Апелляционное определение № 02-0198/2025 02-3995/2024 33-8124/2026 от 11 марта 2026 г. по делу № 02-0198/2025

Судья: фио

Суд первой инстанции гр. дело № 2-198/2025

Суд апелляционной инстанции гр. дело № 33-8124/2026

УИД 50RS0048-01-2023-008041-36


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Пашкевич А.М.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Фурманове П.С.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи фио гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Головинского районного суда адрес от 30 октября 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным завещания фио, удостоверенного нотариусом Химкинского нотариального округа адрес фио 28 февраля 2019 года.

Требования мотивированы тем, что истец является сыном умершего 9 декабря 2022 года фио. 11 января 2023 года истец написал заявление о принятии наследства. 21 июня 2023 года истцу выдано постановление об отказе в совершении нотариальных действий ввиду того, что отец истца составил завещание на имя фио Истец считает данное завещание недействительным, поскольку его отец перенес два инсульта, страдал рядом хронических заболеваний, вел себя неадекватно, т.е. не мог в полной мере отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Судом постановлено указанное решение, об отмене которого просит истец ФИО1 по доводам апелляционной жалобы.

В судебное заседание апелляционной инстанции явился представитель истца ФИО1 по доверенности фио, поддержавший доводы апелляционной жалобы.

В судебное заседание апелляционной инстанции явился представитель ответчика ФИО2 по доверенности фио, возражавшая против доводов апелляционной жалобы.

Судебная коллегия, выслушав объяснения представителей сторон, обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к выводу, что не имеется оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями законодательства.

Согласно ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Указанных нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену постановленного решения, судом первой инстанции допущено не было.

Согласно ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленное судом решение вышеуказанным требованиям отвечает.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 09 декабря 2022 года умер фио, паспортные данные, о чем 19 декабря 2023 года 95000060 Отделом № 1 Управления ЗАГС по городским адрес и Долгопрудный Главного управления ЗАГС адрес составлена запись о смерти № 170229500006002056001, и выдано свидетельство о смерти серии IХ–ИК № 527874.

Истец ФИО1 является сыном наследодателя, что подтверждается свидетельством о рождении (повторное) серии I–ЕТ № 672310.

Из материалов наследственного дела № 33787254–2/2023 к имуществу фио, умершего 9 декабря 2022 года, усматривается, что 11 января 2023 года истец ФИО1 в установленные сроки обратился к нотариусу Химкинского нотариального округа адрес фио с заявлением о принятии наследства по всем основаниям после умершего отца фио

12 января 2023 года к нотариусу Химкинского нотариального округа адрес фио обратился ФИО2 с заявлением о принятии наследства по завещанию.

28 февраля 2019 года по реестру за № 50/433-н/50-2019-5-409 фио, временно исполняющей обязанности нотариуса адрес нотариального округа адрес фио, в помещении нотариальной конторы по адресу: адрес, удостоверено завещание фио, паспортные данные, согласно которому наследником на всё имущество завещателя, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, является ФИО2, паспортные данные.

Указанное завещание фио не изменялось и не отменялось.

Заявляя требования о признании завещания от 28 февраля 2019 года недействительным, истец указывает, что наследодатель фио перенес два инсульта, страдал рядом хронических заболеваний, в том числе ишемической болезнью, вел себя странно и неадекватно, высказывал мнение, что родственники его сглазили, заколдовали его, страдал фобией, что окружающие пытаются выселить его на улицу и завладеть квартирой, периодически вел себя агрессивно. Он неоднократно лечился в стационарных и амбулаторных лечебных заведениях. фио накануне составления завещания перенес второй инсульт, в связи с чем истец полагает, что фио в момент составления завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Возражая относительно исковых требований, ответчик указал, что в период времени, приблизительно совпадающий с удостоверением завещания, то есть в 2019 году, фио устраивался на работу, для чего получил следующие документы: удостоверение частного охранника серии В № 291672 от 10 июня 2019 года с правом на ношение оружия, свидетельство серии 50-0254 № 000254 от 23 мая 2019 года о присвоении квалификации частного охранника, справку из психиатрической больницы № 22 от 28 февраля 2019 года № 611, в которой указано, что на момент осмотра у фио психических расстройств и заболеваний не выявлено (данные документы приложены к возражениям ответчика относительно исковых требований). С 19 ноября 2021 года по дату своей смерти, 9 декабря 2022 года, фио работал в ООО «Боб-Транс» ОГРН/ИНН <***>/7723751019 (адрес: 109382, Москва, адрес, пом. V, комн. 45), был водителем грузового автомобиля, развозил грузы по адрес.

Ответчик утверждает, что сведения, приведенные истцом в иске, не соответствуют действительности: истец не мог быть осведомлен о действительном состоянии умершего, о его вменяемости и адекватности, поскольку с ним лично не общался, не навещал его, не заботился об отце и интересовался, исходя из материалов настоящего дела, исключительно имуществом умершего, в связи с чем в материалах дела имеются выписки из ЕГРН на спорную квартиру, взятые незадолго до смерти и после смерти фио (выписки из ЕГРН от 20 сентября 2022 года, от 16 января 2023 года, полученные фио). У фио действительно было ухудшение самочувствия по причине наличия хронических сердечно-сосудистых заболеваний, однако, описанное ухудшение произошло позднее даты изготовления завещания, а именно после февраля 2019 года (о чем свидетельствует копия исследования МРТ головного мозга от 29 августа 2019 года). Следовательно, полагать, что фио на момент совершения завещания не мог понимать значение своих действий, оснований не имеется.

Допрошенная в судебном заседании 21 марта 2025 года свидетель фио, мать истца, показала, что ФИО2 она никогда не видела, но слышала о нём. фио – отец сына свидетеля ФИО1 Свидетель и фио состояли в гражданском браке с 1985 года по 1987 год. В 1987 году фио уехал по распределению из командного училища. Отцовство он не оформил, свидетель установила отцовство на основании решения суда в адрес. Свидетель с 2015 года не видела фио, только созванивалась с ним. В 2017 году фио нашел свидетеля в социальной сети «Одноклассники», стал ей писать, что она навела на него порчу, называл свидетеля колдуньей. Он писал ей с 2017 года каждый день. В 2019 году фио написал свидетелю, что убьёт её, что она виновата в смерти его матери. Свидетель говорила сыну, что отец у него в плохом состоянии. Родная сестра фио сообщала, что он писал им непонятные вещи. Как часто фио общался с сыном, свидетель не знает. Сын свидетеля приезжал к фио в адрес в 2015 году, но тот его не впустил. Сын после общался с фио Про личные вещи свидетелю не известно. фио к сыну относился нормально. фио рассказывал свидетелю, что у него была операция, и на химическом заводе было происшествие, после которого у него были волдыри на шее. Сестра фио говорила, что у него был инсульт в 2008 году, а также у него рак. У него была операция в связи с инсультом. Он всю жизнь говорил свидетелю, что больной. фио просил похоронить его рядом с отцом в Алании. фио свидетелю и её мужу говорил, что убьет их, что у него много влиятельных друзей. Он также называл свидетеля ведьмой, потом говорил, что у неё была знакомая женщина колдунья, что она колдует.

Истцом в материалы дела представлено заключение специалиста фио № 03–02/25МЕ по исследованию цифровой информации от 15 октября 2024 года, а именно интернет-страниц сайта «Одноклассники» (ok.ru) в подтверждение показаний свидетеля.

Определением суда от 15 апреля 2025 года по делу назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио» Минздрава России.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 9 июля 2025 года № 271/з, подготовленному ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. фио» Минздрава России, анализ материалов гражданского дела и медицинской документации показал, что у фио в юридически значимый период – в период подписания завещания 28 февраля 2019 года – отмечалось органическое эмоционально лабильное (астеническое) расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (по МКБ–10: F 06.61). В период подписания завещания 28 февраля 2019 года у фио не отмечалось выраженного снижения когнитивных процессов, нарушений мышления, эмоционально-волевой сферы, расстройства сознания, какой-либо психотической симптоматики, нарушения критических и прогностических способностей, которые могли бы существенно снизить его способность правильно воспринимать события, правильно оценивать их значение и выражать свою волю, что, в том числе, подтверждается данными, имеющимися в материалах гражданского дела, о том, что в мае–июне 2019 года фио осматривался психиатром, наркологом – патологии не выявлялось, выдавалось медицинское заключение об отсутствии медицинских противопоказаний к исполнению обязанностей частного охранника с правом на ношение оружия, была присвоена квалификация частного охранника, выдавалось свидетельство о профессиональной подготовке; 12 марта 2021 года выдавалось медицинское заключение об отсутствии медицинских противопоказаний к владению оружием (т. 1 л.д. 42, 56, 57, 58); с 19 ноября 2021 года по дату своей смерти 9 декабря 2022 года фио работал в ООО «Боб-Транс», был водителем грузового автомобиля, развозил грузы по адрес. Поэтому в юридически значимый период – в период подписания завещания 28 февраля 2019 года – фио был способен к адекватной оценке и соответствующему поведению в реальных жизненных ситуациях, действия его носили последовательный характер, по своему психическому состоянию он мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд первой инстанции принял указанное заключение судебной экспертизы в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, поскольку судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст. ст. 84 - 86 ГПК РФ, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение экспертов составлено ими в пределах своей компетенции, эксперты имеют соответствующую квалификацию, ссылки на которую имеются в экспертном заключении. Заключение содержит подробное описание проведенных исследований, их результаты с указанием примененных методов, инструментов, указание на использованные нормативные правовые акты и литературу, и ответы на поставленные судом вопросы. Выводы экспертов ясные, полные и обоснованные, сделаны при всесторонне проведенном исследовании материалов дела, не противоречащими исследовательской части заключений.

Отказывая истцу в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 218, 1111, 1113, 1118, 1119, 1120, 1124, 1125, 1131, 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 21, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», и исходил из того, что в юридически значимый период - на момент подписания оспариваемого завещания 28 февраля 2019 года наследодатель фио по своему психическому состоянию мог понимать значение своих действий и руководить ими; что фио совершил нотариальное действие осознанно и в соответствии со своим истинным волеизъявлением, тогда как истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств для признания завещания недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ.

Суд обоснованно отметил, что сам по себе факт наличия у наследодателя соматических и хронических сердечно-сосудистых заболеваний не свидетельствует о пороке его воли, а процедура совершения и удостоверения завещания полностью отвечала требованиям действующего законодательства, что подтверждено нотариусом и материалами наследственного дела.

Оснований не согласиться с приведенными выводами суда коллегия не находит, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, - суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами посмертной судебной психиатрической экспертизы, проведенной ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. фио», отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку выводы экспертов об отсутствии у наследодателя в юридически значимый период выраженного снижения когнитивных процессов и способности руководить своими действиями являются научно обоснованными, соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ и подтверждаются объективными данными медицинской документации (в том числе справками от февраля 2019 года об отсутствии противопоказаний к владению оружием). Заключение оформлено надлежащим образом, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, а квалификация специалистов не вызывает сомнений.

Несогласие стороны истца с результатами исследования, изложенное в рецензии Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов», не опровергает выводы государственной экспертизы и сводится лишь к частному мнению специалистов; само по себе не является основанием для признания доказательства недопустимым или назначения повторной экспертизы.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии в материалах дела письменного поручения руководителя экспертного учреждения и сведений о том, когда и кем экспертам разъяснялись их процессуальные права и обязанности, а также в какой период времени эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, не может быть принят судебной коллегией во внимание.

В соответствии со ст. 14 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», руководитель государственного судебно-экспертного учреждения обязан поручить производство экспертизы конкретному эксперту или комиссии экспертов. Отсутствие отдельного поручения не свидетельствует о нарушении процедуры, поскольку экспертиза проведена сотрудниками ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. фио», входящего в систему Минздрава России. Факт проведения исследования именно этим учреждением подтверждается самим заключением, а также тем, что определение суда от 15 апреля 2025 года было направлено непосредственно руководителю данного центра для исполнения.

В самом заключении имеется подписка экспертов, из которой следует, что права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, а также положения ст. 307 УК РФ были разъяснены специалистам до начала производства экспертизы. Эксперты расписались в том, что они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Отсутствие отдельной расписки на этапе ознакомления с определением о назначении экспертизы не является существенным нарушением процессуального порядка, если факт предупреждения зафиксирован в самом итоговом документе.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в истребовании дополнительных медицинских документов из лечебных учреждений и сведений от работодателя ООО «Боб-Транс» отклоняются, поскольку судом были исследованы все имеющие значение для дела материалы, включая медицинскую карту, выписки и заключение комиссии экспертов.

Кроме того, имеющиеся в деле документы подтверждают дееспособность наследодателя на момент совершения сделки. Ходатайство об истребовании дополнительных сведений было правомерно отклонено, в связи с достаточностью имеющихся доказательств.

Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения оставлению без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Головинского районного суда адрес от 30 октября 2025 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 июля 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: