Решение № 2-172/2024 2-172/2024~М-33/2024 М-33/2024 от 24 марта 2024 г. по делу № 2-172/2024

Дело 2-172/2024

УИД 74RS0№-77


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Южноуральск 25 марта 2024 года

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Помыткиной А.А.,

при секретаре Головиной Е.В.,

с участием прокурора Роот А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к <данные изъяты> «Завод Энерго-Строительных конструкций» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО ««Завод Энерго-Строительных конструкций» о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., а также судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 4000 руб.

В обоснование требований истицей указано, что ФИО5 приходится истице ФИО1 сыном. ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО ««Завод Энерго-Строительных конструкций» (сокращенное наименование ООО «Завод Эскон»). ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Завод Эскон» произошел несчастный случай, при складировании пакетов готовой продукции на стеллаж ФИО5 погиб. Согласно акту № о несчастном случае на производстве, причинами несчастного случая стали: неудовлетворительная организация производства работ; нарушение требований ст. 214 Трудового кодекса РФ (работодатель не обеспечил безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, не обеспечил контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, за соблюдением работниками требований охраны труда); нарушение требований п.п. 10 п.105 Правил по охране труда при погрузочно – разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 28 октября 2020 года №753н; нарушение п.110 Правил по охране труда при погрузочно- разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 28 октября 2020 года №753н; нарушение п. 245 Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта, утвержденных Приказом Минтруда России от 28 октября 2020 года №814 н; нарушение п. 29 Порядка обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2021 года №2464; неисполнение п. 3.30 должностной инструкции № заместителя директора по производству, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ; неисполнение п. 3.29, п. 3.32 должностной инструкции № начальника участка комплектации, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ; неисполнение п. 3.1.3, п. 3.16 должностной инструкции № мастера участка комплектации, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ; несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности в технологической документации в части конкретного описания разработки способа складирования по конкретному виду работ, нарушение требований п.п. 105 п. 110 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 28 октября 2020 года №753н; нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортных средств, нарушение требований п. 245 Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта, утвержденных Приказом Минтруда России от 28 октября 2020 года №814н. По факту смерти на производстве ФИО5 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ. Постановлением Южноуральского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО2 прекращено за примирением сторон. В результате смерти сына истец испытывает нравственные и физические страдания, у нее ухудшилось состояние здоровья, она вынуждена постоянно обращаться в медицинские учреждения за медицинской помощью. Считает, что действиями ответчика ей причинен моральный вред.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Окопный Д.А., ФИО3, ФИО2 (л.д. 2).

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО4 поддержали доводы и требования иска в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с иском не согласилась, мотивировав тем, что размер заявленной истцом компенсации морального время изрядно завышен. Также истцом не учтены денежные средства, компенсированные истцу ответчиком в добровольном порядке: 60 100 руб. на погребение ФИО5, 60 000 руб. поминальный обед, 400 000 руб. компенсация ущерба, всего на сумму 520 100 руб. Не оспаривая обстоятельства несчастного случая на производстве, при которых погиб сын истца – ФИО5, который работал в ООО «Эскон», просит учесть грубую неосторожность потерпевшего, которая выразилась в нарушении п. 3.4 и п. 3.6 Инструкции по охране труда приемщика изделий участка комплектации <данные изъяты>, ФИО5 не предпринял действий для предотвращения падения перемещаемых пакетов, находился в непосредственной близости от работающего погрузчика.

Третьи лица Окопный Д.А., ФИО2 в судебном заседании полагали, что требования истца обоснованы.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании участия не приняла, о времени и месте слушания извещена надлежащим образом.

Прокурор г. Южноуральска Челябинской области Роот А.А. в судебном заседании полагал, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению с учетом критериев разумности.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 37 Конституции РФ предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В соответствии со ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Из требований ст.22 Трудового кодекса РФ следует, что работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом.

Государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда (ст. 220 ТК РФ).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 названного Постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (абз. 2 п. 2 названного Постановления Пленума).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО5 со ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций», ДД.ММ.ГГГГ переведен приемщиком изделий на участок компенсации.

В период трудовых отношений ДД.ММ.ГГГГ с ФИО5 произошел несчастный случай, в результате которого ФИО5 погиб.

Факт несчастного случая был расследован, оформлен и учтен ответчиком в соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации. По результатам расследования несчастного случая работодателем составлен акт формы Н-1 № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №.

Из акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ. мастер участка комплектации ФИО7 в 11 часов 00 минут дал устное задание приемщику изделий ФИО5 на перемещение скомплектованных пакетов опоры <данные изъяты> c места комплектации на стеллаж. Для удобства отгрузки скомплектованных частей данной опоры, ФИО7 дал задание ФИО5 и ФИО19 (водителю погрузчика) разложить ( переместить) пакеты по номерам и размеру на стеллаже. ФИО5 и ФИО20 начали перемещать пакеты № co второго яруса 12-16 рядов на верхний ярус 3-4 ряда стеллажа. Приемщик изделий ФИО5 показывал водителю погрузчика ФИО21 места, откуда необходимо забрать пакеты и куда поставить. При этом под пакеты ФИО5 укладывал деревянные бруски. Для удобства перемещения, ФИО22 брал вилами одновременно 4 пакета №, лежащих на втором ярусе стеллажа. B 11 часов 41 минуту водитель погрузчика ФИО23 переместил пакеты № на верхний ярус 4-го ряда стеллажа. Затем ФИО24 поехал за другими пакетами №, лежащими на втором ярусе 12-16 рядов стеллажа и в 11 часов 50 минут переместил четыре пакета на верхний ярус 3 ряда стеллажа. Крайний пакет выходил немного за край верхнего яруса стеллажа…. B 12 часов 17 минут водитель погрузчика ФИО25 подъехал ко 2 ряду стеллажа № c двумя пакетами №. Приемщики ФИО8 и ФИО5 взяли деревянные бруски, уложенные сверху пакетов на вилах и начали укладывать их на 2 ярус 3-4 ряда. B 12 часов 18 минут ФИО9 поднял вилы погрузчика c двумя пакетами № и подъехал вплотную к 3-4 ряду стеллажа. ФИО5 находился около стеллажа и поправлял деревянный брусок на 2-м ярусе 3 ряда стеллажа. ФИО26 проводя укладку пакетов № на 2-ой ярус 3-4 ряда, начал двигать вилами, чтобы уложить пакеты. У него не получалось уложить пакеты c первого раза. Когда ФИО27 перемещал пакеты немного в сторону, в этот момент на ФИО5 c верхнего яруса 3 ряда упал пакет №. Приемщик изделий ФИО28 стоял лицом к погрузчику, когда услышал, как кто-то вскрикнул и что-то упало, повернул голову и увидел, что ФИО5 лежит на асфальте под пакетом №. ФИО8 позвонил и доложил мастеру ФИО7 o происшедшем, одновременно пытаясь вручную при помощи деревянного бруска приподнять пакет №. ФИО9 отъехал немного от стеллажа и скинул один пакет № c вил, второй пакет остался у него на вилах и скинуть его y него не получилось. B это время ФИО34 пытался освободить ФИО5 из-под пакета. На место происшествия прибыл мастер участка комплектации ФИО7 C помощью погрузчика скинул c вил погрузчика второй пакет № и приподнял пакет №. ФИО8 вытащил ФИО5 из-под пакета №. Через некоторое время прибыла бригада скорой медицинской помощи, которая констатировала смерть ФИО10

Согласно пункту 10 акта о несчастном случае на производстве № причиной несчастного случая явилось:

1) неудовлетворительная организация производства работ. Нарушение требований: статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации, в части:

- работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда;

- п.п. 10 п.105 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 28.10.2020 № 753н;

- п.110 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом Минтруда России от 28.1 0.2020 № 753н;

- п.245 Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта, утвержденных Приказом Mинтруда России от 28.10.2020 № 814н;

- п.29 Порядка обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464, в части: стажировка на рабочем месте проводится под руководством работников организации, назначенных ответственными за организацию и проведение стажировки на рабочем месте локальным нормативным актам работодателя;

- п. 3.30 должностной инструкции <данные изъяты> заместителя директора по производству, утвержденной 25.02.2019г.; - п.3.29, п.3,32 должностной инструкции <данные изъяты> начальника участка комплектации, утвержденной 23.10.2019г.;

- п.3.1.3, п 3.16 должностной инструкции <данные изъяты> мастера участка комплектации, утвержденной 09.11.2018г.

2). Несовершенство технологического процесса, в том числе:

- недостатки в изложении требований безопасности в технологической документации в части конкретного описания разработки способа складирования по конкретному виду работ;

- нарушение требований: п.п. 105 п.110 «Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов; утвержденных Приказом Минтруда России от 28.10.2020 № 753н.;

3). Нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортных средств: п.245 "Правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №814н.

Смерть ФИО5 наступила на месте происшествия в результате сочетанной травмы тела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что работодатель, составив в данном случае акт по форме Н-1 усмотрел свою вину в произошедшем, что не отрицал в судебном заседании представитель ответчика.

Постановлением Южноуральского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ прекращено в связи с примирением сторон.

Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, судом установлено наличие прямой причинно-следственной связи между недостатками в создании для работника безопасных условий труда со стороны работодателя работниками ответчика ООО «Завод Эскон» и неблагоприятным исходом получения травм, приведших к смерти ФИО5

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что согласно свидетельству о рождении матерью ФИО5 приходилась истец ФИО12 (л.д. 17).

При этом моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой члена семьи, соответственно, суд считает установленным, что ФИО1, потерявшая сына из-за не обеспечения работодателем надлежащих условий безопасности труда, отсутствия надлежащего контроля за производством работ, испытывает нравственные страдания вследствие утраты близкого члена семьи.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз. 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Доводы ответчика о нарушении самим пострадавшим технологического процесса, правил безопасного производства работ, его грубой неосторожности и необходимости применения статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат отклонению.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

При этом по смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, повлекшие неблагоприятные последствия. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

В данном случае таких обстоятельств судом не установлено.

Акт формы Н-1 также не содержит указания на установленную при расследовании несчастного случая грубую неосторожность ФИО5, не определен ее процент.

Несчастный случай с ФИО5 произошел по вине работодателя, не обеспечившего безопасных условий труда, отсутствие должного контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, за соблюдением работниками требований охраны труда являются существенными нарушениями правил охраны труда, допущенными по вине работодателя на производстве, ввиду чего вина работодателя в произошедшем несчастном случае существенна.

Как следует из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании, после смерти сына она испытала нервное и психологическое потрясение, в результате ухудшилось ее состояния здоровья, она находится в состоянии депрессии, опустошенности. Сын ФИО5 работал и помогал ей материально, ухаживал, поскольку она нуждается в постоянной помощи в связи с инвалидностью. Сын был ее опорой и надеждой. Она до настоящего времени испытывает чувство невосполнимой потери, которое не проходит с течением времени.

Учитывая обстоятельства несчастного случая, преклонный возраст истца, близкие родственные отношения, то, что погибший сын оказывал постоянную как материальную, так и физическую помощь по уходу за матерью как инвалидом 1 группы, общение между матерью и сыном носило постоянный характер, а также учитывая характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, перенесенный ею стресс в связи со смертью сына, эмоциональные переживания, необратимость произошедшего события, ухудшение здоровья в связи с психоэмоциональным переживанием гибели близкого человека (осложнения основного заболевания <данные изъяты>), степень вины ответчика ООО «Эскон», выразившейся в нарушении требований охраны труда вследствие не обеспечения безопасных условий труда и не принятии всех необходимых и достаточных мер к обеспечению безопасных условий труда, имущественное положение ответчика, являющимся юридическим лицом, поведение ответчика ООО «Эскон», принявшего меры к возмещению причиненного истцу материального ущерба (компенсацию материального ущерба 400000 руб., возмещение ущерба на поминальный обед 60000 руб., оплату ритуальных услуг в размере 60 100 рублей), суд полагает возможным, с учетом требований разумности и справедливости, определить ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

При этом суд обращает внимание на то, что гибель сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родителей, данная утрата невосполнима, и, безусловно, влечет тяжелейшие последствия для дальнейшей жизни истца, право которого на проживание в условиях полноценной семьи нарушены.

На основании приказа директора ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» № от ДД.ММ.ГГГГ «О выплате материальной помощи» в связи с несчастным случаем, произошедшем на производстве ДД.ММ.ГГГГ, повлёкшем гибель сотрудника ФИО5, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 перечислена материальная помощь в размере 400 000 рублей.

Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» оплачены ИП ФИО11 (похоронное бюро «<данные изъяты>») ритуальные услуги по организации похорон ФИО5 в размере 60 100 рублей.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ на расчетный счет родственнице погибшего ФИО1 путем онлайн-перевода перечислено 60 000 рублей в счет компенсации затрат по проведению поминального обеда.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, в связи с чем, доводы стороны ответчика о том, что работодатель погибшего оплатил ритуальные услуги 60 100 рублей, перечислил материальную помощь в размере 400 000 рублей, 60 000 рублей, а следовательно, эти денежные средства должны быть учтены при определении размера морального вреда, признаны судом не состоятельными.

Перечисленная ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» ФИО1 денежная сумма в размере 67 500 рублей, удержанная из заработной платы на основании заявлений работников в целях оказания материальной помощи родителям ФИО5, также не подлежит учету, поскольку являлась пожертвованием со стороны работников завода.

При разрешении требований истца о взыскании сумм, понесенных им судебных расходов, суд руководствуется положениями ст. 100, 98 ГПК РФ и приходит к следующим выводам.

При разрешении судом вопроса о взыскании в пользу истца понесенных расходов по оплате услуг представителя, необходимо руководствоваться ст. 100 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно соглашению об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ истцу оказаны следующие виды юридических услуг: подготовка искового заявления в Южноуральский городской суд Челябинской области к ООО «Завод Эскон» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью сына – ФИО5 на производстве в результате несчастного случая. Расходы по оплате услуг представителя составили 4 000 рублей.

На основании ст. 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате юридических услуг в размере 4 000 рублей.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления в суд, на основании подп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере, установленном подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, что составляет 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194,195, 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг 4000 рублей.

Взыскать с ООО «Завод Энерго-Строительных конструкций» (ИНН <***>) государственную пошлину в местный бюджет в размере 300 руб.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Южноуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья А.А. Помыткина