Решение № 2-134/2024 2-134/2024~М-127/2024 М-127/2024 от 22 сентября 2024 г. по делу № 2-134/2024

УИД-22RS0043-01-2024-000204-84 Дело № 2-134/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 сентября 2024 года с. Романово

Романовский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Блем А.А.,

при секретаре судебного заседания Махровой Н.В.,

с участием истца ФИО1,

представителей истца ФИО2, ФИО3,

ответчика ФИО4,

представителей ответчика МУП «Водсервис»,

представителя Администрации Романовского района Алтайского края ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МУП «Водсервис», ФИО4 о взыскании ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда, судебной неустойки,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Романовский районный суд Алтайского края с исковым заявлением (с учетом уточненного иска) к МУП «Водсервис», ФИО4 о взыскании ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда, судебной неустойки. В обоснование исковых требований, с учетом их уточнения, ссылается на то, что 09 января 2024 года им, осуществлявшим на тот момент деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, с МУП «Водсервис» был заключен договор № 26 на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации. Договор выполнялся надлежащим образом. Однако, 17 мая 2024 года МУП «Водсервис» направил в его адрес уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке. Полагает, что расторжение ответчиком договора в одностороннем порядке не соответствует закону. Расторжение договора вынудило его прекратить деятельность, как индивидуального предпринимателя, оказывающего населению услуги по вывозу жидких бытовых отходов. В связи с чем, действиями МУП «Водсервис» ему был причинен ущерб в виде упущенной выгоды. Размер упущенной выгоды определен им, как разница между потенциальным доходом и потенциальным расходом, которые рассчитывались, исходя из дохода и расходов, имевших место в период действия договора. Размер упущенной выгоды составляет по 918 рублей в день. Просит взыскать с МУП «Водсервис» упущенную выгоду за период с 18 мая 2024 года по дату вынесения решения суда, из расчета по 918 рублей в день. Кроме того, противоправными действиями ответчика по незаконному расторжению договора ему был причинен моральный вред, так как он испытывал нравственные страдания, поскольку является инвалидом первой группы, остро реагирует на несправедливость, эмоционально переживает, испытывает состояние депрессии, бессонницы, ухудшается общее физическое состояние. Просит взыскать с МУП «Водсервис» компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей. Кроме того, указывает, что договорные отношения по оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации с МУП «Водсервис» у него продолжались на протяжении длительного времени, в течении 13 лет. Вместе с тем, МУП «Водсервис» названные услуги оказывало незаконно, поскольку не имело лицензии на деятельность по приему жидких бытовых отходов. Таким образом, полагает, что МУП «Водсервис» противоправно, не имея на то законных оснований, получал с него плату по договору на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации, то есть, на стороне ответчика МУП «Водсервис» имеется неосновательное обогащение за его счет. Размер неосновательного обогащения в виде получения оплаты по договорам за последние три года составляет 605 020 рублей, которые просит взыскать с МУП «Водсервис». Кроме того, в случае неисполнения решения суда просит взыскать с МУП «Водсервис» и директора МУП «Водсервис» ФИО4 в солидарном порядке судебную неустойку в порядке ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере по 3 000 рублей за каждый день просрочки исполнения решения, начиная со дня вступления решения суда в законную силу.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске. Пояснил, что с 2011 года оказывает услуги населению Романовского района Алтайского края по откачке и вывозу жидких бытовых отходов; с этой целью пользуется полями фильтрации, расположенными в с. Романово и в с. Гуселетово. Договорные отношения по использованию полей фильтрации в с. Романово для слива жидких бытовых отходов заключал с МУП «Водсервис», поскольку они закреплены за ним, как муниципальное имущество. Лицензии на деятельность по обращению с жидкими бытовыми отходами он (истец) не имеет и не имел. Претензий к нему и МУП «Водсервис» по исполнению договорных отношений не было, плату он вносил своевременно. Наоборот, считает, что это МУП «Водсервис» не обоснованно завышало плату по договору, не проводило работу по содержанию полей фильтрации, вложений материальный ресурсов у него в них не было, не производилась ни очистка, ни дезинфекция. В процессе своей деятельности, у него имелся автомобиль с откачкой, на котором работал рабочий. Деятельность, как индивидуальный предприниматель он прекратил, так как от МУП «Водсервис» пришло уведомление о расторжении договора, а других полей фильтрации, не находящихся в пользовании МУП «Водсервис» в Романовском районе не имеется. Использовать поля фильтрации, находящиеся в других районах, экономически не выгодно, так как увеличатся затраты на транспортные расходы и, соответственно, плата за оказываемые населению услуги.

Представители истца ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика МУП «Водсервис» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал письменный отзыв.

Представитель ответчика МУП «Водсервис» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что претензий к ФИО1 по исполнению договора от 09 января 2024 года не было. Услуги по иным, более ранним, договорам так же предоставлялись истцу полностью, плата взималась по условиям договора, договоры МУП «Водсервис» были исполнены полностью, договоры не расторгнуты. Поэтому у МУП «Водсервис» отсутствует неосновательное обогащение, так как поля фильтрации истцу были предоставлены для приема жидких бытовых отходов и прием происходил. Договор от 09 января 2024 года был расторгнут в одностороннем порядке, так как в нем предусмотрена такая возможность. Кроме того, в отношении деятельности МУП «Водсервис» велись проверки правоохранительных органов, а поскольку у истца отсутствует лицензия на сбор и транспортировку жидких бытовых отходов, было принято решение в одностороннем порядке расторгнуть договор. Полагают, что расторжением договора истцу не был причинен ущерб в виде упущенной выгоды, так как истец самостоятельно прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, для осуществления предпринимательской деятельности по оказанию услуг по сбору и транспортировке жидких бытовых отходов он мог бы использовать и иные существующие поля фильтрации: <адрес>. Кроме того, у самого истца так же отсутствует лицензия на сбор и транспортировку жидких бытовых отходов. Следовательно, он не мог продолжать оказывать данные услуги. Поэтому отсутствуют основания для взыскания упущенной выгоды. Моральный вред действиями МУП «Водсервис» не был причинен, так как отношения между сторонами были, как хозяйствующих субъектов: юридического лица и индивидуального предпринимателя, а не в области защиты прав потребителей. Кроме того, истец указывал, что истец продолжал принимать заявки от населения на услуги по сбору жидких бытовых отходов и после получения уведомления о расторжении договора с МУП «Водсервис».

Ответчик ФИО4, действующий за себя лично, исковые требования не признал в полном объеме. Пояснил, что поскольку лично к нему основные требования не заявлены, то отсутствуют и основания для взыскания с него судебной неустойки.

Представитель третьего лица Администрации Романовского района Алтайского края ФИО5 в судебном заседании возражал против исковых требований, поддержал доводы письменного отзыва. Пояснил, что поля фильтрации, указанные в договоре сторон от 09 января 2024 года, находятся в муниципальной собственности муниципального образования «Романовский район Алтайского края», переданы МУП «Водсервис» на праве хозяйственного ведения. Всего в муниципальной собственности имеется два объекта полей фильтрации, второй - в с. Закладное и он так же передан на праве хозяйственного ведения МУП «Водсервис».

В письменных отзывах МУП «Водсервис» и Администрация Романовского района Алтайского края указывают на несогласие с исковыми требованиями. Ссылаются на положения п. 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, что при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. При определении размера упущенной выгоды первостепенное значение имеет определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможность исполнения договора при обычных условиях гражданского оборота. Истцу необходимо представить доказательства реальности получения дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и прочее). Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду. Документы, подтверждающие произведенные истцом за расчетный период расходы, в материалы дела не представлены (выплата заработной платы, налоги, расходы на ГСМ и т.д.). Кроме того, не представлены доказательства того, что указанные действия МУП «Водсервис» повлияли на возможность осуществления истцом хозяйственной деятельности, вступлению в иные обязательственные правоотношения с иными участниками гражданскогооборота. Возражают так же против требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку истец во время нахождения в договорных отношениях с ответчиком имел статус индивидуального предпринимателя. А к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, применяются правила, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями. В возражениях против требований о взыскании неосновательного обогащения указывают, что между истцом и ответчиком имелись договорные отношения на оказание услуг по приемке ЖБО на поля фильтрации. Каких -либо доказательств о неисполнении МУП «Водсервис» договорной обязанности по приемке ЖБО на поля фильтрации не представлено.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Правовые основы обращения с отходами производства и потребления в целях предотвращения вредного воздействия отходов производства и потребления на здоровье человека и окружающую среду определяются Федеральным законом от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее ФЗ от 24.06.1998 № 89-ФЗ). В статье первой указанного Федерального закона закреплено, что отходы производства и потребления (далее - отходы) - вещества или предметы, которые образованы в процессе производства, выполнения работ, оказания услуг или в процессе потребления, которые удаляются, предназначены для удаления или подлежат удалению в соответствии с настоящим Федеральным законом. Обращение с отходами - деятельность по сбору, накоплению, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов. Сбор отходов - прием отходов в целях их дальнейших обработки, утилизации, обезвреживания, размещения. Транспортирование отходов - перевозка отходов автомобильным, железнодорожным, воздушным, внутренним водным и морским транспортом в пределах территории Российской Федерации, в том числе по автомобильным дорогам и железнодорожным путям, осуществляемая вне границ земельного участка, находящегося в собственности индивидуального предпринимателя или юридического лица либо предоставленного им на иных правах. В соответствии со ст. 4.1 ФЗ от 24.06.1998 № 89-ФЗ отходы в зависимости от степени негативного воздействия на окружающую среду подразделяются в соответствии с критериями, установленными федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственное регулирование в области охраны окружающей среды, на пять классов опасности.

Согласно Федеральному классификационному каталогу отходов, утвержденному Приказом Росприроднадзора от 22.05.2017 № 242, отходы (осадки) из выгребных ям (7 32 100 01 30 4) и отходы коммунальные жидкие неканализованных объектов водопотребления (7 32 101 01 30 4) отнесены к IV классу опасности.

В соответствии с п. 30 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» деятельность по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I - IV классов опасности (за исключением случаев, если сбор отходов I - IV классов опасности осуществляется не по месту их обработки, и (или) утилизации, и (или) обезвреживания, и (или) размещения) подлежит лицензированию.

Таким образом, суд приходит к выводу, что деятельность по сбору, транспортированию, утилизации, размещению жидких бытовых отходов подлежит обязательному лицензированию.

Согласно Выписке из ЕГРИП от 10 июля 2024 года истец ФИО1 18 января 2017 года был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя; основной вид деятельности - сбор и обработка сточных вод; 25 июня 2024 года - прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием им соответствующего решения.

Согласно Уставу ответчика МУП «Водсервис» предприятие создано в целях удовлетворения общественных потребностей в сфере жилищно-коммунального хозяйства и получения прибыли (п. 5.1) Дополнительным видом деятельности являются: сбор и обработка сточных вод; сбор опасных отходов. Учредителем и собственником имущества Предприятия является муниципальное образование «Романовский район Алтайского края». Правомочия учредителя и собственника имущества Предприятия осуществляет Администрация Романовского района Алтайского края (п.п. 1.6-1.7). Имущество Предприятия принадлежит ему на праве хозяйственного ведения (п. 4.1). Право на имущество, закрепляемое за Предприятием на праве хозяйственного ведения собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества Предприятию (п. 4.3).

Из договора о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за МУП «Водсервис» от 01 января 2022 года, заключенного между Администрацией Романовского района Алтайского края и МУП «Водсервис», следует, что за ним на праве хозяйственного ведения закреплено муниципальное имущество, в том числе, Поля фильтрации с. Романово, с кадастровым номером № (п. 25 Приложения 1 к договору), Поля фильтрации с. Закладное (п. 24 Приложения 1 к договору). Актом от 01 января 2022 года названное имущество было передано Администрацией Романовского района Алтайского края МУП «Водсервис».

09 января 2024 года между истцом ФИО1, имевшим на тот момент статус индивидуального предпринимателя и действовавшего в таком качестве, и ответчиком МУП «Водсервис» был заключен договор № 26 на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации. В соответствии с п. 1.1 договора МУП «Водсервис» приняло на себя обязательство по заданию ИП ФИО1 оказать услуги по приемке жидких бытовых отходов на полях фильтрации, расположенных за чертой населенного пункта с. Романово Романовского района Алтайского края. А истец принял на себя обязательство оплатить эти услуги.

Согласно п. 41 договора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения условий настоящего договора, виновная сторона возмещает причиненные убытки на основании их документального подтверждения в соответствии с действующим законодательством.

Пунктом 6.3 договора стороны согласовали, что сторона, решившая расторгнуть настоящий договор, должна направить письменное уведомление о намерении расторгнуть настоящий договор другой стороне, не позднее, чем за 10 дней до предполагаемого дня расторжения настоящего договора.

27 мая 2024 года ответчик МУП «Водсервис» направило в адрес истца ФИО1 уведомление № 60 о расторжении договора в одностороннем порядке по истечении 10 дней со дня получения уведомления.

В обоснование исковых требований о взыскании упущенной выгоды, а так же компенсации морального вреда истец ссылается на незаконное расторжение ответчиком МУП «Водсервис» указанного договора в одностороннем порядке.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Согласно разъяснениям в п.п. 2, 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором. По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно ч. 4 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами или договором предоставлено право на одностороннее изменение договора, должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Как указано выше, в п. 6.3 договора стороны согласовали право каждой стороны на расторжение договора в одностороннем порядке, при условии уведомления об этом второй стороны за 10 дней до предполагаемого дня расторжения договора.

Таким образом, ввиду того, что договором от 09 января 2024 года сторонам предоставлено право на расторжение договора в одностороннем порядке, ответчик МУП «Водсервис» был вправе путем направления уведомления истцу расторгнуть указанный договор.

В связи с чем, исковые требования о взыскании в пользу истца с МУП «Водсервис» упущенной выгоды и компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению. Кроме того, суд принимает во внимание, что в судебном заседании истец пояснил об отсутствии у него лицензии на осуществление деятельности по сбору и транспортированию жидких бытовых отходов. Аналогичное следует и из ответа на запрос суда Южно-Сибирского межрегионального управления Росприроднадзора от 29 июля 2024 года №. Поэтому расторжение истцом договора в одностороннем порядке не состоит в причинно - следственной связи с фактом неполучения истцом дохода от указанной деятельности в период с 18 мая 2024 года по дату вынесения решения суда, поскольку получение бы такого дохода при условии отсутствия лицензии свидетельствовало бы о неправомерности действий самого истца.

Исковые требования ФИО1 о взыскании с МУП «Водсервис» ущерба в виде неосновательного обогащения так же не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Таким образом, по смыслу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации для возникновения обязательства по возврату неосновательного обогащения необходимо установить совокупность следующих условий: наличие обогащения приобретателя, то есть получение им имущественной выгоды; обогащение за счет другого лица; отсутствие правового основания для такого обогащения, а также отсутствие обстоятельств, установленных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату.

В соответствии со ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В обоснование исковых требований о взыскании неосновательного обогащения истец ФИО1 ссылается на то, что на протяжении 2021 - 2023 года производил ответчику МУП «Водсервис» оплату по договорам на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации в с. Романово, аналогичным указанному выше договору от 09 января 2024 года. При этом, поскольку МУП «Водсервис» не имело в период указанных договорных отношений лицензии на осуществление деятельности по утилизации, размещению отходов IV класса опасности, полагает, что услуги по приему жидких бытовых отходов оказывались МУП «Водсервис» незаконно, и, соответственно, плата по названным договорам так же взималась незаконно.

Ответчик МУП «Водсервис» в судебных заседаниях не оспаривал факт существования договорных отношений в указанный период времени с истцом ФИО1 по договорам на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации в с. Романово и не оспаривал факт приема от него оплаты за названные услуги на указанную в исковом заявлении сумму в размере 605 020 рублей. Кроме того, данный факт подтверждается исследованными в судебном заседании квитанциями, счет - фактурами и чеками о внесении индивидуальным предпринимателем ФИО1 денежных средств в МУП «Водсервис» с назначением: услуги полей фильтрации.

Так же ответчиком МУП «Водсервис» не оспаривался факт отсутствия в указанный период времени лицензии на осуществление деятельности по утилизации, размещению отходов IV класса опасности. Это же следует и из ответа на запрос суда Южно-Сибирского межрегионального управления Росприроднадзора от 29 июля 2024 года №.

В соответствии с ч. 1, ч. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям в п. 89 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если законом прямо не установлено иное, совершение сделки лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью, не влечет ее недействительности. В таком случае другая сторона сделки вправе отказаться от договора и потребовать возмещения причиненных убытков (статья 15, пункт 3 статьи 450.1 ГК РФ).

В судебном заседании истец не оспаривал, что в указанный в иске период с 2021 по 2023 годы договоры на оказание услуг по приему жидких бытовых отходов на полях фильтрации в с. Романово ответчиком МУП «Водсервис» были исполнены, услуги ему (истцу) были оказаны, претензий не возникало, от исполнения договора он не отказывался. Сами договоры недействительными признаны не были, при этом, он сам в рамках данных договоров осуществлял деятельность, подлежащую лицензированию, так же без соответствующей лицензии, то есть, действовал недобросовестно.

В связи с чем, отсутствуют основания для взыскания с МУП «Водсервис» в пользу ФИО1 неосновательного обогащения в размере 605 020 рублей, поскольку указанные денежные средства были переданы во исполнение договорных отношений за оказанные истцу ответчиком услуги.

В соответствии с ч. 1 ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Исковые требования ФИО1 о взыскании с МУП «Водсервис» и ФИО4 неустойки, предусмотренной ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат удовлетворению, поскольку судом не удовлетворяются иные указанные выше требования о взыскании денежных средств.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к МУП «Водсервис», ФИО4 о взыскании ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда, судебной неустойки оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Романовский районный суд Алтайского края.

Судья А.А. Блем

Решение в окончательной форме составлено 07 октября 2024 года.