Решение № 2-1700/2017 2-1700/2017~М-1769/2017 М-1769/2017 от 15 ноября 2017 г. по делу № 2-1700/2017

Дело № 2 - 1700/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 16 ноября 2017 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области

в составе: председательствующего Аксиненко М.А.,

при секретаре Прохоренко О.И.,

с участием помощника прокурора Куйбышевского района г. Новокузнецка Мироновой А.Н.,

рассмотрев материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 18.05.2015 г. медицинским заключением клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ ему впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>». 15.06.2015 г. составлен акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не установлено. С 22.08.2016 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20%. Степень вины АО «Шахта «Аларда» и филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания составляет 76,2%. ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило ему компенсацию морального вреда в размере 60 351, 39 руб. без учета степени вины АО «Шахта «Аларда».

21.06.2016 г. медицинским заключением клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ ему впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>». 10.06.2016 г. составлен акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не установлено. 22.08.2016 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%. Степень вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда», филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания составляет 79,7%. ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило ему единовременную компенсацию морального вреда в размере 25 622, 16 руб. без учета степени вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда».

18.05.2015 г. медицинским заключением клиники ФГБНУ НИИ КПГ и ПЗ ему впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>». 16.06.2015 г. был составлен акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не установлено. С 13.01.2017 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20%. Степень вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания составляет 79,8%. ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило ему единовременную компенсацию морального вреда в размере 51 095, 33 руб. без учета степени вины Шахты имени 60-летия Союза ССР.

Полагает, что ответчик произвел выплаты не в полном объеме. Общая сумма недоплаченной ответчиком компенсации, предусмотренной условиями ОТС по угольной промышленности на 2013-2016 годы с учетом степени вины всех указанных в иске предприятий составляет 114 675, 90 руб.: 50610, 74 руб. (<данные изъяты>) + 32 032,58 руб. (<данные изъяты>) + 64 358, 83 руб. (<данные изъяты>). Однако, полагает, что данная сумма не соразмерна физическим и нравственным страданиям, пережитым им. И в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ просит довзыскать с ответчика компенсацию морального вреда за вибрационную болезнь в размере 122 528, 61 руб., за тугоухость 140 424, 67 руб., за хроническу обструктивную болезнь легких 70 017, 84 руб. Кроме того, просит взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 16 000 руб., расходы по проведению экспертиз в размере 9 192, 30 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель Б.Н.В. исковые требования поддержали в полном объеме. Истец пояснил, что в результате развития профессиональных заболеваний состояние его здоровья серьезно ухудшилось. Это проявляется в снижении работоспособности, болях и судорогах в руках. Во время обострения хронической обструктивной болезни легких он постоянно задыхается, плохо спит по ночам. Очень часто стал пользоваться ингалятором для снятия приступов удушья. Он не может поднимать тяжести, выполнять домашнюю работу. Плохо слышит, что доставляет ему неудобства в общении с окружающими. Ему показано ежегодное санаторно-курортное лечение, а также лечение в поликлинике по месту жительства, которое он регулярно проходит.

Представитель ответчика ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Л.Р.Д. действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что ответчик не согласен с доводами истца о том, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда». Указанные предприятия являлись самостоятельными юридическими лицами. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» не принимало на себя обязанность по выплате компенсации морального вреда за ликвидированные и реорганизованные предприятия. Полагает также, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» в полном соответствии п. 5.4 ФОС по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г. в соответствии с заключенными между истцом и ответчиком соглашениями компенсировало последнему моральный вред. В связи с чем, полагает, что недопустимо повторное взыскание в пользу истца компенсации морального вреда по нормам гражданского законодательства. Полагает, что истцом неверно рассчитан его средний заработок за год до увольнения в размере 42 281, 02 руб., поскольку согласно справке, предоставленной ОАО «ОУК «ЮКУ», составленной на основании сохранившихся в компьютерной базе данных, средний заработок истца составлял 40 092, 91 руб.

Суд, заслушав участников процесса, свидетеля, изучив письменные материалы дела, представленные доказательства, считает, что требования истца подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 164 ТК РФ под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от 21.07.2007 N 183-ФЗ, от 27.07.2010 N 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Экспертиза профессиональной трудоспособности производится в соответствии с Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства РФ от 16.10.2000г. № 789 и Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Минтруда России от 18.07.2001г. № 56.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 с 30.10.1989 г. по 17.01.1997 г. работал на Шахте имени 60-летия Союза ССР, впоследствии переименованной в АО «Шахта «Аларда», сначала в должности горнорабочего подземного затем машинистом горных выемочных машин. 31.07.2006 г. принят горнорабочим подземным в Филиал «Шахта «Алардинская» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», откуда 20.02.2013 г. уволен в связи с переводом в ООО «Шахта «Алардинская». 21.02.2013 г. принят в ООО «Шахта «Алардинская» машинистом горных выемочных машин, откуда 09.09.2015 г. уволен по сокращению штата работников.

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями, содержащимися в трудовой книжке истца (л.д. 9-11), участниками процесса не оспариваются.

Из медицинского заключения клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ следует, что 18.05.2015 г. медицинским заключением клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ ФИО1 впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>» (л.д.13).

15.06.2015 г. составлен Акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не имеется. Причиной возникновения профессионального заболевания указана локальная вибрация, с уровнями, превышающими гигиенически допустимые (л.д. 15).

С 22.08.2016 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% (л.д.18).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» степень вины АО «Шахта «Аларда» и филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания составляет 76,2% (л.д.23).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от 05.07.2017 г. ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило истцу единовременную компенсацию морального вреда в размере 60 351, 39 руб. без учета степени вины АО «Шахта «Аларда» (л.д.30).

Из медицинского заключения клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ следует, что 21.06.2016 г. ФИО1 впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>» (л.д.12).

10.07.2016 г. составлен акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не имеется. Причиной развития заболевания указана недостаточность комплекса мероприятий по борьбе с пылью в подземных условиях (л.д. 14).

21.06.2016 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% (л.д.19).

Степень вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда», филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» составляет 79,7% (л.д.22).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от 05.07.2017 г. ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило истцу единовременную компенсацию морального вреда в размере 25 622, 16 руб. без учета степени вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда» (л.д. 30).

Из медицинского заключения клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ следует, что 18.05.2015 г. медицинским заключением клиники ФГБНУ НИИКПГ и ПЗ ФИО1 впервые установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>» (л.д.13).

16.06.2015 г. был составлен акт о случае профессионального заболевания, вины истца в возникновении которого, не имеется. Причиной возникновения заболевания указан производственный шум, с уровнями, превышающими гигиенически допустимые (л.д.16).

С 13.01.2017 г. ФГУ «ГБМСЭ по КО» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% (л.д.17).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» степень вины Шахты имени 60-летия Союза ССР, филиала «Шахта «Алардинская» в возникновении и развитии указанного заболевания составляет 79,8% (л.д.21).

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ОАО «ОУК «ЮКУ» в добровольном порядке выплатило ему единовременную компенсацию морального вреда в размере 51 095, 33 руб. без учета степени вины Шахты имени 60-летия Союза ССР (л.д.29).

Доводы представителя ответчика о том, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» не несет ответственность по обязательствам предприятий, виновных в развитии у истца профессиональных заболеваний, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из исторической справки МКУ «Архивное управление Администрации Осинниковского городского округа» от 18.05.2011г. следует, что с 14.12.1982 г. шахта «Алардинская» производственного объединения «Южкузбассуголь» переименована в шахту «имени 60-летия Союза ССР» производственного объединения «Южкузбассуголь», которая с 29.09.1991г. преобразована в АО «Шахта «Аларда».

С 30.06.1997г. АО «Шахта «Аларда» переименовано в Закрытое акционерное общество «Шахта «Аларда». ЗАО «Шахта «Аларда» с 27.07.1999г. преобразовано в ОАО «Шахта «Аларда».

ОАО «Шахта «Аларда» ликвидировано 03.04.2002 г. на основании Определения Арбитражного суда Кемеровской области по делу о несостоятельности (банкротстве) № А27-3490/2001- 4.

Из Устава Открытого акционерного общества «Шахта «Алардинская», утвержденного 29.11.1999г. общим собранием акционеров АО «Шахта «Аларда», следует, что Акционерное общество «Шахта «Алардинская» является открытым акционерным обществом, образованным в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Аларда». В соответствии с п. 4.1. Устава, к Обществу переходит часть прав и обязанностей реорганизованного ОАО «Шахта «Аларда». Объем передаваемых прав и обязанностей определяются разделительным балансом.

Таким образом, судом установлено, что ОАО «Шахта «Алардинская», выделилось из ОАО «Шахта «Аларда» до его ликвидации и являлось самостоятельным юридическим лицом.

Пунктами 1, 4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего; при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст.60 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент реорганизации ОАО «Шахта «Аларда»), если разделительный баланс не даёт возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от 26 декабря 1995 года №208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Из разделительного баланса на 01.10.1999г. усматривается, что выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы активы, на сумму 313900000 руб., в том числе: основные средства на сумму 183499000 руб.; незавершенное строительство на сумму 84 870 руб., а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы активы на сумму 255572000 руб., в том числе: основные средства на сумму 13286000 руб., незавершенное строительство на сумму 15965000 руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176000 руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., а реорганизованному обществу ОАО «Шахта «Аларда» передана кредиторская задолженность на сумму 222940000 руб.

При этом, разделительный баланс на 01.10.1999г. и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после даты, на которую составлены передаточный акт и разделительный баланс.

Соответственно, разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью. Таким образом, в соответствии со ст. 60 ГК РФ, ОАО «Шахта «Алардинская» несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Аларда» перед его кредиторами, в частности, перед истцом.

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

Из п. 1.1. Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», утвержденного внеочередным собранием акционеров, следует, что Общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе - ОАО «Шахта «Алардинская». ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Алардинская» по всем обязательствам (п. 1.1 устава) и несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим имуществом (раздел 5 устава).

На основании изложенного, суд считает установленным, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» отвечает по обязательствам Шахты имени 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда», виновных в развитии у истца профессиональных заболеваний.

Положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., Коллективного договора ОАО «ОУК «ЮКУ» на 2013 -2016 гг., Соглашения на 2013-2016 годы между Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа и ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» установлена обязанность работодателя возместить вред, причиненный работнику профессиональным заболеванием, в том числе, выплатить компенсацию морального вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Таким образом, суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что удовлетворение исковых требований истца приведет к повторному взысканию компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При определении суммы компенсации морального вреда судом учитывается, что в результате развития профессиональных заболеваний истец вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью, принимать лекарственные препараты, у него отмечается затруднение дыхания, наблюдается усиление одышки и кашля, ухудшение слуха, сна, боли и судороги в руках. Он ограничен в переносе тяжестей. Указанные обстоятельства подтверждаются представленными суду медицинскими документами, показаниями свидетеля ФИО2, пояснившего, что его отец не может выполнять домашнюю работу, заниматься строительством дома, нуждается в постоянной посторонней помощи, плохо слышит. Ему сложно поднимать тяжести, наблюдается затруднение дыхания. В связи с чем, он периодически проходит лечение, принимает лекарственные препараты.

Судом также принимается во внимание проценты утраты истцом профессиональной трудоспособности в связи с каждым профессиональным заболеванием.

Таким образом, истцом представлено достаточно доказательств, подтверждающих степень его физических и нравственных страданий, которые должны быть компенсированы ему ответчиком.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что в пользу ФИО1 с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» с учетом характера повреждения здоровья, степени его физических и нравственных страданий, степени вины предприятий, ответственность по обязательствам которых несет ОАО «ОУК «ЮКУ», индивидуальных особенностей истца, а также с учетом выплаченных ответчиком в добровольном порядке сумм, следует взыскать 55 000 руб. в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты> 35 000 руб. в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>»; 70 000 руб. в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>». Общая сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», составляет 160 000 руб. Указанная сумма, по мнению суда, является достаточной для компенсации вреда, причинённого истцу.

Данная сумма превышает размер компенсации, подлежащей выплате истцу ФИО1 в соответствии с условиями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., Соглашения на 2013-2016 годы между Новокузнецкой территориальной организацией Росуглепрофа и ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», согласно которым ФИО1 ответчик обязан доплатить компенсацию в размере 114 675, 90 руб.: 50610, 74 руб. (<данные изъяты>) + 32 032,58 руб. (<данные изъяты>) + 64 358, 83 руб. (<данные изъяты>).

По мнению суда, сумма, подлежащая компенсации в соответствии с условиями ФОС и ОТС, в полном объёме не компенсирует причиненные истцу нравственные и физические страдания.

При этом, суд соглашается с расчетом, представленным истцом и произведенным, исходя из его среднего заработка за год до увольнения, в размере 42 281,02 руб., поскольку заработок рассчитан на основании сведений, имеющихся в архивных справках с указанием всех выплат, учтенных при исчислении среднего заработка (л.д. 27,28). Доводы представителя ответчика о том, что средний заработок истца за год до увольнения составлял 40 092, 81 руб. основаны на справке, из которой невозможно определить, какие суммы были включены в состав среднего заработка (л.д.86). Соответственно, данная справка не может рассматриваться, как допустимое доказательство по делу.

Кроме того, в соответствии со ст. 94, 98 ГПК РФ в пользу истца с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» следует взыскать расходы на проведение экспертиз в размере 9 192,30 руб. из расчета: (3900 руб. х76,2%) + (3900 руб. х 79,7%) + 3900 руб. х79,8%). Указанные расходы относятся к судебным издержкам, понесены истцом в целях предоставления доказательств обоснованности заявленных требований, чрезмерными не являются.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 16 000 рублей. Оплата данной суммы подтверждается квитанцией, договором об оказании юридических услуг (л.д.79,80). Однако, с учетом сложности дела, объема проделанной представителем работы, времени, потраченного на рассмотрение дела, суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 10 000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении № 382-О-О от 17.06.2007 г., о недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Указанная сумма, по мнению суда, является разумной, соответствует объему проделанной представителем работы, категории дела и времени, затраченному в связи с разрешением спора.

Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 19 192, 30 руб.

В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ освобождается от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 160 000 рублей, судебные расходы в размере 19 192 рубля 30 копеек, всего 179 192 (сто семьдесят девять тысяч сто девяносто два) рубля 30 копеек.

Взыскать с ОАО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход бюджета муниципального образования «Город Новокузнецк» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Решение в окончательной форме изготовлено 21.11.2017 г.