г.В. (т.1 л.д. 149-169);

- копия приказа о приеме Ш.Г.В. на работу на должность генерального директора ООО <данные изъяты> (т. 1 л.д. 170);

- копия Устава ООО <данные изъяты> (т.1 л.д. 263-278);

- копии выписок из ЕГРЮЛ ООО <данные изъяты> (т.1 л.д. 249-260, т. 4 л.д. 146-163; 171-187);

- копии договоров займа (т.3 л.д. 13-18);

- копия договора поставки от 01.04.2016 01/04/2016 между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>, по которому ООО <данные изъяты> произведена оплата в размере 500 000 рублей, 401 877 рублей, 77 копеек, 300 000 рублей (т.3 л.д. 24-28, т.4 л.д. 118-122);

- копия договора поставки между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты> от 28.07.2016 г., на основании которого ООО <данные изъяты> выплатило 2 000 000 рублей (т.4 л.д. 104-108);

- копии договоров на обработку суровья и производства продукции из давальческого сырья (т.4 л.д. 110-113, 126-129);

- копия договора поставки товара № от 09.02.2016 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>, по которому ООО <данные изъяты> 29.07.2016 года произвела оплату в размере 1 миллиона 402 тысяч 200 рублей (т.4 л.д. 132-135),

- копии документов исполнительного производства (т.1 л.д. 98-132; 171, 175-179, 187-188,199, 204-312; т.2 л.д. 76-89);

- копия исполнительного листа (т.2 л.д. 78-85);

- протоколы выемок юридического дела ООО «<данные изъяты> из АО АКБ «Кранбанк» (т. 2 л.д. 52-54); исполнительного производства №-ИП в отношении ООО <данные изъяты> (т. 2 л.д. 68-70).

Изъятое дело, исполнительное производство были осмотрены следователем (т.2 л.д. 55-59), признаны вещественными доказательствами (т.2 л.д. 60-62, 71-75; 90-91).

- предупреждение ФИО1 об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ (т.2 л.д. 89);

- протокол осмотра документов, полученных в ходе доследственной проверки (т.2 л.д. 99-103; 104-241). Осмотренные документы были приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д. 242-243);

- копии решения Арбитражного суда Смоленской области от 03.08.2015 года, постановления апелляционного суда от 11.02.2106 г. и постановления кассационной инстанции Арбитражного суда Центрального округа от 15.06.2016 г. по делу № (т. 4 л.д. 190-195, 196-207, 212-216);

- сведения о движении по счетам из АКБ «Кранбанк» (т.3 л.д. 99-106);

- копия решения о ликвидации ООО <данные изъяты> (т.3 л.д. 118);

- копия акта приема-передачи сведений и документов ООО <данные изъяты> конкурсному управляющему (т.3 л.д. 85-90);

- ответы из банков о том, что ФИО1 в 2016 году с комплектом документов на открытие расчетного счета ООО <данные изъяты> не обращался (т.4 л.д. 29, 37);

- копии платежных поручений подтверждающие расходование денежных средств ООО <данные изъяты> (т.4 л.д. 92-125, 130-131, 217-222);

- сведения из ПФР о начисленных и уплаченных взносах (т.4 л.д. 126-128);

- копия деклараций ООО <данные изъяты> (т.3 л.д. 93-109, 112-148);

- упрощенная бухгалтерская отчетность (т.3 л.д. 19-22);

- заключение эксперта № 01 марта 2018 года, согласно которому: 1).В период с 29.07.2016 г. по 03.08.2016 года на расчетный счет ООО <данные изъяты> АКБ «Кранбанк» ЗАО № поступили денежные средств на сумму 6 967 314, 74 рублей, израсходовано с расчетного счета денежных средств на сумму 7 692 520,58 рублей; 2). За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на расчетный счет ООО <данные изъяты> АКБ «Кранбанк» ЗАО № поступило денежных средств на сумму 6 967 314, 74 рублей (в том числе: покупка иностранной валюты - 53 440,00 рублей; оплата за реализованную продукцию- 4 913 874, 74 рубля; возврат денежных средств по платежному поручению № от 01.08.2016 - 2 000 000 рублей); 3). За период с 29.07.2016 по 03.08.2016 года с расчетного счета ООО <данные изъяты> АКБ «Кранбанк» ЗАО № израсходованы денежные средства в сумме 7 692 520,58 рублей, (в том числе: плата за расчетно-кассовое обслуживание- 6 830,77 рублей; оплата услуг связи -38 900 рублей;

- оплата поставщикам и подрядчикам - 5 595 163,31 рублей; - обязательные платежи (налоги, штрафы, пени, взносы во внебюджетные фонды, сборы)- 5 684 рубля; - арендная плата- 45 500 рублей; возврат денежных средств по договору беспроцентного займа от 26.01.2016 - 2 000 000 рублей; комиссии за выполнение банком функций агента валютного контроля - 442,50 рублей); 4). За период с 29.07.2016 г. по 03.08.2016 года с расчетного счета ООО <данные изъяты> АКБ «Кранбанк» ЗАО № израсходовано денежных средств на сумму, не связанных с выдачей зарплаты, выплатами социального характера, оплатой налогов и сборов, на сумму 7 686 836, 58 рублей; 5). ООО <данные изъяты> имело финансовую возможность исполнить решение суда в сумме 4 210 331,17 рублей в полном объеме. В ходе анализа установлено, что в период с 29.07.2016 г. по 03.08.2016 года отток денежных средств с расчетного счета ООО <данные изъяты> АКБ «Кранбанк» ЗАО №, не связанный с оплатой труда, социальными отчислениями, оплатой налогов и сборов и других обязательных платежей составил 7 686 836, 58 рубля ( т. 3л. д. 29-37);

- заключение эксперта № 23 мая 2018 года,согласно которому:1). В период с 01.01. по 31.12. 2016 года ООО <данные изъяты> имело кредиторскую задолженность, в том числе на 01.01.2016- 849 тысяч рублей, на 31.12.2016 года- 25 миллионов 548 тысяч рублей; 2). ООО <данные изъяты> в 2016 году получена прибыль в размере 92 тысячи рублей; 3) Наличие убытка не связано с потоком денежных средств, проходящих через организацию и, соответственно, с реальной возможностью погашения задолженности. Кроме того, ООО <данные изъяты> в 2016 году получило прибыль в сумме 92 тысячи рублей. У Общества имелась возможность погасить задолженность, установленную судебным решением в сумме 4 210 331, 17 рубля; 4) В период с 01.01. 2016 года по 03. 08. 2016 года у Общества имелись денежные средства, достаточные для погашения задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным решением на указанную выше сумму. 6) Финансовая операция, по результатам которой ООО <данные изъяты> осуществило возврат денежных средств в сумме 2 000 000 рублей по договору беспроцентного займа от 26.01.21016 года не повлияла на возможность ООО <данные изъяты> погасить задолженность в сумме 4 210 331,17 рублей, в период с 04.08.2016 года по 31.12.2016 года (т.3 л.д. 157-175).

Суд, оценив заключения эксперта № 01 марта 2018 года и № 23 мая 2018 года соглашается с выводами эксперта и считает, что нет оснований не доверять данным заключениям, поскольку они даны в соответствии с требованиями УПК РФ, сомнения в компетентности эксперта отсутствуют, поэтому суд признаёт их достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами по настоящему уголовному делу.

В связи с этим, а также в связи с наличием отдельного постановления об отказе адвокату в удовлетворении ходатайства о недопустимости заключений эксперта, суд считает утверждение защитника о недопустимости доказательств - заключений эксперта № 01 марта 2018 года и № 23 мая 2018 года, голословным, не основанным на законе.

Не смотря на фактическое непризнание ФИО1 своей вины в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ, суд, оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, считает его вину в совершении инкриминируемого ему преступления доказанной.

Виновность ФИО1 в совершении злостного уклонения руководителя организации от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу решения суда подтверждается совокупностью доказательств – показаниями представителей потерпевших, свидетелей М.Е.А., К.Н.Б., А.А.В., Ж.С.Б., Ш.Г.В., Б.С.Б. Н.О.Ю., К.А.В., письменными материалами дела.

Из показаний представителей потерпевших З.И.В. и А.А.Б. следует, что о вступившем в силу решении суда ФИО1 было известно. Он (ФИО1) просил приостановить в отношении ООО <данные изъяты> исполнительное производство, предлагал компенсацию судебных расходов, поставку одежды на 10% ниже, чем у конкурентов. Не получив на это согласия взыскателя, стал совершать действия, направленные на злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, не исполнил добровольно решение суда, скрывал денежные средства, уводил их договорами с третьими лицами, скрыл адрес места нахождения организации, реорганизовал предприятие-должника.

Из показаний свидетелей М.Е.А., К.А.В. следует, что о вступлении решения с законную силу, наличии исполнительного производства ФИО1 знал. Ему разъяснялись права и обязанности должника. Дважды он предупреждался об уголовной ответственности по ст. 315 и 177 УК РФ. Не смотря на это, ФИО1 кредиторскую задолженность не погашал, с места нахождения организации съехал, о новом месте нахождения ООО судебного пристава-исполнителя в известность не поставил, также как и о поступающих на счета предприятия денежных средствах, закрытии счетов предприятия.

Свидетель Б.С.Б. пояснил суду, что ООО <данные изъяты>, где его брат – ФИО1 был единственным учредителем, возвращало ему деньги по договорам займа в 2016 году.

Из показаний свидетеля Ш.Г.В. следует, что всей деятельностью ООО <данные изъяты> руководил ФИО1. Договор цессии, перевод денег ООО «<данные изъяты>» на сумму 2 миллиона рублей за долг ООО <данные изъяты> были выполнены по указанию ФИО1. Договор уступки права требования был заключен с целью получения денег, причитающихся ООО <данные изъяты> с <данные изъяты> другой организацией.

Из показаний свидетеля Ж.С.Б. следует, что по договору цессии ООО «ТрансИнвест» приобрело право требования с <данные изъяты> сумму долга 1850569 рублей 22 копейки. Затем ООО «ТрансИнвест» перевело деньги в сумме 2 миллиона рублей Б.С.Б. за долг ООО <данные изъяты>.

Из показаний свидетеля К.Н.Б. следует, что деньги в размере 1850569 рублей 22 копейки были переведены <данные изъяты> по договору цессии ООО «<данные изъяты>».

Из показаний свидетеля А.А.В. следует, что по инициативе ФИО1 деньги по договору с «<данные изъяты>» были переведены вместо компании ООО <данные изъяты> в компанию ООО <данные изъяты>», которая поставщиком продукции <данные изъяты> не являлась.

Аналогичные показания в отношении <данные изъяты> были даны свидетелем Н.О.Ю..

Оснований ставить под сомнение содержание показаний указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они дополняют друг друга и согласуются с иными доказательствами, в частности с письменными документами, исследованными в судебном заседании (договорами поставки, дополнительными соглашениями, договором цессии).

Судом установлено, что ФИО1 являлся учредителем, генеральным директором и единственным сотрудником ООО <данные изъяты>. Так же на момент 29 июля 2016 года ему было известно и о вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Смоленской области от 3 августа 2015 года и о возбужденном исполнительном производстве на основании исполнительного листа того же суда.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для всех без исключения и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории РФ.

Таким образом, ФИО1- генеральный директор ООО <данные изъяты>» являлся должником на основании вступившего в законную силу судебного акта. Судебным приставом-исполнителем ФИО1 было разъяснено о его обязанности по исполнению решения суда, установлен срок для добровольного его исполнения.

ФИО1, зная о необходимости исполнения решения суда, вступившего в законную силу, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст.ст. 315 и 177 УК РФ, не только не исполнил его в установленный законом срок, но и умышленно, неоднократно (систематически) совершал виновные, спланированные действия, направленные на уклонение от погашения кредиторской задолженности (умышленно не перечислял денежные средства взыскателю, скрывал расчетные счета и денежные средства, оформлял договоры и дополнительные соглашения, позволяющие другим организациям на свои расчетные счета получать деньги за ООО <данные изъяты>, сменил место нахождения ООО), при наличии у него объективной возможности ее погашения, что подтверждается заключениями эксперта и письменными материалами дела. До настоящего времени в счет погашения задолженности ФИО1 никакие денежные средства не внес.

Сведения, сообщенные ФИО1 при допросе в судебном заседании, о том, что он не имел возможности для исполнения решения суда, проверялись судом в ходе судебного заседания и не нашли своего подтверждения.

Сомнения в виновности подсудимого в совершении им преступления у суда отсутствуют, все исследованные в судебном заседании доказательства взаимно согласуются и дополняют друг друга, являются достоверными, показания свидетелей согласуются между собой и не противоречат иным собранным и исследованным доказательствам по делу, в том числе письменным.

Довод защиты о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, поскольку он желал исполнить решение суда, на досудебной стадии имел намерение заключить мировой соглашение, т.е. предпринимал меры к погашению задолженности, но его предложение было отвергнуто, предприятие было убыточным и существовало на заёмные денежные средства, основан на неверном понимании положений закона и не может быть принят судом.

На счетах ООО <данные изъяты> имелось достаточно средств для погашения задолженности, которые были ФИО1 потрачены не на исполнение решения суда, а также подсудимым были предприняты все меры для того, чтобы причитающиеся ООО <данные изъяты> денежные средства на расчетные счета указанной фирмы не поступили.

Указанное судом приводит к убеждению о наличии в действиях ФИО1 злостности уклонения от исполнения вступившего в законную силу решения суда, посколькуу Общества имелись денежные средства, достаточные для погашения задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным решением на сумму 4 210331 рубль 17 копеек и сам ФИО1 в течение длительного времени мер к погашению задолженности перед филиалом ОАО «<данные изъяты> не предпринимал.

Таким образом, установлено, что ФИО1, достоверно зная о том, что 11.02.2016 года Решение Арбитражного суда Смоленской области от 3.08.2015 года вступило в законную силу, имея денежные средства для возврата полностью или частями долга ОАО «<данные изъяты> в период с 29.07.2016 года по 20.07.2017 года злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности.

Размер задолженности от погашения которой уклонился ФИО1 является крупным.

В соответствии с примечанием к статье 169 УК РФ в редакции, действовавшей до 15.07.2016 г. крупным размером признавалась сумма, превышающая 1500000 рублей. Указанное примечание утратило силу для целей статьи 177 УК РФ с 15.07.2016 г., то есть после вступления в силу Федерального закона от 03.07.2016 г. N 325-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», который пунктом 9 дополнил статью 170.2 примечанием, согласно которому для целей статьи 177 УК РФ задолженностью в крупном размере признается задолженность в сумме, превышающей два миллиона двести пятьдесят тысяч рублей.

ФИО1 в период с 29 июля 2016 г. до 20 июля 2017 г. злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности в размере, превышающем два миллиона двести пятьдесят тысяч рублей, который в соответствии с примечанием к статье 170.2 УК РФ признается крупным, после вступления в законную силу судебного решения.

В связи с изложенным, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ст. 177 УК РФ, как злостное уклонение руководителем организации от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу решения суда.

При юридической оценке действий подсудимого суд учитывает направленность умысла, способ и обстоятельства совершенного общественно-опасного деяния.

Решая вопрос о виде и размере наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого им преступления, его личность, обстоятельства, смягчающие наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, требования ч.1 ст. 60 УК РФ о справедливости наказания.

ФИО1 совершил впервые преступление, отнесенное законом к категории небольшой тяжести, ранее не судим (т.4, л.д. 40-41), к административной ответственности не привлекался (т.4 л.д. 42-43), на учете в ОНД и ОКПБ не состоит (т. 4 л.д.38-39, 44), по месту жительства участковыми инспекторами характеризуется положительно (т. 4, л.д. 60), состоит в браке, имеет несовершеннолетнего ребенка.

Суд признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО1 совершение преступления небольшой тяжести впервые, наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому ФИО1, суд не установил.

Санкция ст. 177 УК РФ наряду с иными наказаниями предусматривает наказание в виде обязательных работ.

Учитывая личность виновного, обстоятельства совершенного им преступления, материальное положение ФИО1 и его семьи, наличие кредитных обязательств, суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания в отношении подсудимого возможно при назначении ему наказания в виде обязательных работ. Назначение иного, более мягкого вида наказания, не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Применение к ФИО1 положений ст. 64, 73 УК РФ исключается, как противоречащее требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ.

Судьба вещественных доказательств разрешается судом в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Процессуальных издержек не заявлено.

Исковые требования отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ и назначить наказание в виде обязательных работ на срок 200 (двести) часов.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Вещественные доказательства: юридическое дело ООО <данные изъяты>, изъятое в ЗАО АКБ «Кранбанк» - вернуть по принадлежности в ЗАО АКБ «Кранбанк»; документы исполнительного производства №-ИП (т.2 л.д. 76-89), копии документов, полученные в ходе доследственной проверки (т.2 л.д. 104-241) – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд города Иванова в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осуждённый вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, - приглашать в суд апелляционной инстанции защитника по своему выбору, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующая Иванова И.Л..