Апелляционное определение № 33-10806/2025 33-724/2026 от 1 февраля 2026 г.

Судья Беспалова Е.А. УИД 38RS0024-01-2025-003836-93

Судья-докладчик Коваленко В.В. № 33-724/2026 (№ 33-10806/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

2 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Игнатьевой Н.А., Коваленко В.В.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

с участием прокурора Нарижняк О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2467/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, причиненного в результате преступления

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 - ФИО3

на решение Усольского городского суда Иркутской области от 13 октября 2025 года с учетом определения судьи Усольского городского суда Иркутской области от 23 октября 2025 года об исправлении описки,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка в связи с причинением вреда здоровью. Требования мотивированы тем, что приговором Усольского городского суда от 14 января 2025 г. ответчик ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 112 УК РФ – умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, с применением оружия. Потерпевший по делу истец ФИО1 в результате преступных действий ответчика получил следующие повреждения: (данные изъяты)

В результате преступления истцу был причинен моральный вред, он испытывал сильную физическую боль, проходил длительное лечение и реабилитацию, испытал страх смерти во время нападения, который оценивает в 1 000 000 руб.

В связи с полученными травмами и проводимым лечением истец не мог осуществлять трудовую деятельность на протяжении 39 дней в период с 8 июня 2024 г. по 8 июля 2024 г., с 1 августа 2024 г. по 8 августа 2024 г. В период временной нетрудоспособностью истец утратил заработок в размере 200 991,98 руб. В связи с обращением в суд расходы истца на представителя составили 30 000 руб., на составление нотариальной доверенности 2 000 руб.

В связи с чем истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., утраченный заработок в размере 200 991,98 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы на оформление доверенности в размере 2 000 руб.

Решением Усольского городского суда Иркутской области от 13 октября 2025 г. с учетом определения судьи Усольского городского суда Иркутской области от 23 октября 2025 г. об исправлении описки, исковые требования удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 руб., утраченный заработок в размере 106 597,06 руб., судебные расходы в размере 27 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Кроме того, с ответчика в бюджет муниципального образования города Усолье-Сибирское взыскана государственная пошлина в размере в размере 7 197,91 руб.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО3 просит решение суда отменить в части размера утраченного заработка и принять в этой части новое решение.

В обоснование доводов жалобы указывает на то, что суд первой инстанции в нарушение нормы ч. 2 ст. 1085 ГК РФ произвел уменьшение размера утраченного заработка за счет пособий по нетрудоспособности, полученных истцом в связи с повреждением здоровья от ОСФР и работодателя.

В письменных возражениях на доводы жалобы ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

На основании ч.3 ст.167 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, признав их извещение о времени и месте рассмотрения дела надлежащим.

Заслушав доклад судьи Коваленко В.В., объяснения представителя истца ФИО1 ФИО3, заключение прокурора Нарижняк О.Н., проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены решения суда не находит.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение (часть 1). При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья (часть 2).

Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (ст. 1086 ГК РФ).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

В соответствии с пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Исходя из положений пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В силу части 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, согласно вступившему в законную силу приговору Усольского городского суда от 14 января 2025 г. ответчик ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 112 УК РФ – умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, с применением оружия.

Из приговора следует, что 8 июня 2024 года между ФИО1, ФИО4 с одной стороны и ФИО2 с другой стороны, находившихся вблизи участка № 35 СНТ «Энергетик-2» г.Усолье-Сибирское Иркутской области, произошла ссора, возникшая на почве личной неприязни к друг другу. В ходе ссоры ФИО2 произвел множественные выстрелы из пистолета модели «Streamer 2014» (Стример), который является многозарядным гражданским огнестрельным оружием ограниченного поражения в лицо, грудную клетку и верхние конечности ФИО1, причинив средней тяжести вреда здоровью в виде: (данные изъяты)

Согласно выписному эпикризу № 1839 ФИО1 в период с 8 июня 2024 г. по 21 июня 2024 г. находился на лечении в травматологическом отделении ОГБУЗ «Усольская городская больница» с диагнозом: (данные изъяты)

Согласно справке от 25 июня 2025 г. ФИО1 в период с 8 июня 2024 г. по 1 июля 2024 г. находился на амбулаторном лечении в кабинете неотложной травматологии и ортопедии ОГБУЗ «Усольская городская больница», направлялся в отделение (данные изъяты)

Согласно выписному эпикризу от 1 июля 2024 г. ОГАУЗ «Ангарская городская больница» ФИО1 проходил лечение в стационаре, дневном стационаре с 25 июня 2024 г. по 1 июля 2025 г. с диагнозом: (данные изъяты)

Согласно выписке № 53241 от 3 июля 2024 г. ФИО1 обратился на консультативный прием 30 июля 2024 г. в ГБУЗ «ИОКБ» с жалобами на снижение слуха, заложенность левого уха с 8 июня 2024 г., поставлен диагноз: (данные изъяты)

Согласно выписке из истории болезни № 433 ФИО1 проходил лечение в лор отделении дневного пребывания с 1 августа 2024 г. по 8 августа 2024 г. ОГБУЗ «Усольская городская больница» с диагнозом: (данные изъяты).

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные исковые требования частично, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, руководствуясь вышеприведенными нормами права, исходил из того, что в результате действий ответчика истцу причинен вред здоровью средней тяжести по признаку опасности для жизни, вызвавший длительное расстройство здоровья, причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью истца установлены приговором суда, в связи с чем пришел к выводу, что в силу статей 150, 151, 1101 ГК РФ с ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 руб.

При этом разрешая иск в части взыскания утраченного заработка, суд первой инстанции принял во внимание, что указанные истцом периоды нетрудоспособности связаны с полученными в результате виновных действий ответчика травмами и обоснованно удовлетворил требования истца о возмещении утраченного заработка за все периоды временной нетрудоспособности, в том числе с 1 августа 2024 г. по 8 августа 2024 г., в размере 106 597,06 руб., а также судебные расходы в размере 27 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основании тщательного исследования всех представленных по делу доказательств в их совокупности, с учетом требований действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон и соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам. Судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда учтены характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, фактические обстоятельства, при которых были причинены физические и нравственные страдания, индивидуальные особенности потерпевшего, требования разумности и справедливости, в связи с чем основания к снижению определенного судом первой инстанции размера компенсации морального вреда не имеются.

Кроме того, вопреки доводам жалобы, порядок определения размера утраченного заработка установлен статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (пункт 1 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом достоверно установлено, что, согласно сведениям о доходах ФИО1 за 2023, 2024 год, заработная плата истца за 12 месяцев, предшествующих повреждению здоровья (с июня 2023 по май 2024), составила 1 809 379,67 руб. Среднемесячный заработок (доход) ФИО1 за 12 месяцев, предшествующих повреждению здоровья, составил 150 781,64 руб., исходя из расчета: 1 809 379,67 руб. / 12 месяцев.

Кроме того, истцу выдавались листки нетрудоспособности в периоды с 8 июня 2024 г. по 21 июня 2024 г., с 22 июня 2024 г. по 24 июня 2024 г., с 25 июня 2024 г. по 1 июля 2024 г., с 2 июля 2024 г. по 8 июля 2024 г., с 1 августа 2024 г. по 8 августа 2024 г.

При этом, согласно справке ОСФР по Иркутской области от 25 сентября 2025 и ООО «РН-Бурение» Иркутский филиал истцу за периоды нетрудоспособности выплачены пособия 50 056,88 руб. фондом и 27 040,26 руб. работодателем, всего 77 097,14 руб.

Таким образом, утраченный заработок за период с 8 июня 2024 г. по 30 июня 2024 г. составил 115 599,26 руб., исходя из расчета: 150 781,64/30*23; утраченный заработок за период с 1 июля 2024 г. по 8 июля 2024 г. составил 34 047,47 руб., исходя из расчета: 150 781,64/31*8; утраченный заработок за период с 1 июля 2024 г. по 8 июля 2024 г. составил 34 047,47 руб., исходя из расчета: 150781,64/31*8. Итого утраченный заработок составил: 183 694,20 руб. С учетом выплаченного пособия по временной нетрудоспособности в размере 77 097,14 руб. размер утраченного заработка, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 106 597,06 руб. (183 694,2 руб.- 77 097,14 руб.).

Расчеты, изложенные в решении суда первой инстанции, проверенные судебной коллегией, являются верными.

Доводы жалобы о необоснованном вычете судом из размера утраченного заработка выплаченного пособия по временной нетрудоспособности основаны на неверном толковании норм, регулирующих спорные отношения.

Определение в рамках действующего гражданско-правового регулирования объема возмещения вреда, причиненного здоровью, исходя из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел или определенно мог иметь, предполагает, - в силу компенсационной природы ответственности за причинение вреда, обусловленной относящимися к основным началам гражданского законодательства принципом обеспечения восстановления нарушенных прав (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также требованием возмещения вреда в полном, по общему правилу, объеме, - необходимость восполнения потерь, объективно понесенных потерпевшим в связи с невозможностью осуществления трудовой (предпринимательской) деятельности в результате противоправных действий третьих лиц (абзац третий пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 июня 2012 г. № 13-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5»).

В подпункте «а» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

В соответствии с абзацем 2 п. 2 ст. 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

К застрахованным лицам относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования или в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (абзац 4 п. 2 ст. 6 Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования»).

В соответствии с пп. 2 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования» одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются, в том числе, травма (п. 1.1 ст. 7 Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования»).

Одним из видов страхового обеспечения является пособие по временной нетрудоспособности (пп. 5 п. 2 ст. 8пп. 5 п. 2 ст. 8 Федерального закона «Об основах обязательного социального страхования»).

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 1.3 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» страховым случаем по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности признается временная нетрудоспособность застрахованного лица вследствие заболевания или травмы (за исключением временной нетрудоспособности вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний) и в других случаях, предусмотренных статьей 5 настоящего Федерального закона.

Обеспечение застрахованных лиц пособием по временной нетрудоспособности осуществляется в том числе случае утраты трудоспособности вследствие заболевания или травмы, (п. 1 ч. 1 ст. 5 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»).

Пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы выплачивается застрахованному лицу за весь период временной нетрудоспособности до дня восстановления трудоспособности (установления инвалидности), за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 настоящей статьи (ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»).

Таким образом, по своей правовой природе пособие по временной нетрудоспособности является компенсацией утраченного заработка застрахованному лицу, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации. Следовательно, при определении размера утраченного заработка подлежат учету выплаты, произведенные истцу территориальным органом Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, которые не относятся к не засчитываемым выплатам, указанным в ст. 1085 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, Федеральным законом от 24 июня 1998 г. № 125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами, в связи с чем суд обоснованно взыскал утраченный заработок в том размере, который истец имел либо определенно мог иметь, за период временной нетрудоспособности, с учетом полученного пособия по временной нетрудоспособности, поскольку потерпевшему должны быть восполнены те потери в его заработке, которые были объективно им понесены (возникли у потерпевшего) в связи с невозможностью осуществления им как прежде трудовой (предпринимательской), а равно и служебной деятельности в результате противоправных действий причинителя вреда. С учетом полученного пособия по временной нетрудоспособности и взысканного судом возмещения, утраченный потерпевшим заработок компенсирован полностью.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, поскольку фактически повторяют правовую позицию, выраженную стороной истца в суде первой инстанции, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 ГПК РФ, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления по существу заявленных требований, в связи с чем решение суда, проверенное в силу ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Усольского городского суда Иркутской области от 13 октября 2025 года с учетом определения судьи Усольского городского суда Иркутской области от 23 октября 2025 года об исправлении описки, по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья-председательствующий М.А. Герман

Судьи Н.А. Игнатьева

В.В. Коваленко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 февраля 2026 г.