Апелляционное определение № 33-4117/2025 от 17 декабря 2025 г.

КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 декабря 2025 года по делу №33-4117/2025

1 инстанция - судья Глушков А.С. Дело №2-2/63/2025 УИД 43RS0013-02-2025-000106-51

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Черниковой О.Ф.,

судей Лысовой Т.В., Костицыной О.М.,

при секретаре Хвостовой М.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе М.Н.В. на решение Зуевского районного суда Кировской области от 04 сентября 2025 года, которым постановлено об отказе в удовлетворении иска М.Н.В. к М.Н.А. о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Лысовой Т.В., судебная коллегия

установила:

М.Н.В. обратился в суд с иском к М.Н.А. о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда. В обоснование требований указал, что с 03.10.2022 он состоит в зарегистрированном браке с М.Н.А. В августе 2024 года, являясь <данные изъяты>, получил ранение, за которое ему была произведена выплата в размере 3 000 000 руб. Эти денежные средства он перевел на банковский счет супруги для дальнейшего их перечисления на накопительный счет. 04.05.2025 после произошедшей между ними ссоры ответчик вернул оставшуюся часть от указанных денежных средств в полном объеме. 06.05.2025 М.Н.А. получила доступ в его банковское приложение и без согласия истца произвела отчуждение части выплаты за ранение в размере 611 940 руб. Поскольку выплата за ранение хранилась на банковском счете супруги, истец убежден, что списанные ей денежные средства являются именно выплатой за ранение, а не ежемесячным денежным довольствием. Кроме того, после их ссоры, ответчик заблокировал ему доступ в WhatsApp, лишив его связи, удалил его страницу в «ВКонтакте», оставив там запись оскорбительного содержания. Для устранения последствий поступков супруги ему пришлось часто звонить по мобильному телефону в органы власти и юристу. Данные звонки происходили в зоне боевых действий, что представляло угрозу его жизни и здоровью. В этой связи он понес сильные моральные страдания. С учетом уточнений просил взыскать с ответчика часть средств выплаты за ранение в размере 311 940 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., а также расходы по оплате госпошлины.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе М.Н.В. ставится вопрос об отмене решения суда. В обоснование указано, что он не давал своей супруге право распоряжаться денежными средствами. Однако суд не выяснил обстоятельства получения доступа ответчиком в банковское приложение истца. Кроме того, ответчику было известно, что номер телефона являлся его единственным способом связи с матерью, братом и сестрой. Полагает, что перевыпуск сим-карты на следующий день после ссоры вызван желанием причинить истцу вред и моральные страдания. Из-за действий ответчика он на неделю остался без связи и интернета, следовательно, без доступа в банковское приложение. Для доступа в интернет приходилось пользоваться сотовыми телефонами боевых товарищей. Когда узнал о переводе денежных средств, то пришлось интенсивно связываться с юристами для консультаций, обращаться в полицию. При этом в период возникновения подобных обстоятельств он находился на передовой и в условиях близости к противнику, к его средствам радиоэлектронной разведки. Сеансами связи он рисковал своей жизнью. Указанное противоречит выводу суда об отсутствии доказательств моральных страданий. Полагает, что в силу своего статуса (<данные изъяты>) он не должен представлять медицинские документы о подавленном состоянии и стрессе. Указывает, что представленные ответчиком кредитные договоры не имеют значения для рассматриваемого дела, поскольку являются личными обязательствами супруги, на принятие которых он своего согласия не давал. За время отбывания наказания в исправительном учреждении ответчик посещал его 2 раза, его снабжением продуктами питания не занимался. Следовательно, суд необоснованно, на основании исключительно устных пояснений ответчика, пришел к выводу, что М.Н.А. тратила заемные денежные средства на его обеспечение. Денежные средства за ранение хранились на накопительном счете супруги, заработная плата хранилась на его личном счете и тратилась на бытовые нужды, в связи с чем считает, что смешения данных денежных средств не произошло. Считает, что ответчик не мог только за счет своей заработной платы, принимая во внимание необходимость оплаты бытовых нужд и коммунальных услуг, перечислить на совместный счет 306000 руб. Обращает внимание, что ответчик добровольно вернул ему все деньги 04.05.2025 и половину заявленной в иске суммы – 14.07.2025, т.е. уже в ходе судебного разбирательства, чем признал незаконность своих действий.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, их неявка не препятствует рассмотрению дела.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела видно, что стороны состоят в зарегистрированном браке с 03.10.2022. Брачный договор между супругами не заключался.

По информации войсковой части № истец проходит военную службу по контракту с 19.08.2024 и является <данные изъяты>.

13.09.2024 М.Н.В. получил осколочное ранение и был отправлен на лечение в госпиталь.

В этой связи 11.11.2024 истцу осуществлена единовременная выплата в размере 3 000 000 руб. (<данные изъяты>), которая была зачислена на его счет №, открытый в ПАО «Банк ПСБ».

В этот же день денежные средства в размере 3 000 000 руб. были переведены со счета М.Н.В. и с его согласия на счет его супруги №, открытый в ПАО Сбербанк, а затем на ее счет № (вклад) в этом же банке.

21.02.2025 вклад был закрыт, денежные средства в размере 3 000 000 руб. были возвращены на счет №, с которого в этот же день сумма в размере 2 800 000 руб. переведена на накопительный счет ответчика №. Кроме названной суммы, в апреле 2025 года на указанный счет в качестве дополнительных взносов поступили денежные средства в общем размере 1 300 000 руб. По состоянию на 13.07.2025 остаток на счете составил 0 руб.

По счету №, к которому привязана банковская карта ответчика, имелось значительное движение денежных средств, за период с 01.11.2024 по 13.07.2025 общая сумма поступлений составила 11 941 955,26 руб., списаний – 11 936 455,25 руб., остаток на 13.07.2025 составляет 11 598,87 руб.

04.05.2025 М.Н.А. вернула истцу выплату за ранение в полном объеме, путем перечисления оставшейся суммы на его счет в ПАО «Банк ПСБ».

Сторонами не оспаривалось, что 06.05.2025 ответчиком со счета истца было произведено 2 перевода на свой счет № по 300 000 руб. каждый (комиссия за переводы составила 11 940 руб.).

14.07.2025 М.Н.А. перечислила на счет супруга 300 000 руб.

Полагая, что денежные средства в размере 311 940 руб. (611 940 руб. – 300 000 руб.) являются его личными денежными средствами (частью выплаты за ранение), М.Н.В. обратился в суд с иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции пришел к выводу о том, истцом не представлено достаточных доказательств того, что спорные денежные средства являются его личным имуществом, которое было противоправно присвоено ответчиком.

Вывод суда об отсутствии правовых оснований для отказа в удовлетворении исковых требований соответствует фактическим обстоятельствам дела и подлежащим применению нормам права.

В силу ст.256 Гражданского кодекса РФ и ст.34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Как указано в ч.2 ст.34 СК РФ определено, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу ч.2 ст.34 СК РФ данная выплата является личным имуществом истца, поскольку имеет специальное целевое назначение.

В связи с указанным суд первой инстанции обоснованно при разрешении требований установил, что выплата за ранение, направленная на поддержку военнослужащего, имеет специальное целевое назначение и является личным имуществом М.Н.В.

Вместе с тем, при разрешении спора истец не оспаривал, что 3 000 000 руб. были ему возвращены супругой. Убедительных доказательств того, что списанные 06.05.2025 с его счета ответчиком денежные средства являются именно частью выплаты за ранение, истец не представил.

Помимо указанной выплаты на счет истца поступали и иные денежные средства, в том числе ежемесячное денежное довольствие, которое уже является общим имуществом супругов. Поступающие на банковский счет денежные средства обезличиваются, определить правовую природу перечисленных М.Н.А. со счета супруга 06.05.2025 денежных средств не представляется возможным. Достаточных и допустимых доказательств обратного истцом, вопреки требованиям ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, представлено в материалы дела не было.

Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, ее размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В п.п.12 и 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст.151,1064,1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п.18 Постановления №33).

По смыслу приведенных выше норм права и акта их толкования необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: факт причинения потерпевшему физических или нравственных страданий; противоправность поведения причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между его поведением и возникновением у потерпевшего указанных страданий; вина причинителя вреда.

В ходе рассмотрения спора ответчиком были даны пояснения, согласно которым сим-карта, которой до мая 2025 года пользовался истец, принадлежит его супруге. Сама М.Н.А. пользовалась сим-картой, принадлежащей супругу. Срок действия сим-карты, оформленной на имя истца, истек. Ввиду невозможности обеспечения явки супруга в салон сотовой связи для переоформления сим-карты, М.Н.А. было принято решение о перевыпуске сим-карты, о чем она заблаговременно сообщила супругу. После этого она начала пользоваться своей сим-картой, в том числе использовала ее для регистрации в мессенджерах и социальных сетях.

По информации ПАО «МегаФон» от 10.07.2025 абонентский номер который использовал истец, зарегистрирован на М.Н.А., 05.05.2025 по обращению абонента произведена замена сим-карты с сохранением абонентского номера.

Вопреки доводам жалобы, указанные действия ответчика нельзя признать противоправными, поскольку она имела право на использование зарегистрированной на ее имя сим-карты.

Не свидетельствует о наличии оснований для отмены или изменения решения также невозможность истца на протяжении определенного времени поддерживать общение с близкими людьми и членами семьи или пользоваться банковским приложением, мессенджерами и социальными сетями, поскольку истец, используя сим-карту, зарегистрированную на иное лицо, должен был предвидеть риск наступления для него неблагоприятных последствий ввиду возможных действий владельца данной сим-карты.

Все приводимые в апелляционной жалобы доводы истца были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, которая подробно изложена в решении суда, с которой судебная коллегия соглашается.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы, которые выражают несогласие с постановленным решением, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, однако не опровергают выводов суда и не свидетельствуют о неправильности принятого по делу решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судебной коллегией не установлено. Оснований для отмены либо изменения решения суда по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Зуевского районного суда Кировской области от 04 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 декабря 2025 г.