Апелляционное определение № 33-42853/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья: Никифорова Е.И. дело № 33-42853/2025

УИД 50RS0040-01-2024-001182-04


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 15 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе: председательствующего судьи Мизюлина Е.В.,

судей Волковой Э.О., Петруниной М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

с участием прокурора Емельянова А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО1 к ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании уплаченных денежных сумм, неустойки, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1,

апелляционному представлению прокурора <данные изъяты> на решение Реутовского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Петруниной М.В., объяснения истца, представителя ответчика,

УСТАНОВИЛА:

Б. Р.С. обратился в суд с иском к ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее – ФГБУ «НМХЦ им. Н.И. Пирогова» М. Р.), и с учётом уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит взыскать с ответчика денежные средства, уплаченные по договору в общей сумме 234 592 руб., неустойку в размере 133 717, 44 руб., компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., штраф в размере 185 924, 80 руб., расходы по оплате консультации врача в размере 1 800 руб., расходы на покупку офсетной бумаги в размере 479, 50 руб., почтовые расходы в размере 965, 61 руб., расходы по оплате стоимости USB-флеш накопителя.

Требования мотивирует тем, что между сторонами <данные изъяты> были заключены два договора, предметом которых являлось оказание истцу платных медицинских услуг – изготовление и установка четырех коронок из диоксида циркония. По утверждению истца, заключенные договоры не соответствуют требованиям закона, в них не содержится конкретного перечня, порядка и объема предоставляемых медицинских услуг, сведений о медицинских работниках и их аккредитации, сроках исполнения, а также гарантийных обязательствах на проведенные работы (услуги) и отдельно на медицинские изделия. В период с <данные изъяты> до <данные изъяты> врач, вопреки условиям договора, не уведомляла истца об объеме и стоимости фактически проведенных и планируемых к оказанию медицинских услуг, не осуществила оказание данных услуг в полном объеме, что повлекло существенную переплату услуг. Единственный сводный перечень планируемых к оказанию медицинских услуг был согласован сторонами <данные изъяты> на сумму 133 080 руб. Однако как указывает истец, по данным договорам им в итоге было уплачено 176 592 руб. При этом, несмотря на произведенный полный расчет по данным договорам, обязательства по договору врачом-ортопедом не исполнены и в области 36, 46 зубов находятся временные коронки, одна из которых постоянно болит при надкусывании. Истец полагает, что ответчиком допущены существенные недостатки при оказании платных медицинских услуг, к которым, в частности, относятся: некачественно изготовленные и непригодные для установки зубные коронки, отсутствие у врача надлежащей квалификации при установке коронок, отсутствие информации о фиксированной и полной сумме подлежащей выплате по договорам, предельных сроках оказания стоматологических услуг, сокрытие от истца информации об имеющихся противопоказаниях к установке данного вида имплантов. Как указал истец, он, придя к выводу, что зубные коронки устанавливались ему ненадлежащего качества, ответчиком ему оказывалась неквалифицированная медицинская помощь, принял решение об отказе от исполнения договора и потребовал возвратить денежные средства за не оказанные стоматологические услуги, а также переплату по договору, о чем в адрес ответчика была направлена претензия. Данные требования не были удовлетворены ответчиком, что послужило основанием для обращения в суд с данным иском.

Решением Реутовского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО1 взысканы уплаченные денежные средства по договору в размере 3 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО1 к ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании уплаченных денежных сумм, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда – отказано.

Не согласившись с решением, истцом Б. Р.С. и прокурором поданы апелляционная жалоба и апелляционное представление.

Суд апелляционной инстанции в судебном заседании <данные изъяты> перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, врача ФИО2, которая проводила лечение истца.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом.

Как следует из материалов дела, в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> Б. Р.С. оказывалась стоматологическая медицинская помощь врачами стоматологами-терапевтами КДЦ «Арбатский» Центра, в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> врачом стоматологом-терапевтом КДЦ «Измайловский» Центра в плановом порядке в рамках государственного контракта <данные изъяты> от <данные изъяты>.

В ходе проводимого лечения были определены показания к проведению протезирования 36, 26, 25, 46 зубов.

Учитывая, что оказание протезно-ортопедической помощи, в том числе протезирование зубов и подготовка культи зуба к протезированию, не осуществляется в рамках государственного контракта <данные изъяты> от <данные изъяты>, и не подлежит возмещению за счет средств федерального бюджета, выделяемых на содержание органов и организаций прокуратуры Российской Федерации, с Б. Р.С. были заключены договоры на оказание платных медицинских услуг.

Стоматологическая ортопедическая медицинская помощь оказывалась истцу в стоматологическом отделении КДЦ «Измайловский» Центра в плановом порядке в рамках договоров на оказание платных медицинских услуг <данные изъяты> от <данные изъяты>, <данные изъяты> от <данные изъяты>.

С перечнем планируемых к оказанию медицинских услуг истец был ознакомлен лечащим врачом <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> последовательно, по мере расширения планируемого объема ортопедических работ, в том числе и с необходимостью восстановления культи зуба 46 культевой вкладкой циркониевой разборной (услуга 004-4-602) и восстановления культи 25 зуба вкладкой на основе оксида циркония (услуга 004-4-123) в рамках подготовки к протезированию, о чем имеются личные подписи истца.

<данные изъяты> с зубов 46, 25, 26, 36 были сняты временные коронки, проведена примерка постоянных циркониевых коронок.

Коронки зубов 25, 26 соответствовали клиническим требованиям, в связи с чем была осуществлена их фиксация на постоянный цемент.

Коронки зубов 46, 36 соответствовали клиническим требованиям, но нуждались в коррекции прилегания и цвета.

После проведенной плановой примерки, указанные ортопедические конструкции были направлены на коррекцию в соответствии с технологией их изготовления в лабораторию.

Лечащим врачом были зафиксированы на временный цемент временные коронки зубов 36 и 46. Дата следующего визита для фиксации изготовленных ортопедических конструкций 36 и 46 зубов на постоянный цемент была согласована на <данные изъяты> в 10:30 и на <данные изъяты> в 15:00, однако истец не явился в назначенное время для получения услуги.

Б. Р.С. неоднократно обращался к ответчику с претензиями по вопросу качества оказания медицинских услуг, а также с претензией, в которой требовал расторгнуть договор и осуществить возврат уплаченных по договору денежных средств. Данное требование не было исполнено ответчиком.

В ходе судебного разбирательства настоящего гражданского дела проведена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено АНО «Центральное бюро судебных экспертиз <данные изъяты>».

Согласно экспертному заключению <данные изъяты>-МЭ, к моменту начала ортопедического лечения все подлежащие протезированию зубы были депульпированы (проведено эндодонтическое лечение зубов 2.5, 2.6, 3.6, 4.6 в связи с диагнозом «пульпит»), однако в процессе ортопедического лечения диагноз был изменен на «хронический апикальный периодонтит», при этом диагноз «периодонтит» был рентгенологически подтвержден только в области зуба 2.6 (было рекомендовано удаление с последующей имплантацией, от чего пациент отказался) – недостаток диагноза.

Данный недостаток диагноза не оказал влияния на тактику ортопедического лечения.

Также были выявлены следующие недостатки ведения медицинской документации:

- в протоколе осмотра от 02.11.2023 г. не отмечен индекс разрушения окклюзионной поверхности зуба (ИРОПЗ) 25 - с учетом рекомендации к протезированию невозможно оценить обоснованность выбранного способа протезирования (с помощью вкладки и коронки); однако ИРОПЗ указан при следующем осмотре от 09.11.2023 (=0.8);

- согласно заключению по результатам обследования от 21.12.2023 пациент должен был явиться по записи, однако по данным предыдущих осмотров запись была назначена на 26.12.2023 (протокол приема от 12.12.2023).

Вышеуказанные недостатки ведения медицинской документация не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья Б. Р.С. и тактику дальнейшего лечения.

Недостатков/дефектов диагностики и лечения не выявлено.

На момент объективного осмотра <данные изъяты> у Б. Р.С. отмечается разрушение коронки зуба 3.6, временная коронка (установленная по данным медицинской карты 12.12.2023) и сохранная на момент осмотра стоматолога-хирурга 20.12.2023 отсутствует. Постоянные коронки в области зубов 2.5 и 2.6 без повреждений, временная коронка в области зуба 4.6 без повреждений. Каких-либо патологических изменений мягких тканей ротовой полости и лица, верхне-нижнечелюстных суставов не отмечено.

Эксперты отмечают, что отсутствие временной коронки через 9 месяцев после ее установки не может быть расценено как дефект лечения, поскольку данная ортопедическая конструкция установлена в ходе промежуточного этапа лечения, не рассчитана на длительную эксплуатацию и подлежала замене на постоянную коронку. По данным представленных материалов дела и медицинской карты истец от установки постоянной коронки отказался.

Отмеченные истцом в материалах дела жалобы на болевые ощущения в области зуба 4.6 являются субъективными, а также не отмечены в медицинской карте, объективных патологических изменений в области зуба 4.6 и окружающих мягких тканей не отмечено. Таким образом, жалобы истца не могут быть расценены как ухудшение состояния его здоровья.

Изменения в результатах биохимических исследований от 29.02.2024 и 23.04.2024 (отклонения показателей от референсных значений) могут быть вызваны различными острыми и хроническими заболеваниями (в том числе имевшимися до начала стоматологического лечения), для установления диагноза необходим комплексный анализ данных анамнеза и клинических данных с результатами дополнительных методов исследования, в т.ч. лабораторных. Каких-либо медицинских документов, содержащих данные об обращениях истца за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья после проведенного стоматологического лечения, на исследование не предоставлено, в материалах дела данные об обращениях отсутствуют. Установить причину выявленных изменений в биохимических исследованиях крови, а также причинно-следственную связь с ранее проведенным стоматологическим лечением по имеющимся в представленных материалах дела данным не представляется возможным.

Учитывая вышеизложенное, данных об ухудшении состояния здоровья Б. Р.С. после оказания ему медицинской помощи в ФГБУ «НМХЦ им. Н.И. Пирогова» М. Р. (протезирование 2.5, 2.6, 3.6, 4.6 зубов с <данные изъяты> по <данные изъяты>) не имеется.

По данным представленных материалов дела и медицинских документов ухудшения состояния здоровья Б. Р.С. после оказания ему медицинской помощи в ФГБУ «НМХЦ им. Н.И. Пирогова» М. Р. (протезирование 2.5, 2.6, 3.6, 4.6 зубов с <данные изъяты> по <данные изъяты>) не выявлено.

Таким образом, вред здоровью Б. Р.С. в результате действий медицинского персонала ФГБУ «НМХЦ им. Н.И. Пирогова» М. Р. не причинен.

В суде первой инстанции была допрошена эксперт ФИО3, которая поддержала выводы, изложенные в заключении экспертов <данные изъяты>-МЭ, подробно объяснила причины, почему сделаны такие выводы, дала мотивированные ответы на все поставленные перед ней вопросы.

В соответствии со ст. 2 ФЗ от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст. 18 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

Согласно ст. 98 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер моральных и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что при оказании медицинской помощи Б. Р.С. сотрудниками были допущены дефекты: недостаток диагноза, ведение медицинской документации.

Таким образом, исходя из заключения комиссии экспертов, судебная коллегия считает, что установленное обстоятельство отсутствия прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи врачами ответчика не является основанием для освобождения ответчика от ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи.

С учетом степени и характера, причиненных истцу нравственных страданий, вызванных допущенными вышеуказанными недостатками оказания медицинской помощи, учитывая степень вины ответчика, судебная коллегия полагает разумным и справедливым взыскать денежную компенсацию морального вреда с ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу истца в размере 30 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, судебная коллегия не усматривает.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Наряду с этим Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 мая 2023 года № 736 утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно пункту 2 названных Правил платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - это физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Таким образом, вопрос о качестве оказанной медицинской помощи, разрешен в процессе судебного разбирательства, устанавливался путем назначения и проведения судебно-медицинской экспертизы.

Следовательно, оснований для взыскания штрафа и неустойки в пользу Б. Р.С. не имеется.

Как следует из материалов дела, <данные изъяты> врачом стоматологом-ортопедом ФИО4 было выставлено к оплате 3 000 руб. за повторную фиксацию на постоянный цемент несъемных ортопедических конструкций.

Б. Р.С. произвел оплату данной услуги, однако в назначенный день в медицинское учреждение для оказания ему данной услуги не явился.

За возвратом денежных средств в указанном размере Б. Р.С. к ответчику не обращался, несмотря на неоднократное направление ответчиком в адрес истца писем с предложением в случае отказа от дальнейшего получения в Центре услуг по замене временных коронок на постоянные ортопедические конструкции осуществить возврат денежных средств (письма от 20.02.2024 № 18-01.01.51/31-1057, от 05.03.2024 № 18-01.01.51/31-1378, от 10.04.2024 № 18-01.01.51/31-2264).

При таких обстоятельствах в связи с фактическим неоказанием данной услуги, с ответчика подлежат взысканию денежные средства в размере 3 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Истцом заявлены требования о взыскании расходов по оплате консультации врача в размере 1 800 руб., расходов на покупку офсетной бумаги в размере 479, 50 руб., почтовых расходов в размере 965, 61 руб., расходов по оплате стоимости USB-флеш накопителя.

Расходы на покупку офсетной бумаги в размере 479, 50 рублей, почтовые расходы в размере 965, 61 рублей подтверждаются материалами дела, были понесены истцом в связи с обращением в суд с целью восстановления нарушенного права, в связи с чем в соответствии с разъяснениями, данными в абз. 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", они подлежат возмещению ответчиком.

Поскольку судом установлено, что у истца не наступил тот вред здоровью, о компенсации которого им заявлены требования, в связи с чем, исковые требования о взыскании расходов по оплате консультации врача в размере 1 800 рублей удовлетворению не подлежат.

Оснований для удовлетворения заявления истца о взыскании с ответчика расходов в связи с приобретением USB-флеш накопителя также не имеется, поскольку доказательств необходимости несения данных расходов истцом не представлено.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Реутовского городского суда Московской области от 06 марта 2025 года отменить.

Взыскать с ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО1 уплаченные денежные средства по договору в размере 3 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, расходы на покупку бумаги в размере 479, 50 рублей, почтовые расходы в размере 965, 61 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФГБУ «Национальный медико-хирургический Центр имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании уплаченных денежных сумм, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.12.2025