Апелляционное определение № 33-807/2026 от 21 апреля 2026 г.

УИД 68RS0001-01-2025-000139-13 (№ 2-1130/2025)

Дело № 33-807/2026

Судья Тройнова М.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Туевой А.Н.,

судей Абрамовой С.А., Мжельского А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Маркосян Я.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об обязании совершить определенные действия

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Октябрьского районного суда города Тамбова от 17 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Абрамовой С.А., объяснения ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3, поддержавших доводы жалобы, объяснения истца ФИО1 и её представителя ФИО4, возражавших против удовлетворения жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возложении на него обязанности по демонтажу камер видеонаблюдения, установленных на земельном участке по адресу: ***, в обоснование заявленных требований указав, что ей и ответчику на праве общей долевой собственности принадлежит земельный участок площадью 1093 кв.м. по адресу: ***, на котором расположен жилой дом и хозяйственные постройки, принадлежащие ей и ФИО2 Ответчик без её согласия установил на территории общего домовладения видеокамеры. Полагает, что записи с камер наблюдения могут быть использованы незаконно, поскольку отражают её личную жизнь.

ФИО2 обратился со встречным иском к ФИО1 о возложении обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения, расположенную под крышей *** по адресу: ***.

Определением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 17 ноября 2025 года принят отказ ФИО2 от встречного искового заявления, производство по делу в части требований ФИО2 к ФИО1 прекращено.

Решением Октябрьского районного суда города Тамбова от 17 ноября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

На ФИО2 возложена обязанность демонтировать видеодомофон DS-KI603-P, установленный на внутреннем ограждении на земельном участке с КН 68:29:0213018:39 по адресу: <...>.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 к ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить решение Октябрьского районного суда города Тамбова от 17 ноября 2025 года.

Считает, что суд первой инстанции, приняв решение о демонтаже видеодомофона, в нарушение ч. 2 ст. 196 ГПК РФ вышел за рамки исковых требований, поскольку ФИО1 просила демонтировать камеры видеонаблюдения, а видеодомофон и камера видеонаблюдения не являются тождественными понятиями, главная задача видеодомофона – обеспечить комфортную коммуникацию пользователя с гостями, она решается за счет аудио- и видеосвязи между монитором домофона и вызывной панелью, а также функции дистанционного управления электромеханическим или элекромагнитным замком, подключенным к домофонной системе, а камеры видеонаблюдения, в отличие от видеодомофона, используются в целях безопасности и осуществляют запись видео высокого качества, охватывая все углы и большую площадь.

Считает ненадлежащим доказательством заключение судебной экспертизы АНО «Судебный экспертно-криминалистический центр» № *** от ***, положенное в основу принятого судом первой инстанции решения, поскольку она проведена экспертом ФИО5, не имеющим специального образования и специальности 25.1 (исследование радиоэлектронных, электротехнических, электромеханических устройств бытового назначения) согласно Перечню экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России – Приложению №2 к приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 20.04.2023 N 72 "Об утверждении Перечня родов (видов) судебных экспертиз, выполняемых в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, и Перечня экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России". Не согласен с выводом суда, что эксперт вправе был проводить исследование, поскольку видеодомофон относится к слаботочным сетям, со ссылкой на СП 134.13330-2012 «Системы электросвязи зданий», поскольку указанный СП не относит видеодомофон к слаботочным сетям, о данном устройстве кроме паспорта на него нет никаких специальных норм и правил, регламентирующих его характеристики. Слаботочная сеть является инженерной коммуникацией (провода, кабели) на объекте капитального строительства по смыслу приказа Минтруда России от *** ***-н «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист в области проектирования наружных слаботочных сетей». Слаботочная сеть передаёт и обрабатывает информацию с помощью токов с низким напряжением (12-24 В) в здании. Кабельная (коммуникационная) система (в слаботочных системах)-система каналов для передачи электрических и оптических сигналов, включающих телекоммуникационные кабели и коммутационные элементы составляет слаботочную систему согласно ГОСТ Р «56602-2015». А слаботочная система (СПС) - техническая система, выполняет функции сбора, обработки и передачи информации, функционирование элементов которой, в её границах, обеспечивается слабыми электрическими токами. Согласно разделу «Общие сведения» Профессионального стандарта «Специалист в области проектирования наружных слаботочных сетей», утвержденного приказом Минтруда России от 23.09.2024 № 494н, проект на слаботочную сеть разрабатывается инженером электриком. Считает, что строитель никакого отношения к проводам, кабелям не имеет.

Считает, что судом необоснованно не приняты во внимание показания свидетеля ФИО6, что свидетельствует о неизученности судом паспорта видеодомофона HikyDS-KIS603-P, и не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку свидетель является специалистом в области радиоэлектроники, так как является продавцом такой техники в ООО «ЮНИТ» (ИНН <***>, дополнительный вид экономической деятельности 27.90-производство прочего электрического оборудования), а также осуществляет её монтаж с 2017 года.

Полагает, что вывод судьи о том, что при назначении экспертизы ответчик не воспользовался своим процессуальным правом о предоставлении иных кандидатов экспертов (экспертного учреждения) противоречит определению Октябрьского районного суда г. Тамбова от 01.04.2025 г., из которого следует, что суд не находит оснований для отложения судебного заседания для возможности предоставления ответчиком иных экспертных учреждений по поставленным истцом вопросам.

Считает, что апелляционное определение Тамбовского областного суда от 18.12.2023 г., вынесенное по иному гражданскому делу, никакого отношения к рассматриваемому делу не имеет.

Также ответчиком в суде апелляционной инстанции заявлено ходатайство о вызове в суд для допроса эксперта, проводившего судебную экспертизы, о назначении по делу видеотехнической экспертизы по вопросам о том, имеются ли на территории домовладения работающие камеры, имеет ли домофон функцию записи на диск, используется ли домофон для просмотра дома ФИО1. Судом апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайств отказано, учитывая, что судом первой инстанции проведен допрос эксперта; отсутствуют предусмотренные законом основания для проведения видеотехнической экспертизы.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В силу положений ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Неправильным применением норм материального права являются:

1) неприменение закона, подлежащего применению;

2) применение закона, не подлежащего применению;

3) неправильное истолкование закона.

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Такие нарушения судом первой инстанции при вынесении по делу оспариваемого решения допущены не были.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, решением Октябрьского районного суда г. Тамбова по делу *** от ***, вступившим в законную силу ***, ФИО2 является собственником помещения площадью 26,1 кв.м. по адресу: *** (часть строения лит. А, что составляет комнаты 4,5,6,7, кроме того, холодная пристройка литер а2 площадью 6 кв.м. (долевая собственность на дом была прекращена на основании заочного решения Октябрьского районного суда г.Тамбова от 5 февраля 2020 г.). ФИО1 является собственником жилого помещения, состоящего из помещений части литера А и литера А1, что составляет комнаты 1,2,3,8,9 площадью 46,8 кв.м., кроме того холодная пристройка литер а1. Также ФИО1 и ФИО2 принадлежат иные хозяйственные постройки, расположенные на земельном участке – литеры Б,б - ФИО2, литер Д, В,в1,в2 – ФИО1

Земельный участок площадью 1093 кв.м. по адресу: *** находится в долевой собственности ФИО2 (335/1000 доли), ФИО1 (665/1000 доли).

Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 7 июля 2023 г. в редакции апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда от 18 декабря 2023 г. запрещена ФИО2 стоянка принадлежащих ему транспортных средств во дворе жилого *** со стороны *** в ***.

Возложена обязанность на ФИО2 демонтировать следующие видеокамеры:

- камеру наружного видеонаблюдения *** над воротами при входе на земельный участок по адресу: ***,

- камеру наружного видеонаблюдения *** над воротами при входе на земельный участок по адресу: ***,

- камеру наружного видеонаблюдения *** при входе в жилое помещение собственника ФИО2;

Возложена обязанность на ФИО2 снести сарай (туалет), возведенный на земельном участке по *** (в точках 30-31-32-33), площадью 4,7 кв.м.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 к ФИО2 отказано.

Исковые требования по встречному иску ФИО2 к ФИО1 удовлетворены в части.

Определен порядок пользования земельным участком, площадью 1093 кв.м, расположенным по адресу: ***, в соответствии с порядком пользования согласно варианта *** заключения эксперта АНО «Строительная судебно-экспертная лаборатория» от *** ***, с учетом того, что земельный участок площадью 4,7 кв.м (в точках 30-31-32-33), расположенный под сараем (туалетом) ФИО2, подлежащего сносу, постановлено считать территорий совместного пользования ФИО2 и ФИО1 В соответствии с данным вариантом, в общее пользование предоставлен участок *** площадью 186 кв.м.; в индивидуальное пользование ФИО1 предоставлены участки №1.1 площадью 262 кв.м., участок №1.2 площадью 1,8 кв.м., участок №1.3 площадью 26,2 кв.м., участок №1.4 площадью 344 кв.м.; в индивидуальное пользование ФИО2 предоставлены участки №2.1 площадью 236,8 кв.м., участок №2.2 площадью 31,5 кв.м., участок №2.3 площадью 4,7 кв.м.

Возложена обязанность на ФИО1 произвести работы по отсоединению забора, примыкающего к опоре перегородки навеса квартиры № 2 жилого дома № 92 по ул. Пензенской в г. Тамбове путём установки отдельного столба без переноса забора.

ФИО2 без согласия ФИО1 установлена вызываемая панель видеодомофона Hikvision DS-KIS603-P в месте расположения металлической калитки, которая ведет к части дома ФИО2, с территории двора общего пользования.

Согласно паспорту изделия IP-комплект видеодомофонии ***-P (л.д.85), в комплект входит вызывная панель, домофон, блоки питания; вызывная панель оборудована камерой (2 Мп HD-камера); настройка через веб-интерфейс; 2,4 ГГц Wi-Fi; интерфейс для TF-карты: есть, до 128 ГБ; работает при низком освещении; встроенный всенаправленный микрофон: есть; хранение сообщений и изображений на TF-карте.

ФИО1, обращаясь с исковыми требованиями к ФИО2 о возложении обязанность демонтировать камеры видеонаблюдения, ссылалась на то, что видеокамеры нарушают её право на неприкосновенность частной жизни.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ФИО2 ссылался на то, что установленный видеодомофон используется им в качестве дверного глазка, включается только при нажатии на кнопку вызывной панели, в его обзор входит только двор общего пользования перед калиткой, видно только входящего человека на фоне принадлежащего ФИО2 сарая, никаких строений ФИО1 не видно. Видеодомофон ему требуется, чтобы видеть, кто к нему пришел (т.к. с улицы можно свободно пройти во двор общего пользования), а также для защиты от собаки ФИО1

Согласно заключению специалиста ООО «Экспертное бюро ***» ФИО10 ***-Э-ТЭ от ***., проведенному по инициативе ФИО2, камера видеонаблюдения JP-*** 2 ***, смонтированная на строении на земельном участке расположена таким образом, что исключает целенаправленное наблюдение за частной жизнью ФИО1, ситуации, при которых в угол обзора камеры может попадать силуэт ФИО1, носят случайный характер.

Как следует из заключения специалиста ФИО7 и его объяснений в суде апелляционной инстанции, видеодомофон им не исследовался.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы АНО «Судебный экспертно-криминалистический центр» ***/СЭ от ***, часть земельного участка, прилегающая к части дома, занимаемой ответчиков ФИО2, обнесена сплошным деревянных забором, вход на отгороженную территорию осуществляется с территории общего пользования через металлическую калитку. В месте расположения калитки на ограждении установлена вызываемая панель видеодомофона ***-P. Видеодомофон ***P установлен на стене в помещении части дома ФИО2

По результатам проведенного исследования, учитывая местоположение и направление и технические характеристики вызывной панели видеодомофона ***-P, установленного ФИО2 на внутреннем ограждении на земельном участке с КН *** по адресу: ***, помимо основной функции, позволяет в ручном режиме (не автоматическом) просматривать трансляцию и производить съемку части территории внутреннего двора общего пользования, через которую осуществляется проход к части дома истца ФИО1 со стороны улицы и обратно.

Решить вопрос в отношении камеры видеонаблюдения JP-камера *** не представляется возможным, поскольку названная камера видеонаблюдения на период осмотра отсутствует (демонтирована).

Данное заключение судебной экспертизы принято судом в качестве относимого и допустимого доказательства, которое отвечает требованиям ст. 71 ГПК РФ, отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания ставить под сомнение изложенные выводы у судебной коллегии отсутствуют. Выводы в заключении судебной экспертизы мотивированы, подробны, обоснованы, а исследование проведено всесторонне и в полном объеме на строго научной и практической основе в пределах имеющейся у эксперта соответствующей специальности. Доказательств в опровержение выводов судебной экспертизы, рецензий ответчиком не представлено. В суде первой инстанции эксперт заключение поддержал. Исследование проведено на основании результатов изучения материалов гражданского дела, с проведением экспертного осмотра. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности демонтировать видеодомофон, суд первой инстанции принял в качестве надлежащего доказательства заключение судебной экспертизы АНО «Судебный экспертно-криминалистический центр» ***/СЭ от ***, и исходил из отсутствия доказательств того, что установка ФИО2 видеодомофона была согласована с ФИО1, в том числе как участником долевой собственности, в связи с чем пришел к выводу о неосновательности вмешательства ФИО2 в частную жизнь ФИО1 посредством установления видеодомофона на территории двора общего пользования, и наличии оснований для возложения на ФИО2 обязанности демонтировать видеодомофон. Отказывая в удовлетворении требований о возложении обязанности демонтировать камеру JP-камера ***/3.6 mm/WiFi, суд первой инстанции исходил из того, что данная камера демонтирована ответчиком в ходе судебного разбирательства.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным сторонами доказательствам, исследованным в судебном заседании.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска и возложении обязанности по демонтажу видеодомофона, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Частью 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации провозглашено, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, пользование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускается.

Частью 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц.

В главе 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) содержатся общие положения о нематериальных благах и их защите, согласно которым защите подлежат: неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения и выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 г. N 52-ФЗ "О персональных данных", предусматривающий, что персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото- и видеоизображение человека.

Целью указанного Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (ст. 2).

Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 27.07.2006 г. N 52-ФЗ "О персональных данных"), в связи с чем, получение фото- и видеоизображения людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (ч. 4 ст. 9), субъекта персональных данных (ст. 11).

Одной из основополагающих конституционных гарантий является неприкосновенность частной собственности, в том числе и собственности на недвижимое имущество и земельные участки (ст. ст. 34, 35 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 15 Земельного кодекса Российской Федерации собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретенные гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Согласно положениям ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. В силу положений п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Статьей 150 ГК РФ предусмотрено, что неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна являются нематериальным благом.

Согласно п. 1 ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

В силу п. 1 ст. 152.2 ГК РФ если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Из совокупности приведенных норм права усматривается, что для разрешения спора необходимо установить, нарушает ли конституционные права истца камера видеонаблюдения, установленная ответчиком, в том числе фиксирует ли камера частную территорию истца и пребывание на ней собственника, позволяет ли камера видеонаблюдения ответчику осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни истца, имеются ли нарушения неприкосновенности частной жизни истца, соответствует ли установка камеры законодательному регулированию прав и обязанностей участников общей долевой собственности.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что видеодомофон установлен на территории внутреннего двора общего пользования, через который осуществляется, в том числе, проход к части дома истца, в отсутствие предусмотренных оснований и согласия ФИО1

Следовательно, видеодомофон позволяет ответчику осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни истца.

Судом первой инстанции верно указано, что установка видеокамеры на земельном участке, находящемся в долевой собственности, является элементом владения и пользования имуществом, и в силу ст. 247 ГК РФ должна осуществляться по соглашению участников общей долевой собственности, а при не достижении согласия – в порядке, установленном судом. Между тем, отсутствуют доказательства того, что установка ФИО2 видеокамеры была согласована с ФИО1

При этом на протяжении длительного времени между ФИО1 и ФИО2 сложились неприязненные отношения, периодически возникают конфликты, судебные споры (более 10).

В данном случае, установка камеры видеонаблюдения выходит за пределы добросовестной реализации ответчиком гражданских прав и принятии разумных мер по обеспечению безопасности и самозащиты от возможных нарушений личных и имущественных прав и необходимости пресечения таких нарушений.

При таких обстоятельствах, имеются нарушения неприкосновенности частной жизни истца, конституционные права истца являются нарушенными.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно принял решение о возложении на ответчика обязанности демонтировать видеодомофон.

При рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда.

Вопреки доводам жалобы, из объяснений истца следует, что ею заявлены требования о демонтаже всех установленных ФИО2 видеокамер, в том числе, камеры, входящей в состав видеодомофона, и данные требования верно разрешены судом.

Судебная коллегия отклоняет вышеприведенные доводы представителя ответчика о несогласии с заключением судебной экспертизы, которые какими-либо объективными доказательствами не подтверждены и сводятся к тому, что у эксперта отсутствовала требуемая квалификация для проведения исследования. Судом первой инстанции дана надлежащая оценка данным доводам, указано, что эксперт имеет высшее профессиональное образование: «городское строительство и хозяйство», имеет сертификат на право производства экспертиз по специальности 16.1 «исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки». Вопреки доводам жалобы, слаботочные сети являются одним из элементов электрокоммуникаций зданий, в частности, к слаботочным сетям относятся: охранные и пожарные сигнализации; элементы систем видеонаблюдения; домофоны; телефонные линии; кабельное и эфирное телевидение и пр. Такие системы функционируют на основе низковольтного электропитания и передачи данных, что характерно для слаботочных сетей.

Кроме того, по мнению судебной коллегии, наличие возможности осуществлять при помощи данного видеодомофона обзор и видеозапись, в том числе, на карту памяти, участка двора общего пользования, явно следует из приобщенного к материалам дела паспорта изделия – данного IP-комплекта видеодомофонии.

Оснований для назначения по делу видеотехнической экспертизы, как об этом заявлено в суде апелляционной инстанции, у судебной коллегии не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ответчика фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального права, а лишь указывают на несогласие заявителя с оценкой судом доказательств. Вопреки доводам жалобы, судом обоснованно не приняты во внимание в опровержение выводов судебной экспертизы показания свидетеля ФИО6, работающего продавцом техники в ООО «ЮНИТ».

С учетом изложенного, апелляционная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Октябрьского районного суда города Тамбова от 17 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 07.05.2026г.