Определение № 33-66/2017 от 18 мая 2017 г. по делу № 33-66/2017

суд первой инстанции: председательствующий Гущин Д.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-66/2017

18 мая 2017 года Калининград

Балтийский флотский военный суд в составе:

председательствующего Фурменкова Ю.С.,

судей Джиоева А.В. и Постовалова В.Л.,

при секретаре Сукмановой И.О.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика и его представителя ФИО2,

в открытом судебном заседании в помещении суда рассмотрел по апелляционной жалобе ответчика на решение Балтийского гарнизонного военного суда от 28 февраля 2017 года гражданское дело по исковому заявлению врио командира войсковой части <000><звание> ФИО3 о привлечении <звание> ФИО4 к полной материальной ответственности.

Заслушав доклад судьи Постовалова В.Л., изложившего обстоятельства дела, содержание решения суда, доводы апелляционной жалобы, объяснения ответчика и его представителя в их поддержку, объяснения представителя истца, полагавшего оспариваемое решение гарнизонного военного суда законным, подлежащим оставлению без изменения, флотский военный суд

у с т а н о в и л:

В указанном иске содержалось требование о взыскании с ФИО4 рублей в счёт возмещения материального ущерба, наступившего в результате разукомплектования вверенных ответчику четырёх кухонь прицепных и утраты 1419 комплектов индивидуальных рационов питания. Иск её автор обосновал результатами контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <000>, отражёнными в акте от ДД.ММ.ГГГГ -№-дсп, копиями документов, подтверждающих факт нахождения на ответственном хранении ФИО4 утраченного и разукомплектованного имущества, а также выводами административного расследования о необходимости привлечения ответчика к полной материальной ответственности.

Рассмотрев дело, гарнизонный военный суд названный иск удовлетворил частично и взыскал с ФИО4 в пользу войсковой части <000> в счёт возмещения материального ущерба, причинённого разукомплектованием четырёх кухонь прицепных, *** рублей. В удовлетворении остальной части иска суд отказал ввиду непричастности ответчика к утрате 1419 комплектов индивидуальных рационов питания.

В апелляционной жалобе Сабельников выразил несогласие с оспариваемым решением в части удовлетворения требований командира войсковой части <000>, и просил судебное решение в этой части отменить. Автор жалобы настаивал на том, что кухни ему надлежащим образом не передавались, в подчинённое ему подразделение поступили уже разукомплектованными и документально за ним не закреплялись, расчёт стоимости недостающего имущества произведён в отсутствие формуляров, технических паспортов и сведений о первоначальной его стоимости, без экспертной оценки стоимости этого имущества в настоящее время с учётом износа. В жалобе обращалось внимание и на то, что ведению учёта материальных ценностей ФИО4 никто не обучал.

Рассмотрев гражданское дело, флотский военный суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов часть 1 статьи 56 названного Кодекса предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к данной категории дел, как это следует из статей 3, 5 и 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» истцом должны быть доказаны: прямой действительный ущерб, в том числе его точный размер, действия (бездействия) военнослужащего, повлекшие за собой причинение этого ущерба, и вина военнослужащего в причинении ущерба.

По итогам рассмотрения дела флотский военный суд приходит к выводу о том, что данные процессуальные обязанности истцом выполнены не были.

Так, согласно статье 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учёта имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. Цены на вооружение, военную технику, боеприпасы, другое имущество, централизованно поставляемые воинским частям, определяются уполномоченными на то государственными органами. Размер причинённого ущерба определяется с учётом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ -№-н Министерства финансов Российской Федерации утверждена Инструкция по применению Единого плана счетов бухгалтерского учёта для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений. Пунктом 220 этой Инструкции предусмотрено, что при определении размера ущерба, причинённого недостачами, хищениями, следует исходить из текущей восстановительной стоимости материальных ценностей на день обнаружения ущерба. Под текущей восстановительной стоимостью понимается сумма денежных средств, которая необходима для восстановления указанных активов.

В предъявленном иске содержится требование о взыскании с ФИО4 рублей в счёт возмещения материального ущерба, наступившего в результате разукомплектования вверенных ответчику четырёх кухонь прицепных. Размер иска обоснован справками-расчётами стоимости недостающих в кухнях прицепных материальных ценностей. Данные справки подписаны начальником продовольственной службы войсковой части <000><звание> ФИО12.

Допрошенный в суде ФИО12 показал, что при составлении справок-расчётов он использовал сведения о рыночной стоимости утраченного имущества, предоставленные ему по электронной почте инспектором-ревизором ФИО7, якобы, полученные им от изготовителя разукомплектованных кухонь прицепных. Как пояснил ФИО12, производя расчёты, он с разрешения ФИО7 уменьшил наполовину стоимость утраченных материальных ценностей, мотивировав данное уменьшение стоимости кухонь их изношенностью, хотя сведениями об интенсивности эксплуатации и степени изношенности кухонь прицепных он не располагал.

При этом ФИО12 не смог дать объяснения в суде такому одинаковому размеру уменьшения остаточной стоимости утраченного имущества кухонь, выпущенных в 1992 и 2008, то есть, в разные годы и имеющих по данным инвентаризационной описи различную балансовую стоимость 11381 рубль 38 копеек и 37205 рублей 92 копейки (том <...> л.д. <...>).

С учётом показаний ФИО12, суд приходит к выводу о произвольном и необоснованном характере произведённого им расчёта и несоответствии полученного в результате такого расчёта размера материального ущерба требованиям как статьи 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», так и пункта 220 названной Инструкции.

Представленные же ФИО12 документы, отражающие сведения о рыночной стоимости утраченного имущества кухонь, поступившие к нему от ФИО7 по электронной почте, не содержат никаких реквизитов, по которым суд имел бы возможность определить источник их получения и в случае необходимости проверить их. По этой причине данные документы судом апелляционной инстанции отвергнуты.

Согласно статье 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Указанным Федеральным законом предусмотрен как полный размер материальной ответственности военнослужащих, так и ограниченный размер ответственности.

В случае, когда ущерб причинён военнослужащим, которому имущество было передано под отчёт для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей, он несёт материальную ответственность в полном размере ущерба (абзац 2 статьи 5 указанного закона).

Исходя из содержания данной нормы Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», именно наличие документа о принятии военнослужащим вверенного ему имущества, является основанием для привлечения его полной материальной ответственности.

В пункте 34 Постановления от Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 (в редакции от 28.06.2016 г.) «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» содержится разъяснение о том, что основания и порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности за ущерб, причиненный государству при исполнении обязанностей военной службы, определяются Федеральными законами «О статусе военнослужащих» и «О материальной ответственности военнослужащих». В остальных случаях причинения военнослужащими материального ущерба его возмещение производится в соответствии с общими нормами гражданского законодательства (пункт 35 того же Постановления).

Из анализа приведённых норм закона и руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что военнослужащий может быть привлечён к материальной ответственности только за причиненный по его вине реальный ущерб при установленном факте причинно-следственной связи между виной военнослужащего в совершении противоправного действия или бездействия и наступлением материального ущерба.

Предъявляя иск о привлечении военнослужащего к полной материальной ответственности по основанию, предусмотренному абзацем 2 статьи 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», истец в соответствии со статьёй 56 ГПК РФ обязан, в первую очередь, представить в суд доказательства, подтверждающие факт передачи ответчику имущества. В случае последующего предъявления претензий относительно комплектности переданного имущества, доказыванию подлежит и факт передачи этого имущества ответчику в надлежаще укомплектованном виде.

Однако, таких доказательств по делу командиром войсковой части <000> представлено так и не было, несмотря на то, что суды обоих инстанций предлагали истцу выполнить названную процессуальную обязанность и для возможности её реализации неоднократно предоставляли время, откладывая каждый раз разбирательство дела. Тем не менее, в деле не появились доказательства того, что ФИО4 под отчёт передали кухни прицепные именно в полностью укомплектованном виде.

В обоснование фактов комплектности кухонь и их нахождения с 2014 года на ответственном хранении ответчика суду представлены копии инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) за 2012-2016 годы (том <...> л.д. ***). Вместе с тем, в этих документах лишь указано наличие кухонь в количестве четырёх штук без упоминания их комплектности (том <...> л.д. ***).

Свидетель ФИО20, заместитель командира зенитного дивизиона по вооружению, показал, что кухни прицепные были закреплены за взводом материального обеспечения без формуляров и технических паспортов. Данные кухни, как указал свидетель, являются техническими средствами передвижения на автомобильных шасси, поэтому внимание всегда акцентировалось на их технической исправности для обеспечения безопасности движения, комплектность же кухонь не проверялась, поскольку это имущество продовольственной службы (том <...> л.д. ***).

В связи с приведёнными показаниями ФИО20 и содержанием вышеуказанных инвентаризационных описей заслуживают внимание доводы ФИО4 о том, что, расписываясь в 2015 и 2016 годы в инвентаризационных описях, он полагал себя ответственным лишь за автомобильные шасси прицепных кухонь, но не за их укомплектованность кухонным инвентарём и принадлежностями.

Из показаний в суде апелляционной инстанции свидетеля ФИО12 следует, что кухни прицепные были выпущены в 1992 и 2008 годы, однако, из-за отсутствия в продовольственной службе части документов на эти кухни не имеется и сведений об изношенности кухонь прицепных, степени их некомплектности и времени разукомплектования. Впервые некомплектность кухонь определил старший инспектор-ревизор ФИО7 в мае – июне 2016 года и она нашла отражение в акте от ДД.ММ.ГГГГ -№-дсп. Причём данная некомплектность была определена на основании, как дословно пояснил в суде ФИО12 – начальник продовольственной службы, какого-то приказа Министерства обороны Российской Федерации. Реквизиты этого приказа, его наименование ФИО12 назвать в суде так и не смог.

В соответствии с копией акта от ДД.ММ.ГГГГ -№-дсп контрольных мероприятий по отдельным вопросам финансовой-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <000> в четырёх кухнях передвижных зенитного ракетно-артиллерийского дивизиона выявлена недостача, в общей сложности, 263 штук 53 наименований кухонной посуды, инвентаря, запасных частей, инструмента и принадлежностей.

В заключении по материалам административного разбирательства (том <...> л.д. ***), проведённого в связи с выявленной недостачей имущества, воспроизведено лишь содержание объяснений должностных лиц. Предложение о привлечении, в частности, ФИО4, к полной материальной ответственности никак не мотивировано, вывод о его виновности в разукомплектовании кухонь прицепных и, как следствие, в причинении воинской части материального ущерба отсутствует вовсе.

Таким образом, установленные по делу факты, в частности, отражение в инвентаризационных описях кухонь прицепных не в комплектах, а в штуках, отсутствие формуляров и технических паспортов на них, документов о передаче ФИО4 под отчёт этих кухонь в укомплектованном виде, неосведомлённость начальника продовольственной службы об их комплектности и изношенности, а также не знание им документов, содержащих сведения об имуществе, входящем в состав прицепных кухонь, не позволяют суду апелляционной инстанции прийти к выводу о том, что в 2013 и 2014 годы ответчику были переданы прицепные кухни в надлежаще укомплектованном виде, а их разукомплектование произошло уже в период их нахождения на ответственном хранении ответчика.

Однако, без установления факта получения ФИО4 кухонь прицепных именно в надлежаще укомплектованном виде, без определения степени износа каждого изделия невозможно сделать выводы о виновности ответчика в их разукомплектовании, о размере причинённого ущерба, а также оценить правомерность привлечения его к материальной ответственности в этом размере.

Удовлетворив иск командира войсковой части <000> в части взыскания с ответчика материального ущерба, причинённого разукомплектованием кухонь прицепных, гарнизонный военный суд постановил решение на недоказанных обстоятельствах, имеющих значение для дела. Это в силу подпункта 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке.

Руководствуясь статьёй 329 и пунктом 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ, флотский военный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Решение Балтийского гарнизонного военного суда от 28 февраля 2017 года по исковому заявлению врио командира войсковой части <000><звание> ФИО3 о привлечении ФИО4 к полной материальной ответственности за ущерб, причинённый разукомплектованием четырёх кухонь прицепных, отменить и принять новое решение.

В удовлетворении искового заявления врио командира войсковой части <000><звание> ФИО3 о привлечении ФИО4 к полной материальной ответственности за ущерб, причинённый разукомплектованием четырёх кухонь прицепных, отказать.

Председательствующий: подпись.

Судьи : подписи.