Апелляционное постановление № 22-319/2025 от 12 марта 2025 г. по делу № 1-55/2024

Дело 22-319/2025

Судья Харникова М.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тамбов 13 марта 2025 года

Тамбовский областной суд в составе председательствующего судьи Глистина Н.А.,

при секретаре судебного заседания Уваровой О.Ю.,

с участием прокурора Грязновой Е.А.,

оправданного К.А.В.,

защитника – адвоката Коротеева А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Первомайского района Тамбовской области Макаровой Л.В. на приговор Первомайского районного суда Тамбовской области от 24 декабря 2024 года, которым

К.А.В., *** года рождения, уроженец ***, проживающий по адресу: ***, ***, гражданин РФ, не судимый;

оправдан по ч. 1 ст. 286 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - в связи с отсутствием в его деяниях состава преступления.

Прокурору Первомайского района Тамбовской области отказано в удовлетворении гражданского иска.

Мера пресечения К.А.В. в виде домашнего ареста отменена.

За К.А.В. признано право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Глистина Н.А., изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционного представления, выслушав прокурора Грязнову Е.А., поддержавшую доводы апелляционного представления, оправданного К.А.В. и адвоката Коротеева А.Н., возражавших против удовлетворения представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

К.А.В. оправдан по обвинению в совершении превышения должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекшее существенные нарушения охраняемых законом интересов, общества и государства.

В апелляционном представлении прокурор Первомайского района Тамбовской области Макарова Л.В. считает обжалуемый приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что суд ошибочно, на основании субъективного трактования нормативных документов, регулирующих правоотношения по принудительному выдворению иностранных граждан за пределы Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии в действиях подсудимого К.А.В. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. В обоснование своих выводов суд, помимо письменных доказательств, ссылается на показания свидетелей С.Р.Ю., Ч.О.Н., Л.А.Н., Т.А.Е., являющихся должностными лицами УФССП, в силу своих должностных обязанностей осведомленных о порядке исполнения постановления судьи о принудительном выдворении. Апеллянт не согласен с выводами суда и судебной оценкой показаний указанных свидетелей, поскольку они противоречат положениям нормативных документов, а также показаниям этих же свидетелей, к которым суд не мотивировано отнесся критически, отвергая одни показания этих свидетелей и принимая другие показания при изложении ими же порядка и процедуры выдворения иностранных граждан за пределы Российской Федерации. Также судом не принят во внимание судебный процесс рассмотрения дел об административных правонарушениях, который указан в административном законодательстве.

Младший судебный пристав по ОУПДС младший лейтенант внутренней службы К.А.В. *** одновременно осуществлял охрану иностранного гражданина С.Ш.А. и входил в группу сотрудников УФССП России по *** для препровождения иностранного гражданина в специализированное учреждение. То есть К.А.В. после оглашения судьей постановления о принудительном выдворении иностранного гражданина С.Ш.А. должен был осуществлять охрану указанного гражданина, находиться в служебном помещении судебных приставов по ОУПДС в здании Первомайского районного суда. Покидать указанное помещение вместе с иностранным гражданином К.А.В. мог только в случае препровождения данного гражданина в составе группы судебных приставов по ОУПДС в специализированное учреждение.

Таким образом, государственное обвинение не безосновательно пришло к мнению, что после вынесения судом постановления С.Ш.А. К.А.В. и С.Р.Ю. согласно Наставлению приняли под охрану С.Ш.А., в связи с возложенными на них должностными обязанностями судебных приставов по ОУПДС, для дальнейшего его препровождения в специализированное учреждения.

При этом судом не приняты во внимание показания свидетеля С.Р.Ю., согласно которым иностранный гражданин переходит под контроль судебного пристава после оглашения судьей постановления, а получение копии постановления судьи необходимо для помещения иностранного гражданина в специализированное учреждение.

Согласно показаниям данного свидетеля К.А.В. находился в зале судебного заседания при рассмотрении административных дел и затем сообщил ему о назначенных наказаниях, в т.ч. С.Ш.А. Кроме того, апеллянт не согласен с выводами суда о критическом отношении к показаниям свидетеля С.Р.Ю., который сообщил, что в ходе осмотра видеозаписи он видел, что С.Ш.А. совместно с К.А.В. покинул здание, и они шли рядом.

Несмотря на показания подсудимого о том, что он самостоятельно решил проследовать за С.Ш.А., поскольку тот остался без охраны и могли возникнуть проблемы с исполнением постановления в дальнейшем, государственное обвинение считает, что факт именно препровождения К.А.В. С.Ш.А. в аптеку, а затем и в магазин «***» и наблюдение за ним подтверждается не только свидетельскими показаниями С.Р.Ю., но и письменными доказательствами: протоколами выемки от ***, в ходе которых изъяты DVD-R диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения из здания магазина «Пятерочка» и здания суда; протоколами осмотра предметов от ***, согласно которым осмотрены три DVD-R диска с видеозаписями с камер видеонаблюдения из здания Первомайского районного суда ***, изъятые в ходе выемки от ***, а также DVD-R диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения из здания магазина «***», изъятый в ходе выемки от ***.

Считает, что выводы суда о том, что контроль и охрана иностранных граждан относится к полномочиям сотрудников полиции является неверной, поскольку согласно Федеральному закону от 07.02.20211 № З-ФЗ «О полиции» полномочия по принудительному выдворении с территории Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства у сотрудников полиции отсутствуют. Ни в одном ведомственном документе не отражены полномочия и обязанность сотрудников полиции каким-либо официальным способом передавать доставленных административно задержанных иностранных граждан судебным приставам. Исходя из анализа ведомственных документов, регламентирующих компетенцию и обязанности судебных приставов, сама «передача» иностранных граждан под контроль судебных приставов фактически осуществляется, вначале при входе в здание суда, передаче судебным приставам документов на иностранных граждан, а затем - при вынесении судебного решения о принудительном выдворении за пределы Российской Федерации.

Кроме того, считает, что судом безосновательно отвергнуты показания свидетеля Н.Я.Л. о ставших известных ему обстоятельствах побега С.Ш.А., поскольку данный свидетель указал на лицо, которое ему сообщило о таких обстоятельствах - сам К.А.В. после того, как Н.Я.Л. вернулся в здание суда после поисков С.Ш.А.

Полагает, что суд необоснованного вынес постановление о признании доказательств - протоколов допросов свидетелей Х.А.А., *** г.р., и Х.А.А., *** г.р., недопустимыми доказательствами, поскольку данные протоколы составлены надлежащим образом, с указанием места, даты и времени начала и окончания допроса. В протоколе верно указано место его составления - *** МО, ***, поскольку ИВС относится к МОМВД России «***» и располагается на его территории по указанному адресу. Согласно показаниям следователя Н.А.А., при составлении протоколов допросов свидетелей Х. им правильно указывалось время его начала и окончания. Записанное в журнале учета посетителей места отбывания административного ареста время посещение Н.А.А. - с 11:30 час. по 12:30 час., является ошибкой. Оснований не доверять словам следователя Н.А.А. не имеется. Кроме того, по заявлению адвоката К.А.Н. Мичуринским МСО СУ СК РФ по *** проведена доследственная проверка в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по данным обстоятельствам. Высказанные сомнения адвоката в личном изготовлении следователем Н.А.А. рукописных протоколов свидетелей Х., являются голословными, они появились лишь при сравнительном визуальном анализе почерка указанного должностного лица. Адвокат К.А.Н. не является экспертом в данной области, указанные документы не подвергались экспертному исследованию, в связи с чем, он не может объективно говорить об их фальсификации. В тоже время следователем Н.А.А. даны пояснения на этот счет. Протокол обыска и протоколы допроса Х. составлялись при различных обстоятельствах, что в целом оказало влияние на почерк. В то же время судом принято во внимание доводы стороны защиты, которая, не являясь специалистом, не располагая экспертным исследованием, сделала однозначный вывод о том, что протоколы допроса братьев Х. были сделаны без их участия и написаны другим следователем. Полагает, что нарушений прав Х.А.А., *** г.р. на обеспечение его переводчиком не было, поскольку следователем выяснялся вопрос нуждаемости в переводчике, при отрицательном ответе переводчик Х.А.А. не предоставлялся. Кроме того, перед проведением допроса свидетелю разъяснены права, предусмотренные ч.4 ст.56 УПК РФ, в том чисел давать показания на родном языке или языке, которым владеет; пользоваться помощью переводчика; заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, прокурора и суда, о чем стоит подпись свидетеля Х.А.А. Однако данными правами свидетель не воспользовался, переводчика не просил. Впоследствии действия следователя по вопросу не предоставления ему переводчика не обжаловал, в связи с чем, можно прийти к выводу об отсутствии нарушений его прав.

Обращает внимание, что согласно показаниям С.Р.Ю., он однозначно высказал запрет К.А.В. на препровождение С.Ш.А. до аптеки. Показания К.А.В. о том, что он сам вышел по своим делам в аптеку, а С.Ш.А. решил по ходу проконтролировать, являются избранным способом защиты.

Указывает, что К.А.В. вменяется не самовольное оставление поста, а вступление с иностранным гражданином С.Ш.А. в отношения, нерегламентированные действующем законодательством, игнорируя запрет старшего смены судебного пристава по ОУПДС С.Р.Ю. К.А.В. единолично принял решение о препровождении С.Ш.А. в аптечный пункт за медикаментами, для чего покинул вместе с последним здание Первомайского районного суда ***. Прибыв к аптеке и обнаружив, что она закрыта, К.А.В. продолжил препровождение С.Ш.А. в магазин «***», с целью покупки С.Ш.А. продуктов питания. Находясь в указанном магазине, С.Ш.А. в отсутствие средств ограничения подвижности (наручников) после убытия из здания суда, воспользовавшись невнимательностью К.А.В. и отсутствием контроля со стороны последнего за его передвижением скрылся из магазина в неизвестном направлении.

Апеллянт не согласен с выводами суда о том, что об отсутствии умысла на препровождение С.Ш.А. свидетельствуют показания К.А.В., который показывает, что он пошел вслед за С.Ш.А. по собственной инициативе.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Коротеев А.Н. просит приговор Первомайского районного суда от 24.12.2024 оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения. Утверждает, что приговор суда, вынесен в соответствии с нормами УПК РФ, судом исследованы все обстоятельства и доказательства по делу, и суд пришел к правильному выводу об отсутствии в действиях К.А.В. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст.286 УК РФ.

Проверив представленные материалы уголовного дела, заслушав участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия приходит к выводу об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела на основании ст. 389.16 УПК РФ.

Приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а также суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы.

Оправдывая К.А.В. в совершении инкриминированного ему деяния, суд руководствовался показаниями оправданного об обстоятельствах вынесения судом решения о выдворении С.Ш.А. и о том, что К.А.В. не сопровождал С.Ш.А. по пути в аптеку и магазин, а пошел туда по своим делам, заодно решив присмотреть за С.Ш.А. Также судом сделан вывод о том, что выдворяемое лицо находится под охраной судебных приставов по ОУПДС с момента принятия иностранного гражданина и получения необходимых документов, а до получения постановления выдворяемый гражданин находится под ответственностью сотрудников полиции. По мнению суда первой инстанции, 01.06.2024 в 09 часов 50 минут, когда С.Ш.А. покинул здание суда, он не был передан от сотрудников полиции с копиями постановления и не был принят под охрану К.А.В. для исполнения постановления в части препровождения выдворяемого в специальное учреждение. Кроме того, суд пришел к выводу о том, что существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившимся в нарушении норм, регламентирующих порядок прохождения службы в органах ФССП России, основан на предположениях и не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения уголовного дела.

При этом, выводы суда опровергаются представленными стороной обвинения доказательствами, а именно:

- приказом ФССП России от 19.11.2021 №652-ДСП «Об утверждении Наставления по порядку организации деятельности судебных приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судом и специальной подготовки». Из указанного Наставления следует, что постановление судьи о помещении лица, подлежащего выдворению, в специальное учреждение подлежит немедленному исполнению, которое заключается в препровождении судебным приставом этого лица из здания суда до специального учреждения и его передаче уполномоченному сотруднику специального учреждения. После вынесения постановления судьи о принудительном выдворении с помещением иностранного гражданина или лица без гражданства в специальное учреждение, судебный пристав по ОУПДС, несущий службу в суде, принимает иностранного гражданина или лицо без гражданства, а также две заверенные надлежащим образом копии постановления судьи о принудительном выдворении и документы, удостоверяющие личность иностранного гражданина или лица без гражданства (при их наличии). После получения информации о лице, подлежащем выдворению, старший судебный пристав организует препровождение указанного лица из зала судебного заседания в помещение судебных приставов по ОУПДС в данном суде, где он содержится до прибытия группы судебных приставов по ОУПДС (п.п. 437, 441, 443);

- приказом Министерства Юстиции Российской Федерации № 191 от 11.09.2014 «Об утверждении Порядка исполнения Федеральной службой судебных приставов постановления судьи о помещении иностранного гражданина или лица без гражданства в специальное учреждение, предусмотренное законодательством Российской Федерации», согласно которому постановление судьи о помещении лица, подлежащего выдворению, в специальное учреждение подлежит немедленному исполнению и заключается в препровождении судебным приставом этого лица из здания суда до специального учреждения и его передаче уполномоченному сотруднику специального учреждения (п. 2).

Судья, рассмотрев административное дело и огласив наказание С.Ш.А., фактически вынес постановление об административном правонарушении, копии которых впоследствии предоставляются судебным приставам для осуществления процедуры препровождения иностранных граждан в специализированное учреждение. Данное постановление судьи подлежит немедленному исполнению и заключается в препровождении судебным приставом этого лица из здания суда до специального учреждения и его передаче уполномоченному сотруднику специального учреждения. Оглашение решения судьей - это заключительная часть судебного разбирательства, в которой судьи разрешают дело по существу и объявляют вынесенное решение в зале судебного заседания. Решение следует считать принятым судьей после его оглашения, а не в момент изготовления указанного постановления в материальной форме. Судебный пристав К.А.В. находился в зале суда при вынесении решения в отношении С.Ш.А. и знал о том, что последний подлежит принудительному выдворению, что подтверждается как показаниями самого К.А.В., так и показаниями свидетеля С.Р.Ю., который пояснил, что К.А.В. сообщил ему о принятом судом решении о выдворении С.Ш.А., а соответственно должен был принять меры для исполнения постановления суда.

Выводы суда относительно необходимости охраны С.Ш.А. сотрудниками полиции опровергаются также вышеприведенным Наставлением по порядку организации деятельности судебных приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судом и специальной подготовки и Порядком исполнения Федеральной службой судебных приставов постановления судьи о помещении иностранного гражданина или лица без гражданства в специальное учреждение. Кроме того, из административного материала, копии которого имеются в деле (т. 2 л.д. 70), следует, что С.Ш.А. был задержан сотрудниками полиции *** в 08:20, а его задержание прекращено *** в 08:30 после направления его в суд для рассмотрения дела об административном правонарушении. Таким образом, на момент, когда С.Ш.А. и К.А.В. покинули здание Первомайского районного суда Тамбовской области, у сотрудников полиции отсутствовала обязанность по охране С.Ш.А.

При этом на исследованной видеозаписи, изъятой с камер Первомайского районного суда Тамбовской области, отчетливо видно, что С.Ш.А. выходит из здания суда без какого-либо сопротивления со стороны судебных приставов. Сразу же за ним выходит К.А.В. После этого они вдвоем удаляются от здания суда. По видеозаписи не установлено, что К.А.В. ведет преследование С.Ш.А. или как-то контролирует его действия. Они идут на близком расстоянии, в одном направлении, С.Ш.А. не пытается сбежать. Из представленной видеозаписи нельзя сделать вывод, что К.А.В. решил проследить за С.Ш.А. с целью последующего исполнения постановления суда, поскольку действия К.А.В. были очевидны для С.Ш.А.

При этом покидать здание суда вместе с С.Ш.А. К.А.В. мог только в случае препровождения данного гражданина в составе группы судебных приставов по ОУПДС в специализированное учреждение. Таким образом, выводы суда о том, что К.А.В. не превышал должностных полномочий, сопровождая С.Ш.А. в аптеку и в магазин, не нашли своего подтверждения. Позиция оправданного К.А.В. о том, что он пошел за С.Ш.А., поскольку ему тоже нужно было в аптеку, опровергается установленными судом обстоятельствами, согласно которым после того, как К.А.В. и С.Ш.А. увидели, что аптека закрыта, они вместе проследовали в магазин, а не вернулись обратно в суд.

Вывод суда первой инстанции о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, позволяющих прийти к выводу о создании препятствий для исполнения постановления суда, о том, что постановление судьи о принудительном выдворении в отношении С.Ш.А. не исполнено, что С.Ш.А. находится на территории Российской Федерации также не соответствует обстоятельствам дела, поскольку постановление суда в отношении С.Ш.А. не исполнено, принудительно он за пределы Российской Федерации не выдворен и находится в розыске.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции не может признать оспариваемый приговор законным, обоснованным и справедливым.

Допущенные судом нарушения являются существенными и не могут быть устранены судом апелляционной инстанции без направления уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Первомайского районного суда Тамбовской области от 24 декабря 2024 года в отношении К.А.В. отменить, направив уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. Участники процесса вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий