Решение № 2А-2352/2020 2А-2352/2020~М-1504/2020 М-1504/2020 от 11 ноября 2020 г. по делу № 2А-2352/2020

Дело № 2а-2352/2020


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Петропавловск-Камчатский 12 ноября 2020 года

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

судьи Фоменко С.В.,

при секретаре Михайловой Е.Ю.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административного истца ФИО2,

представителя административного ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к УМВД России по Камчатскому краю о признании незаконным решения от 28 января 2020 года о неразрешении въезда в Российскую Федерацию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к УМВД России по Камчатскому краю о признании незаконным решения от 28 января 2020 года о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

В обоснование указал, что находился на территории РФ с 2012 года, 12 ноября 2014 года зарегистрировал брак с гражданкой РФ ФИО4, с которой проживает до настоящего времени. Административный истец в установленном законом порядке сдал документы для оформления вида на жительство, 31 января 2020 года получил уведомление о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации до 29 мая 2024 года, других решений в его адрес не направлено, в связи с чем, административный истец лишен возможности узнать, по какой причине и основаниям применено данное законоположение. Считает, что оспариваемое решение принято без учета его личной, семейной жизни, длительности пребывания и проживания в РФ, а невозможность въезда повлечёт невозможность общения и поддержания связей с супругой.

В судебном заседании административный истец ФИО1 на административном иске настаивал, пояснил, в настоящее время работает без оформления трудовых отношений, супруга болеет, у нее имеются кредиты, которые он оплачивает, не выехал из Российской Федерации в установленный срок, так как был утрачен паспорт, длительное время занимался восстановлением документов, затем неоднократно выезжал из РФ и въезжал в страну, в <данные изъяты> имеется квартира, родственники.

Представитель административного истца ФИО2 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в нем.

Представитель административного ответчика УМВД России по Камчатскому краю ФИО5 исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, согласно которому указал, что согласно сведений автоматизированной системы центрального банка данных по учету иностранных граждан МФС России, а также сведениям, содержащимся в базе данных ППО "Территория" установлено, что ФИО1 въехал в РФ 23 июля 2018 года. В период времени с 26 июля 2018 года по 20 октября 2018 года состоял на учете по месту временного пребывания по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, <адрес>. Патент, разрешение на временное проживанием в РФ не получал. 29 мая 2019 года выехал из РФ. Таким образом административной истец в нарушение требования ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" по истечению срока временного пребывания не выехал из РФ, и с 21 октября 2018 года по 29 мая 2019 года уклонялся от выезда из РФ, что составило 221 сутки. 27 декабря 2019 года ФИО1 въехал в РФ. Административный ответчик считал, что решение от 28 января 2020 года принято законно и обоснованно.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы административного дела, суд пришел к следующему.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, а также отношения между иностранными гражданами, с одной стороны, и органами государственной власти, органами местного самоуправления, должностными лицами указанных органов, с другой стороны, возникающие в связи с пребыванием (проживанием) иностранных граждан в Российской Федерации и осуществлением ими на территории Российской Федерации трудовой, предпринимательской и иной деятельности определяется и регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации".

Статьей 4 названного Федерального закона установлено, что иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с п. 4 ст. 4 КАС РФ иностранные граждане, лица без гражданства, иностранные и международные организации имеют право обращаться в суды за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов в сфере административных и иных публичных правоотношений, основанных на властном подчинении одной стороны другой. Иностранные лица пользуются процессуальными правами и выполняют процессуальные обязанности наравне с российскими гражданами и организациями, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 218, части 2 статьи 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемого решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении в связи с этим прав административного истца; при этом на последнего процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдению срока обращения в суд за защитой нарушенного права; административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 КАС РФ).

Согласно части 1 статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как следует из материалов дела, ФИО1 обжалует решение УМВД России по Камчатскому краю от 28 января 2020 года, в суд административный истец обратился 23 марта 2020 года, следовательно, срок обращения в суд, предусмотренный ч. 1 ст. 219 КАС РФ административным истцом не пропущен.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является гражданином Республики <адрес>. Зарегистрирован по месту пребывания по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, <адрес> до 25 марта 2020 года.

Согласно свидетельству о заключении брака ФИО1 заключил брак с гражданкой РФ ФИО7 12 ноября 2014 года.

УМВД России по Камчатскому краю 28 января 2020 года вынесено решение о не разрешении въезда ФИО1 в Российскую Федерацию сроком на 5 лет, со дня выезда из Российской Федерации до 29 мая 2024 года, в соответствии с п.13 ч.1 ст.27 Федерального закона от 15.08.1996 № 114-ФЗ " О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию".

Решение мотивировано тем, что согласно сведений, содержащихся в автоматизированной системе центрального банка данных по учету иностранных граждан, МВД России, рапорта специалиста эксперта ОВТМ УВМ УМВД России по Камчатскому краю ФИО9 установлено, что гражданин Республики <данные изъяты> ФИО1 въехал в РФ 23 июля 2018 года.

В период времени с 26 июля 2018 года по 20 октября 2018 года состоял на учете по месту временного пребывания по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, <адрес>. Патент, разрешение на временное проживанием в РФ не получал, 29 мая 2019 года выехал из РФ. Таким образом ФИО1 в нарушение требования ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" по истечению срока временного пребывания не выехал из РФ, и с 21 октября 2018 года по 29 мая 2019 года уклонялся от выезда из РФ, что составило 221 сутки. 27 декабря 2019 года ФИО1 въехал в РФ. В заявлении на оформление патента от 20 января 2020 года ФИО1 указал, что близких родственников граждан РФ не имеет.

Уведомление о принятом решении о не разрешении въезда в Российскую Федерацию получено ФИО1 31 января 2020 года, что подтверждается распиской в уведомлении.

В силу п. 3 ст.12 Международного пакта от 16.12.1966 года о гражданских и политических правах и п. 3 ст.2 Протокола N 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Страсбург 16.09.1963) право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

На основании ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 13 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации не выехали из Российской Федерации и находились в Российской Федерации непрерывно свыше ста восьмидесяти суток, но не более двухсот семидесяти суток со дня окончания предусмотренного федеральным законом срока временного пребывания в Российской Федерации, - в течение пяти лет со дня выезда из Российской Федерации.

В силу положений статьи 25.10 Федерального закона № 114-ФЗ в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства при наличии оснований, предусмотренных статьей 27 настоящего Федерального закона, выносится решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 2 марта 2006 года № 55-О по жалобе гражданина Грузии Тодуа Кахабера, оценивая нарушение тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации, отказа в выдаче разрешения на временное пребывание или аннулирования ранее выданного разрешения, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Суды, рассматривая дела о нарушении иностранными гражданами режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, должны иметь возможность учитывать при назначении административного наказания обстоятельства, позволяющие надлежащим образом оценить соразмерность его последствий целям введения данной меры административной ответственности, в том числе длительность проживания иностранного гражданина в Российской Федерации, его семейное положение, отношение к уплате российских налогов, наличие дохода и обеспеченность жильем на территории Российской Федерации, род деятельности и профессию, законопослушное поведение, обращение о приеме в российское гражданство (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2016 года № 5-П по делу в связи с жалобой гражданина Республики Молдова М. Цуркана).

Оценивая доводы административного истца относительно нарушения его конституционных прав и прав его семьи на проживание на территории РФ, трудовую деятельность, суд приходит к выводу, что достаточных данных, свидетельствующих о возможности распространения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод на возникшие правоотношения, не имеется.

Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2014 г. № 628-О).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.), признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц; решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 г. по делу "Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов", § 28; от 24 апреля 1996 г. по делу "Бугханеми (Boughanemi) против Франции", § 41; от 26 сентября 1997 г. по делу "Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции" и др.).

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории (Постановления от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства", § 68; от 19 февраля 1996 г. по делу "Гюль (Gul) против Швейцарии", § 38; от 10 марта 2011 г. по делу "К. (Kiyutin) против России", § 53 и др.). Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, в то время как лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну.

Доказательств наличия каких-либо исключительных объективных обстоятельств личного характера, которые бы подтверждали чрезмерное и неоправданное вмешательство Российской Федерации в личную и семейную жизнь административного истца судом не установлено.

Нарушений порядка вынесения оспариваемого решения, равно как и процедурных нарушений при его принятии, административным ответчиком не допущено.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение от 28 января 2020 года принятое УМВД России по Камчатскому краю соответствует требованиям действующего законодательства и принято в пределах полномочий государственного органа.

Доводы административного истца о вмешательстве государства в личную и семейную жизнь административного истца, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку указанные обстоятельства не освобождают иностранного гражданина от соблюдения законов Российской Федерации и от ответственности за их неисполнение. Сам по себе факт принятия миграционным органом в отношении иностранного гражданина, решения о не разрешении въезда в Российскую Федерацию, не свидетельствует о вмешательстве в его личную и семейную жизнь, право на уважение, которой гарантируется ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Государство вправе устанавливать ответственность иностранных граждан за нарушение ими порядка пребывания в Российской Федерации в целях обеспечения государственной безопасности, общественного порядка, предотвращения преступлений, защиты здоровья или нравственности населения.

Также не представлено доказательств наличия обстоятельств, указывающих на невозможность возвращения в страну гражданской принадлежности по объективным причинам.

Решая вопрос о законности принятого уполномоченным органом решения, суд учитывает периоды проживания административного истца на территории Российской Федерации, законность нахождения ФИО1 на территории РФ, его семейное положение.

При этом суд принимает во внимание, что правовые ограничения, вытекающие из факта не разрешения на въезд в Российскую Федерацию сроком до 29 мая 2024 года, не влекут за собой запрет на проживание административного истца в Российской Федерации по истечении указанного срока.

Оспариваемое решение не противоречит ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, поскольку оно принято с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости и соразмерности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение принято УМВД России по Камчатскому краю в пределах своей компетенции, в соответствии с законом и не нарушает прав и законных интересов административного истца, является адекватной мерой государственного реагирования на допущенное им нарушение законодательства Российской Федерации.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных требований о признании незаконным решения УМВД России по Камчатскому краю от 28 января 2020 года о не разрешении въезда в Российскую Федерацию до 29 мая 2024 года ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л:

отказать в удовлетворении административного иска ФИО1 к УМВД России по Камчатскому краю о признании незаконным решения от 28 января 2020 года о не разрешении въезда в Российскую Федерацию, возложении обязанности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 26 ноября 2020 года

Судья