Решение № 2-2438/2020 2-2438/2020~М-973/2020 М-973/2020 от 28 июля 2020 г. по делу № 2-2438/2020

дело№2-2438/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 июля 2020 года город Уфа

Ленинский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Харламова Д.А.,

при секретаре Давлетовой Э.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к М. финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Башкортостан, третьему лицу МВД России по РБ, Прокуратуре Республики Башкортостан о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 действуя через своего ФИО1 по адвокатскому ордеру обратился в суд с заявлением о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

В обоснование своего заявления ФИО2 указал, ДД.ММ.ГГГГ следственной службой Управлением ФСКН России по Республике Башкортостан в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 229.1 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела, в отношении ФИО2 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражей. Следственной службы УФСКН России по РБ уголовное дело в отношении ФИО2 было направлено в суд. ДД.ММ.ГГГГ Приговором Октябрьского районного суда <адрес> РБ ФИО2 был оправдан за отсутствием в его действиях состава преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 229.1 УК РФ. Тем же приговором за ним признаны права на реабилитацию и возмещение вреда, причиненного в результате уголовного преследования. На протяжении всего предварительного следствия ФИО2 испытывал нравственные страдания, возникли проблемы со здоровьем и с его семьей из-за порочащей его информации о якобы совершенном преступлении, активно распространяемой органами следствия. ФИО2 испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала органов ФСКН. Особую горечь и обиду разочарования ФИО2 испытал из-за незаконных действий следователями и оперативниками УФСКН РФ по РБ, выраженных в «фабрикации» уголовного дела, безразличия следствия, пренебрежения его процессуальными правами, игнорирования доводов о его невиновности, явно негативного отношения к нему. ФИО2 переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности следственных органов государства, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. ФИО2 и его супругой, его родственниками очень тяжело переживался сам факт привлечения ФИО2 к уголовной ответственности по столь тяжким статьям УК РФ. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на физическом и психологическом здоровье ФИО2, а воспоминания о следственных действиях, и условиях пребывания в УФСКН периодически служат причиной бессонницы и депрессий.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, следует руководствоваться не только нормами Гражданского Кодекса РФ, но и в силу того, что международные договоры РФ, являются частью ее правовой системы (ст. 7 ГК РФ), постановлениями Европейского суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Смирнова против России» (Жалобы № и 48183/99), от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Кабанов против России» (Жалоба №) которые в соответствии со ст. 7 ГК РФ, и ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются не только составной частью российской правовой системы, действуют непосредственно, но и имеют высшую юридическую силу, по отношению к нормам российского законодательства. В вышеназванных Постановлениях ЕСПЧ, в частности говорится, что: «некоторые формы морального ущерба, включая эмоциональные страдания, по своей природе не всегда могут быть доказаны чем-то конкретным (см. дело Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. the United Kingdom, судебное решение от ДД.ММ.ГГГГ, Серии А no. 94, § 96). Это не мешает Суду присудить возмещение, если он сочтет разумным полагать, что заявителю был причинен вред, требующий финансовой компенсации». Сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека.

Получение достойной компенсационной суммы есть достижение справедливости. Компенсация морального вреда есть мера реабилитации потерпевшего. Получение достойной суммы компенсации морального вреда есть возможность испытать положительные эмоции, которых я был лишен на протяжении предварительного следствия.

С учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения меры пресечения и иных мер процессуального принуждения, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины следователя, прокурора и суда.

Обязанность по возмещению вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возложена на М. финансов РФ, за счет средств казны Российской Федерации. В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган.

Согласно ч. 1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на М. финансов России.

От имени Минфина России по специальному поручению могут выступать в суде государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (п. 3 ст. 125 ГК РФ). На территории Республики Башкортостан такими полномочиями от имени Минфина России наделено УФК по республике.

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» иски о взыскании компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со статьей 136 УПК РФ предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

ФИО2 полагает, что справедливой, достойной компенсационной суммой за причиненный ему моральный вред, является денежная сумма в размере 1 000 000 (одного миллиона) рублей.

ФИО1 истца – адвокат Галин А.Л. заявление истца поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить. Также дополнил, что возражение на исковое заявление ФИО1 Минфина России является незаконным и не обоснованным, так как право на реабилитацию за незаконное уголовное преследование ФИО2 было признано приговором Октябрьского районного суда <адрес> РБ от ДД.ММ.ГГГГ вступившим в силу. Более того, из-за незаконного преследование. по преступлениям, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 229.1 УК РФ ФИО2 испытал нравственные страдания и переживания. Незаконное обвинение ФИО2 в покушение на сбыт и контрабанда наркотических средств повлекло распространяю среди родственников и знакомых сведений, порочащих часть и достоинство, что повлекло за собой утрату родственных связей с родителями и с супругой, потерю работы. На фоне переживаний из-за сложившейся ситуации у ФИО2 ухудшилось состояние здоровья.

Истцом через ФИО1 – Галина А.Л. подано заявление о возмещении судебных издержек - расходов на оплату услуг адвоката в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Истец Галаев А.Л. на судебном заседании не присутствовал, ранее заявлял о том, что исковые требования поддерживает и просит их удовлетворить.

ФИО1 финансов Российской Федерации на судебном заседании в удовлетворении исковых требований возражала, согласно представленных письменных возражений.

ФИО1 Прокуратуры Республики Башкортостан пояснила, что считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Выслушав доводы участников процесса, изучив и оценив материалы данного дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 8 Всеобщей декларации прав человека (принято Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (ч. 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч. 2).

В силу ст. 3 ГПК РФ каждый гражданин вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют в том числе, : подсудимый в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Согласно ч.4 ст. 133 УПК РФ правила настоящей статьи не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, не достижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.

Исходя из этого, суд считает, что истец ФИО2 обоснованно обратился в суд в защиту своих интересов, в частности, о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, так как признано, что истец ФИО2 был оправдан по предъявленным обвинениям за недоказанностью вины в совершении преступлений. Кроме того, он не подпадает под категорию лиц, в отношении которых в соответствии с ч.4 ст. 133 УПК РФ не распространяется право на реабилитацию.

Таким образом, установлено, что ФИО2 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 229.1 УК РФ, т.е. по факту покушения на сбыт и контрабанду наркотических средств в крупном размере. ДД.ММ.ГГГГ была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со ст. 13 Конвенции, каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №), под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п.34 ст. 5 УПК РФ).

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Таким образом, указанными нормами закона, предусматривалось полное возмещение вреда, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Статьей 1070 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Аналогичная норма изложена и в ст. 1100 ГК РФ, согласно которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Таким образом, истец ФИО2, у которого после вынесения оправдательного приговора за недоказанностью вины в совершении преступлений, предусмотренных, ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 229.1 УК РФ возникло право на реабилитацию, обосновано обратился в суд по месту нахождения ФИО1 за защитой нарушенного права в части компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 8 своего Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» также указал, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда ФИО2, суд исходит из того, что он в период ведения предварительного следствия действительно испытал нравственные страдания.

О причинении нравственных страданий истцу свидетельствуют следующие обстоятельства.

В частности, суд соглашается с доводами истца о том, что само подозрение, возникшее в отношении его о причастности к совершению преступлений по факту покушения на сбыт и контрабанда наркотических средств, а затем предъявление ему в этом обвинения и заключение под стражу уже причинило ему нравственные страдания.

Несмотря на его доводы о невиновности, уголовное преследование его продолжалось вплоть до ДД.ММ.ГГГГ до вынесения в отношении него оправдательного приговора за недоказанностью вины в совершении преступления

Суд соглашается с доводами истца ФИО2 о том, что ему причиняло нравственные страдания и то обстоятельство, что он был опорочен в глазах родственников, друзей и коллег, что повлекло утрату родственных связей с родителями, супругой и другими родственниками, потерей работы.

Суд соглашается с доводами истца и о том, что его нравственные страдания усугубляли постоянные мысли о незаконности его задержания и содержания под стражей, невозможности доказать свою правоту; мысли о том, что нем думают его близкие родственники, друзья, знакомые, в глазах которых он стал преступником.

Таким образом, суд приходит к выводу о причинении нравственных страданий истцу ФИО2, и причиной этому является незаконное привлечением его к уголовной ответственности.

Доводы ФИО2 в этой части суд признает обоснованными, не противоречащими материалам дела, соответствующими требованиям закона.

В то же время, истцом в условиях состязательного процесса, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлены в суд достаточные и достоверные доказательства того, что в результате уголовного преследования у него ухудшилось здоровье.

Таким образом, с учетом допущенных нарушений прав ФИО2, причинения ему нравственных страданий, с учетом разъяснений Постановлений Пленумов Верховного Суда РФ, разъяснений международного права по вопросам компенсации морального вреда, суд полагает необходимым удовлетворить иск ФИО2 частично в части компенсации ему морального вреда, взыскав в его пользу денежную сумму в размере 100 000 рублей,

Поэтому требование ФИО2 должно быть удовлетворены путем взыскания этой суммы с М. финансов РФ за счет казны РФ.

Исковое требование ФИО2 в части взыскания понесенных им судебных расходов, связанных с оплатой услуг адвоката за составление искового заявления и участие в качестве его ФИО1 в суде в размере 30 000 рублей, подтвержденных квитанцией к приходному кассовому ордеру, представленному в суд, удовлетворить частично, взыскав с ФИО1 расходы в размере 25 000 рублей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал следующую позицию, по вопросу определения размера возмещения затрат на оплату услуг адвоката: «обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг ФИО1, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг ФИО1 и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к М. финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Башкортостан, третьему лицу МВД России по РБ, Прокуратуре Республики Башкортостан о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование - удовлетворить частично.

Взыскать с М. финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с М. финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Верховный суд Республики Башкортостан суд через Ленинский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан.

Судья Д.А. Харламов

Мотивированное решение изготовлено 03 августа 2020 года